Перекресток.

Сэм поднимается по лестнице, деревявяшки старые, могут скоро сломаться, но все равно выдерживают охотника. А охотника ли? Сэм на секунду останавливается, но прикусив губу, продолжает подниматься. Наконец поднявшись на второй этаж, он видит перед собой дверь. Темно - коричневая, старая, кое-где видны следы засохшей крови, а где-то пятно от жира. Сэм улыбается, вспоминая как они с Дином часто ели жирную пищу. Вдруг звук со спины привлекает его внимание. Обернувшись, зрачки Сэма расширяются, а сам он пятиться назад. Перед ним стоит Дин. Живой. Это невозможно! твердит сознание. — Ну что стоишь? Давай быстрее на кухню, ведь меня то ты точно не обгонишь. — Дин улыбается и пробегает мимо Сэма, не касаясь, спускается по лестнице. —Ну, Сэмми.. Не стой столбом, иначе я выиграю! Эта любимая форма имени, который мог называть его лишь он, сейчас произносил.. Проморгавшись и протерев глаза руками, Сэм осознал, что ему не кажется. Перед ним и правда Дин! Красивый, счастливый, и живой. Может, ему просто кажется? Он ведь уже несколько суток не спал, на такую уж голову много что может при судиться, это точно. Но толчок в плечо сказал, что ему не привидилось, что это не призрак и.. — Ты кто? Я точно знаю, что ты не мой брат..— Отойдя на пару шагов и уперевшись в деревянный шкаф с кучей всячины на полках, спросил Сэм. — он мертв, пусть ты и похож, но ты не он. — Сэм, ты бошкой ударился что ли?я Я живой! Вот,перед тобой стою. — рукой коснувшись брата в подтверждение, возразил Дин Он изобразил такую улыбку, что казалось, она и правда настоящая. Такая давно-забытая, искренняя и счастливая. Увидев ее, Сэм поверил, что все те страдания, боль, ненависть к себе, за то, что не смог спасти брата — пропали. Вот ведь он! Стоит прямо перед ним, счастливый, сильный, такой настоящий.. Сэмми и правда поверил в это. И зря. Охотник бросился к брату, желая обнять его, прижать к себе, никогда не отпускать, забыться в его волосах, защитить того, кто сам его всегда защищал. Но нет. Как только пальцы коснулись столь желанного тепла, как фигура пропала. Просто пропала.. Улыбка исчезла, такие ясные и красивые глаза пропали, а сильная фигура старшего брата растворились в воздухе, будто его никогда и не было. Хотелось крикнуть, сказать, чтобы тот остался с ним, не умер снова.. Но суровая реальность сделала сильный удар по спине, вырывая лишь сухие стоны боли и отчаяния, начиная душить за шею, сжимая жизненно важные артерии, закрывая путь к кислороду, из-за чего Сэмми не мог произнести не слова. Горло болело, спина ужасно ныла, а душа, казалось, пыталась вырваться из его тела, разорвав на мелкие кусочки непрочную оболочку. Руки упираются в пол, ноги подгибаются, дрожат, упираются коленями в доски, загоняя занозы в старые штаны. Все тело начинает мелко дрожать, кажется, вот-вот взорвется, но лишь безжизненно падает, проваливаясь под весом мучительной боли, смешанной с отчанием, ненавистью к себе и ужасными муками совести. Глаза зажмуриваются, воображение пытается представить такой родной образ,но перед глазами мелькает лишь кровь, Адские гончие и изорваное вклочья тело брата. Сэм трясет головой, прижимает руки к глазам, сжимая ладони в кулаки. Из глаз льются соленые слезы, забирая все эмоции и чувства, что очень долго копились в этом одиноком и избитом монстрами теле. Горячие слезы обжигали кожу, нанося ей незначительные раны, но так, кстати, выпуская содержимое души, чтобы та успокоилась. Но Сэму было все равно. Какая разница, что чувствует душа и хочет делать, кого ему так плохо и одиноко?.. — Нет, нет, пожалуйста Дин, Дин! Не уходи, п-прошу! — захлебываясь, сквозь слезы бывший охотник — нынешний ничтожество, кричал имя брата, кусая губы до крови и катаясь по полу из стороны в сторону. Теперь даже образа брата нельзя было увидеть. Лишь тьма. Такая ужасная, мрачная, всепожирающая — включая эмоции и чувства, забирая счастливые воспоминания, оставляя в памяти лишь те моменты, когда они ссорились, когда Сэм даже и ее пытался выслушать брата, просто уходил на улицу. О нет.. Тот день, когда Сэм ушел из дома. От отца, от жизни охотника, от Дина.. Если бы можно было себя сейчас вернуть брата, обнять, извиниться за все — Сэмми так бы и поступил. Внезапная идея озарила его голову. Ноги не переставали дрожать, но Сэм все равно поднялся, хватаясь руками за любую твердую поверхность, но иногда соскальзывали, из-за чего Сэмми падал на пол — руки жили своей жизнью. Кое-как в тумане он вышел из дома, не ответив на приветствие и предложение Бобби остаться переночевать у него. Тот лишь ненадолго остановидся, мрачно и с сожалением поглядывая в сторону уходящего Сэма. Ему сейчас было плохо и ничего не могло помочь. Ничего, кроме.. Бобби помотал головой, отгоняя ненужные и лишние мысли. Его мальчик слишком умный, чтобы пойти на сделку с демоном или на Перекресток.

***

Отправившись на задний двор, Сэм взглянул на машину. — Привет, Детка, скучала? — сказал Дин, поглаживая Импалу по крыше и подходя к пассажирской двери, кинул ключи брату. — Давай, Сэмми, сегодня ты за рулем. Поджав губы, он поднял с пола упавшие ключи без звоночков, аксессуаров и другой подобной дребедени. Дин не любил такое. Открыв дверь и сев за водительское сиденье, Сэм взглянул на брата. Тот сидел на пассажирском сиденье, положив руки замочком промеж ног. Счастливая улыбка не сходила с его лица, а ясные глаза выражали лишь нетерпение и возбужденность,ожидая новых приключений. Обычный Дин бы уселся за руль, выбирая музыку и спину Сэмми на пассажирское сиденье. Но это не Дин. Просто его ничтожное сознание, которое пытается убедить мозг, что он жив, что все в порядке. Что Сэм в порядке. Заводя машину, у него не было мыслей — лишь желание. Спасти Дина. И он знал, где его можно было воплотить в жизнь — Перекресток.