Ради тебя

С того ужасающего инцидента прошло всего пару дней. Господин Ким познакомился с Ники, когда тот привёл Сону в их с отцом палату. Врач, который приставал к Киму младшему, получил по заслугам. Его уволили и влепили огромный штраф, но Рики настаивал подать на него в суд. И последние дни, после нападки, парни стали проводить вместе гораздо больше времени, они перестали обмениваться записками, а перешли на телефоны. Когда Сону писал, то Нишимура отвечал почти сразу же, либо через пару минут. Это оказалось очень удобным для старшего, поэтому любая информация доходила до Рики сразу же, особенно важная. Из-за того, что с Сону случилось, он стал чаще уходить в себя, постоянно грустил, а иногда по вечерам даже плакал. Его психическое состояние ухудшилось, что тревожило не только отца, но и Ники. После этого, в нём проснулся инстинкт мамочки, и ему стало необходимо защищать Кима на каждом шагу. И если смотреть со стороны, можно понять, что это гиперопека, но нет. Это просто чувство, при котором хочется быть рядом, и он был в поле зрения, для того, чтобы успеть спасти и помочь. Похоже, Сону понравилось в объятьях Рики, и он стал часто просто подходить и обнимать. И всегда по разному. Со спины, крепко прижимаясь и обвивая руками. Грудью к груди, всё также крепко. Иногда накидывался ему на шею, стоя на насочках, что казалось Нишимуре милым. Сначала, это было непривычно, но потом Рики сам распахивал ему руки, и они долго обнимались. Уже прошла неделя с начала учебного года. Как только парни стали общаться в живую, они стали проводить время то в палате Сону, то Ники. Но чаще, комната Нишимуры не была одинокой. Киму уже не нужно следить за отцом, потому что он идёт на поправку и уже пытался снова встать на ноги. Это очень радует. В один из таких дней, парни были у Нишимуре в палате. Они просто сидели в обнимку и о чём-то болтали. Их накрывала такая уютная атмосфера, такая родная и неразрушимая. – Он правда это сказал? – очередной смешок Рики слышен на всю комнату, он заполнил её собой до дна. А Сону просто рассказывает очередную смешную историю со школы. – Да. Он прямо в лицо его послал! Ты бы видел лицо информатика. Мне кажется он был готов его убить на месте. – по рассказу Сону, было ясно, что как-то на уроке информатики, учитель начал заводить что-то про то, что они невоспитанные сопляки и совсем ещё не знают жизни. А он сам весь из себя, типо правильный, чем бесит абсолютно всех. И на одном уроке, одноклассник Кима не выдержал, и прямо послал его после очередных натаций, проедших всем мозги. – Да вы нас уже достали, господин Чхве! Не нужно читать нам эти нотации, мы это и без вас понимаем. Некоторым из нас и родителей хватает, которые на нервы действуют, ещё и вы. Идите вы на....– его посыл на три буквы был слышен уже в коридоре, после чего каждый по одному начал выплывать из класса, кивая прямо в лицо информатику. Сону выходил одним из последних, и видел, какого было его лицо. Это просто не описать словами, какой он был злой и расстроенный. Ким, отчасти его понимал, ему стало жалко учителя, всё таки он их учить пытался, но информатик всё же стал переходить границы дозволенного, и стал их обзывать. Всё таки получил по заслугам. – Нам, конечно, выговор сделали после того дня. Учитель не выдержал и уволился, ну, нам же лучше. И ты представляешь, ему всё ещё не нашли замену. – Афигеть. У меня нет слов. Время прошло, как бешенное. Они говорили обо всём на свете, и им было совсем не скучно. Ким рассказывал о своём детстве, истории со школы, каких-то новостях в стране. Нишимура же слушал, не перебивал, и не отрывал взгляд. Другого же это смущало, и из-за чего он начал заикаться. – Почему т-ты на меня так смотришь? – любопытству Сону не было предела, ему было интересно, почему парень напротив так смотрит на него. Сначала он смотрел ему в глаза, но они так проходили сквозь душу, что он начал избегать его взгляда. – Ты слишком идиален для меня, Сону. Представьте такую картину: Через окно пробираются заходящие солнечные лучи, освещяя собой белую комнату. Ники сидит прямо напротив света, который греет его лицо, окрашивая оранжевыми, жёлтыми, розовыми красками. Он сидит, подперев подбородок рукой, и не отрывая взгляда от Сону. Рики был похож на второе солнце, от которого скакало сердце. Улыбка навязалась сама собой, и не уходила до сих пор. И как на него не заглядеться? Щёчки Сону начали наливаться румянцем, алея с каждой секундой молчания. Стадо мыслей проехали через мозг, прямо как поезд. Ему не послышалось? Слишком идеален? – Не придумывай, я вовсе не такой. – Ким отвёл взгляд на окно, пока вечернее солнце уходило в закат. Его глаза, казалось, стали стеклянными, но он улыбнулся тёплой улыбкой. – И ничем не отличаюсь от других. – Нет, Сону, ты особенный. Я ещё не встречал такого человека, который так бы понимал меня; смеялся с моих глупых шуток; успокаивал так, как ты; выслушивал всё, что я говорю. За это время ты занял отдельное место в моём сердце, за что я тебе очень благодарен. Ты заслуживаешь большего. Эти слова были, как глоток воздуха для Сону. Такой свежий и чистый, очищающий разум от ненужных мыслей. Тихое "спасибо" раздалось в комнате, но Нишимура услышал его, что в последствии вызвало у него очередную улыбку. Сразу через мгновение Ким оказался в жарких объятьях младшего, тот сжимал его спину, будто боялся отпустить. Ники положил голову на его шею, а второй рукой зарылся в волосы. Сону чувствовал его дыхание, что было спокойным и размеренным, он чувствовал его дико бьющиеся сердце, что так яростно выдало себя. Не медля, старший ответил на его близость, обвивая талию Рики и прижимаясь ещё ближе. Казалось бы, просто объятия, но для парней они уже не были такими дружескими, как раньше. Настолько интимный момент прервали сначала два уведомления, а потом и вовсе звонок, раздавшийся на всю комнату. Сону не стал разлепляться с Ники, лишь дотянулся до телефона, чтобы посмотреть от кого был вызов. Это был Чонвон. – Да? Привет, зачем звонишь? – Я уже что, лучшему другу позвонить не могу? – Я сейчас не в лучших обстоятельствах, чтобы говорить.. – А почему? Эй, ты чего там делаешь? Ты с кем-то обнимаешься что ли? Кто это? Чёрт. Он позвонил по видеосвязи? Сону тут же высвободился из рук Нишимуры, схватил телефон и устремил взгляд в экран, на котором было чётко изображено лицо Яна. Киму стало ещё более неловко, когда его друг застукал его в такой момент. – Эмм..Чонвон, это Ники. Мой друг. Мы с ним в больнице подружились, я очень хотел вас познакомить. – Привет, Ники, меня зовут Ян Чонвон, приятно познакомиться. И тут же начались вопросы в сторону младшего, которые продлились около часа. За это время они стали неплохими товарищами, и пообещали друг другу обязательно встретиться вживую и всем вместе погулять. – О-о. Дикси опять колотит Обси. Вы посмотрите. Камера Чонвона устремилась на двух котов, а точнее на кошку и котенка. Дело в том, что Дикси – это старая сиамская кошка, которую Сону подорил Яну на десятый день рождения. Она очень голосистая женщина, и видимо очень гордая. До того, как появился Обсидиан, его семья и не знала, что кошка будет лупить его, когда захочет, будто это входило в её ежедневные обязанности. Из-за её старческого положения, Чонвон думал, что ей скучно одной, поэтому он решил взять такого же сиамского котика, как и она, чтобы Дикси думала, что они похожи. Кажется, тому было всего 2-3 месяца, когда он переехал в новый дом. Обси оказался тихим, который голоса совсем было не подавал. Он не лазил на столы, как это делала кошка. Был воспитанным и спокойным, не наглел, но был очень ласковым. В нём было забавно то, что во время того, как он мурлыкал, у него на носу образовывались капли соплей от удовольствия. Как же это было смешно и мило. И сейчас в камере отображалось то, как Дикси бьёт его в очередной раз лапой и грозно мяукает. Тот же от страха задался в углу, не подавая признаков движения. – А ну, кошка, брысь! Чонвон отогнал обидчицу от малыша и взял того к себе на руки, продолжая разговор. Время прошло незаметно и на часах стукнуло 22:00. Ох, засиделся же Сону, надо идти к себе. – Мне пора идти. – Ким встал, и начал разминать суставы ног, которые заметно очерствели из-за долгого времени, проведенного сидя. – Сону, мои двери всегда открыты для тебя. С этими словами Ники проводил его до выхода, попрощался и пошёл спать.