Дерзкая пряность с района

*Глава от лица Арсения* Гнусная ухмылка и презрительный взгляд… да кем этот паршивец себя возомнил?! Или решил, раз отец когда-то прикрывал его косяки деньгами, то ему теперь все дозволено? Только он не учёл, что в этот раз влип основательно, а значит, и вести себя нужно приемлемо. Сколько этому засранцу лет? Еще узел не окреп на члене, а уже приказы отдает, как будто Арсений какая-то мелкая шавка. Арсений никогда не терпел к себе подобного отношения, вот и сейчас не стал. Он ударил кулаком по столу, сбивая подсудимого с толку, а сам резко схватил его за грудки, подтянув ближе. — Твоя никчемная жизнь сейчас находится в моих руках, так что убавь свой тон, если не хочешь следующие двадцать лет гнить в тюрьме! — процедил Арсений, глядя в глаза этому сопляку. Ухмылка тут же пропала с наглого лица, но Арсений не успокоился на этом, усилив хватку, принося явный дискомфорт дыхательным путям. И непонятно, чем бы все это закончилось, если бы не Сергей Матвиенко — верный товарищ и друг, положивший свою ладонь ему на плечо. — Достаточно, — спокойно сообщил он, отрезвляя Арсения, — пойдем лучше перекурим. Ни он, ни Сергей не курили, а эту фразу использовали как кодовое обращение, обозначающее: «Нам срочно нужно, мать твою, поговорить!». Арсений отпустил воротник рубашки подсудимого, и только когда тот начал судорожно глотать воздух, понял, как сильно его на самом деле держал. К слову, совестно ему не было. Они вдвоем вышли из переговорной и молча направились в сторону уборных для альф. Убедившись, что в помещении нет посторонних, Сергей перестал себя сдерживать. — Ты в своем уме, Арс?! — принялся он кричать, толкнув Арсения к стене. — Ты что-то принимаешь? Арсений же натурально так охренел и возмущенно уставился на Сергея. Что это за дурацкий вопрос? Арсений торчком никогда не был и к любой подобной дряни относился презрительно. — У тебя глаза горели, придурок! — с обвинением заявил Сергей, даже не пытаясь скрыть свою злость. — Ты думаешь, что творишь? Больше штрафом ты не отделаешься. Или больно захотелось в клинике отлежаться месяцок-другой? — по факту крыл он. Арсений не нашел что сказать. Он невольно выпустил своего альфу наружу, даже не заметив этого. Последний раз он терял контроль года три назад, сразу после того, как ему вручили документы на развод. И как бы парадоксально ни звучало, но вновь всему виной была омега… — Что происходит? — пытался докопаться Сергей. — Ты как неделю назад из командировки вернулся, так сам не свой! А Арсению казалось, что он отлично справлялся, маскируя свои чувства, но, видимо, от Сергея, знакомого с ним еще с университета, не так-то просто было что-то утаить. А дело все в том, что его просто мучила недосказанность. Не так он должен был уехать из Воронежа… Арсений ненавидел прощаться, поэтому решил, что лучшим вариантом будет оставить все как есть. К тому же Антон сам не рвался с ним общаться. Арсений не был идиотом и видел, как тому становилось некомфортно каждый раз, когда он пытался начать разговор про то, кто они друг другу и куда все ведет. Арсений имел опыт отношений на расстоянии: с этими сухими сообщениями и пустыми видеозвонками, которые не передавали через экран ни эмоций, ни запаха. Поэтому сразу дал понять, что повторять подобное не желал. Хотел, конечно, дополнить, что лучше будет приезжать на выходных — Арсений мог финансово потянуть частые поездки, — вот только Антон его оборвал на полуслове, не дав толком ничего объяснить. И так каждый раз, когда Арсений пытался затронуть важную для них тему — Антон превращался в глухонемого: ничего не слышу, ничего не понимаю. Это злило и раздражало, но Арсений понимал, что насильно мил не будешь. Если Антон воспринимал их отношения как ничего не значащий курортный роман, то так тому и быть. Правда, Арсений до последнего надеялся, что ошибся в выводах… Утром в день отъезда по сбившемуся дыханию Антона он понял, что тот не спал. Из-за этого собирался крайне медленно, намеренно шумя и гремя различными предметами. Все ждал, когда Антон прекратит свое притворство и хоть что-то ему напоследок скажет. Арсений даже специально задержался у порога — стоял минут десять, давая Антону шанс, но тот оказался еще более упертым, чем он сам. Или это просто Арсений надумал себе то, чего не было? — Давай сегодня после работы заглянем в бар и по душам поговорим? — предложил Сергей, по-дружески похлопав его по плечу. — А встречу с этим клоуном я завершу. Отдыхай. Арсений благодарно кивнул. Сергей бросил последний тревожный взгляд на него, после чего, глубоко вздохнув, вышел из уборной. А Арсений подошел к раковине, чтобы умыться холодной водой и привести свои чувства в порядок. Как он мог допустить потерю контроля? И ведь даже не заметил, как выпустил внутреннего альфу, позволяя глазам окраситься в красный цвет. Он думал, что любимая работа спасет его, поэтому взял сложное дело, которое отказались брать все остальные адвокаты города. Еще бы: сын чиновника на своем спорткаре насмерть сбил двух людей — не каждый решится защищать такого подонка. Арсений же считал себя в первую очередь профессионалом, а уже потом человеком, имеющим моральные принципы. Он должен непредвзято, с холодной головой и трезвыми мыслями выполнять свою работу — и раньше он с подобным справлялся. А сейчас мысли путались и становилось все сложнее сосредоточиться на деле. Арсений стал все чаще витать в облаках, ища в воздухе запах корицы. Не думал он, что простой омега, работавший продавцом в магазине, способен без усилий вскружить ему голову. Но Антон не был похож на тех омег, с которыми Арсений раньше имел дело. Он был грубоват и в выражениях зачастую не сдерживался — в нем полностью отсутствовали манеры, и вдобавок ко всему он еще и курил. Арсений мог найти в нем уйму отрицательных качеств. Мог, но не хотел, ведь все в Антоне было таким гармоничным! Он не пытался строить из себя кого-то, а был таким, какой есть, — и эта искренность подкупала. А сейчас Арсений чувствовал себя идиотом — чем он вообще занимался? Ему тридцать пять лет, а он не мог привести свою жизнь в порядок… Выключив воду, он вытер руки о бумажные полотенца. Прошла неделя с его приезда обратно в Питер — время возвращаться в строй. *** В коридоре его тут же поймала Оксана, которая с недавнего времени занимала пост его личного секретаря. Она была красивой и сексуальной омегой. Если бы не метка на шее, Арсений, возможно, подкатил бы к ней, а так он даже не знал, как она пахла, — в нос били отталкивающие феромоны альфы, кричавшие о принадлежности другому. Арсений махнул ей в сторону кабинета, призывая говорить на ходу. Он даже специально замедлил шаг, чтобы Оксана, будучи на каблуках, за ним поспевала. — Арсений Сергеевич, звонил мэр и просил, чтобы мы ни в коем случае не контактировали с журналистами, — оповестила его Оксана, держа в руках какую-то папку с документами. — Во как, — весело хмыкнул Арсений, — с чего вдруг такие просьбы? — А это уже вторая новость за сегодня, — подогревала она интерес, — весь наш офис окружили журналисты. Даже с первого канала есть люди, — деловито сообщила Оксана. — Чего и стоило ожидать при таком громком деле, — задумавшись, сказал Арсений. — А эта папка мне? — спросил он, дойдя до своего кабинета. — Сергею Борисовичу, — ответила Оксана. — Для меня есть поручения? — Нет, милая, только предупреди всех насчет журналистов: пусть будут бдительны и рты без повода не раскрывают, — с дежурной улыбкой сообщил он, ныряя в свой кабинет. Закрыв дверь, Арсений в первую очередь выложил на стол телефон. Сняв пиджак, он повесил его на спинку кресла и следом сел — работы предстояло много. Арсений ослабил галстук и включил ноутбук. Глаза то и дело падали на лежавший неподвижно смартфон. Ни одного звонка, ни одного сообщения — не то чтобы в Воронеже они с Антоном беспрерывно вели переписки, но хоть какая-то активность была. К большому сожалению, у Антона не было страницы в «Instagram» — тот сам об этом говорил. А был ли он в других соцсетях, Арсений не знал и никак не мог проверить по одной простой причине: он не знал фамилии Антона. Как-то не представился случай поинтересоваться. Он был осведомлен о его увлечениях, об учебе, о лучших друзьях и даже о матери с ее повторным браком, но не знал элементарного… А в мыслях постоянно всплывало: «Я штопор», — вызывая улыбку. *** В ночном клубе, куда его привел Сергей, было душно. Арсению не нравилось здесь абсолютно все: на танцполе хаотично, без всякой эстетики дергалась масса потных тел, а в воздухе витала какофония из смешавшихся запахов чужих феромонов и дешевого алкоголя. Они сидели в VIP-зале на втором этаже, где было менее шумно, но чуткий слух альфы мог улавливать любые колебания. Некоторые даже пользовались специальными берушами, но Арсений предпочитал тренировать свой слух — никогда не знаешь, когда может пригодиться. Лично ему нравилось прислушиваться к сердцебиению омег — особенно к Антону. Тот на лицо был непоколебим, но ритмичное биение в груди сдавало его истинное состояние. И Арсений ловил свое удовольствие от осознания того, что Антону рядом с ним волнительно. — Так, те две омеги уже минут десять не сводят с тебя взгляда, — похабно усмехнулся Сергей, подталкивая его к действиям. Арсений посмотрел в указанную сторону и нахмурился. Ничего необычного он за другим столиком не увидел. Одна чересчур надутая, а другой слишком нежный. Арсений не мог назвать их некрасивыми или несексуальными — эти качества в них сто процентов присутствовали, — но дело было в другом… Арсений не хотел снова падать в эту вереницу случайных связей на одну ночь. Он обожал секс и еще две недели назад даже не помыслил бы в сторону того, чтобы отказать жаждущим внимания омегам. Но все резко изменилось из-за долгих прогулок по набережной, совместных просмотров фильмов и легких разговоров. Арсений вдруг осознал, что ему не хватало в жизни именно такого… тепла. Развод его сильно подкосил. Желая достичь высот в работе и стать «акулой» в собственном деле, Арсений упустил важное: своей омеге нужно уделять максимум внимания, иначе она найдет это внимание в другом. Так и случилось у них с Аленой — Арсений не смог сохранить брак, руша все свои устои. С детства отец внушал ему, что семья — это главное, а метка, единожды поставленная, — навечно. Увы, не у всех получалось жить долго и счастливо, как то показывали в голливудских фильмах. Арсений зарекся больше не влюбляться, а омег воспринимать только как развлечение. Но когда он встретил Антона, все пошло не по плану… — Пусть смотрят и дальше — мне не хочется, — пожал плечами Арсений, демонстративно отводя взгляд от омег. Он тут же встретился глазами с Сергеем, который вытаращился на него с удивлением и даже неверием. — Блять, Арс, что за нахуй? — не сдержался в выражениях Сергей. — Ты случаем не заболел? — и тут его взгляд плавно опустился на промежность Арсения. — Сифилис? Хламидиоз? Брат, знай, что все лечится… Арсений был в шаге от фейспалма. Вместо этого он просто закатил глаза и уставился на друга взглядом, кричащим: «Ты это серьезно?». — Благодарю за заботу, но я чист, — спокойно ответил Арсений, но этим нисколько не уменьшил волнение Сергея. — Может, расскажешь уже, что в этой Вологде случилось, раз ты сам не свой после возвращения? — прямо спросил Сергей, устав клещами вытаскивать информацию. — В Воронеже, — тут же исправил его Арсений. — Да хоть в Венеции — ты от темы не уходи! — раздраженно крикнул Сергей. Арсений не то чтобы нарочно тянул с ответом — нет. Просто если он выскажет проблему вслух, то она станет явной, а ему так нравилось все игнорировать! Дело в том, что только после близкого знакомства с Антоном Арсений задумался о серьезных отношениях. Он так хотел, чтобы время остановилось и ему не пришлось возвращаться в Питер… Ему конкретно так не хватало услышать запах корицы в этом мрачном городе. Арсений хмыкнул про себя, вспомнив, как неоднозначно отреагировал Антон, когда он шутки ради назвал его «булочкой». — Дело в том, что в Воронеже я познакомился с одним омегой… — издалека начал он. Арсений сделал паузу, потянувшись к своему стакану рома с колой. — Я так и думал! — восторженно заявил Сергей. — Ты влюбился, — утвердительно сказал он, а после расплылся в похабной улыбке. — Ну, рассказывай, какой он. А Арсению стало смешно от осознания того, что реальность явно не совпадет с той фантазией, которая уже по-любому вырисовалась в голове у Сергея. Ведь Антона сложно назвать типичным омегой. — У него рост почти под два метра, — с теплой улыбкой принялся рассказывать Арсений, — он лопоухий и тощий, как спичка, хотя и прячет свою худобу под оверсайз вещами. Что еще сказать? А, — вспомнил Арсений, — еще у него хромают манеры — может нахамить на пустом месте. А еще он… — Ну, хорош, Арс, — хмуро прервал его Сергей, — я же серьезно спросил, а ты выдумываешь тут! — с обиженными нотками произнес он. — Я не выдумываю, — со всей серьезностью заявил Арсений и вновь взял стакан, отпив пару глотков. — Постой… Серьезно? — не мог поверить своим ушам Сергей. — Когда я на первом свидании отодвинул ему стул в кафе, то он шокированно уставился на меня глазами-блюдцами, покраснел, а после наорал, сказав, что не беспомощный и мог бы справиться сам, — с улыбкой поделился историей Арсений. Он знал, что Антон был далек от идеала омеги, но Арсений видел за всей этой грубостью и нежную его сторону. Антон точно желал, чтобы его любили, но, увы, не хотел, чтобы это был Арсений. — Во дела… — все еще переваривал информацию Сергей, — допустим, он весь такой своеобразный, что дальше-то? История явно же на этом не заканчивается, — зрил он в корень. — Если кратко, то я злюсь, потому что хочу быть с ним, но не могу, — горько усмехнулся Арсений, запивая свою боль ромом. — Он явно дал понять, что не желает иметь со мной ничего серьезного. А может, оно и к лучшему? У Антона вся жизнь была сосредоточена в Воронеже, а Арсений построил крепкую карьеру в Питере — им в целом не стоило знакомиться… — Черт, Арс… — Сергей подсел ближе на диванчике, чтобы положить свою ладонь ему на плечо и ободряюще похлопать, мол, я с тобой, друг. Удивительно, но эта немая поддержка сработала. Сергей был с ним в год развода, и Арсений знал, что на его помощь всегда можно рассчитывать. Арсений положил ладонь на руку Сергея, выражая таким способом благодарность. Он также хотел высказаться насчет утреннего инцидента в офисе, но резко напрягся, учуяв усилившийся запах переспелого персика. Обернувшись, Арсений заметил, как к ним подходила та самая надутая омега с соседнего столика. Видимо, устала подавать им сигналы взглядом и решила идти напролом. Впечатляет, но не интересует. — Простите, что тревожу ваш разговор, — соблазнительно улыбаясь, сказала омега, — вы не возражаете, если мы с другом подсядем к вам? — Возражаем, — в унисон ответили Арсений с Сергеем и переглянулись, не ожидая подобной синхронности. Омега нахмурилась и, пробормотав что-то про педиков, ушла обратно к себе за стол. — Ну, так что? Бухаем? — предложил Сергей, ничуть не расстроившись из-за упущенной возможности потрахаться. *** Все же это было плохой идеей — напиваться в хлам, зная, что на следующий день им необходимо выйти на работу. Арсений заперся в своем кабинете, раскинувшись в кресле. В руке он держал картонный стакан с кофе со льдом, который прикладывал ко лбу, чтобы хотя бы немного утихомирить пульсацию в венах. С утра он закинулся двумя таблетками обезболивающего, но они словно послали Арсения на хуй, желая, чтобы он мучился как можно дольше. Чтоб уроком было… Ну, вот не умел он пить — зачем только взялся? Но и хорошее от вчерашней попойки тоже было. Они с Сергеем от души поговорили, поочередно делясь страхами. Оказалось, они у них были одни на двоих: «Не суметь реализовать себя. И потерять то, что имеют сейчас». «Не найти себе достойную омегу к сорока годам». «А мы ведь не молодеем…» Вдоволь нафилософствовавшись, они успокоились и вызвали такси. Давно Арсений не позволял себе такую слабость, как напиться. И вновь Антон разрушил все его границы, даже несмотря на то, что находился за много километров от него. Весь лед в кофе почти растаял, испортив вкус божественного напитка. Арсений скривился, отпив разбавленную муть. Ему нужно было как можно скорее привести себя в порядок. Сын чиновника скоро должен вновь явиться на консультацию, и в этот раз Арсений обязан продемонстрировать свой профессионализм. Поэтому, приложив усилия, он поднялся с кресла и в первую очередь выкинул стакан в корзину для мусора. Потом надел пиджак и, подойдя к зеркалу, поправил свой галстук. Неплохо было бы еще причесаться, но Арсений не уверен, что в его кабинете найдется расческа. Пришлось руками пригладить волосы назад. Голова звенеть не перестала, поэтому Арсений решил попросить у Оксаны лекарство. Возможно, то, что он принял, было слабым или испорченным, а потому не подействовало. Арсений вышел из кабинета в поисках своей секретарши и тут же услышал, как она на кого-то истерично кричала. Шум доносился с фойе, поэтому он не раздумывая ринулся туда. — Молодой человек, сколько можно повторять, что мы не даем интервью! — на повышенных тонах говорила Оксана. — Вчера вас полиция разогнала, а сегодня снова хватило ума явиться? Илья, выведи его из здания! — дала она приказ охраннику. Арсений ускорил шаг, завидев знакомый высокий силуэт. Это всё последствия алкоголя или Антон действительно пытался пробраться через охрану в офис? — Да я не ебу, что ты там говоришь! — раздраженно произнес Антон, а после и вовсе ударил по руке Илью, который пытался схватить его за локоть. — А ты, блять, не смей меня трогать! — Илья! — строго крикнул Арсений, успев как раз вовремя, прежде чем здоровенный альфа вышвырнул бы Антона за порог. — Это не журналист, — уже чуть спокойнее добавил он. К нему тут же подбежала Оксана. — Арсений Сергеевич, у него нет пропуска! И я не видела его среди практикантов, — тут же доложила она, недоверчиво поглядывая на Антона. Арсений должен ей что-то ответить, успокоить, сказав, что нет повода для беспокойства, но он просто стоял, вдыхал корицу и смотрел на взъерошенного Антона. Он и предположить не мог, что, придя сегодня на работу, встретит омегу, из-за которого вчера так безбожно напился. Но вот Антон стоял перед ним — все такой же красивый, в черной толстовке и в широких брюках, скрывавших худые ноги. — Мы можем поговорить? — первым заговорил Антон, смотря ему прямо в глаза. Он слегка хмурился, но покрасневшие щеки выдавали его смущение, а учащенное сердцебиение говорило о волнении. Очаровательно. Весь Антон был очаровательным. — Да, конечно, — отмер Арсений, стараясь держать себя в руках, — пойдем в мой кабинет, — улыбнувшись, предложил он. Антон кивнул и последовал за ним, а от глаз Арсения не укрылось, как он показал средний палец Илье. *** Хотел бы Арсений сказать, что неожиданное появление Антона исцелило его похмелье, но нет. Голова раскалывалась, его немного тошнило, а от выпитого кофе стало лишь хуже. Тем не менее, он держался ровно, не показывая Антону свое состояние. Он пропустил его вперед в свой кабинет и закрыл за ними дверь. — Чай, кофе? — дежурно предложил он. — Ничего, — осмотревшись, сказал Антон и присел на черный кожаный диван. Интерьером помещения и в целом всего офиса занимался нанятый Сергеем дизайнер, поэтому некоторая атрибутика, как этот самый диван, выглядели вульгарно и неуместно для адвокатского агентства. Но, казалось, Антону было плевать на чем сидеть. Арсений подошел к кулеру, налил себе воды и сразу же осушил весь стакан — стало значительно лучше. — Так о чем ты хотел поговорить? — поинтересовался Арсений и сам же скривился от собственных слов. Прозвучало как-то небрежно, словно Арсению было все равно на то, что Антон сейчас находился в Питере. На деле же он ощущал легкое волнение, не присущее ему. Не мог же Антон проделать столь далекий путь от Воронежа до Санкт-Петербурга только для того, чтобы во всеуслышание заявить, как он ему безразличен. — Это, черт возьми, было подло с твоей стороны — так поступать со мной! — пылко заявил Антон, напрочь сбивая с толку Арсения. Он не думал, что их разговор начнется с подобной фразы. В мыслях пробежала уйма вариантов того, как Арсений мог поступить с Антоном, вплоть до… Он ведь повязал его… Да, Антон сказал, что он на таблетках, но даже они не могли дать стопроцентную гарантию. Но прежде чем разражаться громкими речами о том, что он не бросит Антона с ребенком на произвол судьбы, нужно было разобраться в ситуации. Или хотя бы дождаться, пока Антон сам не заявит о беременности. — Честно сказать, я сейчас немного в растерянности… Антон, что именно я натворил? — спросил напрямую Арсений. Сесть он так и не решился, продолжая стоять перед Антоном. Из-за волнения хотелось куда-то деть свои руки, поэтому он сперва ослабил узел галстука, после поправил невидимые складки на пиджаке, а потом и вовсе стал нервно водить руками по волосам, оттягивая пряди назад — и все это в интервале одной минуты. — Что натворил? — горько усмехнулся Антон, резко подскочив с дивана. — А я сейчас расскажу! Ты, — он угрожающе ткнул в него пальцем, — приперся в мой район весь из себя такой красивый, в наглаженном пиджачке и с этой долбаной улыбочкой! Додумался ж, блять, позвать меня на свидание, а я еще, как полный дурак, согласился. Я думал, что переспим один раз и разбежимся, но нет! Тебе ведь подавай долгие прогулки! А когда я все-таки дорвался, то тебе оказалось необходимым быть таким нежным, со всеми этими дурацкими поцелуйчиками!.. Арсений внимательно слушал, пытаясь уловить суть проблемы, но то и дело отвлекался на этот пылкий взгляд и прокушенные, сухие губы… Антон был прекрасен даже в гневе. Арсению хотелось открыть настежь все окна в помещении, чтобы проветрить кабинет от этого пряного запаха корицы, но он не мог пошевелиться, прикованный взглядом Антона. — Так зачем нужно было становиться таким правильным и хорошим, если изначально знал, что наши отношения не продлятся долго?! — с обвинениями заявил он. — У тебя совесть вообще есть? Приходишь, влюбляешь в себя, а потом как ни в чем не бывало сваливаешь в свой сраный Питер! — на последней фразе Антон повысил голос, перестав себя контролировать. Арсений тоже сорвался, но не на крик. Он в одночасье сократил между ними расстояние, впиваясь в эти мягкие губы — неглубоко, без языка, но чувственно и нежно, пытаясь передать все свое истинное отношение к Антону. — Я думал, что безразличен тебе, — признался Арсений, срывая все маски, — но если ты не возражаешь, то мы можем попробовать создать крепкие отношения. Я могу каждые выходные приезжать к тебе. Знаю, что будет сложно, но я не хочу снова тебя отпускать. В этот раз инициатором поцелуя стал Антон, а Арсению даже не потребовалось услышать от него слова согласия — усилившийся запах феромонов отчетливо дал понять, что Антон думал по поводу его предложения. Арсений обхватил его тонкую талию и притянул ближе, прижимая плотнее к себе. И непонятно, чем бы этот поцелуй обернулся, если бы в кабинет не ворвался Сергей. — О! — уставился он на Антона, сопоставляя описание с действительностью. Антон же резко отпрыгнул от Арсения на шаг, поправляя на себе толстовку. — Ты, должно быть, Антон, — сделал Сергей правильный вывод, унюхав в воздухе корицу, — наслышан о тебе. Арсений фыркнул себе под нос и решил вмешаться, пока тот не наговорил всякого: — Антон, это Сергей Матвиенко — мой верный друг и товарищ. Мы с ним вдвоем основали эту адвокатскую компанию, — представил его Арсений. Антон кивнул и протянул Сергею ладонь для рукопожатия, чем сильно того удивил, ведь омеги так не здоровались — только альфы. Не растерявшись, Сергей взял ладонь и, наклонившись, поцеловал ее. Антон вмиг отдернул руку и, засмущавшись, покраснел. Чтобы его успокоить, Арсений подошел ближе и мягко приобнял за талию. — Я не хотел вас прерывать на том, чем вы тут… — прокашлялся Сергей, — занимались, но, Арс, паршивец прибыл. Арсений нахмурился. С Антоном он напрочь забыл о своей работе. — В этот раз он со своим важным отцом заявился — ссыкло сраное, — фыркнул Сергей, показывая свое отношение к этой депутатской семейке. Арсений кивнул, и Сергей, поняв все без слов, закрыл за собой дверь с обратной стороны. — Ты где остановился? — спросил Арсений, вновь переводя свое внимание на Антона. — В гостинице, — ответил тот, — мы с Иркой вдвоем приехали. Заодно город хотели посмотреть. Арсений кивнул, обрадовавшись, что Антон не один. — Дай сюда свой телефон, — потребовал он, протягивая ладонь. Антон слегка напрягся, но лишних вопросов задавать не стал и вытащил из кармана брюк мобильник. Арсений же принялся быстро вводить в навигаторе адрес своей трехкомнатной квартиры. — Поезжайте ко мне, как только нагуляетесь с Ирой. Я могу проторчать в офисе до вечера, но постараюсь как можно скорее освободиться, — Арсений вернул телефон удивленному Антону, а следом вручил еще ключ от входной двери. — А там уже все спокойно обговорим. — Ты уверен? — все еще находясь в растерянности, спросил Антон. А Арсений давно не был в чем-то так сильно уверен. Только от мыслей о том, что его холостяцкая квартира пропахнет нежным запахом корицы, на душе становилось уютно и тепло. — Будем на связи. Мой номер ведь сохранился? — спросил Арсений и, получив утвердительный кивок, расплылся в довольной улыбке. *** *Четыре месяца спустя* Арсений стоял чуть в сторонке, наблюдая за тем, как Антон прощался со своими друзьями. Он не понимал, к чему такие проводы, если они будут приезжать в Воронеж каждые вторые выходные — это было одно из главных условий, выдвинутых Антоном на его предложение о переезде. Воронеж, а следом — Липецк, чтобы навестить Майю Олеговну — хотя она с упорством требовала, чтобы Арсений звал ее мамой. Учитывая, как быстро у них развивались отношения с Антоном, и такое было не за горами… Арсений в целом-то не против. С той секунды, как поставил на Антоне метку, он по праву мог считать его своим, а значит, и семья у них стала общей. А официально расписаться в ЗАГСе они всегда успеют. Арсений, имея опыт неудачного брака, знал, что спешить в этом деле не стоило. Он ни в коем случае не тормозил — идея переезда Антона в Питер принадлежала всецело ему. Арсений просто хотел сперва обжиться вдвоем, ведь одно дело — оставаться с ночевками друг у друга, а совсем другое — совместное проживание. Недавно поиск Антоном работы увенчался успехом. Он посылал резюме в различные крупные компании, и одна из них откликнулась, желая взять в свои ряды молодого специалиста. Антон неистово радовался, а после под вечер с упоением благодарил Арсения за то, что тот убедил его трудоустроиться именно в Питере, а не в Воронеже, как изначально было запланировано. — Ну, напрощался? — мягко спросил Арсений, когда Антон подошел к нему. — Ага, — кивнул он, забираясь в автомобиль. Сам Арсений лишь махнул ребятам на прощание. У них пока были сложные взаимоотношения — особенно с Димой. Будучи его соседом, Арсений здоровался с ним на лестничной клетке, но так, чтоб разговориться, повода не было. А потом в жизни Арсения появились Антон, и Дима, негласно считавший себя его старшим братом, решил уладить с ним некоторые моменты — чисто с глазу на глаз. Открытых угроз не было, но намеки Арсений прекрасно мог считывать… «За Антона и двор стреляю в упор» и все в таком духе. Подобное отношение друзей не могло не позабавить. Все пеклись об Антоне и тайно ненавидели Арсения за то, что он увозил его из города. — Ты все вещи загрузил? — спросил на всякий случай Арсений, застегивая ремень безопасности. — Вроде самое необходимое взял, — задумчиво ответил Антон, удобно откидываясь на спинку сиденья. Дорога им предстояла долгая. — Тогда поехали домой, — улыбнулся Арсений, заводя мотор. Выезжая со двора, он громко просигналил ребятам, которые махали им вслед, а после обернулся на чуть погрустневшего Антона. Арсений понимал, как тому было сложно покидать родной город и любимый двор, и пытался максимально его поддержать. Вот и сейчас он положил свою ладонь ему на бедро, ободряюще сжав, а Антон перехватил ладонь, скрестив их пальцы. Они со всем справятся. Вместе.