Второй шанс счастью

Лиза даже сама для себя не заметила когда прошло пол года что она проживала у Юли. Но то что она запомнит кажется навсегда в своей жизни — эти дни прошли в ужасных для неё психологических пыток. Все это время она проводила реабилитацию у психолога Любви Розенберг. Её тупо выворачивало от отвращения к себе. Как она может быть такой ничтожной и продолжать испытывать хоть какие-то чувства кроме ненависти к этому человеку? Как? Как она, отличница, та, кто никогда не поддается эмоциям сейчас так жалко ревёт сидя на стуле напротив Любви? С каких пор она превратилась с железной, непробиваемой леди в мягкотелую плаксу? Как теперь она будет заводить новых верных знакомых, веря в каждое их слово? Почему ещё не изобрели машину времени, она бы обязательно вернулась и исправила все свои оплошности! Лизу тянуло обратно. Тянуло вернуться, извинятся на коленях стоя, пока они не покраснеют к цвету спелой вишни, извиниться за все грехи в мире что она сделала и в чём была невиновна. До сумасшествия хотелось вернуться, обнять, простить всю причиненную ей боль за всё время, даже если и уши не услышат извинений, даже если он будет молчать все время пока та будет каяться во всех грехах, она простит. В душе простит за все её страдания, за все унижения, за обидные слова в её сторону, за небольшие синяки на теле, что неделями не спадали с её тела. За все простит, лишь бы он был рядом. Больше ей не надо. Но главное, то, за что она себя так сильно презирала, это гордость. Гордость у Лизы большая, каждый позавидует. Себя то она толком и не любит, считала что недостатков у неё много, но язык острый имела. Кулаками мало кому ответит, будет терпеть пока последняя капля из чашки с её терпением не выльется. Пока та единственная капля будет лететь на пол, она как настоящий хищник полезет сперва зубами. Псина, вот как её прозвали в районе где она раньше жила. Случилась как-то перепалка у неё с одной девушкой. И Лиза как всегда, язык за зубами не сдержала. А за девушку парень пришёл вступиться, даже не разобравшись в ситуации налетел на Лизу словесно, а через какое-то время и кулаками. Терпела, терпела, но не дотерпела. Открыла зубы, показывая небольшие клыки что у неё от отца перешло, и укусила парня за руку которой той держал Индиго за горло, прям на месте надписи. Укусила сильно, даже наверное шрам останется на память об «псине» что кусается слишком сильно. Крови тогда много было, очень. Девушка того парня, с кем в начале и завязалась сора, закричала на весь двор от испуга, подняла парня что уже за руку израненную держался и повела подальше, проклиная Лизу всевозможными проклятиями которые только знала. А Лизы ни слова не сказала, лишь кров по щеке размазала тыльной стороной ладони и оголила зубы, улыбнулась. Месть, сладкая месть, и за её последствиями наблюдать уж слишком хорошо. Характер то у неё есть, да ещё какой, только показывает она его редко. Да, она привыкла стерпеть, ведь если стерпишь будет меньше проблем. Даш отпор — ещё больше прикопаются, вгрызутся не хуже реальной собаки, не желая отпускай и доказать своё превосходство. Пусть. Пусть порадуются некоторое время, Лиза подыграет, но если черту перейдут сдерживаться не будет. А перед Лёшей зубы с клыками показывать не хотелось. И срываться не хотелось. Всему найдется оправдание, это же он, а он плохим быть не может. Другие это другие, они ужасны, грешные, креста на них нет как говорил Лёша. Лёша хороший, он не такой как те недоумки, он умный и Лизу научит быть умной, если та захочет. А та хотела, до мурашек по телу хотела. Хотела быть умной, как он. Быть хоть немного похожей на него, хоть на капельку, на маленькую часть его. Ведь как они быть Лиза не хотела быть, хотела быть именно как он. Он лучше других, это был для неё факт. Только пол года с психологом и питьё таблеток успокоительного, ведь даже спать спокойно она не могла, начало помогать. И только всё это помогло ей избавиться от него в своей черепушке. Не полностью, не на все сто процентов, и уверена, никогда не избавиться. Сны про него ей снились, и она уверена, будут снится до смерти. Ведь такое не забыть, такое не заживёт без шрама, а оставить глубокое напоминание о нём на сердце. И каждый раз она будет смотреть на этот шрам и вспоминать тот год отношений, что она провела не хуже чём под наркотиками. Она даже не уверена получится ли у неё ещё раз полюбить или хотя бы поверить человеку. Почувствует ли она ещё когда-то уже позабытую эйфорию от приятного слова от человека к ней, или мифических бабочек в животе от прикосновения самых кончиков пальцев? Или ей суждено не быть искренне любимой в жизни, может ей сама судьба послала что бы ту предавали самые дорогие ей? Самые нужные ей в жизни. Но есть только один человек в котором она уверена. Юля верная, Юля поможет, поддержит. В этом она убедилась окончательно. Эти пол года Юля не отходила от неё ни на шаг. Видила что тело на кровати начинает трястись от сна о прошлом. О судорогах Лиза предупредила Юлю, и та была уже готова. Каждый раз открывала той рот, запихивала белую пилюлю в самую глотку, кривилась от отвращения но делала, Лиза ей важна не менее. Подносила стакан с водой ко рту и заставляла ту выпить насильно. Помогало не сразу, но через пять минут Лиза успокаивалась и обнимала себя руками, засыпала по новой, надеясь поспать хотя бы шесть часов. Конечно подруге было отвратно. Это очевидно. Много раз Лиза уговаривала Юлю отпустить её в психушку, там ей помогут не меньше, и даже больше Юли. Как же Лизе было неприятно от того, что сама, своими же действиями заставляет подругу страдать. Но та чётко и ровно сказала «Нет!», твёрдо стоя на своем объясняла что сама со всем справится и подругу особенно в такое тяжёлое для неё время не пустит как конченную психованую в психушку. Нет, она сама справится. И как бы Лиза не пыталась её уговорить, та в никакую не шла, стояла на своём. А Лиза буквально умирала от стыда к подруге. Столько та её уже спасала, выручала, а Лиза только жалуется. Только попадает в передряги в жизни, а когда больно, Юлю зовёт. Сама ей ничем не поможет, не утешит, а только просит и просит. Как же противно от себя. Она ей благодарна, да за то что Юля ей сделала жизнью не расплатиться, никакими деньгами не отдать долг! Стыдно, до чёртиков стыдно… С Мишель они не связывались от слова никак. Ещё тогда когда она ехала к Юле по переписывались с три минуты, и то, просто перекинулись «что делаешь» и чём-то похожим. Но Лиза пролистала её ленту Инстаграма. Она очень удивилась когда увидела фото где девушка сидит на крыше многоэтажки и подобные экстремальные фото и видео. Это частично объясняет её слишком энергичный характер и вспыльчивость. Лиза тоже когда-то, в далёком прошлом занималась похожим. Она даже не помнит времена, только мелкие обрывки. Тогда она, что бы заглушить душевную боль лазила по чему только можно. Крыши домов, деревья, по гаражам прыгала. Экстрим заставлял забыть все проблемы в жизни. Страх смерти всплывал перед глазами как только она цеплялась за самый край крыши её подъезда. При каждом удобном случае она лезла на крышу с Юлей. А что? Там красиво, прохладный ветер в лицо дует, заставляя охладиться немного от всех переживаний. И повисеть можно было. Так то нельзя было туда лазить, но ничем не закрывали, сказали только соседям, что были ближе всего к выходу наверх приглядывать чтоб никто и шагу туда не дал. А ближе всех там жила старушка лет семидесяти, старенькая, с палкой ходит уже, едва видит. Где бы она там услышала что какие-то школьники лазают туда, ей бы поскорее пульт от телевизора найти. Так что лазали они туда частенько. Юля не любила, но Лиза как ребёнок что выпрашивал у мамы конфету перед ужином, обещала что всего один раз. А вид ещё сногшибательней. В обзоре был весь их маленький городок, где и каждый дом, свой и знакомых увидишь. И заброшки на котором побывал и планируешь сходить, и церковь с магазинчиком неподалеку. Как на ладони. Почти все Лизины воспоминания там, где есть Юля. Юля для неё человек, что стоит на равне по ценности с мамой. Сейчас они сидели и играли в шахматы. Лизе не очень то умела, да и не было прям желания, но иногда можно было. Подруга же обожала шахматы, каждый раз злорадно смеявшись с проигрыша Лизы, конечно же в шутку. А Лиза подыгрывала, делала ранимое лицо, приклада руки к сердцу, приступ, обида, смерть! Всего лишь хорошая актёрская игра друзей. Сейчас жизнь её по немного начала налаживаться. Сны про бывшего начали меньше тревожить, хоть и не перестанут никогда, уж такая она. Ей даже как-то сон приснился, что в будущем и вправду произошло. Таблетки пить она продолжает, теперь только в очень маленькой дозе. Тряска в теле иногда ещё появляется, но с каждым разом всё реже и реже, Любовь говорит что скоро совсем пропадёт. Любви она очень благодарна. Она ей помогла вылечиться от этого состояния, осознать причину, и главное - желать начинать продвигаться. Нужно двигаться. Жизнь идёт, она не остановиться до твоей смерти, и к этому моменту ты должна сделать всё что в твоих силах. Увидеть всё и всех, услышать, побывать где захочешь и так далее. И увидев что всё идёт на лад, она решила заняться поиском работы. Не будет же она всю жизнь у Юли на шее сидеть! Искала довольно долго, почти ничто не подходило. Где-то график что ей не подходил, где-то время смены слишком долгая, где-то с зарплатой проблемы или с тем, где находилось здание. И уже разочаровавшись к ней подошла Юля и посоветовала одно местечко. - Слушай, Лизок, тут неподалёку кафе-бар открылось недавно, требуется официантка, посмотриш? - показывая экран своего телефона, Юля поднимает бровь в немом вопросе. Прочитав всё требования к персоналу, время, зарплату и место нахождения Лиза решила сходить посмотреть. Вроде бы ей подходило, только немного далековато, автобусом ей будет ехать туда минут двадцать, но в принципе её все устраивало. - Хорошо, завтра схожу - подруга же улыбнулась самой милой улыбкой, забрала свой телефон и ушла на кухню. Вот, жизнь наконец налаживается. Скоро и роботу найдет, и с друзьями прошлыми свяжется, может опять и дружить с ними начнет. Наконец белая линия в жизни началась, а то черная уже порядком поднадоела. И вот, наступила суббота. Пока Юля копошилась на кухне за приготовлением завтрака, Лиза уже оделась на собеседование.Оделась простенько, не слишком вычурно но и не бомж за подворотней: черные широкие джинсы, свои белые кроссовки и худи украла у Юли, у них все равно один размер. Худи белого цвета, с рисунком какой-то английский надписи на спине. С собой взяла только телефон и на запястье надела свой браслетик из бисера. У нее они парные, хотела второй отдать Юле, но та отказалась, сказав что это ребячество. Лиза лишь губы надула и весь оставшийся вечер с ней не разговаривала. Слышь, нашлась тут старушка, может ещё в дом престарелых отвести? Но даже обиженная подруга не заставила Юлю одеть браслет, каким бы мастерством манипулятора Лиза не обладала. А браслетик то красивый. Той что у нее - с белыми бусинами, а другой, для второго человека, с черными, и оба с половинкой сердца. Долго выбирала что бы такого придумать добавить, и пал выбор на половинки сердец. Они с магнитом, если близко друг к другу моментально соединяется в целое сердечко. Но если Юля против, ещё и так категорично, настаивать она не будет. Может в будущем ещё захочет, кто знает. А может другой человек появится, кому захочется отдать, но сейчас второй просто будет лежать в самой нижней тумбочке Лизы, ждя своего времени. Рано или поздно оно настанет, по крайней мере Лиза на это надеется...