МАЙОР ГРОМ: между двух огней

—Sonne—Rammstein— Совершенно изящная, яркая луна мчалась сквозь густые туманные облака. Она кажется какой-то неестественной, слишком отдалённой и алой. Словно бы её облили литром искусственной, а может и настоящей крови. Это была одна из ноябрьских ночей, которая по-настоящему завораживала только людей... с какими-либо отклонениями... На столбе, который ранее стал последним пристанищем для Филиппа Зильченко и его семьи, был крепко-накрепко привязан один невероятно заносчивый и питающий страсть к уж слишком фальшивым улыбкам человек. Он в негодовании хмурил брови и совершал очень резкие попытки вырваться из пут коварной, обвившей его верёвки. Да вот досада. Она была запредельно крепка, даже для такого самоуверенного шантажиста, каким являлся наш лысый герой. Он, будучи в бешенстве от потери контроля над ситуацией, побагровел, дёргаясь, словно в судорогах. А затем, в далеке завиделась жуткая, едва заметная тень, которая чем ближе была, тем отчётливей и больше становилась. Чёрное деяние, длинный, абсолютно нелепый плащ, черты лица было едва ли возможно разглядеть в заполнившей пространство, кромешной тьме. Лысый, через край амбициозный, хитрый по своей натуре человек протестующе замычал, а точнее сказать, грациозно, будто пташка, завыл. В руке стоявшего напротив незнакомца что-то засветилось. То был смартфон, свет которого мягко прокатился по зловещей ухмылке на лице силуэта. Он повернул экран своего телефона к тщётно пытавшемуся освободиться человеку. Тот удивлённо взвизгнул. В правом окошке приложения "Вместе" был значок "началась трансляция", а чуть ниже его располагались умножавшиеся и умножавшиеся комментарии людей, которых скрывали разные, иногда не слишком заурядные ники. Сочащиеся злостью глаза лысого тронуло вдруг одно железное понимание неизбежного. — Вы помните Евгения Стрелкова, посчитавшего себя героем, поймавшим Чумного доктора? Вот он... — произнёс до боли знакомый всем жителям Питера голос, а затем в камере приложения словно из неоткуда появилась небольшая, состоящая из нескольких труб пластина. Отчаявшийся Стрелков завопил во всё горло, извергая подавляемые железной штуковиной во рту ругательства. Чумной направил объектив камеры прямо в лицо человеку, зловеще проговорив за кадром: — Он всегда стремился к славе, так пусть и смерть его станет доступной для глаз каждого из вас. Он с непроницаемым выражением лица закрепил телефон на верёвке, так что в камере отчётливо было видно злобно и испуганно моргавшие глаза Стрелкова, перед которым уже успела пронестись вся его жизнь. Посмотрев на него, маньяк несколько нахмурился, а потом, наклонив голову вправо, торжественно улыбнулся. - Мне приятно, что ты сдохнешь без своей отвратительной, лицемерной улыбки, — он с облегчением нажал на кнопку в странной пластине и кинув её к ногам пытающегося что-то крикнуть Стрелкова, отошёл в сторону. Страшно вспыхнувшая бомба тут же разорвала человека с улыбкой на части, не оставив за собой ничего, кроме ярко догорающего пламени. Рыжие волосы под его воздействием становились ещё более похожими на безжалостный, сметающий всё на своём пути огонь. *** Крик. Истошный человеческий крик. Раздался в голове майора адским, почти невыносимым гулом, непременно оставившим после себя вереницу тихих возгласов, которые складывались в неприятно отдающее в уши эхо. Усилием воли он открыл слипшиеся ото сна глаза и почувствовал раздражающую сухость во рту, как при болезни. Следующим, что он услышал, было громкое перешёптывание Дубина и Юли. -Опять они к Разумовскому прикопались.. -недовольно буркнул Гром, посмотрев на часы и резво встав с кровати. За небольшим кухонным столом сидели его друзья, во взгляде которых была какая то неопределенность и тревога. —Вы опять за своё? -сердито спросил он, уже готовый к новой вразумляющей их дискуссии. Однако к новости, которую порывался рассказать ему слишком уверенно смотревший Дубин, полицейский совершено точно не был готов. Со словами "мы тебе говорили ",напарник протянул ему свой смартфон. Оглушающий удар. О нет, это всего лишь резко участившеесе сердцебиение, чуть не отбросившее его назад . Лицо злобно ухмыляющегося Разумовского, смотрело на него из выпуска новостей, своими холодными, жёлтыми , как у птицы глазами. В его руке был красный, увесистый динамит, а неподалёку от тощего силуэта возвышался тот самый Евгений Стрелков, крепко привязанный к тому же столбу, на котором ранее был сожжен и Зильченко с семьёй. Эту сказавшую буквально всё фотографию дополняла большая жирная надпись, гласившая "Чумной доктор вернулся в город .Кровавое правосудие достигло московского следователя Евгения Стрелкова ." Он в полной мере прочувствовал фразу "Сердце упало в пятки ".В душе словно бы что-то оборвалось, что-то неимоверно важное, приобрёдшее с недавних пор плоть и кровь, свой собственный уголок нирваны. —Ну ты и змей хитрожопый, Серёжа.. -вспыхнула мысль в голове чуть не упавшего от не проходившего шока Грома. Повторяющий одно своё "я тебя предупреждал " голос Дубина, заглушал только упрямый голос разума майора, не сумевшего поверить в узнанную им информацию. —Он слёзно заверял меня в своей помощи, говорил, что хочет моего доверия, изливал душу, помогал в расследовании, чтобы только воткнуть сейчас нож в спину. А ты и рад был повестись на этот дешёвый обман, херов маскарад одного искусного актёра...Хотя нет, вряд-ли игра была какой-то особенной, скорей ты захотел быть обманутым, не послушал своих настоящих друзей. Уже не в первый раз ты делаешь промахи из за собственной упёртости. Но я ведь думал, что он и правда хочет стать моим приятелем, или даже другом... У него же чёрт подери никого не было!Ни одного близкого человека...Мудак тупорылый!Повёлся на слёзы серийного убийцы, а тот и рад был водить меня за нос. Больше такого не будет. В отличии от непрерывной, не слишком актуальной в данный момент болтовни Дубина, Пчёлкина с сочувствием во взгляде обняла Грома, не произнося ни слова. Разговорами ему было не помочь. Он должен сам разобраться в чудовищной оплошности, ещё одном промахе , который мог стоить жизни им всем. —А ты ещё Диму называл наивным, сам же дёшево купился ,думая , что эта странная общность между тобой и этим психом может означать, что-то большее, чем его искусную, чательно продуманную ложь. —Все допускают ошибки.Мы справимся. -тихо проговорила Пчёлкина, поглаживая по спине угрюмо молчавшего Грома. —Мы справимся... то же самое говорил и Разумовский во время того самого излияния душ. И ведь так убедительно... Так искренне. Он старался подавить предательский ком в горле, который грозился в любую секунду превратиться в слёзы. —Стоп, может, может в нём именно сейчас проснулась вторая личность? Болезнь снова дала о себе знать? Но почему это тогда произошло так резко? Без всяких предпосылок, вроде смены цвета глаз? А что, если его ложь и была этой самой ключевой предпосылкой? Но тогда..Тогда он не остановится на убийстве одного Стрелкова и убьёт ещё кого нибудь,-лихорадочно мыслил Гром, параллельно думая над тем, как и где будет возможно схватить вмиг усложнившего им задачу Разумовского. —Теперь их двое...Двое разъярённых и жестоких убийц. —Мы и с одним то справиться не могли! -с ужасом восклицал Дубин, понимавший, что теперь то Разумовский точно не оставит их в покое. Гром постепенно покинул объятья Юли и с полными тревоги глазами проговорил: —Ему некуда идти ,кроме его офиса, но он точно не будет скрываться там, мы уже в его умении врать убедились. Дубин хотел было заикнуться о том, что убеждаться в истинных планах маньяка пришлось только Грому, не сумевшему вовремя открыть глаза и послушать своих друзей. Однако Пчёлкина напряжённо посмотрела на вмиг замолчавшего напарника. Сейчас не время ссориться и доказывать кто прав, а кто виноват. —Учитывая, что офис "Вместе" уже давно никто не посещает, он мог просто потерять бдительность и поехать туда. -предположила Пчёлкина, снова начиная думать о неплохом ролике, который можно будет создать по не менее горячему, чем остальные материалу. —Он не будет так рисковать, потому что знает, что в первую очередь мы поедем туда.–скрестив руки на груди пробурчал Гром, продолжая думать над резко усложнившейся ситуацией. —Если они напарники, он может быть щас с ним. -широко раскрыв глаза высказал предположение Дубин. —Звучит интересно, но мы сейчас не сможем найти его адрес, поэтому придётся находить другие лазейки. -задумчиво произнесла Юля. После минутного раздумья, Гром предложил уж слишком на взгляд его друзей, нелепую и безумную теорию : —Он ведь может последовать примеру того вора, осесть в каком-нибудь старом подъезде, да и готовить там план следующего убийства или даже кое-чего похуже.–майор выразительно посмотрел на недоумённо моргавших друзей. —Игорь, ты чего, мы же сами убедились в его умении хорошо скрываться. Подъезд не самое лучшее место для размышлений маньяка. Там же люди ходят, его бы сразу сдали, а не сдали, так хоть позвонили бы кому-нибудь. –удивлённо объяснила ему Пчёлкина, понимая, что Гром снова может ошибиться, учитывая все прошлые разы. —Он спрячется там, где мы точно не должны его искать, а это может быть только подъезд.–быстро и монотонно проговорил Гром, а затем начал собираться, попутно подгоняя едва сумевших перевести дух друзей, не очень надеевшихся обнаружить психа хоть где-нибудь, кроме офиса "Вместе". **** —Я бы с превеликим удовольствием вырвал глотки и Грому и его друзьям-идиотам, да вот только это будет слишком скучно.У меня сейчас образовалось достаточно работы и помимо них.–вкрадчиво рассказывал свои планы натянувший злобную ухмылку Разумовский, наблюдая спокойную, несколько циничную улыбку сидевшего напротив оппонента. —Никогда не думал, что болезнь другого человека может принести мне такую огромную пользу.–оголил свои ровные белые зубы он, поправив капюшон чёрной, как смоль толстовки. —Болезнь на всю твою жалкую жизнь могу обеспечить тебе я, если не прекратишь лить воду и не скажешь, почему ты вдруг решил стать моим сообщником.–нарочито мягко улыбнулся рыжий, уже сгорая от нетерпения. Он так соскучился по своей увлекательной, а главное приносившей пользу деятельности. —Хм.. Никто не говорит о сообщничестве, Серёж.У меня есть для тебя некоторые, очень выгодные для нас обоих условия. –самодовольно улыбнулся, сверкнув своими выразительными глазами Вайковский, нисколько не пугаясь угроз неадекватного оппонента. —И что же ты мне можешь предложить? Убить кого-то из неугодивших тебе знакомых или может эту журналюгу? Будь уверен, она на тебя уже достаточно "интересного" накопала.–безумно засмеялся Разумовский,ничуть не смутив этим казалось очень сосредоточенного на чём-то Вайковского. —Ну почему сразу убить и обязательно Пчёлкину, Серёж? В тебе столько негативной энергии скопилось, что её надо бы попытаться выплеснуть более разумным путём. Может девочку снимешь? Ах да, ты же у нас гордый борец с преступностью. Может тогда мальчика? Вот Земцов например, чем не кандидат..–удачно по его мнению подколол Разумовского Жора, невинно засмеявшись с собственной шутки.Тот вспыхнул и переменившись в лице почти что по слогам произнёс : —У меня есть ещё одна взрывчатка. Голос стал злым, в нём уже не чувствовалось той насмешки, какая была ещё пару минут назад. —Не стоит, Серёж, это просто шутка, я лишь хотел настроить тебя на серьёзную сделку. Гром же на сколько мне известно умудрился перейти дорогу нам обоим? Так? –уверенно осведомился у него Вайковский, прекрасно зная на какие рычаги нужно давить в разговоре с одержимым местью и правосудием психом. —Ещё бы.Он нарушил все мои планы и тряпку эту на свою сторону переманил, но к чему ты это?–криво усмехнулся желтоглазый, со сладостным томлением, ожидая, чем же ещё его может заинтриговать убийца с таким ненавистным для него лицом. Этот псих ну уж очень сильно напоминал ему Грома. —Вообщем условия такие:ты приводишь мне Игоря.ЖИВОГО Игоря.–хитро прищурился Вайковский, задержав свой пронзительный взгляд на Сергее. —Каким образом ты это сделаешь, мне абсолютно наплевать.Ты мальчик умный, разберёшься.–с некой насмешкой в голосе проговорил ему он, зачесав свои тёмные волосы назад.Рыжеволосый загадочно ухмыльнулся, глаза жадно вцепились в спокойного, как танк, Жору. —А что я от этого имею? –хитро протянул он, почти, что тресясь от предвкушения новой, весьма интересной работы. —Как мои, так и твои убийства будут все до одного повешены на Грома. –с огоньком азарта провозгласил условие Вайковский, с удовольствием заметив тот же огонь и в глазах задумавшегося Разумовского. —Это звучит идеально.. Вот только как ты собираешься это сделать? -с глупым смешком осведомился он, мельком подумав о том, как бы уверенно державшийся оппонент не надул его, выйдя в конце концов сухим из воды. —Это очень просто, поверь.Немного ловкости и улики, которые изобличают нас, как опасных убийц, окажутся у Грома.–самая невинная из возможных улыбка озарила красивое лицо Вайковского. Он ребячески подмигнул с толикой недоверия глядевшему на него психу и чуть тише спросил : —Ну, что скажешь? На пару секунд опустивший голову вниз Разумовский растянул потрескавшиеся губы в лукавой ухмылке ,и,посмотрев на деловито поднявшего подбородок Жору, сладко проговорил : —Я согласен.Но только к исполнению условий нашей сделки я приступлю не раньше, чем разберусь кое с кем , не слишком сильно уважающим закон.–рыжий затрясся в безумном приступе смеха, уже не особо обращая внимания на то , с каким умилением, с которым смотрят родители на сделавшего невинную глупость ребёнка, смотрел на него Вайковский. **** —На имя Георгия Вайковского зарегестрирована только дача, которая находится почти что на другом конце Питера. Большего я при всей своей старательной и долгой учёбе в политехе найти не смогу. Хотя это может означать, что его новая тайная обитель просто напросто зарегистрирована на какое-нибудь левое имя.–несколько легкомысленно оправдывала свою неспособность помочь расследованию недавно закончившая институт программистка Ирина Романовская. Она была приглашена Юлией Пчёлкиной, знавшей её ещё со школьных времён. —Хотите красивыми словами свою некомпетентность замаскировать? —Не надо нам такого.Мы вас вызвали для того, чтобы этих мудаков поймать.–с крайне презрительным выражением лица отчитывал программистку Гром, изначально уверенный в провальности идеи приглашения посторонних для вычисления нужного адреса. В ответ на столь несправедливый по мнению Юли упрёк, девушка поспешила заступиться за уже покрасневшую до корней волос программистку. —Она сделала всё что могла, Игорь.Ни один программист не залезит в голову этому Вайковскому и не узнает на какое имя он вздумал регистрировать своё чёртово жилье. Твёрдо проговорила журналистка, ободряюще улыбнувшись девушке. Повисло неловкое молчание. Гром угрюмо поправил свою кепку. Взгляд программистки то ли по привычки, а то ли из за боязни посмотреть на окружавших её людей , был прикован к стоявшему неподалёку компьютеру. Вдруг молчавший до сих пор Дубин подал голос : —Маньяк же мог зарегистрировать своё новое жилище на имя одного из своих знакомых, а их у него было слишком мало, чтобы он перебирал. —А из тех, которых мы знаем, это Разумовский, Земцов и.. —Он не знаком с этим вором. –резко перебил воодушевлённую речь напарника Гром, о чём-то крепко призадумавшись. —Он же мог зарегестрировать дом и на своих жертв, а их у него дохрена. –хмуро произнёс он, почесав в раздумье лоб. Дубин поражённо вздохнул. —Стойте!Он не мог регистрировать дом на имена жертв, так как люди сразу почуяли бы неладное и доложили кому надо! Он наверняка зарегистрировал эту дачу на Разумовского! –радостно хлопнул в ладоши Дубин, с удовольствием заметив медленную перемену в лице обычно хмурого Грома. Он в два широких шага оказался у стола, за которым сидела светловолосая программистка и требовательно произнёс, указав на стоявший против неё компьютер : —Найди адрес чувака, у которого этот псих купил дачу. Девушка кивнула и быстро начала вбивать нужные данные в строку поиска, удивляясь тому, что она до сих пор не сбежала, не смотря на тщётность попыток обнаружить новое место жительства маньяков. Вставшая слева от девушки Пчёлкина ,выработанным жестом достала свой айфон и быстро включив режим фото, направила камеру на себя и программистку, грустно сказав : —Селфи на память, Ир. Сделала фотографию , на которой были отчётливо видны отнюдь не самые радостные эмоции на лицах обеих девушек. С грустной улыбкой Юля убрала телефон в карман джинс.Ирина устало вздохнула. Журналистка в своём репертуаре.