Граница между собой и собой от себя

      Как я могу признаться тебе, если уши твои — лишь фикция? Фортепьяно. Тебе когда-то нравился его звук, эти ноты, сонеты и гаммы, что играл тогда, когда ты была прикована к кровати и мне было мирно отдан приказ учиться играть на этом инструменте под твои аплодисменты, когда я обучался всё быстрее и техничнее. Собачий вальс ─ Твоё любимое произведение, которым я разогревался перед маленьким концертом в этой палате из тонких стен и бело-голубые цвета их окраса, что нравился очень. Меня слышали другие пациенты больницы, но никто не говорил ни слова против моего прихода, даже врачи и санитары, даже когда ты покинула наш мир, и мелодия стала медленней и печальней. Твоё любимое платье — Чёрное, с фиолетовыми кружевами. Любимая еда ─ любая, что готовил тебе я, ведь ты так хвалила мою готовку. Твой любимый цвет — цвет моих глаз, хоть он и был грязного янтарного цвета. Любимая поза сна до аварии — Супергерой, так ты даже выглядела намного милее и не хотелось тебя будить, даже когда ты опаздывала на работу, я всё смотрел на тебя в умилении, стоял в дверном проходе и наблюдал, даже когда ты была непричесанной и без макияжа. Я держу твоё тело в доме, ты уже давно не пахнешь и стала куклой с кожей и приятным, но исказившимся лицом, будто я плохо снял и натянул скальп и лишь глаза так по-тёплому смотрели на меня. Ведь я любил это небо в них и чувствовал волну мурашек от каждого взгляда на меня ими, и очень бесился, когда ты моргала, но не показывал этого при тебе, ведь я тебя люблю. И вот, мы с тобой за столом, вновь обедаем спустя пяти лет той аварии и трёх лет от твоей смерти, мы часто видимся у могильной плиты, но я же знаю, что ты предо мной, за столом, вместе, сложила руки на столе… Прости меня… Я больше не пью… Честно…