Пробка под цвет глаз

— Я не сдаааам! — протяжно тянет Кавех. — В четвёртый раз? Ты издеваешься?! Мы же с тобой всю ночь учили эту ебанную термодинамику! — Сайно толкает друга с плечо с нехилой силой, так, что Кавех чуть не падает. — Даже я на два курса младше понимаю что вы проходите! — Кавех, я кажется знаю, чем тебе помочь, — легко улыбается подошедшая Лиза. Однако все в университете знают, когда она улыбается вот так, лишь слегка напрягая кончики губ и хитро прищуриваясь — жди беды. — Да я уже на всё согласен! Не сдам в этот раз вылечу из этой шарашкиной канторы! — Кавех хватается за голову. — Заплати ему… — Ты же знаешь, что я должен Дори 10к моры за ту игру в карты. Мне нечем ему платить, я продукты то ели-ели покупаю. — Кавех закатывает глаза, он ожидал идею получше. — Ты не дослушал, заплати ему своим телом, — Лиза расплывается в довольной улыбке сводницы. — Этот старый хрыч ни за что не согласится. Да и он скорее всего натурал до мозга костей. — Кавех тяжело вздыхает. — То есть тебя только это волнует?! — Тигнари смотрит на друга с не понимаем. — А вот и нет, — Лиза озорно хихикает. — Вы же знаете, что я иногда пишу романы… — Давай будем смотреть правде в глаза. Ты пишешь жёсткую еблю между мужиками и даже каким-то образом продаёшь печатные издания. Так что? — Кавех цинично понимает одну бровь. — Хорошо, хорошо, я пишу порнуху, но не в этом суть. Пару дней назад у меня купили книгу «За сто баллов во все дыры или анал от профессора». — Фу, что за паршивые названия ты придумываешь? — Тигнари скривился. — Не перебивай. И знаете кто это был? Наш дорогой профессор Хайтам! — А как ты узнала?! — Кавех, Тигнари и Сайно уставились на подругу глазами с чайное блюдце. — Я знаю все страницы учителей в инстаграме, даже фейковые! — Лиза довольно задрала нос. — И как ты предлагаешь мне его соблазнить? Пересдача уже завтра. — Я лично куплю тебе новенькую анальную пробку за свои деньги, если ты потом расскажешь мне всё в подробностях. — Лиза хитренько улыбается. — Отлично, терять мне уже нечего и так и так отчислят. Так что пошли смотреть пробки вместо пар! *** — Здравствуйте студент Кавех, что ж сегодня вы одни на пересдаче. Дверь закройте, чтобы нам не помешали ваши друзья с подсказками, как это было в прошлый раз. Аль-Хайтам раскладывал сорок шесть билетов на своём огромном профессорском столе и был максимально невозмутим и спокоен, словно от этого экзамена не зависело пребывание его студента в стенах данного учебного заведения. Кавех послушно закрыл дверь изнутри, вспоминая какая гениальная идея провалилась стараньями профессора. Лиза зашла прямо в середине экзамена что-то спросить у Аль-Хайтама и стала настукивать ответы на азбуке Морзе, кто же знал, что профессор и её знает. Пробка сильно тянула несчастную жопу Кавеха. Ему впервые пришлось растягивать себя самому. Раньше он как-то не думал о том, чтобы быть пассивом, да и, честно говоря, вообще о сексе с мужчиной, ну и чего уж врать, о сексе вовсе. Его интересовала только учёба на архитектурном и гулянки с друзьями и пивом по выходным, его и в простой дрочке всё устраивало. Лиза, конечно, объяснила, как всё будет происходить и пробку как обещалась купила, но всё равно было как-то неловко предлагать такое преподавателю. Хотя если уходить, то уж красиво! Кавех подошёл к столу и сглотнул вязкую слюну. Настал момент истины. — Ну что студент, тяните билет. — Аль-Хайтам флегматично смотрит на Кавеха из-под очков половинок. — Билет тянуть не буду, но вы можете потянуть мою жопу. — Лицо Кавеха ощутимо покрывается красными пятнами. — Что?! — Аль-Хайтам давится собственной слюной и роняет очки с носа. — Это вы так шутите весело? Скажу сразу, я такие шутки не люблю. Кавех думает: «Ну, была не была!» и стягивая штаны с нижним бельём становится к профессору задом. Парень слышит, как Хайтам задыхается, толи от возмущения, толи от вида. — Я так полагаю, вы решили сдать термодинамику любой ценой? — Да! — Выходит пискляво от стыда и это ещё больше смущает Кавеха. — Что ж, раз уж мы оба хотим поставить вам зачёт любой ценой, вам нужно будет усердно поработать, студент Кавех. — Аль-Хайтам откладывает очки и откидывается на спинку стула. — На колени. Властный тон профессора заставляет Кавеха молниеносно натянуть штаны, не застёгивая, и усесться у Аль-Хайтама в ногах. Такого голоса он от профессора никогда не слышал. Твёрдый, бархатистый и даже можно сказать хозяйский, не терпящий возражений такой же как его огромный член прямо перед лицом Кавеха. Стоп! А чего он такой огромный то?! Сантиметров восемнадцать-двадцать не меньше! К такому жизнь бедного студента не готовила! — Полагаю ты умный мальчик и сам знаешь, что делать. — Точно бархатистый, словно по бархату рукой ведёшь. Кавех знал, но мало и только из порнухи и рассказов Лизы, но что ему теперь оставалось? Любишь кататься, люби и саночки возить. А если точнее, хочешь зачёт, люби и профессорский хер сосать. Член на вкус был… интересный. Ничего противного, просто вкус кожи. На удивление у Аль-Хайтама очень быстро вставал и становился ещё больше. А Кавех чуть не плакал от одной мысли о том, как он это в себя засунет. Это вам не пробочка в семь сантиметров, это натурально болт из конструкции кого-нибудь моста. Лиза бы описала его как: «Непоколебимый стержень любви», «Анаконда страсти» или «Жезл амура», но сейчас Кавех об этом мало думал. Облизав губы для лучшего скольжения, Кавех коснулся ими головки члена профессора и попытался протолкнуть его глубже, помогая себе руками. Тёплый, нет, даже горячий член Аль-Хайтама идеально ложился в руку по толщине, хотя тонким его было не назвать. Одной рукой надрачивая, другой играясь с яичками и работая языком, Кавеху наконец удалось выбить из профессора первый стон, что не мало потешило его самомнение, так как минет он делал в первый раз и раньше мечтал только о том, как его сделают ему. — Молодец, хороший мальчик, — похвалил Аль-Хайтам и от этих его слов член Кавеха моментально встал. Решив выбить из профессора побольше похвалы, Кавех постарался заглотить всю длину, но рвотный рефлекс сделал своё дело и, едва не успев клацнуть зубами по члену, он отстранился и закашлялся. — В первый раз делаешь мужчине приятно ртом? — Аль-Хайтам наклонился к студенту и притянул его за подбородок к своему лицу, так, что их носы почти соприкасались. — Да, простите профессор Хайтам, я сделал больно? — Кавех смущённо потупился и отвёл взгляд. — Ничего страшного, ты молодец. Очень, очень хороший мальчик. Сделал папочке приятно. — Наглая профессорская морда оскалилась, когда почувствовала, как вздрогнул Кавех. — А теперь покажи, что у тебя в попке. Кавех послушно встал и наклонившись над столом с билетами спустил с себя расстёгнутые штаны вместе с дешманскими трусами из фикспрайса, между прочим, лучшими, что у него были, а именно без дырок. Прямо посреди его задницы торчал по-шлющему блестящий кристалл розового цвета, как сказала Лиза, под цвет его глаз. Аль-Хайтам обвёл его края пальцами и Кавех ощутимо задрожал. Тогда профессор поддел конец пробки пальцем и потянул на себя, заставляя ярко розовый от манипуляций и смущения вход Кавеха приоткрыться и слегка выпустить игрушку. Хайтам хмыкнул на заглушённый стон Кавеха. — Можете не сдерживать голос, нас не услышат. А я люблю, когда послушные мальчики кричат подо мной. Сердце Кавеха по ощущению упало куда-то… в член, потому что вся кровь сейчас была там, оставляя мозгу самые капли, чтобы тот мог распознавать речь профессора. — Хорошо, папочка. — С трудом соображая выдал Кавех. — Вот и молодец. Я так понимаю, у тебя это первый раз, так что ты, наверное, себя недостаточно растянул, но я тебе помогу. Послышался скрип ящика и ворошение бумаг, щёлкнула крышка какого-то тюбика, а потом холодные пальцы в чём-то склизком потёрли края ануса. — Что это? — Едва ворочая языком спросил Кавех. — Твоя подруга Лиза Минчи как-то оставила у меня крем из закатников, думаю он пойдёт вместо смазки. Раздался хлюп, и Кавех почувствовал, как из него вынули пробку. И только сейчас он понял всю комичность и ужас ситуации. Он, наполовину голый, уже без пробки в заднице, выбивает себе зачёт сексом с каким-то стариком, хотя тут же себя поправил, профессор Хайтам стариком не был. А если и был, то очень красивым и хорошо сохранившимся. А ещё он называет его папочкой, и неожиданно для самого себя Кавеху это нравится, очень нравится. По правде говоря, такого возбуждения он никогда не испытывал. Но его размышления отвлекли настойчивые пальцы, хозяйничавшие у него в заднице. Аль-Хайтам нежно потирал пальцами стеночки и разминал края входа, постепенно добавляя больше пальцев. Чувствовать что-то живое у себя внутри было абсолютно не так… безразлично, как пробку, а ещё очень возбуждающе. Пальцы профессора оглаживали всё внутри и тёрли именно там, где нужно. После вычищения себя душем и пробки там было достаточно свободно, так что уже три пальца с лёгкостью скользили в нём. А когда Хайтам нашёл что-то внутри и надавил, и так слегка стонущий Кавех взвизгнул и дёрнулся. Такого фейерверка ощущений он никогда не испытывал. — О, кажется нашёл. Моему мальчику понравилось? — Донеслось властное откуда-то сверху. — Да, можно ещё? — С трудом выдавил из себя Кавех. — Ты знаешь, как надо правильно просить. — Папочка, сделайте мне приятно ещё раз, пожалуйста. И Кавех почувствовал, как позорно кончил, громко вскрикнув, от одних слов, даже без трения в той самой точке. Но ощущать себя хорошим мальчиком было для него приятнее любого действия. — Я разве разрешал тебе кончать? — Нет, папочка… — с трудом сказал Кавех, уплывая разумом куда-то далеко. — Тогда мой мальчик будет наказан. — Аль-Хайтам, не вынимая пальцы из Кавеха, развязал ленточку на одной из стопок тетрадей и туго повязал её на основании члена студента. — теперь сможешь кончить только когда я разрешу. У Кавеха покосились ноги, и он окончательно лёг на стол, потому что профессор Хайтам принялся потирать его простату. Кавех буквально плавился от ощущений и похвалы профессора. Он говорил всё больше и больше грязных вещей, а Кавех всё растекался и растекался лужицей, не понимая, как он раньше не додумался соблазнить такого горячего мужчину, попадающего под все его неожиданные кинки. — Как думаешь, ты готов принять член папочки? — донеслось сверху. — Да, я очень хочу почувствовать твой член, папочка, — простонал Кавех, уже морально готовый ко всему. И Хайтам стал входить. Медленно и осторожно, сантиметр за сантиметром, так, чтобы не дай архонты не сделать больно. Стоны Кавеха, наверное, сбежался подслушивать весь университет под дверью аудитории, потому что стонал он вдохновенно и с самоотдачей. — А ты оказывается такой громкий, или любишь, когда за тобой подглядывают? — съехидничал Хайтам. — Черт, вроде так хорошо растянули, а в тебе всё равно очень узко. Кавех чувствовал каждый сантиметр входящего в него члена, каждую венку и рельефную головку и это сводило его с ума. Таких ощущений он ещё не испытывал. Член Аль-Хайтама идеально растягивал и наполнял его, даря такое необходимое чувство наполненности, а когда он вошёл до конца Кавех, кажется, сорвал голос. — Ты так хорошо сжимаешь меня, мой мальчик. Первый толчок вызвал у Кавеха вскрик, а второй протяжный вой, на третьем Кавех умер и затрясся. Он был буквально на грани жизни и смерти от удовольствия. Он никогда бы не подумал, что секс с мужчиной — это так приятно, а иначе бы жил в гей клубе вместо общаги. Или это так хорошо, только по тому, что это именно тот самый профессор, на которого он запал ещё с первого курса? А ну и чёрт с ним, главное, что хорошо. — У тебя был сухой оргазм? — Недоумение сверху заставило Кавеха покраснеть даже ушами. — Простите, это так глупо, просто было очень приятно… — Да всё в порядке, просто я удивлён. Со мной ещё никто такого не испытывал. Видимо мы идеально подходим друг другу. — На этих словах Кавех покраснел ещё сильнее, хотя казалось некуда. Хайтам снова стал двигаться, но теперь уже увереннее, почти вынимая и доходя до конца каждый раз. А Кавеха окончательно перестали держать ноги, так что профессору приходилось поддерживать его за бёдра. Удовольствие горячей патокой разливалось в паху, иногда выбивая из студента особо громкие всхлипы. А Аль-Хайтам наклонился к его лицу и нежно поцеловал за ухом — слабое место Кавеха, от чего тот вздрогнул и заскулил. Профессор хмыкнул. — Нравится, когда трогают уши? — Да, папочка… — Кавеху было слегка неловко раскрывать свой маленький секрет, но его уже поймали. Профессор обвёл раковину языком и следка прикусил мочку, от чего у Кавеха закатились глаза. — Чёрт, сейчас кончу, — прорычал Аль-Хайтам. — Я тоже! — задыхаясь всё-таки смог выговорить Кавех. Тогда профессор ускорился и одним движением снял ленточку с члена Кавеха. Тот задрожал и протяжно скуля, кончил. Аль-Хайтам вышел из Кавеха полностью и тоже кончил ему на задницу, напоследок от души шлёпнув её. — Надо будет как-нибудь повторить… — с трудом и отдышкой выдавил студент. — Ага, я согласен. *** — Ну что, сдал?! — Воскликнули Тигнари и Сайно в один голос, когда увидели Кавеха на следующий день. — Ага, Лиза, я должен тебе ящик пива. — Довольно промурлыкал Кавех. — Неужто правда именно так… — Ошарашенное лицо Сайно выглядело более чем комично. — Да, и это было великолепно! У него вот такой болт! — Кавех показал руками сантиметров сорок. — Где деньги возьмёшь, на ящик пива? — Хохотнула Лиза. — А мне больше не надо платить за общагу, Хайтамчик предложил съехаться и я согласился. — Кавех гордо задрал нос. — Чтобы трахаться как кролики? — Мрачно констатировал Тигнари. — Ага, — заулыбался Кавех.