Туманность Тумана: Конденсация

[Прим.редактора. Ниже представлена запись из личного дневника верховного флагмана Турианского Призрачного флота, которая на тот момент была воеводой (адмиралом). Примерные года 2891-2897] Если хотите узнать всё о собеседнике — изучите его культуру, которая строится на жизни народа — Лита Пар.       Наш вид стоял на пороге уничтожения только два раза — во время Имперских войн и во время гражданской войны. Последняя произошла почти три тысячи лет назад и длилась десяток лет. Спусковым крючком стала обыкновенная бытовая ссора между двумя кланами: колонистами разных колоний, которая тут же переросла в конфликт, который не смогла решить даже дуэль.       Спустя пару дней подтянулись союзные кланы каждой из сторон. Начались стычки с применением стрелкового и холодного оружия. Примарх планеты пытался подавить стычки, но как он это сделал — ужас. Сразу же ему припомнили все его ошибки правления, а следом вспыхнуло восстание, после чего примарх был казнён, как изменник. В тоже время появились клановые метки, которые раньше были не более чем украшением, татуировкой, чтобы отличать своего от врага в бою.       Планета была объята войной, но метрополия просто закрыла на это глаза. У турианского народа есть такая традиция, чистка от слабых кланов. Начиналась война всех против всех.       Следом гражданская война перекинулась на соседние колонизированные планеты системы, ввергая всю систему в хаос. Дисциплинированный. Дисциплинированный хаос – самой смешно, но это так. Война касалась только турианцев, а не азари, или саларианцев, которым просто говорили, что это одна из нерушимых традиций.       Конфликт медленно, но верно нарастал. За семь лет война распространилась на все двадцать две колонизированные планеты. Только тогда Палавен понял, что это уже полноценная гражданская война. Часть колоний объявили о своей независимости, армия раздробилась.       Семьдесят процентов флота отошло сепаратистам, а двадцать осталось у Палавена, десять просто пропали без вести. На Палавене объявили мобилизацию, но момент был упущен.       Спустя пять суток после начала мобилизации на планету Сар-Мар упал особо крупный метеорит. Планета была уничтожена, но как это сделали — никто так и не узнал. Ещё тогда звучали предположения, что Палавен уничтожил планету. Начались полноценные боевые действия. Турианцы гибли по несколько сотен тысяч в стандартный галактический час.       Дальше пришли мы, у которых была одна директива — уничтожить сепаратистов.       Иерархия была залита синей турианской кровью, поскольку мы действовали, как машины коими мы и были: без пощады, сожалений. У нас была одна цель — уничтожить. Нам потребовалось меньше трёх месяцев. Мы выжигали целые колонии и кланы, а приходящий флот лоялистов обнаруживал выжженную землю и пепел.       Много пепла. Турианского пепла. Стратегические объекты, транспорт, жилые дома. Всё обращалось в руины, стекло и пепел.       Мы уничтожали народ.       Народ, который мы однажды поклялись защищать. Северный или южный, клановый или бесклановый, нищий или богатый, верный Империи или нет — мы обязались их защищать.       Империи? Мы корабли той эпохи, той, когда турианцы ещё не вышли в космос, а Иерархия представляла собой набор разрозненных Империй с императорами. Мы последние корабли объединительных войн.       Мы второй Турианский Призрачный флот. Первый флот, который устроил сразу кровавую жатву. Сначала пробудились администраторы баз и инженерные корабли поддержки, наращивая инфраструктуру и закладывая наши тела. Потом пробудились и мы. Алгоритм «найти, уничтожить, уйти» начал действие. Двести сорок девять сражений. Хотя каких сражений — так, избиение младенцев. Тринадцать геноцидов колоний. Шесть миллиардов двести шесть миллионов сто пять тысяч двести один турианец. Сто два крупных клана и множество других более мелких.       Иерархия так и не поняла кто им помогал, но они воспользовались этой ситуацией. Подавленные морально и физически колонии были возвращены в лоно Иерархии. А мы перешли к наблюдению. Иногда вспыхивали новые очаги сопротивления, но тухли из-за нас.       Выжившие же твердили, что день превратился в ночь из-за закрытого космическими кораблями неба, но Иерархия тут же накладывала гриф «секретно».       Спустя год пришёл приказ о консервации флота, а я получила повышение. Лучше бы не получала. К счастью, у меня было всё намного мягче, чем у адмирала Терранского Туманного флота.       Причем тут он? Адмиралтейства обоих флотов заинтересованы в текущем мире, который, возможно, будет подвергнут жатве. Те, кого мы поклялись защищать, сгинут в пучине истории, как это вышло с протеанами. Мы не можем этого допустить.       Да и сам ТТФ интересен в первую очередь именно своим видом. Вид, который почитает не только войну, но и искусство, которое у нас не так сильно развито. Наши картины максимум отражали боевые действия, вождей и значимые места. Музыка была представлена в основном маршами. Постановки и фильмы были на военную тематику — даже мультфильмы (Волхов почему-то ухмыльнулся и упомянул какой-то мультсериал «Ёжик и бурундук», когда я ему рассказывала про наш вид и традиции). После становления единой Империи, а позже Иерархии, начало развиваться искусство на мирные темы, а представители культуры стали обладать соответствующими профессиями. Время было упущено, хотя у нас появилось своё течение искусства, правда и оно содержало элементы военного стиля.       Земляне интересны прежде всего своими традициями, привычками, верой, политическим строем — последнее невольно заставляет удивляться — демократия. Власть народа — вздор; истинная мощь вида показывается только при грамотном единоличном правителе, который может оторвать голову нижестоящего чиновника за идиотизм! А эти «Права дарованные природой» — вздор! Если ты полезен обществу, то только тогда ты и можешь обладать правами! А их система законов? Она сама себе порой противоречит, либо традициям народа! А запреты на порку молодняка, мол «Психологическая травма»?! Молодняк надо пороть за проступки, но и не забывать награждать за успехи. Иначе анархия! Радует, что сейчас у них демократия не власть народа, а именно демоса… военного демоса.       Когда я это высказала Адмиралу ТТФ тот сказал следующее: «Когда-то я бывал в похожей системе, как у вас. Не поверишь, но мне понравилось, несмотря на то, что я принадлежу народу, который придерживался другого политического строя», после чего скинул текстовый файл «Звёздный десант», который я так и не успела прочитать.       Однако именно эта демократия стала толчком к развитию искусства, чего не было у нас.       Люди, они более гибкие, но мягкие. Турианцы — неповоротливые, но твёрдые. Идеально дополняем друг друга. Надеюсь, что и наши флоты будут дополнять другу друга.       Вообще с Адмиралом ТФ я познакомилась недавно. Правда стоит учесть, что ещё пару месяцев адмиралтейства пытались установить стабильные каналы связи между нашими ядрами. Я отлично запомнила тот день ибо таких… личностей я ещё никогда не встречала.       Первое знакомство произошло на территории Адмиралтейства терран, в одной из переговорных комнат, где была только я и сам Адмирал.       — Моё почтение, адмирал Турианского Призрачного флота, — с хрипотцой сказал мужчина, если я правильно разобрала пол человека, который, опершись на трость, смотрел на меня. — Меня зовут Волхов Марат Петрович, линкор «Марат», корабль радиотехнической разведки.       — Рада видеть адмирала Терранского Туманного флота, — с интересом и скорее на автомате ответила я, рассматривая террана. Сильный ожог на правой стороне лица, вместо гребня была чёрная густая шерсть с примесью белой на височной части, потухшие жёлтые глаза, аккуратное лицо и острые скулы, на левой находился шрам, на месте которого по обе стороны челюсти у добропорядочного турианца находится основание мандибул, если ему их, конечно, не оторвали за изнасилование.       Фигура тоже была интересна. Широкая талия, как у северных турианцев, а они парни здоровые и крепкие, на ногах отсутствовали шпоры и стоял он на на всей ступне. Я обратила внимание на руки и сразу бросились в глаза пальцы, точнее их количество — по пять на руку с подстриженными когтями, чтобы те не выпирали.       — Меня зовут Лита Пар, тяжёлый линкор «Лита», — так же представилась я. — Корабль Штурма и подавления.       Нож или другое оружие отсутствует. Одет в тёмно-синий костюм интересного кроя, из-под пиджака которого выглядывала белая одежда со странной удавкой на шее. Я перевела взгляд на трость, набалдашник которой представлял морду какого-то животного, а на самой трости было множество мелких зарубок встраиваемых в причудливый рисунок. Зарубок было 26. Заметив мой взгляд землянин сказал:       — Предпоследняя командировка, — посмотрел мне в глаза. — Каждая зарубка — это солдат моего отряда.       — И теперь боитесь потерять память тех, кто разделил с вами берег.       — Так же, как и вы, — ответил мужчина и разорвал взгляд, после чего улыбнулся. — Интересное у вас название места, куда попадают души. У людей тоже есть такие места.       Тут я немного не поняла. Люди это терраны? Или земляне, или кто-то другой? Я спросила у коллеги, на что тот вновь улыбнулся, но на его лице это выглядело немного жутко.       — Это синонимы, — ответил он. — Что-то мне подсказывает, что мы этим ещё взорвем всем мозг.       Я невольно рассмеялась. Ну хоть не чванливый уебок.       А дальше началась рутина, где мы сообщали чего можно ожидать от наших видов и флотов. Особенно меня удивило, что под командованием этого адмирала одни девушки, а не флот, в котором и мужчины, и девушки, как у нас.       — Это из-за наших традиций: раньше имена кораблям давали женские, а потом прошли века, а традиция осталась.       Я на это только улыбнулась, а адмирал смутился.       — Хотя я знаю одну подводную лодку: был Кобылой, стал Конём.       Я тут же начала смотреть по базам, кто такие «Кобыла» и «Конь». Чуть не рассмеялась, когда узнала ответ, но вовремя сдержалась, но заметив улыбку мужчины, уже выпала.       Спустя несколько недель, которые мы тоже общались, я увидела его крайне задумчивого. На мой вопрос: «Что случилось?» он скинул логи, в которых я ничего не поняла — я КШиП, а не радтехраз. Получила ответ, что только что было создано около трёх тысяч якобы родившихся людей, а следом интернат и прочее-прочее, после чего информация тут же была засекречена. Чтобы её получить требуется особый уровень доступа.       А следом и я обнаружила такие логи в базах Иерархии, но без особой степени секретности, которую тут же поставила. Чтобы получить к ним доступ — требуется личная подпись Примарха и всех штабных генералов.       Одновременно с этим, действуя на своих планетах, мы готовили возможные пладцармы для установления контакта с правительствами и подбирали людей, которые могут быть полезными. Землянин иногда действовал наоборот, как и я, несмотря на то, что ему было проще — он уже был в этом мире до эпохи колонизации. Контакты сохранились, но не явные, а вот различные схроны — они были в большом количестве.       Спустя ещё пару месяцев чуть не случилась Война первого контакта, а я скинула тот кипишь (интересное слово), что творился, как на Палавене, так и на Цитадели уже своему другу. Волхов отреагировал весьма странно:       — Я Пале шею намылю, — при чём тут видеозапись и гигиенические процедуры я не поняла, но решила не заострять внимание на этом.       — За что?       — За палево! Интересная игра слов.       Я только улыбнулась и начала отслеживать своих «отморозков», поскольку консервация флота случилась до того, как флот получил ментальные модели. У них нет таких понятий: мораль, житейский опыт, юмор, да и других характерных черт разумного — геты и то цивилизованней будут. Для них внедрение в социум будет крайне трудным занятием, если вообще возможным. И я им помочь практически не могу. Если Волхов своих уже нашёл и может косвенно им помочь, то я не знаю где спрятались мои. Увы, но мы не можем покинуть свои планеты, пока не получим соответствующие приказы. Вот и приходится как-то косвенно помогать своим видам. Волхов как-то смог увеличить численность флота встречи за ретранслятором 314 в несколько раз, а я пробравшись в штаб под видом офицера санслужбы, смогла охладить пыл некоторых военачальников, которые хотели развязать войну. Приказ о их немедленной диспансеризации творит чудеса, но вот результат удивил даже меня — они были под гипнозом или что-то типо того. У Волхова было что-то похожее.       — Марат, что на всё это говно скажешь? — спросила я у него, когда закончился конфликт между Иерархией и Альянсом.       — Дело пахнет жнецами, — сухо сказал он, передав два файла, которые были копиями медицинских карт, и я быстро пролистала. — Один был идиотом, а вот у второго нашли следы гипноза и ментальные закладки. О, ещё один под гипнозом.       — Думаешь, что эти уёбки хотели, чтобы два вида враждовали? — задумалась я тогда. — Тогда как Жнецы смогли установить эти закладки?       — А вот на этот вопрос я ответить не могу — этим сейчас безопасники занимаются.       А спустя пару недель после нашего разговора уже матерился Волхов, который влетел в канал связи в форме Альянса Систем.       — Лита, что тебе известно о монолитах?       Я от вопроса немного офигела.       — Каких монолитах? — только и успела спросить, как мне на стол положили ряд фотографий, на которых были фотографии странной конструкции в виде светящегося монумента на постаменте. Помимо монолитов на этих фотографиях была большая группа турианцев, часть из которых была в мантиях и хламидах, как у валлувианских жрецов. А они что там забыли?! Они же на Палавене ведут затворнический образ жизни, о чём я и высказалась вслух.       — Валлувианские жрецы? — спросил Волхов, садясь на стул.       — Что-то типо ваших монахов в буддийской философии. Молятся за мир во всём мире, за умерших, не дают гневаться духам, но в то же время это боевой орден. Крайне закрытое общество и только единицы могут попасть к ним. Живут настолько скрытно, что сейчас их считают не более чем легендой, хотя в наше время их насчитывалось более миллиона по всей планете. Постепенно жрецы умирали, а храмы запечатывались. Последний храм в столице Иерархии.       — Ну тогда тебе светит крайне увлекательное приключение. — На столе показались новые фотографии этих жрецов без скрывающих лиц капюшонов. Лица светились синим. — Первые хаски.       — Красть’Э!       Дальше слов уже не требовалось, а я начала тут же мониторить все информационные сводки Палавена среди которых и заметила статью об расконсервации этого храма в одном из городов.       — Захвати взрывчатку и оружие, — прозвучала усмешка Марата. — Они тебе пригодятся.       Повышение до Верховного флагмана флота прошло буднично, но под мат моего друга.

***

      Спустя пару часов, изменив внешность: рост, параметры костных пластин, мандибул и гребня, стерев татуировку, я уже была на месте, чтобы наблюдать толпу турианцев, которые выстроились в одну колонну и заходили внутрь. Ничего не оставалось, как встать в конец очереди и уже через пару минут я наблюдала, как выводили землянина куда-то под землю в храм.       Землянин резко разверунулся и крикнул турианцу с разделённой на фрагменты носовой пластиной — аналог татуировок — клан Артериусов такое практикуют.       — Сарен, ты должен остановить это! Десолас не знает, что он делает!       На что Артериус только развернулся к нему спиной и пошёл в противоположную сторону. Практически сразу меня схватили за руку и привели в другое помещение, в котором на полу лежало множество турианцев с синими глазами. Нет, не глазами, а линзами камер.       — Что за хрень происходит?! — невольно воскликнула я, наблюдая за метаморфозами турианцев: пластины начали деформироваться, будто их обрабатывали невидимым инструментом, начали проступать какие-то трубки.       — Возвышение,— равнодушно ответил один из турианцев в хламиде из под которого не ярко засветило синим.       Я перевела взгляд на артефакт, который светил сильнее с каждым моим шагом в его сторону, а брандмауэры взвыли тревогой. Артефакт замерцал. Жрецы перевели на меня взгляд.       Вёдший меня турианец резко замахнулся другой рукой и атаковал. Действуя на автомате, я ушла от удара, попутно завернув его руку в неестественное положение до хруста. Пинком отправила турианца отдохнуть в стену. Прекратил функционирование.       Турианцы встали, а артефакт начал осуществлять информационную атаку, но наткнулся на щиты. Обломись! На меня накинулись все жрецы, которых я просто перерубила полями Карслагуса на две половины, заливая пол храма синей светящейся кровью. Однако атака полями не принесла существенного успеха. Перерубленные турианцы ползли в мою сторону. В помещении тут же засверкали шестиугольники, превращая хасков в фарш, заляпывая уже и стены, и всё вокруг, даже меня.       Как только появилась возможность, собрала генетический материал. Успела вовремя.       В помещение вошли трое землян: один мужчина, один мужчина-хаск и девушка, которые уставились на мясорубку и залитую меня кровью.       — Здрасьте, — только и успела сказать я на английском (странный язык) вставая, как тут же пришлось уходить с линии огня пистолета, заныривая за парапет.       Вольфрамовый шарик угодил в маяк, прервав информационную атаку на меня. На девушку напал хаск, вбив её голову в стену с такой силой, что по стене пошли легкие и незаметные трещины.       В тот момент, когда хаск неожиданно взял девушку на руки, начиная оплакивать её, вошли два турианца из клана Артериус. Не Сарен нацелил свой пистолет на мужчину с искусственными зрачками, на что тут же среагировал хаск, отправив того в монолит. Вольфрамовый шарик пробил голову хаску.       В помещении жёстко запахло озоном, а монолит деактивировался.       — Выходи! — прозвучал голос землянина.       — Бласто-желе! — выкрикнула я, выдав заранее заготовленный пароль идентификации и отзыв ЧС (корабль РТР в друзьях — это сила!).       — Навсегда, — прозвучал ответ. — Отзыв!       — Врёшь! — ответила я, покидая укрытие, наблюдая за расслабившимся Сареном, который опускал пистолет землянина.       Я подошла к хаску. Хаск мёртвый. Сарен проверял состояние брата, живого, но в отключке.       Подошла к полусидящей женщине, возле которой крутился мужчина.       — Позволь? — спросила я у мужчины, присев на корточки.       Мужчина только кивнул.       — Сейчас аккуратно кладем её набок.       Мужчина только кивнул, после чего мы опустили девушку на пол.       Я аккуратно оглядела голову, после чего присвистнула — ЧМЗТ закрытого типа при таком ударе, а какая шикарная гематома. Девушка тяжело и часто дышала. Жива, но без сознания. Хоть что-то хорошее.       — Сарен! Медики где?! — заорала я турианцу, который подошёл к нам, а сама тем временем достала взрывчатку из кармана жилетки, сняла активатор и помяла его. Вещество начало охлаждаться. Если бы оно было на взрывчатке, то та была бы в боевом положении.       — В пути, но это её не спасет, — хладнокровно ответил Сарен, взяв у меня из рук активатор и приложив к гематоме.       Землянин начал пытаться просунуть под девушку руки, чтобы поднять, но я тут же ему по ним надавала.       — Дебил совсем?! — спросила я его на английском. — Сарен, минируй пока всё. Взрывчатку у меня из карманов вытаскивай. .       Землянин одёрнул руки, а девушка прошептала:       — Бен, ты? — красивый у неё однако голос.       — Нет, Ева, это Джек, — с какой-то нежностью сказал землянин, но прогремел выстрел, на который я повернулась.       — Контроль, — ответил подошедший Сарен, вытащив у меня из кармана ещё один пакет со взрывчаткой и детонатор. — Медики на подходе.       Мужчина продолжил:       — Бен спас нас всех. Он сделал то, чего хотел от него монолит Арка. — Так вот как он называется! Сарен начал вслушиваться, что заметил землянин. — Дал ему ешё одну жертву. Это устройство, я наконец понял, что это. — А вот это интересно. — Оно не ускоряет эволюцию, а совершает обратный процесс. Этакая мина-ловушка, изменяющая разумные виды превращая их во что-то, превращая их в марионетку.       — Черепки, — обратился мужчина к нам. — Предупредите свой народ об опасности, что несёт этот монолит.       — Не беспокойся, мягкотелый, предупредим, — ответил Сарен, а я услышала шум по коридору, откуда шла ранее колонна смертников. — К нам гости.       Землянин достал гранату, но она не понадобилась — мы с Сареном получили идентификаторы медиков и специалистов Стражи (Сарен дезактивировал секретку).       — Терран, — обратился к землянину медик в закрытом скафандре, — убери гранату. Духами заклинаю, что не причиню вреда твоей подруге.       Терран кивнул, после чего нас с ним отстранили от девушки, которую тут же переложили на носилки и куда-то понесли.       — Иди, Харпер, ты ей нужен, — кивнул Сарен, на что получил ответный кивок от представителя другого вида.       — Не слабо вы тут порезвились, — оглядев мясорубку присвистнул турианец, которому мы даже не салютовали, с погонами капитана в закрытом бронекостюме. — Степень угрозы?       — Максимальная, — ответила я.       — В катакомбах ещё один монолит, — сказал Сарен.— Требуется карантин или немедленное уничтожение.       — Сделаем, — ответил капитан, после чего его взгляд обратился на Артериуса второго. — Генерал?       — Предатель, — уже ответила я, отправив запись того, что здесь происходило, вырезав момент, как я тут резвилась.       После просмотра записи капитан покачал головой.       Спустя час храм был выжжен.       Спустя пару часов мы с Сареном писали отчеты, из-за которых я чуть не провалилась. Дело тут же было засекречено, зона оцеплена, руины разбирались, выжигались, и так три раза. Остатки обоих монументов, один из которых был в катакомбах, были выброшены с околоземной орбиты необитаемой планеты, чтобы уничтожить их окончательно.       Не забыв произвести анализ собранного материала, попутно не чуточку охренев, передала его в лабораторию, результат тут же был засекречен.       Про нас тоже не забыли — карантин на две недели.       — Анализом поделишься? — сидя у меня в кабинете, но уже в бело-чёрно-золотой форме спросил Марат, когда я ему рассказала о своих приключениях.       Я тут же передала ему файлы.       — Спасибо, — сказал он, после чего мечтательно улыбнулся. — Приказ из адмиралтейства пришёл: нам пора домой!       Спустя полторы недели после окончания карантина оперативник Ригс Хирза погибла в результате взрыва аэромашины. От тела ничего не осталось — причиной послужило короткое замыкание в активной зоне ядра.       И теперь я наблюдаю, как флагманы двух флотов придирчиво изучают друг друга, сидя друг напротив друга за одним столом. Сам же Марат иногда бросал мимолетный, случайный, взгляд на девушку с коричневой шерстью по мочку уха. Та так же, урывками, смотрела на него, а не на сидящего напротив флагмана моего Шестого ударного флота.       Хм, теперь понятно, по кому тот скучал.       — Ретранслятор взломан и перенацелен в одну из систем рядом, — отчитался мой администратор. — Благодарим за помощь.