Youngblood

Скажи, что любишь

Что любишь меня

До конца света

Всё или ничего

Я отдам тебе всё

TXT (Tomorrow X Together) – 0X1=LOVESONG (I Know I Love You)

      Они сговорились. На повторное предложение Ёнджуна поехать к морю я ответила расплывчато и неоднозначно. Каково было моё удивление, когда на следующий день Тэхён предложил точно то же самое. "Суджин, тебе нужно отдохнуть" – повторяли оба парня, но они даже не подозревали, что отдых мне требовался от них обоих. И от меня самой, желательно.       Однако к морю и правда хотелось. Потому, отказавшись от компании парней, я поехала в родительский дом сама по себе. Звать с собой Йесо я даже не стала. Пусть обсудить их отношения с моим братом и казалось весьма увлекательным, но сейчас мне было не до них. Ни до кого из моего окружения.       Для конца весны погода стояла неважная. Прохладный ветер залезал под одежду и спутывал распущенные волосы. Пешком добираясь со станции, я инстинктивно поёжилась и поудобнее подкинула рюкзак на плече. Когда мы с Йесо шли этой дорогой в последний раз, жара стояла неимоверная. Казалось, мы иссохнем, точно ископаемые в пустыне. Сейчас же небо хмурилось, намереваясь атаковать город дождём.       Моё настроение удивительным образом подражало погоде в родном Ансане. Почти год назад весёлая и беззаботная Чхве Суджин веселилась здесь с друзьями и даже не представляла, сколько испытаний подготовила для неё жизнь. Казалось, что последний год равнялся трём, если не пяти. Настолько вымотанной и безразличной я стала.       Заприметив свой дом, я нашарила ключи в кармане тонкой куртки. Повезло, что на этот раз не забыла. Сейчас подсадить меня было бы некому.       Одно осталось неизменным, принося тем самым хоть какое-то чувство душевного равновесия: внутри дома, как и раньше, стояла духота. Родители уже приезжали в этом сезоне, но наглухо закрытые окна и двери за время их отсутствия вновь позволили скопиться запаху древесины внутри. Кинув рюкзак на пол, я распахнула окна, наполняя дом свежим морским воздухом.       И что дальше?       Плюхнувшись на диван, я задумчивым взглядом прошлась по комнате. Полки с наградами Субина, мои школьные рисунки, семейные фотографии и сувениры из путешествий – каждая деталь интерьера хранила в себе историю. По кусочкам собирала этот дом таким, каким он помнился мне. Уютным и тёплым, где можно укрыться от любых невзгод.       Прямо как отношения. Совместное хобби, любимые сериалы и ужин на двоих. Пережитые рука об руку радостные и досадные моменты. Я часто переезжала в последнее время, но, когда мы с Тэхёном были вместе, мне казалось, что я нашла свой дом. С неимоверной скоростью мы создали место, где чувствовали себя в безопасности. К сожалению, фундамент дал трещину. Закладывать его стоило с бо́льшим усердием, не жалея на это сил и ресурсов.       Люди тоже создавались по кусочкам. Вкусы в еде, стиль одежды и даже громкость голоса формировали каждого, как уникальную личность. Я же в этой гонке забыла, что мне нравилось и что я любила. В отражении старого телевизора на меня смотрела незнакомая девушка. Её волосы были светлые, а сама она была худее и бледнее меня настоящей. Я потеряла себя.       Именно поэтому сбежать от суеты Сеула и любовной драмы казалось лучшим решением. Мне было крайне необходимо побыть одной, чтобы понять себя и свои чувства. В многообразии происходящего я совсем забыла, что по-настоящему важно.       Пока на улице ещё не стемнело, я решила отправиться к морю за ответами. Оставила городскую одежду наверху в своей спальной комнате и переоделась в спортивный костюм Субина, который тот носил, кажется, классе в десятом. Запах вещей, долго лежавших в шкафу, вмиг забил ноздри. Намереваясь вытеснить его солоноватым воздухом, я поскорее вышла наружу.       Пешком до берега было не дольше сорока минут, на машине раза в четыре меньше. Если за рулём не Чхве Ёнджун, разумеется. Усмехнувшись себе под нос, я вспомнила, как пятеро здоровых парней и мы с Йесо в одной машине ехали к морю. То ли общий вес пассажиров сказывался на управлении, то ли Ёнджун свернул пару раз не туда, но доехали мы тогда не быстрее автобуса. Последний как нельзя кстати показался около остановки. — Стойте! — воскликнула я и сорвалась с места.       Пожилой водитель не увидел меня и уже собирался тронуться с места. Кричать пришлось громче, а вдобавок махать руками в разные стороны. — Пожалуйста, подождите!       Автобус остался стоять, а его передние двери распахнулись. Удача была на моей стороне. Благодарно кланяясь водителю, я запрыгнула внутрь и приложила транспортную карту к валидатору. — Спасибо, — механический женский голос прокатился по салону.       Ехать семь остановок. Однако семь остановок в Ансане и в Сеуле – это совершенно разные вещи. Автобус тормозил практически в каждом квартале, вынуждая своих пассажиров схватиться за поручни, чтобы не упасть. Балансируя на сиденье, я чувствовала себя дома, как никогда прежде. Именно с такой дороги начинался наш с Субином учебный день.       За окном мелькали всё те же выцветшие вывески на домах, которые повесели лет двадцать назад. Пёстрые рекламы Сеула с фотогеничными кафе не добрались сюда, сохраняя аутентичность каждого закоулка. Мимо пронёсся магазин, в котором мы с Йесо прятались от дождя после уроков; салон красоты, где мне делали укладку на выпускной; танцевальная студия, в которой занимался Субин. Воспоминания о детстве заполонили мои мысли, и я едва не пропустила нужную остановку.       Вновь приложив карту, оповещение системы об успешной оплате я услышала уже стоя на улице. До моря было рукой подать, и я не могла скрыть счастливую улыбку. Вот оно. Моё место силы.       Вопреки хмурящемуся небу, ветер не гулял по морю, разгоняя волны. Вода спокойно отражала облака. Лишь иногда слышались короткие всплески, стоило волнам коснуться камней.       Я подобралась к самой кромке и, опустившись на корточки, пальцами коснулась воды. Холодная. Несмотря на температуру, захотелось искупаться. А потом слечь с воспалением лёгких, видимо. Недовольно дёрнув уголком губ, я немного отошла от моря и уселась на песок.       Сколько бы лет мне ни было, в конечном счёте я всегда оказывалась здесь. За все эти годы море видело меня в моменты безграничного счастья и горькой печали, пожирающего волнения и умиротворения. Я приходила к нему любая. Оно слушало меня, даже если я молчала. Слушало не слова, мысли. Те, в которых было страшно признаться даже самой себе.       Между нами с Тэхёном была любовь. Только зарождающаяся, хрупкая и несмелая. Стоило взращивать её, наполняя взаимоуважением и заботой. Однако в наших неумелых руках эта любовь не то, чтобы не разрослась, она едва ли не потухла. Одно неаккуратное действие, как стакан случайно вылитой воды, намочившей брёвна, что теперь неспособны возгореться вновь. Наша едва не уничтоженная любовь продолжала тлеть где-то на самом дне сердца, забытая и будто бы никому не нужная.       С Ёнджуном всё складывалось иначе. Огонь между нами едва ли можно назвать любовью. Скорее, это была всепоглощающая страсть. Не только сексуальная. Мы не могли насытиться друг другом, сколько бы времени ни проводили вместе. Нам всего было мало. Распаляя пожар всё сильнее, мы тянулись друг к другу, не замечая, как заживо сгорали. Это была зависимость. Одержимость. Не бабочки в животе, а нечто, способное погубить нас обоих.       На песок рядом приземлилась чайка и голодным взглядом окинула мои пустые карманы. Поджав губы, я сочувственно улыбнулась. Любое живое существо нуждалось в пропитании. И если птицам достаточно набить свои маленькие желудки, то у человека от голода также страдали душа и сердце.       Я могла бы перестать общаться с Тэхёном и Ёнджуном. На вечерах в компании душила бы распирающую изнутри тоску алкоголем, а в обычные будни посвящала себя учёбе. Но если свести общение с одним из них к минимуму было не так уж и сложно, то при мыслях о втором сердце сдавливало, словно в тисках. Признаться себе всё ещё было тяжело, но я не хотела его терять.       Над морем пролетела другая чайка, крича что-то на ходу и распугивая добычу. Как глупо. Такими темпами у неё не получится наполнить своё брюшко свежей рыбой. Наблюдая за птицей, я потерялась в собственных мыслях и пришла в себя, только когда закатное солнце опустилось за горизонт. Вокруг уже стемнело.       Ночью на пляже делать нечего. Моря не видно, а песок настолько ледяной, что, и дальше сидя на нём, можно легко простудиться. Я поднялась на ноги и отряхнула штаны от песчинок, собираясь вернуться домой.       Чем сильнее время близилось к ночи, тем безлюднее становилось на улицах маленького города. С подростковых времён я знала пару клубов и баров, которые облюбовала местная молодёжь. Настроения прожигать свою юность там сейчас не было. Я без приключений доехала на том же автобусе, приметив уже знакомое лицо водителя, и сразу повалилась спать. Мама бы отругала за грязные ноги, но её здесь не было. На время своего небольшого побега из города я была предоставлена самой себе.

***

      Самый сладкий сон всегда настигал меня в доме у моря. Свежий воздух, поступающий сквозь приоткрытое окно, и родная постель творили невообразимое. Обычно я просыпалась ближе к обеду, но сегодня оторвалась от подушки ранним утром. Энергия, словно море, плескалась внутри, подмывая скорее заняться делами. Не сопротивляясь, я встала с постели с рассветным солнцем и отправилась в ванную комнату.       Отражение, встретившее меня в зеркале, не оправдало ожидания. На меня смотрела уставшая незнакомка, тогда как я чувствовала себя прекрасно. Внешний вид не красили не только синяки под глазами, но и отросшие тёмные корни волос вкупе с пожелтевшими концами. С этим всем надо было что-то делать.       Я приняла душ и постаралась уложить волосы. После даже накрасилась, хоть и планировала дать своей коже отдых на время поездки. Несмотря на все усилия, прежнюю Суджин я так и не вернула. То ли сказывалась пара сброшенных килограммов, то ли неухоженные волосы. И, если с первым в моменте я не могла ничего сделать, решить второй вопрос было в моих силах. Вернее, в силах парикмахера из ближайшего салона красоты.       Ещё раз взглянув на сожжённые светлые волосы, я без колебания нашла в интернете номер и связалась с администратором. Меня записали на этот же день. В Сеуле для подобного следовало обладать сказочным везением, и то неизвестно, как бы оно противостояло записанным на месяц вперёд девушкам. К хорошему мастеру в столице попасть было невозможно. Я отчего-то решила, что в маленьком городе с возвращением в родной оттенок справятся ничуть не хуже, а потому отправилась в соседний район сразу после завтрака.       С каждым пройденным метром всё сильнее казалось, что в этом городе я могла передвигаться с закрытыми глазами. Настолько знакомыми и понятными были улочки вокруг. Вот бы мысли в моей голове бродили также стройно. Не путались в каждом закоулке и не возвращались то и дело назад, словно турист без навигатора. Я работала над этим. Как могла, направляла свои страхи и опасения в одну сторону, а мечты и желания в другую. Начало было положено. — Здравствуйте, — я поклонилась, только войдя в парикмахерскую и не успев разглядеть присутствующих. — Здравствуйте. Вы госпожа Чхве, верно? На окрашивание. — Да, это я.       Выпрямившись я встретилась взглядами с молодой девушкой за стойкой. Неожиданно. Молодежь в городе оставалась редко и всегда вызывала у меня вопросы. Конечно, не все мои одноклассники уехали покорять столицу. Кто-то перебрался в другие крупные города. Здесь, в Ансане, ловить было нечего. Потому при записи на окрашивание я представляла аджумму, которая красила ещё мою маму в своё время. — Присаживайтесь.       Девушка указала на свободное кресло у зеркала, возвращая меня к реальности. Пытаясь скрыть свою растерянность, я молча прошла в указанном направлении. Только сейчас мне удалось повнимательнее разглядеть салон изнутри. На журнальных столиках не лежали каталоги с модными причёсками из нулевых, не было и плакатов с Wonder Girls на стенах. Минималистичный интерьер разбавляли лишь акцентные детали в виде искусственных цветов, стоящих на полу по бокам от кресел. Салон на удивление выглядел ничем не хуже столичных. — По телефону вы сказали, что хотели бы вернуть натуральный цвет волос. — парикмахер заняла место за моей спиной, когда я села на кресло. — Тёмный оттенок будет быстро сходить с осветлённой базы. Нам придётся затемнить чуть сильнее, чтобы краска не смылась в каштановый за первую же неделю.       Она говорила что-то ещё, попутно касаясь моих волос и рассматривая их под разными углами. Удивительно, как много эта девушка знала об окрашивании. Я не понимала и половину из того, что она говорила, но верила каждому слову. — Давайте мы для начала помоем ваши волосы. Пожалуйста, пройдите к мойке.       Парикмахер указала на другое кресло, и я послушно пересела на него. Вместе с тёплой водой головы коснулись длинные пальцы. В нос пробрался аромат шампуня. Расслабляясь я прикрыла глаза. Сопутствующий окрашиванию массаж оказался тем, что было мне так нужно.       Мне всегда нравились молчаливые мастера. Иногда было довольно некомфортно поддерживать беседу со старым знакомым, что говорить о человеке, которого ты видишь первый раз в жизни. Я могла прикинуться экстравертом, только если внутри меня была пара бокалов, а напротив сидел крайне симпатичный парень. В других ситуациях я предпочитала отмалчиваться. К счастью, сегодня никто не пытался вытащить меня из зоны комфорта пустой болтовнёй, и новая причёска не заставила себя долго ждать.       Спустя всего пару часов, мне на лицо упала первая тёмная прядь. Ещё сырая, но уже такая знакомая и приятная глазу. Под громкое жужжание фена отражение в зеркале всё сильнее напоминало давно знакомую Чхве Суджин. Не загнанную в угол потерянную душу, а чётко следующую собственному пути девушку. Правда, былой уверенности во взгляде поубавилось. — Ну вот, готово.       Парикмахер сияла, точно начищенная монета, любуясь проделанной работой. Это подкупало. Результат понравился не только мне, но и самому мастеру. Получив разрешение на съёмку, девушка выстроила свет и вооружилась телефоном. Мне же тем временем захотелось задать ей один вопрос. — Извините, — я выждала небольшую паузу, обращая на себя внимание, — а вы давно здесь работаете? — Почти год, — ответила она, не отвлекаясь от съёмки. — Я выкупила старый салон, находившийся здесь, и немного переделала его под себя. — Немного? Парикмахерские Каннама ничем не уступают вашей! Я точно не встречала здесь такого раньше.       Звонкий смех прокатился по помещению. Я улыбнулась, поддавшись смене настроения. Парикмахер оказалась весьма разговорчивой. — А вы из Сеула? — спросила она, выключая напольную лампу с кольцом света. — Приехали к родителям? — Почти. У моей семьи остался здесь дом, но все мы давно переехали. Теперь приезжаем, когда хочется перезагрузиться. А вы местная? — Нет. Я родилась и выросла в Сеуле, но в какой-то момент решила сбежать сюда. Мне нравится размеренный темп жизни в Ансане.       Услышанное сильно удивило. Конечно, я и сама приехала в домик у моря, чтобы отдалиться от городской суеты, но мне даже в мысли не приходило вернуться в родной город насовсем. Переезд в чужой маленький город и вовсе казался чем-то абсурдным. — Жители провинций переезжают в столицу, а вы, значит, наоборот, — по-доброму усмехнулась я. — Сколько с меня? — Сто тысяч вон, но я бы предложила ещё стрижку. После осветления лучше убирать концы каждые три месяца.       Несмотря на укладку, волосы на концах торчали в разные стороны. Согласно кивнув, я поудобнее расположилась на кресле. Парикмахер вооружилась ножницами. — Я работала со знаменитостями, — неожиданно призналась она, — делала стрижки и окрашивания в крупном салоне Сеула. Но мне всегда хотелось работать на себя. Решиться было тяжело. У меня была хорошая зарплата и большая клиентская база. И всё равно меня не покидала мысль о том, что это не то. Так что в один день я переехала и занялась тем, о чём давно мечтала. Ведь никогда не поздно начать с чистого листа, верно? — Верно.       Наш разговор продолжился сам собой. О трудностях бытия, не сбывшихся надеждах и сокровенных мечтах. Когда моя новая-старая причёска была готова, и я вышла из салона, меня не покидало ощущение лёгкости, как после сеанса у психолога. Не такого, что только и хочет содрать с тебя побольше денег, а правда заинтересованного в помощи специалиста.       На пути до дома мои мысли оставались где-то в том диалоге. Начинать заново то, на что уже было потрачено время, тяжело. Невозможно не чувствовать себя лузером, ведь, поведи ты себя где-то иначе, и к началу возвращаться бы не пришлось. Можно было бы пожинать плоды своего упорного труда и двигаться дальше, к бо́льшим достижениям. Вместо этого ты продолжаешь копошиться на старте.       Эта девушка, решившаяся бросить успешную карьеру и построить её заново, по-своему, обладала потрясающей силой духа. Мне хотелось быть такой, как она. Откинуть надуманные страхи и сделать шаг навстречу своему счастью. Тем более, что моё счастье давно сделало шаг навстречу мне.       На самом деле, я для себя давно всё решила. Знала правильный вариант с самого начала, но боялась выбрать его. Страх облажаться поселился так глубоко в сердце, будто не попробовать ещё раз и вовсе было бы куда правильнее. Но это не так. Правильно было попытаться ещё раз. Ради него, ради меня и ради всего, что было между нами.       С чего начать? Позвонить ему или написать? Столь серьёзные разговоры куда правильнее проводить с глазу на глаз, но никак не на расстоянии нескольких десятков километров. Пригласить его сюда или самой вернуться в Сеул? Я терялась в догадках, как будет лучше. Но кто сказал, что обязательно нужно делать всё наилучшим образом? Это точно не правило моей жизни. Поэтому, пусть и немного трусливо, я отправила сообщение с предложением увидеться на пляже этим же вечером и спрятала телефон подальше в сумку. Было страшно, что он откажет. Не хотелось, и чтобы он оказался настолько нагружен работой, что увидеться просто не получилось бы.       Телефон коротко пропищал, из-за чего я вздрогнула и чуть не выронила ключи от дома. Каким бы ни был ответ, я решила всё равно поехать к морю. Если получится, он встретит меня на пляже. Если нет, я найду утешение там, где всегда его находила.       Вернувшись домой из парикмахерской, я заварила рамён на обед. Соблазнительный аромат быстро распространился по первому этажу, но, сильно нервничая, я заставила себя съесть только половину. Чтобы не свалиться в голодный обморок этого было достаточно, большего мне и не требовалось.       Хорошо изученный маршрут до моря создавал ощущение контроля над ситуацией. Те же автобусы, те же улочки вокруг. Я цеплялась за каждое знакомое место, звук или запах, будто тем самым могла предугадать исход этого вечера. Разумеется, это было не так, но мой воспалённый множественными терзаниями разум не хотел признавать обратное.       Море встретило небольшим штормом. Я посильнее вжала голову в плечи, пряча щёки за широким воротом кофты. Как бы не пошёл дождь. Желание всё контролировать, чтобы не сойти с ума от волнения, не могло противостоять погодным условиям. Оставалось надеяться на лучшее.       Остановившись в метре от кромки воды, я села на песок, совсем не заботясь об одежде. Да, на мне всё ещё был спортивный костюм Субина. Может, дело отчасти было в этом.       Время шло, на улице темнело и холодало. Телефон больше не издал ни звука. Вдруг в том сообщении давно было сказано, что никакой встречи не будет. Я не хотела верить, что зря морозила свою задницу, сидя на холодном песку. Даже если он не придёт, вечер у моря не мог быть плохим решением. Небольшая ложь самой себе распадалась о мои нетерпеливые взгляды на каждого прохожего, что то и дело появлялись в поле зрения. Не отдавая себе отчёта, я искала в лицах незнакомцев излюбленные черты. Но, не находя их, возвращала своё внимание к плещущимся волнам и падающим на брюки каплям воды.       Со временем я привыкла к маячившим туда-сюда старикам и стайкам подростков, которых нисколько не пугала стоящая непогода. Потому, спустя пару часов, проведённых наедине со своими мыслями, я и носом не повела, когда рядом со мной кто-то опустился на песок. Только до боли родной голос заставил сердце сжаться, стоило мне услышать: — Не против, если я присоединюсь?       Вскинув голову, я встретилась лицом к лицу с Тэхёном. Он широко улыбался, до выступивших ямочек на щеках. — Не против, — в ответ улыбнулась я.       Волна облегчения настигла меня с головой. Он здесь, приехал ради меня. Это значило, что не всё ещё потеряно. — Ты здесь живёшь или приехала на выходные?       В больших тёмных глазах плескалось озорство. Поддавшись настроению своего соседа, я решила подыграть. — Я выросла здесь, но сейчас живу в Сеуле. Приехала на пару дней, а ты? — Я, — он закинул руку за голову и задумчиво сжал волосы на затылке, — я приехал сюда ради одной девушки. Я хочу сказать ей, как сильно её люблю и боюсь снова потерять.       Сердце пропустило удар. Хотелось спрятать взгляд в песок, точно страус голову. Вместо этого я не прерывала зрительный контакт, боясь нарушить то хрупкое, что возникло между нами. — Кажется, она особенная. — Самая особенная, — согласно кивнул он и протянул руку к моим волосам. — Мы совершили немало ошибок, но мне хотелось бы начать всё сначала. Суджин, я…       Слова показались излишни. Я подалась вперёд и обняла его так крепко, как мечтала уже давно. Тэхён не держал на меня никаких обид. Более того, он, как и я, хотел вернуть нас. Построить отношения заново. Медленно, по кирпичику, сначала создать прочный фундамент доверия, а только после перейти на следующих этап. Мы молоды, и вся жизнь ещё впереди. — Я люблю тебя, — слова слетели с губ сами по себе, кутаясь в вороте свитера, насквозь пропахшего зелёным чаем. — Я тоже тебя люблю.