На краю желания

      Оставив чемодан в отеле, Вероника поспешила обратно на улицу, освежить голову и посмотреть город. Через полчаса она шагала по площади Сан-Марко, уворачиваясь от стай голубей и заглядывая в витрины магазинов одежды и сувениров. Не то чтобы она хотела что-то купить, скорее отвлечься и успокоиться. Внутри теплилась надежда, что вечером ей все же удастся поговорить с Ариной и, возможно, завтра они вместе продолжат гулять по городу на воде, как планировали.       Венеция напоминала выставку в галерее искусств. Городу было что показать: полторы сотни каналов, связанных четырьмя сотнями мостов, сто восемнадцать обособленных островов и множество улиц. Прогуливаясь по величественному городу, она старалась сменить фокус с личных переживаний на неповторимую атмосферу, уловить его лёгкость и праздность. В конце концов Вероника запуталась в лабиринтах каналов и улиц. И тут она вспомнила одно выражение, недавно вычитанное в одном из путеводителей: лучший способ узнать Венецию — заблудиться в ней. Она достала телефон и открыла приложение с картой города. Наконец определив своё местоположение, Вероника поняла, что находится вблизи от моста Риальто, одного из самых древних мостов через Гранд-канал и одной из значимых достопримечательностей Венеции.       У подножия моста Вероника перегнулась через перила и посмотрела на воду в канале. Из-под моста грациозно выплывали гондолы одна за другой, скользя по водной глади, как что-то необычное из другой реальности. Заколдованная незабываемой красотой, Вероника потянулась за фотоаппаратом. Она примерила кадр, ловя в объектив следующую гондолу, как голова пошла кругом. В проплывающей мимо гондоле, тесно прижавшись, сидели Арина с Раисой. Женщины о чём-то мирно разговаривали.       Свернув объектив камеры, Вероника отшатнулась назад от прохладного бетона перил. Восхищённые звуки иностранной речи смешались в её голове, они слышались отовсюду, в основном преобладала итальянская речь. Она поднялась на середину моста, внезапно желая оказаться в тишине и одиночестве.       Ну и пусть, в самом деле, мало ли какие у Арины остались дела с Хитиной. Всеми силами Вероника пыталась оправдать Арину, не допуская поспешных выводов.       Запах жареного кофе и весёлый гам туристов привёл Веронику к кафе. Она заказала капучино и овощной салат. За соседним столиком сидел мужчина лет тридцати, что-то читая, явно турист; прочие посетители — либо парочки, либо небольшие семьи. Незаметно разглядывая каждого посетителя, её захлестнули ревность и вязкое чувство потери. Как же мало она всё-таки знала о жизни Арины.       Позади своего столика она услышала русскую речь: какой-то гид рассказывал кому-то, что якобы пару сотен лет назад на месте этого кафе находился публичный дом и музыкальный клуб. Она невольно прислушалась к рассказу о Венеции восемнадцатого века и распутных нравах того времени, где одним из главных героев выступал Казанова. А что, если Арина такая же… Она припомнила девушку на лайнере, которая на салфетке оставила Арине номер своей каюты. Быть может, она всё придумала себе и для Арины она лишь одна из таких же доступных девушек?       Вероника сглотнула, не в силах помешать своему воображению рисовать самые безжалостные образы, в которых ей не было места в жизни Арины Малевич. Внутренний голос негромко сулил навсегда забыть её, но сердце не сдавалось, желая рискнуть.

***

      Узкие венецианские каналы, мосты, старые здания, неаполитанская музыка — с этого началась встреча. Сидя в гондоле, любуясь сказочным городом, ни одна из них не хотела испортить волшебный момент разговором. Каждая погрузилась в тихие мысли, созерцая уникальную красоту Венеции.       Раиса попросила гондольера высадить их на набережной. — Куда мы идём? — уточнила Арина, следуя за Раисой, шагающей в направлении катеров. — Сейчас узнаешь, — не поворачиваясь, громко парировала Раиса. Она забралась в катер, вставила в замок зажигания ключ, двигатель загудел. Нацепив солнечные очки, Хитина взглянула на Арину, топчущуюся на берегу. — Так и будешь там стоять?       Вскарабкавшись по лесенке, Арина зашла на катер и села в мягкое сидение.       Катер медленно вырулил, оставляя за собой набережную и ряд белых суденышек. Разгоняясь, Раиса сосредоточенно держала управление, рассекая голубые воды Адриатического моря. Когда они оказались на достаточном расстоянии от береговой линии, Хитина заглушила мотор, достала из холодильника бутылку шампанского и поставила её на небольшой столик. Из шкафчика вынула два бокала и, открыв шампанское, наполнила их. — Посмотри, какой замечательный день. Время словно остановилось. Светит солнце, на море штиль. — Раиса подняла бокал: — За тебя! — отсалютовала она.       Арина повторила за Хитиной. — Гондольер, катер, шампанское… решила устроить незабываемое прощальное свидание? — Я бы сказала, что-то вроде прощальной встречи, — грустно улыбнулась она, подставляя лицо тёплому солнцу. — Логичное завершение наших непростых отношений.       Арина промолчала. Сложив на коленях кисти рук, она окинула взором Адриатическое море, не представляя, как себя вести.       Тем временем, Хитина подлила шампанского. Они помолчали, созерцая Венецианский остров. — Прости, что хотела сломать тебя, сделать послушной.       Вздохнув, Арина кивнула, подобно жертве, лишённой выбора. — Столько раз я мечтала провести с тобой время: без злобы, мольбы и оскорблений. — Она попыталась заглянуть в голубые глаза, спрятанные за тёмными стеклами. — Скажи, чего ты хочешь, и мы это сделаем. — Продолжи лечение.       Раиса отвернулась, плотно стиснув челюсти. — Я умираю, — слова прозвучали глухо и одиноко.       Арина отставила бокал с шампанским и опустилась перед ней на корточки, обхватив руками её бедра. — Мне очень жаль. Жаль, что я не знаю, чем тебе помочь… Хитина коснулась её коротких тёмно-кофейных волос. — Такое странное чувство конца. — И, опустив глаза, прошептала: — Нет ничего хуже, чем ощущать собственное бессилие перед неизбежным.       Арина прислонилась лбом к её коленям. — Это ужасно! — Она умоляюще посмотрела в карие глаза Раисы, которая выглядела как загнанная в угол чёрная пантера. — Ты узнавала про альтернативные методы? — Арина… — Медицина не стоит на месте. — Арина! — Учёные делают новые открытия, появляются новые возможности. — Остановись, прошу…       Арина быстро осушила бокал, и злясь и сочувствуя одновременно. — Вернёшься в Москву? — Никогда не была там счастлива. — Раиса натянуто улыбнулась. — Если и умирать, то пускай перед глазами будет завораживающий пейзаж. Например, яхта, море и закат. — Рая. — Не надо. Не жалей меня. Этого я не вынесу.       Молча согласившись, Арина подсела рядом и заключила её в свои объятия. — Прости меня за всё, что я вытворяла, — еле слышно произнесла Раиса, удерживая объятия Арины. — Забери конверт, в нём данные твоего счёта. — Они мне не нужны, я же сказала. — А когда меня интересовало, что ты говоришь, — засмеялась Раиса, чтобы разрядить трагичную обстановку. — Тогда я подарю их какому-нибудь фонду по борьбе с раком. — Не вздумай! Знаю я эти фонды и их махинации. — Ты не права. Раз деньги мои, значит, мне решать, как ими распоряжаться.       Раиса звучно цокнула, разглядывая солнечные блики на изумрудной воде, и отрицательно покачала головой. — Нет. Я хочу, чтобы ты их потратила на себя. Ты этого заслуживаешь.

***

      В отель они вернулись к полуночи. Учитывая обстоятельства, Арина не смогла отказать Раисе и позволила подняться в свой номер. Сколько бы неприятных вещей ей ни сделала Хитина, в эти минуты Арина не испытывала ни злобы, ни радости. Сожаление и печаль — единственное, что она ощущала.       Время шло к трём часам утра. Раиса выглядела уставшей и сонной. Они собирались расходиться, как их прервал звонок мобильного телефона. Арина взглянула на экран. Звонили с неизвестного номера. Нерешительно кликнула по экрану «ответить». На другом конце провода назвали её имя и фамилию, которые она тут же подтвердила.       Раиса поднялась с кресла, наблюдая за тем, как лицо Арины в одночасье побледнело и выглядело крайне напуганным. Арина схватила листок и карандаш с тумбочки и дрожащей рукой записала координаты. Разговор по телефону был коротким по времени. — Что-то случилось? Что-то серьезное? — Раиса взяла её за руку и нежно погладила. — Моя сестра, — её голос задрожал. — Их джип сорвался в обрыв, в ходе перестрелки местных торговцев наркотиками.       Она вытерла нахлынувшие слёзы, лихорадочно соображая последовательность своих действий. Первое — купить билет до Боготы, второе — отыскать больницу, в которой находится Инесса. — Я всегда этого боялась, — призналась Арина, сдавливая пальцами переносицу. — Неблагополучные страны притягивают её как магнит. — Она затрясла головой, будто не веря в случившееся. История с родителями вновь грозилась повториться. Старые, забытые эмоции охватили шипастым кольцом её грудь так, что Арина едва могла вздохнуть. — В каком она состоянии? — хладнокровным тоном спросила Раиса, сохраняя трезвость рассудка.       Всего лишь на мгновение Арина остановила на Хитиной растерянный взгляд, затем повернулась к ней спиной и села на стул у стола. — Её коллега по съёмкам сказала, у неё серьёзные травмы бедра и колена. Перелом рёбер, сотрясение… и разрыв селезёнки, кажется. Сейчас её вроде оперируют. Женщина так быстро говорила и связь «прыгала». — Арина вскочила на ноги, схватила обратно телефон, вошла в интернет и, как сумасшедшая, начала искать ближайший билет до Боготы. — Я полечу с тобой. — Не нужно, — отказываясь, она мотнула головой, параллельно ища подходящие авиарейсы. — Сообщи, если понадобятся деньги, или воспользуйся теми, что я перевела на твоё имя.       Арина отвела взгляд от экрана смартфона и посмотрела на женщину, на чью помощь рассчитывала меньше всего. Жизнь непредсказуема. — Понимаю, я вовсе не тот человек, от которого ты когда-нибудь ждала поддержки. — Раиса приложила ладонь к её мокрой от слёз щеке. — А теперь послушай и запомни: если что-то понадобится, рассчитывай на мою помощь. На любую помощь. Слышишь меня?       Поспешно кивнув, она сглотнула образовавшийся ком в горле. — Спасибо, — Арина заморгала, и с тёмных ресниц скатились новые слезинки. — Рая, это не справедливо. Сначала ты, теперь… я не смогу, если Инесса… — произнести вслух страшное слово у неё не хватило духу.       Хитина протянула ей руку, прижала к себе и ободряюще прошептала: — В отличие от меня, твоя сестра поправиться. Обещаю.