Вопреки всему

По наступлению смерти отца Сяо Чжань осознавал, что его ждёт тюрьма или смерть. А больше всего он дорожил свободой и собственной жизнью, тем, что у него осталось. Ни отца, ни смысла, ни друга, ни кота, ни него… Единственное, что он сделал после прихода в чувства и более менее адекватное состояние для оценки своего положения, это вызвал полицию к себе домой, забрал кинжал, книгу с записями об изумруде и сбежал. Собрал вещи из общежития, все необходимые документы, снял накопленные деньги, сколько было, и бежал в Шанхай. Там он сделал поддельные документы на гражданина Ю Нианзу, родом из Гонконга, приехавшего на стажировку. С ним пыталась связаться полиция, но он сломал сим карту и выкинул телефон. Денег хватило только на аренду маленькой комнаты у одной семьи, но ему очень повезло, поскольку к нему относились очень мило, вежливо и с заботой. Каждый день хозяйка с мужем его угощали супом, рисом и травяным чаем, видя, что парень совершенно не ест. Чжань нашёл работу, обладая навыками программирования, поэтому создавал сайты под заказ для магазинов, различных организаций и интернет-пабликов. Это давало ему хороший доход для жизни, развлечений, покупок и так далее, но он осознанно копил на поездку в Монголию, чтобы начать поиски изумруда. Он искренне верил, что камень не утерян и не уничтожен и находится у кого-то во владении. Сяо нашёл пару влиятельных людей, носящих изумрудные украшения в форме ромба. Как бы он раздобыл их? Парень видел выход только в краже. Он действительно хотел вернуть отца к жизни, иначе он никогда бы не простил себе этого. В один будний день Чжань решил нарушить все устои и запреты, поэтому зашёл в кафе, чтобы попить горячего зелёного чая с чем-то сладким и параллельно поработать. Сяо раньше обожал чай за его изысканный, строгий, отрезвляющий и одновременно расслабляющий вкус и аромат. Чашка хорошего зеленого чая заряжала его энергией лучше, чем еда. Погрузившись в работу, он начал редактировать макет сайта для магазина автомобильной техники, но вдруг почувствовал, как кто-то положил руку ему на плечо. Обернувшись, он увидел перед собой Вана Бохая… Тот сел напротив него за столик и в наглую отпил из его чашки, резко сморщившись: «Фу, как ты пьёшь эту гадость?» -Не нужно так отзываться о напитке, если не способны по достоинству оценить его вкус. – С абсолютным равнодушием ответил парень и отломил чайной ложкой кусочек лунного пирога, или юэбина с мягким тестом и заварным кремом. -Ты считаешь, что я не достоин, чтобы даже чай испить? Ладно, я не ругаться с тобой пришёл. Мы всё-таки земляки, оба из Лояна и даже одного района. Сразу прими мои соболезнования по утере отца. Я был в Шанхае, но мама рассказала новости. Решил начать новую жизнь? Тогда у меня есть предложение с наилучшим для тебя заработком. Нужно лишь пробивать информацию по моим требованиям и запросам. Сяо Чжань прекрасно знал, кем был Бохай – преступник, убийца, член триады, замещающий председателя (поскольку бывший главарь также погиб с месяц назад, но его сын ещё не взял бразды правления по всем ритуалам). Парень впал в раздумия: «Работать на китайскую мафию? Неплохо, Сяо Чжань… До чего еще ты готов опуститься после убийства? Может податься в серийные убийцы? Но мне нужны большие деньги в крайний срок, иначе я так и не найду изумруд Хуаин… И не смогу вернуть отца к жизни. О, Небо, будь благосклонно и помоги мне!» -Какая информация вас интересует? -Информация о поставщиках Морских Волков или Хайланг. Это наши… соперники, враги. Нам нужно знать, кто им помогает в поставке оружия. Если ты это сделаешь, будешь щедро вознаграждён, иначе больше никогда не сможешь пить свой дурацкий чай. Только если на том свете. -А почему я? А не какой-то другой хакер? -Земляк земляка видит издалека. К тебе у меня большее доверие. Я знаю, что ты собираешься ехать в Монголию зачем-то, поэтому тебе нужны деньги. А мы способны тебе заплатить самую, что не есть, приличную сумму. Тем более, Сяо Чжань, ты уже взламывал систему организации по размене валют, не так ли? – Сяо был несколько удивлён, что его раскрыли, хотя он ничего и не крал, не переводил никакие деньги, это был пробник, попытка обмануть систему и не более. – Хочешь узнать, как мы достали этот факт твоей биографии? У нас работают свои люди в этой организации, которые вышли на тебя и хотели уже наказать. Но я встрял, поэтому ты сейчас сидишь целый и здоровый. Больше не совершай такие глупые ошибки дабы не выдать себя, понял? Я даю тебе три дня на взломку. Не будет результата – не будет Сяо Чжаня. – после этих слов Ван Бохай оставил маленькую флешку перед брюнетом и вышел, кинув, - Здесь минимальная информация об их системе. Уж постарайся. Сяо Чжань взял флешку в руки и просто рассматривал её в течении получаса, не решаясь смотреть содержимое. Однако выбора у него, получается, не было. Он мог вновь сбежать в другой город, когда только обжился в Шанхае и потерять возможность на большой заработок, сделав одно дело, благодаря которому уже мог ехать в Монголию. Он выдохнул и вставил флешку и открыл первый файл с информацией о серверах, типах защитных систем, которые использует Хайланг, программное обеспечение, виде базы данных для структурирования поставок и поставщиков. Парень мог взломать её, подобрав пароль, но не всё так просто. База данных, рабочая система полностью блокирует чужеродное и незнакомое устройство, не связанное с общей системой компьютеров одной триады. В связи с этим Чжань решил взламывать с помощью SQL инъекций. Уязвимые точки для атаки находятся в местах, где формируется запрос к базе: форма аутентификации, поисковая строка, каталог, REST-запросы и непосредственно URL. Парень вернулся в свою маленькую комнату, отказавшись от супа, прихватил кружку чая и сел за работу. Спустя два дня работы и двухчасовой загрузки Сяо понял, что он уже вошёл в систему Хайланг. Он был несказанно рад, даже счастлив, поскольку это было невероятным достижением в его технических навыках. Но Чжань был бы не Чжанем, если бы не полюбопытствовал: он изучил, кто являлся главным поставщиком Волков – Инагава-кай и Ямагути-гуми – японские якудзы, то есть традиционная форма организованной преступности в Японии, группировки которой занимают лидирующее положение в криминальном мире страны. Члены якудза также известны как «гокудо». Эти крупные мафии занимались в основном в изготовлении и круговороте оружия на востоке планеты. «А Хайланг крупно повезло иметь дипломатические и хорошие взаимоотношения с ними». В частности Ямагути-гуми -известнейшая по всей стране восходящего солнца группировка, имеющая и зарубежные представительства. Все статистические и количественные данные не интересовали Сяо, поэтому он прошёлся по списку членов триады. Во главе стоял Чэ Фенг в возрасте тридцати пяти лет, имеющий личный доход в один миллиард долларов в год, а годовой оборот триады составлял двадцать пять миллиардов. «Почему быть преступником так выгодно? Поэтому люди и идут туда… за лёгкой добычей, где всего лишь нужно уметь стрелять, подчиняться строгой иерархии и бесцеремонно исполнять приказы. Хэйвуя по сравнению с ними очень бедная группировка, которую могут раздавить в любой момент Морские Волки, стоит им захотеть…» В размышлениях Чжань провел с четверть часа и увидел, как на экране начало что-то происходить… Открылся сам по себе текстовый редактор и начал печатать некоторые слова: «Не стоит создавать себе проблемы, не зная, с кем имеешь дело». Сяо решил продолжить переписку со своим же ноутбуком: «Я же поставил систему невидимки, как вы взяли устройство под управление?» - «Не нужно недооценивать соперника. Как быть нам с тобой, Сяо Чжань?» Парень опешил, он снова прокололся и выдал себя, хотя убил на невидимое вторжение пять часов, и теперь точно не знал, что с ним будет. Он написал: «У меня есть шанс сохранить свою жизнь?» - «Есть. Вступай в Хайланг и останешься жив. Безопасность от Хэйвуя тебе будет обеспечена. Ты владеешь хакерскими способностями хорошего уровня, раз взломал нашу систему и заставил поволноваться.» Сяо Чжань думал недолго: «Я согласен. Что мне нужно сделать?» - «Сегодня я сообщу председателю о тебе и угрозах Ван Бохая. За тобой пребудет машина прямо к дому со знаком волка на капоте. Тебя привезут.» Вечером, ближе к девяти вечера, к дому в действительности подъехала чёрная машина, и Сяо Чжань, попрощавшись с хозяевами дома, вышел на улицу, где водитель открыл ему дверь автомобиля. Когда парень хотел уже садиться, кто-то второй сильно ударил его по голове, и он потерял сознание. Очнулся он уже в каком-то кабинете в тёмном лаконичном, богатом стиле. Руки были связаны за стулом, а голова дико раскалывалась. -Доброе утро, Сяо Чжань! Моё имя Чэ Фенг, – сказал мужчина, который стоял к нему спиной и смотрел в окно. Он был одет в тёмно-синий костюм с белоснежной рубашкой, а на запястье блестели золотые часы. – Нормально доехал? Или ты не помнишь, наверное? Не суть. Ты зачем взломал нашу систему, которую мы считали надежнее, чем швейцарские часы? Какой-то сопляк проник в базу данных преступной организации, где такое видано? Ты заставил меня испытать чувство стыда. -Я сделал это по заказу Хэйвуя, иначе лишился бы жизни. - «С точки зрения спроса и предложения, жизнь — самая дешевая вещь на свете». Цитата есть такая из книги. Советую ознакомиться. Мне сообщили, что ты готов вступить в Хайланг. Но как ты себе это представляешь? Ты только что, можно сказать, подставил Чёрных воронов, которые понадеялись на тебя. Разве я могу доверять тебе? У тебя есть родные или близкие? -После смерти отца… никого не осталось, - парень опустил голову вниз. «Если я вступлю сюда, то смогу заработать больше нужного, и тогда будет расплюнуть раздобыть Хуаин!» -Соболезную, - мужчина подошел к нему и поднял его лицо, взявшись за подбородок, - Ты красивый парень. – Сяо Чжань очень смутился и опешил от этих слов, но ничего не ответил и даже не дёрнулся. – Но знаешь, что тебя украсило бы ещё больше? – Чэ Фенг замахнулся и ударил Чжаня по левой щеке ладонью, а учитывая, что на его руке было три кольца, это было очень больно, и сразу остались царапины. Парень немного зашипел от боли. -За что!? -За всё хорошее. – мужчина снова ударил его по тому же месту, но уже кулаком, и это было ещё ужаснее, поскольку на кольцах были драгоценные камни и , которые оставили сильные порезы, и пошла кровь. После Чэ Фенг взял свою недокуренную сигару, разорвал верхние пуговицы Сяо и прижёг кожу в районе клюцицы. – Ну вот, другое дело. Какая прелесть, Сяо Чжань, ты бы видел себя со стороны. Будешь себя плохо вести – я буду так делать, но ещё сильнее и жестче. Главарь развязал его и произнёс: Пройдешь обряд – станешь членом триады, усёк? Но чтобы быть достойным пройти обряд, нужно поблагоухольствовать мне, Сяо Чжань. Думал, что каждый может заявиться и попроситься в преступную организацию? Будь умницей и сделай мне приятно… Я не могу обойти стороной такую молодую кровь. После вхождения в триаду, первых взломов, дел и убийств, первого заработка парень втянулся, забыл главную цель своего нахождения в Хайланг, решив, что найти изумруд невозможно, а кинжал скорее всего уже утратил свою силу. Хотя согласно записям Сяо Вейжа, если человек видит своё отражение на лезвии – кинжал ещё обладает воскрешающей силой. Ван Бохай запомнил этот случай и Сяо Чжаня и затаил обиду и ненависть на годы. Ван стал председателем раньше, и уже хотел идти на Волков войной с захватом прибрежных территорий, полной жертв и кровопролития, но его ближайшее разумное окружение отговорило его от необдуманных действий. Чёрный Ворон был в бешенстве, и лишь одна мысль его успокаивала. Сяо Чжань опустил последний момент, о котором ему жутко вспоминать, когда ради денег он согласился даже на такое. Сяо даже не помнит, о чём тогда думал, кажется, он просто выполнял с дрожью во всём теле, когда ко лбу приставлен пистолет, и молился всем богам и Небу во имя своего спасения. Больше его не трогали в плане сексуальных домогательств, и главарь был счастлив, что избежал подобной участи, в отличие от некоторых других девушек и юношей, которые заканчивали жизнь самоубийством, лишь бы не терпеть подобное… И у Чжаня возник вопрос раньше, чем Ибо начал расспрашивать. -Почему ты терпишь меня и мои действия? Я знаю, что ты пытался сбежать единожды, но ты никогда сам не говорил, что ты не хочешь, что тебе больно и неприятно. – Чжань выжидающе смотрел на блондина, всё ещё сидевшего перед ним на полу. -Я тоже задавался этим вопросом и задаюсь до сих пор, господин Сяо. Но вы такая же жертва, как и я. -Нет. Я не имею права к тебе так относиться. Он не хотел бы, чтобы ты переживал подобное… -Я хочу. – Председатель непонимающе взглянул на Вана и уже хотел наорать на того за подобные мысли, но Ибо продолжил, - Я бы без стыда молил вас коснуться меня, смотреть на меня, позволить ощущать ваше горячее дыхание, целовать меня, трогать, где вам угодно, резать и кусать, и мне ничуть не больно или неприятно. Это всё отзывается лишь новой и новой волной удовольствия. Я не могу объяснить почему, но это я могу сказать с уверенностью. – Сяо Чжань не знал, что ответить человеку, который не ненавидит его за жестокость, раны, наплевательское отношение, ограничения, выискивание из его тела лишь выгоду для себя. При этом мужчина осознавал, что он мог относится к нему ещё хуже, как с людьми под заказ, но не был способен настолько терзать Его. Если бы появилась возможность встретиться с Всевышним, ни один человек не стал бы его ругать, осуждать, за что он так поступает с людьми, нет. Любой человек спросил бы только важные и высокие вещи для себя, своей жизни и жизни близких, любимых, о тех, кто уже покинул мир. Также Сяо не мог просто взять и отрубить крылья любимому ангелу, который соизволил вновь к нему явится, поэтому отнимал по перу, наслаждался и подпитывался ангельской кровью, вынуждал божество грешить, лишь бы не раскрыть свою любовь к божественному. Однако через поведение он всего лишь пытался передать свою боль, возможное упущенное счастье, которое теперь сидело перед ним в порезах и волновалось за его состояние, а не собственное. -Однако.. – начал Ибо, - Я очень хочу вернуть Чана. Он умер из-за меня, хотя должен был жить. Мужчина хотел помочь парню оправдаться, но не решился, поэтому встал и отошёл к столу, чтобы налить воды и снова подошел к Ибо, который с вопросом во взгляде не понимал, чего ожидать. Сяо Чжань вылил всю воду в лицо Вана, тут же зажмурившегося. Парень начал вытирать лицо рукавом: «Вы что делаете!?» Главарь взял его лицо в руки. -Опомнись! Пойми же, кто перед тобой! Как ты можешь мыслить о таком!? Как ты можешь так возвышать человека, который медленно тебя убивает? Вдруг уже завтра я воткну тебе в сердце кинжал? В этом ты тоже будешь видеть удовольствие только из-за того, что это сделаю я!? Ты идиот, Ибо! Ты полнейший идиот! Ты хуже своего брата! Но не в грехах и поступках, а мыслях. Я не лучше, но при мне остаётся разум. Я был в такой ситуации, но я же так не думал. Я мечтал, чтобы от меня скорее отстали, прекратили издевательства и насилие. Ты настоящий мазохист! Ты отбитый на всю голову! Ты убиваешь меня… Каждый раз, когда я стараюсь сделать тебе еще больнее, ты лишь сильнее отзываешься в иную сторону. Что с тобой!? Скажи! -Я не знаю. - он взял руку Сяо Чжаня и ударил ей себя по бедной левой щеке. -Ты что творишь!? – мужчина в испуге отошёл от него, схватившись за руку. – Ван Ибо, прекрати! Прошу… Я не могу… -До этого могли, а теперь нет? – парень встал с пола и начал идти на председателя. – Что переменилось? Я даже в открытую сказал, что хочу этого… - блондин уже снял с себя свитшот. -Ван Ибо, перестань! – Чжань держался, как мог, чтобы избежать контакта с парнем. Он в момент осознал, что вёл себя бездумно и жестоко, как бывший главарь, по отношению к человеку, к которому был неравнодушен. Это также избивало его изнутри. Поэтому мужчина буквально сбежал в ванную и хотел закрыться, но не успел, поскольку Ибо успел с силой открыть дверь. -Господин Сяо, не хотите мне хоть что-то объяснить? Такое чувство, что вы скрываете от меня нечто важное, – блондин зажал председателя в углу ванной комнаты у холодной стены. -Ты хочешь вернуть Чана. Я был слеп пеленой жестокости и желания после долгого времени работы в триаде и разл... Но я уважаю волю самого близкого друга, и не посмею больше прикасаться к тебе. – В ответ на эти слова Ван снова взял руку Чжаня, но уже приложил к левой части груди, где были порезы в виде буквы. -Видите, что вы сделали? Вы запечатлели себя в районе моего сердца, а после пошло заражение по всему телу. А знаете, что страшнее? Как отзывается душа при виде вас так близко… Мысли устремлены в одном направлении, я ни о чём и ни о ком не думаю, чувствую поднимающуюся температуру тела, словно это лихорадочная, неизлечимая болезнь… Господин Сяо поступает сейчас более жестоко, чем с кинжалом в руке, когда лишает меня лекарства. – Чжань не сводил с него взгляд ни на миг, читая каждую искреннюю эмоцию при подобных заявлениях. -Это ненормально, - прошептал Сяо. – Мне жаль тебя. -У нас никогда взаимоотношения и не были бы нормальными. Это созависимость, начало и основание для которой я не знаю. Я уйду, а вы будете терзать себя неизвестным чувством, тягой, выть от тоски, одиночества, которое раньше не испытывали. Если вы выставите меня за забор штаб-квартиры, я не встану с колен и буду ждать, как преданный пёс, привязанный лишь к одному хозяину и готовый служить только ему. Я бы не побежал к брату за помощью… Он бы усадил меня в более тесную клетку в Хэйвуя. -Уходи. – Коротко ответил Чжань. По всему его лицу выступил пот, руки подрагивали, а ноги уже совершенно не держали. Ибо не понял, чего он хочет: чтобы он вышел из ванной или… - Уходи с территории Хайланг. И не попадайся больше мне на глаза. -Сяо Чжань… - парень не выпускал руку главаря, - Забери свои слова обратно. Это не ты говоришь, а твоя половина, которая считает себя виноватой в бедах всех людей. И я не понимаю почему… Ты мне ничего не сделал… -Ты издеваешься!? – закричал Чжань, - Ибо! Ты не видишь порезы, синяки, не ощущаешь боль, которую я причиняю чуть ли не каждый день. Ты пытаешься меня оправдать прошлым, но нельзя жить тем, что уже прошло! – и Сяо резко замолчал, словно осознав собственные слова, и поэтому начал убирать руку Вана со своей, - Я не желаю жить тем, что прошло… Мне ничего не нужно от твоего брата и от тебя. Уходи. – Он встал и вышел из комнаты. Ибо остался в полной растерянности, абсолютно не зная, что ему делать. Сяо Чжань направился вниз и в этот момент ему позвонил Мо Кианг: -Алло, Чжань. У нас гости из Хэйвуя. -Уже иду. Оказавшись в большом переговорном зале, всё еще не успокоившийся главарь оглядел каждого чужака взглядом и остановился на Ван Бохае, который сидел по левую руку от председательского кресла. Сяо не удостоил Ворона ответным приветствием и сел на свое законное место. Ван старался держать фирменную ухмылку и надменное выражение, но что-то в нём будто переменилось или повлияло на него. Можно было проследить тень печали. Он сидел не развалившись в кресле, а наоборот упирался локтями о стол, иногда соединяя руки и устремляя их над головой, когда неизвестные эмоции брали верх. -Чего надо? – спросил Сяо Чжань, когда уже утихомирился. -Во-первых, я по поводу изумруда. Через умных и хороших людей, я узнал, где его достать. -Что!? – главарь Волков так и подорвался с места и ударил руками поверхность стола, - Где!? Это в Монголии? -Чего? В какой Монголии? Нет, в Китае. Поэтому, у меня есть предложение. Я даю тебе координаты Хуаина, а ты выдаёшь мне Ибо. – Чжань хотел уже отказать и возразить, но Бохай продолжил, - Сейчас у нас сложный период в семье, я хочу, чтобы он был в безопасности в кругу настоящих, близких ему людей, способные оказать ему поддержку. Наша мама умерла вчера от сердечной недостаточности. Мы направимся в Лоян, чтобы со всеми почестями проводить её. Сяо Чжань сел обратно и долго думал, отчего некоторые из Черных воронов начали шепотом возмущаться из-за длительного ожидания. Однако главарь вынес свой вердикт: «Забирай». Ван Бохай был рад, что наконец увидит младшего брата, спустя два года. Председатель Хайланг согласился проводить до своего кабинета Ван Бохая и троих охранников. Попросив подождать их, Сяо вошел в квартиру, чтобы отвести Ибо к брату. Но его нигде не было… Чжань обыскал каждый уголок жилища, но парня нигде не было. Тогда он позвал своих недоброжелателей во внутрь квартиры, чтобы те стояли и были на чеку. Бохай не понимал, что происходит, поэтому внимательно наблюдал за действиями волчары. Сяо Чжань отодвинул верхний край необходимой книги и шкаф пришел в действие, сместившись вправо. Главарь Хэйвуя не был удивлён, у каждого уважающего себя председателя есть тайник. Сяо рукой поманил к себе Вана, чтобы тот шел с ним: «У меня есть подозрения, что на этот раз он серьезно сбежал». -Он уже сбегал?? -Да, он всерьез хотел направиться в Хэйвуя, но мы его случайно вновь поймали. Сейчас скорее всего Ибо уже направился по дороге в ваш штаб. Вот видишь. – Главарь указал на окно, которое было обновлено на новое. Но и оно было разбито. Ван подошел и что-то очень долго разглядывал в окне. -Вот мелкий гадёныш. Не сидится нигде. Ладно, выходим отсюда. -Бохай, - позвал Чжань и вышел из скрытой комнаты, - Местоположение Хуаина. -А, точно! Я забыл. – Сяо хотел уже вытащить кинжал, но осознал, что его нет. Он посмотрел на стол, куда обычно кидал его, тоже нет. Мужчина словил не хилую панику. Он быстро достал из-за стопки книг пистолет, и выстрелил в одного из охранников. -Быстро мне координаты изумруда и моего кинжала! – Сяо Чжань со всей злобой кричал на председателя. -Сяо Чжань, остынь. Ты мне не передал Ибо, он сам сбежал. Я тебе ничего не должен. А кинжал… Я откуда знаю, где он!? Где бросил, там и ищи! Что ты с ним носишься, как ума лишенный. Что за тяга владения папиной игрушкой? -Не твоё дело! Стоп… Это вы выкрали Ибо? Ваши перешептывания, постоянные переписки твоей охраны. И что ты там так долго рассматривал через окно? Уж не то ли, как твоего брата ведут к машине, которой позволили въехать на территорию. Кто вам помог!? -Нам никто не помогал, - стало заметно, как Бохай начал нервничать, ведь для полноты образа человека, приехавшего просто на переговоры, он даже пистолет оставил в машине. – Сяо Чжань, я действительно не знаю, где Ибо. И очень хорошо, если он уже добрался до Хэйвуя. Но ты сам сказал забирать его, в обмен на информацию, которую я не предоставлю, поскольку моего брата здесь нет. До свидания! – Бохай направился на выход из кабинета и был удивлён, что Чжань не последовал за ним. Сяо Чжань просто сел на диван в полном опустошении: он знал, что кинжала у Бохая точно не было, он не знал, где изумруд, а Ибо сбежал, потому что он сам это позволил. Мужчина хотел позвонить Киангу, чтобы тот объявил о поиске кинжала по всему штабу, но его подчиненный впервые ему не ответил сразу.