Lick me all over

Две соревнующиеся команды стоят на льду, ожидая сбрасывания. Братья Ким — центральные нападающие разных команд, бросают взглядами молнии, волчьими зрачками и всей внутренней сущностью повелевая подчиниться. Чонгуку такой расклад никогда не нравился, потому что как бы он не старался — зверя Тэхёна никак не может победить. Хоть младший тоже альфа, но хорошо так проигрывает хёну так же, как и очередное вбрасывание, и Тэхён отбирает шайбу. Старший сильно так надавил своими хищными глазами и феромонами пряностей с переливом чего-то древесного. Чонгукова мандариновая цедра просто развеяна в пух и прах. Они сейчас на турнире и играют по круговой схеме — то есть все команды турнира соревнуются друг с другом. Братья наконец-то встретились на льду, на котором шайба сейчас в руках команды Тэхёна. Если кто-то из них проиграет, то ничего не потеряет, так как впереди ещё несколько команд, поэтому Чонгук частично спокоен. Но хёна определенно хочется победить. Хочется пробиться и завоевать признание и кубок. Вот только сейчас у него дрожат коленки, а тело настигла приятная усталость, сбивая весь настрой. Феромоны Тэхёна отлично влияют на Чонгука, и первый это знает, поэтому нагло пользуется. Младший глубоко дышит, взглядом меча по полю в поисках шайбы. Один из крайних нападающих команда Гука присваивает себе снаряд, мчась к чужим воротам, щелчком отдавая пас другому нападающему. Чонгук жмурится, немного отходя; скользит по льду, направляясь на чужую территорию, не видя никого вокруг. Он готов порвать Тэхёна за то, что делает с ним перед, сука, каждой игрой! Гнев в его венах начинает дико бурлить, а челюсть до боли сжимается. Он сумасшедшим волком, сверкая алыми глазами, мчится к воротам, видя перед глазами шайбу, что мельтешит вместе с чужими клюшками. Альфа не контролирует себя и своё тело, на большой скорости влетая в одного из игроков, сбивая его с ног. Противник ударяется о бортик, а сам Чонгук чуть ли не валится на лёд. Он падает на одно колено, но быстро поднимается, всё ещё держа цель перед глазами. Ему глубоко плевать что там позади него, он периферийным зрением ухватывает силуэт брата, которой на такой же скорости рассекает лёд. Они пересекаются взглядами на пару секунд, желая сбить друг друга с ног. Если бы не правила, то каждый из них хорошенько так приложил бы другого о лёд. Младший ловит пас от своего члена команды и сразу же мчится чуть ближе к воротам, где его с распростертыми объятиями встречает защитник и каким-то боком Тэхён. Чонгук оскаливается, чувствуя металлический вкус во рту. Наверное, прикусил язык или щеку, когда врезался в противника. Он сплёвывает кровь и спокойно скользит к противникам, которые направляются к нему, но альфа резко отводит шайбу за себя, делая пас крайнему нападающему позади, который без промедлений забивает гол. Чонгук смотрит прямо в глаза Тэхёну, пока вся команда налетает на него с объятиями. В них насмешка и дикий азарт. Зрачки расширены, как у наркомана, пока он смотрит на брата, который усмехается, с сучьим выражением лица показывая средний палец, а потом прерывает зрительный контакт.

🔞🔞🔞

По иронии судьбы победила команда Тэхёна. И младший злился. Злился на льду, в раздевалке, в ду́ше. Но он по природе волк, поэтому стоит около чужой раздевалки, наблюдая за периодически выходящими оттуда соперниками. Когда Чонгук насчитывает нужное количество, то без промедлений заходит, сразу же взглядом встречаясь с братом. Тот стоит топлес, вытирая полотенцем волосы. Парень аккуратно подходит к старшему, пока тот кидает полотенце на лавочку, взлохмачивая русые пряди. Чонгук прикасается к щекам, утягивая в короткий поцелуй, на который ему отвечают. Без языка и страсти. Просто нежно, чувственно и медленно. Тэхён запускает руки под свободную большую футболку младшего, обвивая поясницу, поглаживая мягкую кожу, параллельно облизывая родные пухлые губы. Они отрываются друг от друга, и Чонгук окольцовывает чужую шею, сразу же утыкается носом в запаховую железу за ухом, шумно вдыхая их смешанные запахи. Как кажется самому Гуку, то их феромоны просто созданы для того, чтобы сплестись в одно целое, на выходе получая вкуснейший коктейль. Тэхён носом зарывается в чужие чёрные волосы, пару раз проводя в разные стороны. Обнимаются, нежничают. Спокойно. Младший оставляет мокрый поцелуй за ухом и отстраняется, хитро смотря в чужие зеленые глаза: — Поздравляю тебя и твою команду дебилов с победой. Тэхён усмехается и щёлкает по носику, игнорируя чужую реплику, говоря: — Поцелуй с кровью у меня впервые. Прикусил что-то? Чонгук фыркает и принципиально выпускает хёна из объятий, театрально кидая: — Да, прикусил губы нашего вратаря, пока сосался с ним в душе. Старший без промедлений решает ему подыграть, строя удивленное и немного отвращенное выражение лица: — Вратарь? Ну и вкус у тебя. Ваш защитник куда симпатичнее.

🔞🔞🔞

— Боже, сладость, куда торопишься? — смеётся Тэхён, которого Чонгук буквально тащит за руку до автобусной остановки. — Отпраздновать победу не хочешь? Старший возводит глаза к небу, тяжело вздыхая. Они трахаются чуть ли не каждый день, потому что Гук отчего-то слишком ненасытный в последнее время. Он-то думал, что после сегодняшней игры будет отдых, но походу младший не собирается останавливаться. Тэхён даже удивляется тому, как Чонгук резво тащит огромную сумку со всем снаряжением, при это ведя ещё его за руку. Братья доходят до автобусной остановки, где стоят члены команды Тэхёна. Интересно то, что вратарь у них омега, хотя по нему и не скажешь — слишком уж большой. Вот только это не мешает его настоящей натуре вырываться около определенного Ким Тэхёна, по приходе которого тот краснеет, пряча взгляд. Чонгук хитро улыбается, заметив такую реакцию, и пока хён разговаривает с другими, он подходит сзади, укладывая подбородок на плечо, внимательно смотря на омегу. Тот смущается пуще прежнего, сжимая лямки рюкзака. Младший хочет пробраться ещё под лёгкий бомбер брата, а потом и под футболку, но его шлёпают по руке, а затем щёлкают по носу, даже не обращая внимание, спокойно продолжая диалог. Чонгук дует щёки и хмурит брови, отстраняясь, когда подъезжает их автобус. Тэхён прощается со своей командой, и этот омега смущенно желает хорошей дороги, чуть ли не визжа от радости, когда старший слегка улыбается и благодарит его. Чонгук просто разорваться от смеха готов, видя чужое рьяное желание стать чуточку ближе. Ему даже интересно стало, как у них вообще проходят тренировки, раз этот омега заливается краской только при виде Тэхёна. Парни садятся в автобус, с облегчением выдохнув. — И что это было? — интересуется Тэхён. — Ты про что? — строит дурочка. — Не выебывайся, че ты там кому пытался доказать? — Да омега у вас смешной, — довольно улыбается Гук, вспоминая красное лицо парня. — Ты скоро заставишь трахнуть тебя прямо на льду, чтобы все видели? — Кстати, хоро… — Боже, я же пошутил.

🔞🔞🔞

Младший блаженно выдыхает, откидываясь на мягкие чёрные подушки, когда Тэхён буквально облизывает и выцеловывает его ноги — от кончиков пальцев, что поджимаются от удовольствия, до внутренней стороны бедра. На последнем останавливается чуть дольше. Язык толкается в горячую кожу так резво, будто бы она может ответить ему. Мясистые и накаченные бёдра альфы идеально сочетаются с ладонями старшего, что удерживают их, дабы Чонгук лишний раз не дёргался. Тэхён кусает и зализывает места, до которых может дотянуться. Он мокрой дорожкой поцелуев поднимается к изгибу колена, оставляя засосы. Закидывает одну ногу на своё плечо и садится на пятки, нежа губами внутреннюю часть колена, параллельно гладя большой ладонью голень. Чонгук в экстазе цепляется за чёрную наволочку и хрипит, сдувая мокрую от пота челку. Он крупно дрожит, когда чувствует горячий и мокрый язык на своей коже; член, из которого обильно стекает природная смазка, подрагивает от любых манипуляций с его телом. На его животе, который он втягивает в себя, уже образовалась небольшая лужица. Он течет как сука, которая не трахалась больше месяца. Альфа не знает, чем объяснить такое состояние, но парень готов обкончаться несколько раз, а потом ещё и сверху попросить. Тэхён переходит ко второй ноге, кусая нежную кожу на ляжке. Целует много и очень мокро, после чего Чонгук ощущает на этих местах прохладу, от которой бегут мурашки. Парень пару раз проводит по своему члену и самостоятельно зажимает у основания, дабы не кончить быстрее времени, отчего слегка стонет. Старший моментами поглядывает через русую челку на чужое раскрасневшееся лицо и блестящие от слюней искусанные губы. Он последний раз кусает внутреннюю сторону бедра, подбираясь к давно просящему внимания члену. Тэхён проходится языком по всей длине, сверкая алыми и до сладкого довольными глазами. Обводит головку, ощущая вкус предэякулята. Вкус Чонгука. С аппетитом открывает рот, вбирая в себя чужое возбуждение, не отрывая взгляда от прекрасного лица, на котором в блаженстве заломлены брови. Гук закатывает глаза, кусая губу, судорожно вплетая в уже и так запутавшиеся волосы пальцы, когда Тэхён берёт до конца, носом утыкаясь в выбритый лобок. Он уже привык к его размеру, поэтому без труда начинает двигать головой, немного надавливая на чужие бёдра, дабы их раскрыли шире. Идеально владеет языком, и Чонгук готов кончить только от одного вида. Младший слегка надавливает на затылок брата, плавясь от ощущения своего члена в тёплой и влажной полости рта. Старший выпускает возбуждение, присасываясь к головке, из-за чего Гук стонет громче, сжимая волосы у корней. С него течет пот, и он резко опускает Тэхёна до основания, обильно кончая в его рот. Брат послушно глотает, напоследок поцеловав член. Он ударяет по ляжке, выпрямляясь. Раскатывает презерватив по своему возбуждению, обильно обмазывая себя и брата смазкой, подставляя головку к разработанному входу. Чонгук шире расставляет ноги, хватаясь за изголовье кровати, блаженно застонав, когда Тэхён до боли медленно входит в него, упираясь руками между телом парня. Старший кусает его за ключицу и в удовольствие мычит, когда толкается до основания. Пару минут не двигается, под тяжелое дыхание брата облизывая и прикусывая его соски, руками гладя бока и рёбра. Он размазывает чужой скопившейся предэякулят на животе, поднося липкие пальцы к члену Чонгука, пару раз проведя по нему, начиная еле заметные движения тазом. — Ммм… боже, как же хорошо… — хрипит Гук, облизывая губы. Он кладет ладонь на плечо брата и ведёт к шее, а потом и к щеке, притянув к себе для поцелуя. Чужие пухлые губы врезаются в губы младшего, с чувством и страстью пробуя их на вкус. Дальше идут языки, что сплетаются между собой в непонятном темпе, двигаясь в полости рта Чонгука, а потом Тэхёна. Оба мычат: один от ударов о простату, второй от узости и тепла чужого нутра. Старший отстраняется от сладких губ и начинает вбиваться грубее, выбивая частые и прерывистые вздохи из брата под собой. Шлепки кожи о кожу разлетаются по комнате, когда Тэхён сжимает чужие бёдра и выпрямляется, набирая темп, в то время как Чонгук начинает стонать громче и слаще, из-за чего кровь во вздувшихся венах бурлит ещё сильнее. Мандариновая цедра вбивается в носоглотку, наполняя лёгкие, потому что младшему слишком хорошо. Его запах полностью расстилается по комнате, затмевая даже тэхёнов. Он чуть ли матом не начинает скулить, чувствуя себя заполненным большим и таким подходящим ему членом брата. Чонгук ласкает свои соски, ощущая мурашки, пробегающие по телу. Смазка пошло хлюпает под тихие утробные рыки Тэхёна. В младшем так горячо и узко, что от наслаждения он сильнее выпускает феромоны, догоняя Чонгука, идеально смешивая их запахи. Густой и терпкий аромат стоит в комнате, впитываясь во все предметы и одежду. Запутывается в мокрых от пота волосах, впивается в кожу. Аромат пряностей с переливом чего-то древесного и мандариновой цедры — сильный афродизиак для любого омеги. Зайди сюда кто другой — затряслись бы коленки, а снизу — по стойке смирно. Запах пошлый, влюбленный, явно ощущается наслаждение двух альф, что сливаются телами. Когда Тэхён входит глубоко и замирает, припадая к исцелованным губам, облокачиваясь по обе стороны от головы, глухо прорычав, Чонгук обильно кончает, и старший ловит его сладкий и протяжный стон, смешивая его в глубоком и мокром поцелуе. Ощущается как двойное проникновение, и Чонгука просто трясет от этого. Слюна стекает по подбородку, а смазка — по бёдрам и ягодицам. Мокро везде. Старший делает круговое движение тазом, пару раз тягуче медленно делая толчки, а потом его руки дрожат, и он наваливается на чужое тело, кончая в презерватив, басисто застонав. Чонгук обнимает его руками и ногами, чувствуя пульсирующий член внутри. Он ладонью зарывается в мокрые волосы и тяжело дышит вместе с Тэхёном, который лениво целует его в грудь. Младший расслабляет парня, массируя голову и чмокая в макушку. — Вратарь был лучше? — посмеивается старший, чуть ли не мурлыча на чужой груди. Он выходит из брата, выбрасывает презерватив и снова укладывается на горячую и тяжело вздымающуюся грудь. — Я совру, если скажу, что да. Мне, кстати, мало, — ухмыляется Чонгук. Тэхён устало выдыхает и валится на пустующее место рядом, лениво бросая: — Да похуй, теперь бери меня ты. Младший просто разгорается. Его глаза начинают мерцать самыми яркими звёздочками, а на лице появляется хищная улыбка. Он и до этого его брал, но это было редко, так как Чонгук, в основном, предпочитает быть снизу. Но сегодня парень просто на всё готов. В нём бурлит возбуждение, пляшут демоны. Он смотрит на разнеженное лицо брата и по-лисьи садится на его бёдра, ладонями начиная гладить рёбра, бока, тазовые косточки. У Чонгука они влажные и горячие, он ими мнёт чужое тело, снова возбуждаясь. Тэхён хрипит и начинает ёрзать, а потом младший слезает с бёдер, и для него послушно разводят ноги. Чонгук целует его в линию челюсти, ведя мокрую дорожку поцелуев вниз, прихватывая и гладя правое бедро. Параллельно поцелуям облизывает солоноватую, но в то же время сладкую кожу, на кончике языка чувствуя вкус их смешавшихся запахов. Парень как будто слизывает мёд с привлекательного тела, смакуя на вкус.  Старший вкусный.  Безумно вкусный.  Чонгук не может не наслаждаться, проходясь языком по всем доступным местам. Он кусает, слышит тяжелое дыхание сверху и просто закатывает в блаженстве глаза, прикусывая сосок и сжимая руками крепкое бедро, оставляя там красные следы, на что Тэхён слегка стонет. Оба потихоньку возбуждаются, пока Чонгук тянется за поцелуем, задевая своим членом чужой. Он неосознанно начинает толкаться, тихо постанывая так же, как и Тэхён. Парень обхватывает их возбуждения в кулак, медленно надрачивая. Старший толкается в руку брата и мычит, кусая пухлую нижнюю губу Гука. Гладит широкие плечи, зарывается в смоляные волосы. Чонгук мажет большим пальцем по своей головке, а потом по чужой, ведёт ладонью по всей длине стволов сверху вниз и обратно, толкаясь в кольцо пальцев. Он пробует уже и так раскрасневшиеся губы напротив, посасывая кончик языка, а далее отстраняется, выпрямляясь: — Повернись, — пытается выдавить из себя, тяжело дыша. У обоих в глазах яркие красные огни желания. Дикие демоны и рвущиеся внутренние альфы, которые уже давно порвали цепи, протягивая лапы к обожаемому телу. К обожаемой душе. Они любят друг друга, и мать смешно надеялась на то, что сын от прошлого брака её нового мужа будет для Чонгука отличным братом. Конечно, Тэхён стал отличным братом. А ещё любовником. Второй половинкой. Сердцем. Душой. Всем. Они не то чтобы любят друг друга. Они обожают друг друга и готовы упасть к ногам. Сумасшедше примагнитились и привязались. Тэхён встаёт в коленно-локтевую, лицом утыкаясь в согнутый локоть, прикусывая кожу, когда Чонгук сладко облизывается и оскаливается. Разводит мягкие ягодицы в стороны, примыкая к дырочке, обдавая своим горячим дыханием, даря мокрые и приятные ощущения от своего языка. Обводит колечко мышц и присасывается к нему, слыша рваный вздох сверху. Он сильнее сжимает две половинки брата, и его пальцы утопают там, как в мягкой глине. Толкается языком внутрь, ловко орудуя им. Сам весь течет только от того, что делает римминг, мечтая вечно слушать сиплые стоны. Добавляет к языку один палец, вводя его на одну фалангу, тем самым растягивая. Тэхён содрогается, с силой сжимая подушку. Чонгук заменяет язык вторым пальцем, из-за чего старший немного поддаётся вперед, потому что не привык. Гук мокрыми поцелуями спускается к мошонке, параллельно растягивая Тэхёна на манер ножниц. Вылизывает его тщательно, чуть ли не причмокивая. Со временем добавляет третий палец, поцелуями перемещаясь к ягодицам. Кусает их, облизывает, толкается языком, чуть сжимает свободной рукой. Потом поднимается к копчику, оставляя тысячу мокрых следов и там. Ведёт дорожку к пояснице, параллельно оглаживая бок и продолжая растягивать, слыша тихое шипение вперемешку с хрипами. Младший языком движется вдоль позвоночника. Расцеловывает лопатки, щекой ластится, пока Тэхён уже поддаётся навстречу толчкам пальцев, блаженно постанывая.  Дальше губами к затылку. Там зарывается в волосы носом, проводя в разные стороны, собирая вкуснейший запах. Простынь мокрая от предэякулята Тэхёна, что лужей уже образовалась под ним. Под Чонгуком тоже мокро. Он сегодня очень чувствительный. — Можно без презерватива? — тихо спрашивает на ухо парень, целуя где-то под мочкой. Старший согласно мычит, и Гук тут же заменяет пальцы своим налившимся кровью членом, застонав прямо в волосы брата, из-за чего у Тэхёна пробежались мурашки. Он чувствует в себе чужое пульсирующее возбуждения, готовый кончить только от этого. Чонгук напоследок кусает в шею и выпрямляется, зачесав свои мокрые волосы назад. Крепко хватается за бока, тут же набирая темп. Старший хватается за края подушки, поскуливая. У него уже дрожат коленки, но Гук его надежно держит, уносясь куда-то на небо от диких ощущений. Потом младший запускает руку под Тэхёна, прикасаясь к груди, призывая подняться на колени. Старший встаёт и заводит руку назад, обхватывая чужую жилистую шею, зарываясь в волосы на затылке. Чонгук не даёт его мозгу перестроиться, тут же начиная трахать под новым углом. Он глубже. Приятнее. Идеально попадает по простате. Тэхён слышит дыхание брата и тихие стоны, сам не стесняясь издавать звуков. Чонгук держит старшего за талию, иногда гладя живот и грудь. Трогает соски, немного прокручивая их, заставляя дрожать чужое тело. Он дотрагивается до члена, надрачивая в такт толчкам. Тэхён спустя пару таких махинаций кончает в чужой кулак, падая в коленно-локтевую, позволяя младшему дойти до разрядки.  Чонгук пару раз толкается и вынимает член, изливаясь на поясницу. Ловит мушек и яркие пятна перед глазами так же, как и брат, тяжело дыша. Оба грязные, потные, уставшие, но безумно счастливые валятся на кровать, переплетаясь конечностями.

🔞🔞🔞

— Хён, почему ты вчера не пришёл праздновать победу в кафе? — дуя губки, интересуется омега. — Срочно надо было уехать, — флегматично бросает Тэхён, пытаясь сосредоточиться на задаче. — А тот… тот вчерашний альфа… — неуверенно продолжает. — Я слышал, что это твой брат? — Да. Опережая твой вопрос на счёт того, почему мы в разных командах, то это был наш с Чонгуком выбор. Мы просто не захотели быть в одной, — не отводя взгляд от тетради, проговаривает Ким. Омега поджимает губы, понимающе кивая. Не то чтобы у него что-то там отлегло от знания того, что этот парень брат, но омега чувствует подвох: например, запах. Они у них, кажется, вообще не различаются, потому что он прекрасно помнит аромат Тэхёна, а когда пришел Чонгук, то не почувствовал никакой новой нотки феромонов в воздухе. Разве у братьев всегда так? Гук считает, что у него прекрасная чуйка, потому что приходит к хёну именно тогда, когда он возится с омегой. Парень подходит к Тэхёну со спины, кладя руки на плечи, обнимая за шею, а носом зарывается в макушку. Они, по правде говоря, никогда и не скрывали свои отношения, но и прямо всем не говорили. Просто плывут по течению. Чонгук еле заметно оставляет в волосах поцелуй, пока раскрасневшийся омега пытается не смотреть на братьев. Младший переводит на него взгляд, и они пересекаются. Парнишка тушуется и замирает, смотря на опасные огни и хищные волчьи зрачки. Запах альфы сгущается, давит на него. — Чонгу, успокойся, — устало говорит Тэхён, дописывая пример. Младший укладывает щеку на макушку и мурчит: — Я ничего не делаю, честно. Омега начинает чувствовать нехватку воздуха из-за давящего на его лёгкие запаха. Он глубоко дышит, но не выдерживает, подрываясь с места, подавляя ком в горле. Тэхён даже не провожает его взглядом, захлопывает тетрадь, убирая чужие руки. — Что это опять было? Чонгук присаживается рядом, любовно оглядывая брата: — Я просто слишком сильно люблю тебя, Тэхён-и. Старший тяжело вздыхает, а потом показывает легкую улыбку: — Я тебя тоже, сладость. — Отлично, пошли на лёд! — радостно хлопает в ладоши, снова видя уже привычное недовольное лицо.

🔞🔞🔞

Лезвия коньков идеально скользят по льду, когда Чонгук делает финт — убор шайбы под себя, объезжая брата, довольный своей проделкой, вот только чуть позже понимает, что снаряд давно перекочевал к Тэхёну, который уже мчится к его воротам. Младший рычит, пытаясь догнать, но ему забивают, и он просто хочет разбить это красивое лицо о лёд, а потом обязательно залатать и везде-везде поцеловать. Чонгук налетает на Тэхёна, падая на него сверху, громко смеясь вместе с хёном — прямо в губы друг друга. — Ненавижу тебя на льду, но в то же время просто пиздецки люблю, — томно выдыхает старший. — Дурак блин… И оба знают, что неправильно взаимно. Но кому какое дело, верно?