Луна художник, солнце скейтер

— Идиот, помереть решил? — крикнул Мия, — ты на скейте еле стоишь. — Рэки, не делай этого! — говорил Ланга. — Безликий против новичка, что за бред. — сказал кто-то из толпы. Человек, что вызвал Рэки на гонку был известен тем, что никто не видел его лица. Прозван «безликим», он далеко не бог, но и никакой новенький с ним не справиться. Гонка Черри против Джо ведь только закончилась, а уже и новая намечается. Мия перегородил дорогу Каяну, а Ланга обнимал художника так сильно, что тот и пошевелиться не мог. — Дайте пройти. — грубо сказал Рэки. — Ты убьешься! — крикнул Хасегава. — Ну же, станцуй со мной, милый Рэки! — восторженно говорил Безликий, схватив его за рукав толстовки. Восторженные в перемешку с напуганными голосами доносились из толпы, но сирена завывала, перекрикивала их всех. — Парень, ты уверен? — спрашивали стоящие рядом скейтеры. Рэки не ответил, он уже стоял на доске, в ожидании гонки. — Рыжее безумие. — улыбнулся Безликий. Пять… четыре… три, две, одна. И светофор загорелся зелёными лампочками. Они стартанули одновременно, но Рэки явно отставал. Вот уже десять метров позади, Безликий взглядом искал соперника. Он сбавил скорость, что б ехать на одной линии. — Милый, ты знаешь, что эта гонка гораздо опасней, чем кажется? — Я тебя не боюсь. — фыркнул Рэки. — Как смело. Безликий приблизился к Каяну, так близко, что и увернуться невозможно было. Было похоже на некий танец. Безликий взял ладони новечка в свои, и начал покачиваться со стороны в сторону. — Давненько не виделись, милый Рэки. — из под капюшона выглядывали светлые волосы, а улыбка не покидала уст. — Ради чего ты меня вызвал? Посмеяться хочешь? — Ну что ты, конечно нет. Знаешь, я рад, что ты счастлив, но считаю, что я должен быть тому причиной. Мы ведь как свет и тень, мы созданы друг для друга! Только ты и я, вспомни, как нам было хорошо вместе! — Казума, это давно в прошлом. Сердце Рэки бешено стучало. Они так спокойно беседовали будучи на скейтах, по среди чёртовой гоночной трассы. Доска дрожала под ногами, Каян еле находился в сознании, зрачки дёргались. Вспоминая, как Джо улыбался, художник тоже пытался вытянуть из этого удовольствие. Только страх был куда сильнее. — Насладись же моментом, милый Рэки! Казума не сдавал позиции, только сильнее сжимая руки Каяна, будто вовсе пытаясь их сломать. Он на память знал всю дорогу, даже не оглядываясь по сторонам, вёл Рэки за собой. Колёса чуть не слетали, вот-вот сломаются. Безликий, казалось, собирался добить Каяна, открывая старые раны, в карих глазах было безумие. Говорят, он копия самого Адама. Того, кто создал S. — Если ты не достанешься мне, то не достанешься никому. — говорил Безликий. — Прекрати… — Твоя боль будет настолько невыносимой, что ты сам уйдёшь в себя. Даже милашка Коёми тебя не спасёт. — Не приплетай сюда мою сестру. Рэки попытался вырваться из хватки, чуть не опрокинувшись назад, но Казума не собирался так легко его отпускать. — Неужели Сноу запал тебе в душу? А губа не дура у тебя. Только я ведь лучше. Лица почти соприкасались, Каян почти не дышал. Мёртвый взгляд, бледный, как кости, руки дрожали. — Рэки, а ты всё такой же забавный. За это я тебя и люблю. Сердце пропустило удар, но Каян незамедлительно сказал. — Врёшь. — Не вру. Ну же, Рэки, наслаждайся. Они и не заметили, как проехали половину пути. Казума улыбался, закручивая соперника. Танец. Танец, который не под силу Рэки. Ещё один поворот, резкий, на котором художник вырвался. Сохраняя расстояние между ними, он продолжал набирать скорость. — Не будь таким самоуверенным, мальчик. — сказал Безликий. Конечно, ему не составило труда догнать соперника, — скоро фабрика, ты б сбавил скорость. И он был прав, не долго пришлось ждать, когда оба заехали в уже знакомое Рэки помещение. Заброшенная фабрика. Казума явно поддавался, и едут они на ровне. — Что за детский сад? — выкрикнул кто-то из окружающей толпы. — Как он вообще ещё жив? — тихо спрашивал Мия. — Я удивлён, что ты вообще ещё на доске стоишь. — признался Безликий. Оставалось ещё несколько метров до финиша, и Казума начал набирать скорость, а Рэки - наоборот. Финиш, они сыграли в ничью. Никто ничего не говорил, лишь десятки взглядов была прикована к ним. Каян не мог уже держать равновесие , на скорости свалившись в чьи-то объятия. Ланга нежно обнимал его, когда Каян чуть ли не падал. — Я рад, что смог поговорить с тобой, по душам, спустя столько дней, — начал Безликий, — но я хочу ещё. Прошу, давай поговорим. Разве ты не хотел стать лучшим в рисовании? Почему ты здесь? И почему ты счастлив? — Я не перестану рисовать, я точно стану лучшим, — Каян, еле стоя на ногах, ступил шаг вперёд, — но это не значит, что я не смогу достичь высот и в скейтбординге. Я стану лучшим вместе с Лангой, я с ним счастлив. С ним и Мией. Ты давно в прошлом, и я не собираюсь к нему возвращатся. И тебя я знать не желаю. Мы ещё сразимся, как соперники. Рэки взял руку Ланги, в замок, сжимал так сильно, как в последний раз, и приобняв Мию за плечо, быстрым шагом удалился в толпе. Наши пути разошлись, а с Лангой - сошлись. Мы уже не настолько разные, не на столько чужие, и я буду счастлив, пока Хасегава рядом. В чём же мораль? Для каждого она своя, может, её вообще нет. Главное, не теряйте себя, и не тоните в прошлом.