счастье во второй степени

Иногда случается так, что жизнь поворачивается на 180 градусов, не спрашивая, хочешь ты этого или нет. Обычно ничто не предвещает беды: день начинается как обычно, возможно с кофе или утренних пробок, к обеду ты уже устаешь, но понимаешь, что нужно дотянуть до вечера, чтобы дома отдохнуть, заняться собой и любимым человеком. И этим самым вечером, в самый неожиданный момент, слышится: — Тэхен, чертов рассадник бактерий, из-за тебя я теперь бактерия в квадрате! — после слышится топот ножек в пушистых носках. Слышится долго, по ощущениям альфы, ведь в мыслях пролетает вся его жизнь, словно перед смертью…хотя почему «словно»? Чонгук — маленькая ведьма, однажды уже повернувшая жизнь Тэхена на все 540 градусов. Знатно подпортила образ большого тучного медведя своими заколочками hello kitty, пластырями с ней же и голубыми носками. Ну вот взял этот омега этого альфу за шкирку и поставил перед фактом «ты мой»! И не то, чтобы Тэхен был когда-то против. Как он может быть против своей маленькой сахарной феечки, которая иногда горчит похуже сгоревшей карамели? История любви у них хоть и банальная, на первый взгляд, главный в парочке все же Чонгук. И не как вы могли подумать, что на нём держится все хозяйство. Он держит Тэхена, с которым они вместе держат хозяйство. Вся организация уборки, готовки, стирки лежит на омеге, а альфа этому плану следует как тропинке в лесу. И ни разу ещё не заблудился. Бесился первое время, что пыль нужно вытирать раз в пару дней, но быстро смерился. Дело в том, что его «сахарок» учился на факультете по изучению бактерий и теперь не мог спокойно жить, зная, что «все эти твари хотят меня убить!» Даже если Тэхен говорил, что защитит его, бойкий омега не собирался сдаваться, начисто вычищая дом. По этой же причине у них нет питомцев, даже рыбок, потому что «аквариум сам себя мыть не будет, Мистер Ким, а мне тебя мыть хватает». Ну что Тэхен может поделать, если для экономии (только из-за нее!) предпочитает душ и ванны вдвоем. Так и сейчас его феечка несётся на кухню, к пьющему уже вечерний чай альфе, вся такая пушистая в своем свитере и белых шортах, что сердце замирает, а в глазах сердечки появляются. — Мой сахарочек, что случилось? — Тэхен тянет руки, чтобы приобнять свою бестию, но в них всучивают какие-то бумажки. — Это…что? — Доказательства, что презервативы не должны быть единственным средством контрацепции, — Чонгук хмурит свои очаровательные брови и ждёт хоть какой-то нормальной реакции. Но понимает, что Тэхен и так ошарашен его поведением, так что сжаливается. — У нас будет ребенок! Альфа на последнем слове аж вздрагивает и только теперь понимает, что да, бумажки в его руках — тесты на беременность. И их тут не два, и не пять, а штук десять, и все двухполосные. — И прежде чем ты скажешь всю банальную ересь про «мы справимся», «ты будешь прекрасным папой», «я так счастлив», я скажу, что уже записался на консультацию, на завтра, на 9 утра. А, и уже позвонил твоему начальнику, отпросил. И себя отпросил, хотел даже декрет взять, но рано ещё, — Чонгук даже не смотрит на Тэхена, перечисляя это все, словно чтобы показать «я заботливый и я молодец», и не замечает, как тот начинает плакать. — Ну Тэ…ты чего? — спохватывается омега, когда видит падающие капли — Я…Чонгук…я стану…п-папой, — он все ещё не верит. Чонгук улыбается и удобно садится на колени своего мужа, убирая чашку с чаем от греха подальше. — Не папой. Папой стану я, — горделиво, — а ты — отцом! Тэхен посмеивается и чувствует, как омега утирает его слезы. — Спасибо, мой сахарок, спасибо, — целует в щеки — Перестань! Фу, Тэхен, хватит!!! — альфа смеётся громче, ведь Чонгук никогда не любил поцелуи в щеки, называя это «слюнавничьем», но своему любимому не мог отказать в паре чмоков. Следующий поворот на 180 ждёт их, когда на консультации через два месяца звучат слова доктора: — Поздравляю, у вас будет двойня! Альфочка и омежка, — милая бета улыбается, наблюдая за реакцией молодых. Чонгук уже в обмороке на кушетке, а Тэхен в похожем состоянии, но стоит пока. Это как? Типа…два сразу? Это же… кошмар какой-то. Так сказал омега, придя в себя. Альфа его поддержал, за что получил по руке, потому что «в смысле кошмар? Это наши дети». И тогда началось самое интересное. Чонгук записал их на гимнастику для беременных, куда многие омеги ходят с альфами, а он что, он тоже хочет со своим рассадником бактерий ходить. Этот «сахарочек» построил всех на гимнастике, не давая даже повода забыть, что это у него тут две новых карамельки будет и счастья полные штаны. Месяца через три, то есть ближе к шестому, омега стал очень ласковым. Тогда Тэхен испугался в край. Его ведьмочка раньше перед близостью отправляла и в душ, и бриться, и дезинфицировать руки, а теперь лезет целоваться и в постель, стоит альфе повесить пальто в прихожей. Врач не запрещал секс, но Тэхен сам боялся, что навредит лишний раз, поэтому предпочитал долгие вылизывания или игры пальцами, чтобы муж ходил сытым и удовлетворённым На восьмом Чонгук просто лежал и просил, когда ему нужно было что-то. Он жаловался, что «эти бактерии больше тебя самого», намекая на Тэхена. Может, омега и бросал на первый взгляд нелестные комментарии о собственных карамельках, но альфа знал — это все с любовью. Просто у его феечки язык такой. В день родов Тэхен слышал столько ругательств, сколько не слышал никогда. Теперь «рассадник бактерий» для него стало чем-то нейтральным. Все восемь часов, что он в поту просидел под дверью родильного кабинета, мысли о новом, неожиданном повороте судьбы не отпускали его, намекая, что вот сейчас, врач выйдет, и что-то случится. И случилось. — Поздравляю, у вас две здоровые, крепкие, омежки! Дальше Тэхен увидел два свёртка на груди Чонгука, они тихо попискивали и отдыхали, потому что появление на свет дело тоже не из лёгких. Омега вообще спал, альфа даже подумал, что тот в отключке. Но когда на него уставилась пара сонных, но злобно-счастливо-усталых глаз, он выдохнул. И все же, повороты судьбы всегда к лучшему, даже если кажется, что за ними тупик, просто нужно выстроить новый маршрут к счастью во второй степени.