From the inside

— Давненько я не видел, чтобы тебе так смачно прилетало, — Кристофер, сидя рядом со своим боссом, а одновременно и другом, пытался сделать максимально серьёзное лицо, но выходило плохо. — Друг, ты обязательно должен познакомить меня с этой девушкой. Она же теперь живая легенда! Врезать самому Александру Нильсену, да так метко — прямо в его чёрствое, как прошлогодних хлеб, сердце. Клянусь, я пожму ей руку при встрече. — Девочка строптивая — этого у неё не отнять. И удар неплохой. Вот так просто взять и врезать мне — это ж сколько храбрости надо иметь. Для начала нужно выяснить, кто она и откуда, — мужчина не обращал внимания на шутки своего друга, в его голове крутились другие мысли. — Ты вроде девушек не бьёшь? Тогда что собираешься делать? — по спине Кристофера пробежал холодок, ведь нередко можно увидеть его друга таким сосредоточенным и заинтересованны в ком-то, особенно в девушке. — Всё будет зависеть от её поведения. Я всегда получаю всё, что хочу. А сейчас в этот список входит и эта девушка. — Сейчас его друг напоминал ему избалованного мальчика. Маленького мальчика, которому мама в магазине не купила игрушку, и теперь он психует и дуется на всех и вся. Да уж, попала бедняжка. — Тебе, наверное, родители никогда не говорили «нет», бедная девчушка, — помощник осёкся. Ну и дурость сморозил! Он же знает про его отношения в семье. Вот болван! Семья Алекса — зажиточные «аристократы» или «буржуи», так их называет сам Кристофер, ведь денег у них куры не клюют. Ну и так сложилось в их семье — все сидят в своём углу, не мешая друг другу. Матери его в скором времени это надоело и та, не разводясь с мужем, стала крутить романы налево и направо, а щас так вообще улетела куда-то заграницу с новым любовничком отдыхать. Так и вырос малыш Алекс в такого чёрствого сухаря, коим он был сейчас. Гнетущую тишину в комнате прервал один из подчинённых, которого хозяин отправил за записями с камер наблюдения. Мужчины просмотрели запись того как девушка входит в заведение и запись её ухода. Помощник внимательно рассматривал образ незнакомки, пока не зацепился за уже знакомое красное платье, в голове у него что-то не щёлкнуло и вырвалось удивлённое «О». — Это же та девчушка. Ну которая интервью должна была у тебя взять. Как её там звали-то. — Кристофер ненадолго задумался, перебирая все возможные женские имена на букву «А», которые только услышал за сегодняшний вечер. — Аристия, Алекса, Алексия, Аполлония, Адель… — Может «Ариадна» добавишь в свой список? — то, что имелась хоть какая-то информация уже порадовало его. А то, что в скором времени они смогут встретиться вызывало у него улыбку, которая больше походила на оскал. Незнание имени — не беда, ведь теперь они знали кто она и откуда, а это значительно упрощало ему задачу. Алекс взял телефон со стола, набрал номер тренера и ждал, пока тот не поднимет. Он знал, что тот сейчас спит, но одна из его обязанностей — сразу поднимать телефон, когда бы спортсмен не позвонил. Это было одно из строгих правил, которых тот пытался придерживаться, ведь не хотел злить своего подопечного. Наконец, в трубке послышалось весьма сонное «Ало». — Назначь мне интервью с той девушкой, которая приходила сегодня. На ближайшее время. И скажи, что место проведения интервью — мой дом. — Мужчина поспешно отключился, не желая выслушивать причитания тренера. Наконец, теперь этой девушке не отвертеться. Уж слишком она заинтересовала его. А всё, что он хочет получить, он получает.

***

      Две девушки преспокойно сидели в своей комнате в общежитии, пока их соседка собиралась по делам и, наконец, попрощавшись, ушла, не забыв громко хлопнуть дверью. Журналистка занималась своими делами, иногда кидая косые взгляды в сторону подруги. Агата не стала сразу рассказывать ей о произошедшем. Они спокойно добрались в общежитие, при этом поругавшись с комендантом за опоздание, а после сразу пошли спать. Благо, впереди у них целых два выходных и у Агаты ещё есть время для написания статьи. Только вот что писать? Интервью она так и не взяла, а написать информация, которую можно найти просто погуглив — глупо. Она практически была в отчаянии, пока Элиза не отвлекла её от гнетущих мыслей вопросом «Так что вчера произошло?». И её подруга, ничуть не смутившись, рассказал ей во всех подробностях как к ней подошёл незнакомец, как он утащил её на танцпол и как потом не стесняясь лапал её, даже про поцелуй не забыла рассказать. К концу её гневного рассказа, Элиза прониклась ситуацией и возмущалась не меньше. — Да как он посмел?! — больше всего её раздражало, что всё это случилось в её отсутствие, иначе она бы и сама врезала ему. За кого-кого, а за свою подругу она горой стояла. После уже Агата слушала её гневный монолог, в котором она всеми известными словами оскорбляла того человека. Элиза почему-то сравнивала его с одним из своих бывших, называя того «козлом» и «бабником». На секунду Агате даже стало жаль незнакомого мужчину, но его поведение оправдывало всё сказанное. Когда подруга наконец успокоилась и упала на кровать, поинтересовалась: — Он хотя бы хорошо целуется? — Это было довольно неплохо, — это был не первый её поцелуй, а потому сравнивать было с чем. И, по сравнению с её бывшими, этот мужчина целовался божественно. И невольно Агата в голове задавала себе вопрос «Интересно, а какой он в постели?», после чего сразу гнала такие постыдные мысли. — Хоть какая-то польза. Вот мой бывший вообще не умел целоваться. Это было просто ужасно. Наверное, мы поэтому и расстались, — размышления подруги прервал телефонный звонок Агаты. Девушка дотянулась до телефона, лежавшего на тумбочке, и ответила на звонок. В трубке послышался грубый мужской голос. Спросив, туда ли он попал, мужчина повеселел и, объяснив ситуацию и извинившись, назначил новое интервью. Как оказалось, этот мужчина — тренер Александра. — Мне казалось, интервью со мной отменили. Тогда почему вы назначаете новое? — С той стороны мужчина стал распинаться, пытаясь заинтересовать студентку и убедить её провести интервью. Делать было нечего — статья сама себя не напишет.И Агата согласилась. — Мы можем устроить интервью сегодня? Следующая неделя у меня слишком загружена. — Тренер согласился и обозначил достаточно странное место встречи — дом спортсмена, у которого будут брать интервью. Агата сослалась на то, что спортсмен не хочет светиться где-то, да ещё и с журналисткой. Интервью было назначено на семь вечера, после Агату обещали подвезти к общежитию, ссылаясь что там будет безопаснее. Закончив разговор, журналист принялась пересказывать его содержимое подруге. Та подпрыгивала на кровати, хлопая в ладоши и радостно крича «Вот видишь, как здорово!». Девушке и правда повезло. И отказываться от этого шанса — глупость, на которую способен только непрофессионал. Ближе в назначенному времени, девушка стала собираться и вызвала такси — ехать нужно было в другой конец города. На интервью нужно было выглядеть презентабельно, поэтому на ней красовалась чёрная юбка до колена и простой белый топ. Элиза причитала, что как так можно — скрывать такую красоту за такими обычными и невзрачными вещами. Но к тому времени такси подъехало и Агата в спешке выбежала на улицу. Темнело и от этого на душе у неё было неспокойно. Волнение? Или предвкушение? Нет, это скорее была настороженность. Чутьё подсказывало ей бежать, но интервью было важнее. Вскоре они прибыли на нужный адрес. Это был элитный квартал. Тут располагалось несколько высоток и большое количество частных домиков. Ей нужна была высотка. Этаж 15, квартира 59. Её без проблем пропустили на входе — охрана была предупреждена о её визите. Поднявшись на нужный этаж, девушка заметила приоткрытую дверь — это была нужная ей квартира. Видимо, хозяин позаботился об этом к её приезду. Девушка робко прошла внутрь, перед этим постучавшись. Квартира была в светлых тонах. Сама квартира была похожа на студийную, коридор вёл в гостиную и в этой же комнате располагалась небольшая кухня. По наблюдениям девушки было ещё минимум 2 комнаты — ванная и спальня. Ей очень понравился ковёр в гостиной, такой белый и пушистый. Услышав шум воды, видимо, из ванной, Агата решила дождаться владельца квартиры из душа, неловко расположившись на диване. Спустя пару минут вода стихла, девушка выпрямилась. Нужно выглядеть презентабельно.Мужчина выходит в гостиную и замедляет шаг, при виде неё. Журналистка от изумления открывает рот в попытке что-то произнести, но ничего не происходит. Прямо перед ней стоял спортсмен — Александр Нильсен — в одном полотенце. Агата взглядом окинула его тело, а там было на что посмотреть, и невольно облизала губы. Шикарный мужчина. Вот бы прикоснуться к нему. Хотя самого спортсмена ничего не смущало. И как только можно оставаться таким спокойным в такой ситуации? Девушка наблюдала как несколько капель воды, стекающие с его волос, падают ему на плечи и грудь и медленно катят вниз к торсу. Это было чертовски сексуально. — Нравится, карамелька? — девушка пропустила мимо ушей прозвище, обладателем которого стала, но на его «нравится?» удивлённо вскинула бровь и постаралась сделать максимально беспристрастное лицо. — Было бы на что смотреть, — девушка встала с дивана и подошла к нему. — Я Агата Харрис. Сегодня у меня назначено с вами интервью. Дать вам пару минут, чтобы переодеться? — она протягивает ему руку для рукопожатия, но вместо этого мужчина разворачивает её ладонь тыльной стороной вверх и целует её руку, проводя мягкими губами по нежной коже. — Зачем же? Так обстановка кажется более неформальной, — мужчина всё ещё не отпускал её руку, возвышаясь над ней, словно скала. Однако Агату он нисколько не пугал. Боксёр. Очень хороший боксёр. Ну и что! — Не простудитесь? Кажется, сегодня прохладно, — девушка убрала свою руку и присела обратно на диван, доставая блокнот. Она была готова к интервью, и ей было абсолютно всё равно в каком виде этот мужчина будет отвечать на её вопросы. — У меня крепкое тело, вы в этом уже убедились, и на здоровье не жалуюсь, — Нильсен прошёл за спину девушки, чуть наклонился к её уху, положив свои руки ей на плечи. Это казалось интимным, что смущало юную журналистку. — Но раз уж вы так беспокоитесь обо мне, то так и быть, накину хотя бы шорты. — Мужчина удалился в соседнюю комнату, а девушка про себя отметила, что он чертовски привлекателен. У неё было пару минут, чтобы перевести дух. Пока они находились рядом, девушке удалось рассмотреть его лицо — острые черты, но пухлые губы, прямой нос, карие глаза. Почему-то именно на глазах она заострила внимание. Они были не просто карими, они были похожи на тёмное небо ночью. Смотря в его глаза она будто проваливалась в бездну. — Чтобы нам обоим было уютно, предлагаю поужинать вместе. Узнаете о моих предпочтениях в еде и сможете написать об этом в своей статейке. Ужин я уже заказал из японского ресторанчика. Оплата за мной. — Почему-то его командный голос разозлил журналистку. Да какого чёрта! Да, тут он хозяин, но ей необходимо было держать дистанцию. Это же интервью! Почему же больше похоже на домашнее свидание? — Я ненавижу японскую кухню, — а ещё она ненавидела, когда командовали. И этот мужчина был слишком высокомерен. Какого чёрта она вообще должна ужинать с ним? Ей это не нравилось. И, пока она про себя возмущалась, мужчина налил себе стакан воды. И ей не нравилось, что он смотрит на неё сзади. Чувствовала себя, словно чья-то добыча. — Я думал, девушки любят что-то экзотическое, — Агата не относилась к таким девушкам, точно нет. Его командный тон, даже само его присутствие напрягало её. Он здесь хозяин, она — гостья. — Не переживай, карамелька, можем заказать что-нибудь другое. — Агата моргнула несколько раз подряд, пока до неё не дошло. «Карамелька». Руки затряслись, дыхание сбилось. Глаза забегали по квартире в поисках, куда можно ретироваться, чтобы сбежать. В голове ярко вспыхнул вчерашний вечер. Его сильные руки, тёплые губы и прекрасное тело. Нет, нет, только не это. Какого чёрта? — Что вы сказали? — она поворачивается к нему так, что руками опирается на спинку дивана. Мужчина улыбается, подходит к ней и наклоняется ближе к её лицу, располагая руки по бокам от неё. Так стало намного интереснее. Александр проводит рукой по её плечу, поднимаясь выше к шее, подбирая её волосы где-то в районе предплечья, поднося их к губам. — Неплохой удар, карамелька, — мужчина всё ещё ехидно улыбается, пока девушка соображает, что можно сделать в такой ситуации. Он здесь хищник, она — его жертва. Эта девочка всё больше разжигала в нём огонь