Жизнь - хороша!

      У меня как-то вылетело из головы, что Ульяна-то Нью-Йорка не видела. Она рассказывала, о посещении в детстве какого-то города Америки, но названия не помнила, как и деталей. Так что, перед путешествием в школу, мы решили прогуляться. Народ на нас косился, но так — просто с любопытством. Я в одеждах, навевающих мысли о классических магах и волшебниках, Ульяна в топе и шортиках не по погоде. Необычно, но не из ряда вон: в Большом Яблоке хватало двинутых фриков, и нестандартная одёжка — безобидно и не страшно.       Уле, кстати, было плевать на холод. Думаю, тут и работа ведьмы, и огрызок самой Беласко, приправленный Пламенем Ада постарались. Всё же девушка тоже умела в частичную демонизацию, ещё со времён, когда ведьма над ней шаманила, а организм демона намного устойчивее человеческого.       — Интересно, как они там? — с любопытством смотря по сторонам, на горящий огнями ночной город, чуть слышно прошептала девушка. Земля, судя по всему, вызвала ассоциации с командой Х, отправленной нами в их версию этого мира.       — Как, как? — фыркаю насмешливо. — Нормально у них всё. Раиса, сто процентов, тискает свою Ульяну, мне даже жалко тебя мелкую: у Колосс теперь точно разовьётся комплекс наседки; Логан пыхтит сигарой и булькает вискарём, вспоминая тот шлепок по жопе от С’им; Ороро продолжает сама себе трахать мозги рефлексиями; Курт изображает жертву обстоятельств, давя на жалость; а Кошка в затруднительной ситуации: Беласко сдохла, сама Китти молодость вернула, друзья воскресли, физиономию мы ей поправили, домой она вернулась… На что теперь жаловаться и с чего ныть? Проблема у нашей мстительницы.       Ульяна хихикнула, я тоже улыбался, вспоминая выражение лица Прайд, когда та пыталась объяснить Логану, почему теперь её нужно называть Кошка. Всё же мистер Хоулетт умел смотреть на людей, как на говно. И в тот раз, пожевывая зубочистку вместо сигары, Китти была удостоена именно такого взгляда и короткого замечания «истеричка». Мы с Улей аж синхронно ржанули, заслужив обжигающий взгляд этой пародии на Учиху Саске.       — Ладно, давай я наберу Сенсея. Шестой час — она уже точно не спит, — дело в том, что денег у меня с собой не было. Дежурное НЗ превратилось в мятые и рваные бумажки, за время жизни в Лимбо, из квартиры я взять сразу не догадался, а возвращаться мы не стали, решив просто побродить по городу, чем и занимались всю ночь. В крайнем случае, если сильно понадобились бы наличные, то можно было пройтись по переулкам и гопнуть каких-нибудь работников ножа и топора.       Звонок Ояма, как я и предполагал, завершился критическим успехом. На то, что у меня теперь вновь человеческий голос никаких комментариев не было, забрать нас она согласилась, так что условившись о месте встречи, мы с Улей присели на лавочку в ближайшей аллейке, и стали просто наблюдать за людьми. Златовласка явно наслаждалась обилием не уродливых разумных. Я, кстати, тоже. Первый раз в жизни я упивался глазами, с удовольствием рассматривая людей.       Мизантропией я переболел ещё в прошлой жизни, в юном возрасте, но у меня, даже во время самых сильных приступов человеколюбия бывшего мизантропа, никогда не было такого, что хотелось подойти к рандомному человеку, обнять, приговаривая «Боже, какая же ты красивая, случайная прохожая. И даже нос всего с двумя ноздрями!». Быть среди людей — офигенно. Я даже вонь мегаполиса вдыхал с ностальгией и наслаждением.       Единственное, что раздражало — энергозрение, которое знатно скакнуло в размерах, после перекуса сущностью Беласко. Сфера, радиусом метров в сорок-пятьдесят, где я чувствовал и видел все энергии… Ммм… Утомляла восприятие и мозги. Слишком красочно, слишком насыщенно. В Цитадели было проще. Статичные магические конструкты, минимум разумных, расположение на высокой горе-скале. А в Нью-Йорке всё пестрило красками: кабеля, рекламы, неоновые вывески, сверкание LED. Мимо мчали автомобили, начинённые электроникой, а под капотом пыхал жаром двигатель внутреннего сгорания; ходили пешеходы, которых ночью хоть и было меньше, чем днём, но это Нью-Йорк, и он никогда не засыпает полностью. И у людей, для которых ночь — самое то для бодрствования, были смартфоны, гаджеты, наушники…       В общем, моё восприятие постоянно было обильно загружено фонтанами и течениями непривычных, а от того «бросающихся в глаза», энергий вокруг. К этому мне ещё привыкать, учиться вычленять из сонма красок необходимое… Чем я и занимался сейчас, в моменте покоя. Скоро начнётся активная жизнь: с обретением человеческого тела вновь возобновится работа с полицией, патрулирования с Паучихой. У меня-Димона взаимодействия со ЩИТом и прогулки по Кухне. Нужно быть готовым, и не прошляпить что-то опасное.       Например, незнакомку, сидящую на соседней лавочке. Посматриваю на неё краем глаза. Женщина лет тридцати, красивая. Волосы, цвета воронова крыла, породистое лицо, внимательный, обманчиво расслабленный взгляд карих, чуть зеленоватых глаз. Одета странновато, как и мы, выбиваясь из общей массы. Штаны из плотной ткани, песчаного цвета, заправленные в ботинки; водолазка, такого же неброского цвета; на шее болтается ожерелье из зубов какого-то хищника; кожаная жилетка с меховым воротником. Фигура дышит силой, спортивная, даже несмотря на одежду понятно, что мускулистая. Сидит расслабленно, но вызывает ассоциации с огромной кошкой, готовой в любой момент начать активные действия. А ещё в ней было довольно много вита-энергии. Сигнатура женщины очень насыщенная.       Эмоции… Ну, расслабленность, но сосредоточенная; небольшая доля настороженности; интерес в нашу сторону, такой… без излишней яркости; любопытство, напополам с ленью и немного сомнения. Капелька азарта, щепотка зависти, песчинка нетерпения.       Очередной супер Марвела. Интересно, кто это? И что ей от нас надо? Честно говоря, чем-то напоминает Крейвена-Охотника, но… примерно так же, как напоминает усатого, накаченного мужика довольно красивая женщина в отдалённо похожей одежде. Может, конечно, это и совпадение… Этот мир любит мне устраивать встречи с канонными персонажами. Та же доктор Коннорс, в облике чемодана, не даст соврать. Так что я на эту дамочку «посматриваю», но ничего делать не собираюсь. Не кидается — и то хорошо.       — Не могу поверить, что всё закончилось, — вдруг тихо заговорила Ульяна, прижавшись ко мне плечиком. Я рефлекторно приобнял её, и с улыбкой услышал недовольное сопение.       Девушка слишком много значения придавала заморочкам с женственностью и мужественностью в наших отношениях, часто вводя меня в ступор. Хорошо хоть не глупая, можно было вести нормальный диалог, без тупорылых приколов про «место на кухне» и всё такое.       — Гуляем, — тем временем продолжала отфырчавшаяся Уля. — А я боюсь, что сейчас проснусь. Проснусь в Святилище, вокруг Сад Ороро, сама Шторм, Кошка. И ничего не поменялось. Это не нормально?       — Нормально, — нежно целую её за ушком, и наблюдаю, как по её коже «бегут мурашки». Ей щекотно, но она же девушка. Суровая и невозмутимая. — Абсолютно нормально. Это будет тебя преследовать ещё некоторое время. Неделю, месяц. Главное, сосредотачиваться не на страхе. Думай, о том, что ВСЁ — Лимбо тебя больше не держит. Ты свободна. Вдыхай полной грудью, буди в себе радость от осознания, что вот она — воля! Вся твоя!       И я даже не чушь нёс, а говорил с полной уверенностью. У меня было такое, в меньшей степени, конечно. Когда я закончил срочную службу в армии. Мне даже кошмары снились, что я снова в казарме, и сейчас будет пробудка, а при виде военной формы рука дёргалась отдать честь. Ну и жаргон пёр, солдатско-быдляческий.       — Хорошо. Мне надоело бояться… — Ульяна запрокинула голову вверх. — Я и забыла, как выглядят звёзды. Почти всё забыла.       Я последовал её примеру. Действительно, красота-то какая! Лепота! В Лимбо нет звёзд. Ночь и день отличаются только интенсивностью освещения красновато-оранжевого марева. Не знаю даже, что это на самом деле, и как там растёт зелень. Наверное, на мане?       — Читал какую-то книжку. Там писали, что звёзды — это шляпки серебряных гвоздей, которыми прибито небо.       — А Луна? — смешно покосилась на меня девушка, не опуская голову.       — А Луна… Я не помню, — признался, зависнув взглядом в её голубых глазах. Лёгкий, почти невесомый поцелуй. Правда бошки у нас задраны, поэтому со стороны, наверное, смотрелось забавно.       Вот и со стороны той супервумен, с соседней скамейки, донеслись эмоции лёгкой насмешки, одобрения, капельки зависти, и мечтательного предвкушения, сменившегося сначала на нетерпение, а потом на решимость.       В энергозрении женщина легко, как будто не развалилась только что на скамейке, поднялась на ноги, и пошла в нашу сторону. Я напрягся. Вот ей-ей, не в тему сейчас будет, если она… А… Всё норм.       Мадам с избытком вита-энергии просто прошла мимо, слегка мазанув по нам краем глаза, и очень явственно втянув воздух. Как там говорили братья Колобки? «Ничччего не понимаю»? Вот и я тоже не понял. Ну да и ладно, скоро тут будет Юрико, а я ещё не нацеловался. Тем более, три года уже не практиковал такую милую романтику, от которой у сидящей рядом девушки сердце заходилось в барабанной дроби. Да и мне… нравится.       ***       Александра Кравинова, или как её звали в Америке — Алекса (не нравилось ей Алекс, поэтому женщина всегда настаивала на Алексе), бодро шла по дороге, ожидая такси, которое вызвала через приложения смартфона. Всё же удобно в городах. Она хоть и любила больше дикий мир, адреналин, азарт охоты и приключения, но признавала блага цивилизации. Люди всегда умели хорошо устроиться. И чем они слабее и ленивее, тем хитрее придумывали приспособления.       «Лень — двигатель прогресса», говорили на родине, которую покинула семья Кравиновых. И это, чёрт побери, великая правда.       Алексе было бы не лень добраться до места и на своих двоих. Организм приучен к дальним походам, а сыворотка, полученная несколько лет назад, постоянно будоражит кровь. Но она спешила.       Эти двое… Крейвен улыбнулась. Двое молодых засранцев сбили её с панталыку. Она выслеживала свой трофей. Великолепное обоняние; вещь, принадлежавшая её цели; место, где он обитает. И почти одновременные удача и неудача. Трофея не было дома, что её опечалило. Женщина уже собиралась устроить лёжку для наблюдения, когда её ноздрей коснулся запах цели. Несколько минут ходьбы по следу, и она шла за странно одетой парочкой.       Александра усмехнулась. Чья бы корова мычала: на неё все косятся раза в три активнее, чем на ту пару косплееров. Те хоть сходят с ума вдвоём, а она, как псих-одиночка, пытается притащить в каменный муравейник свободу джунглей и вольный жар степи. Хех, правильно говорил Филя: «Алекса — ты романтик».       Кравинова, при мысли о мужчине, неосознанно, ещё чуть прибавила ходу, как будто это могло ускорить прибытие желтого автомобиля с блямбой «Taxi» на крыше.       Сегодня она хотела проследить за той парочкой, парнем в хламиде, как у волшебника из кино, и девушкой, в не по погоде лёгкой одежде. От них явственно пахло её будущим трофеем. Пахло мощно, густо. Так пахнет только от того, кто был близко. Долго находился в его доме, часто общался и подолгу проводил время вместе.       Её цель… Алекса чуть замешкалась, подбирая правильное определение. Он неоднозначный. Выглядит опасным, хищным. Достойным противником и ценной дичью. Охотиться на него должно быть интересно. С другой стороны… Его зовут супергероем. В хорошем смысле этого слова. Он полезен городу. Помогает, не создаёт проблем, не убивает и не разрушает. Конечно, о нём стало известно совсем недавно, и он ещё банально мог не успеть натворить ничего дурного.       Дилемма. Алексе нужен вызов. Нужна хорошая драка, хитрый противник, интересное приключение и достойный трофей. Ей даже денег за успешную охоту заплатят. Не то, что они ей очень нужны, но и лишними не будут. И в то же время она не хотела бы закончить историю полезного члена общества. Филя бы такое не одобрил. Он, конечно, немножко прекраснодушный идиот, но именно этим он и задел какие-то струнки её свободолюбивой души. В конце концов, даже львицам, царицам зверей, нужен свой лев, правильно? Тем более на фоне этих ленивых гривастых кошачьих жоп, с кисточками на кончиках хвостов, живущих на всём готовеньком, её мужчина выглядит безумно хорошо. Со своей целью, с постоянным движением к ней, с мечтой, а не бревно, плывущее по течению.       Алекса вновь бросила взгляд на экран смартфона. Её машина где-то в километре. Терпения ей не занимать, но ждать женщина всё равно не любила. Тем более, после того, как эти двое разбудили в ней зверя. Большого, сильного… игривого и мурлычащего!       Крейвен держалась от них по-разному, в основном подальше, чтобы не привлекать внимания. Иногда следуя за парочкой только по запаху. Но всё равно… Они так мило гуляли. Безо всяких кафе и кинотеатров, просто ходили по городу и разговаривали. Ей даже время от времени становилось завидно. Когда она так гуляла со своим мужчиной? Пару раз в юности? И то, там были постоянные «я, я, я, я», со стороны парня. А этот мальчик ей напоминал её Филю. Внимательного и интересного. Когда она пересекалась с ними ближе, то слышала обрывки разговоров. Легендарные «ни о чём и обо всём», когда говорили двое, и им было друг с другом интересно.       А потом была скамеечка, обрывки какой-то сложной истории девочки, которую тут же поддержал парень, успокаивая, понимая её. Смешной и глуповатый обрывок про шляпки гвоздей неба. И их неловкий поцелуй. Рррромантикааа…       Вот после него Алекса и решила, что никакой охоты сегодня не будет. Даже несмотря на то, что и от этих двоих несло чем-то опасным и диким. Не то у неё настроение. А будет сегодня наглое вторжение с её стороны в личное пространство некоего очаровательного мужчины с безукоризненными манерами. На работу тот выезжает ближе к семи, поэтому она его перехватит, а потом… Агент Колсон должен встать на страже покоя этого города, и не выйти сегодня на работу. Ведь если Крейвен Охотница не потушит пожар романтики в душе, то Нью-Йорку… «Пиздьец, нахой, блать», как говорила одна её подруга, стремившаяся порадовать Алексу знанием русского языка.       ***       Древняя шла по коридорам Камар-Таджа. Сегодня у неё состоялся разговор с Джоан Блейз. Интересный разговор, в результате которого у древней чародейки появились вопросы и сомнения.       Мутанты, вопреки мнению обывателей, существовали очень давно, о чём, кстати, вполне себе в курсе люди у власти. Просто, как и сейчас, одарённые старались скрываться (впрочем, это делали далеко не все). До эры информационных технологий прятаться было не сложно, но сейчас… Любой пробудившийся, чья способность хоть сколько-нибудь заметна, тут же становится объектом пристального внимания. От пристального взгляда спецслужб и до легкомысленного блеска камер мобильных телефонов.       Верховная была знакома с парой старых мутантов. По-настоящему старых, стоящих рядом с Верховной Чародейкой Земли по возрасту. Некоторые и по могуществу. Странные, необычные силы. Многие бы сказали «эволюция, следующий шаг человека», но чародейка понимала, что если это и эволюция, то направленная. Шаг, который ПОМОГЛИ сделать людям в древности. Кто? Зачем? Неизвестно. Заглядывать в такие глубины прошлого — верная смерть для неё.       Древняя вошла в большой зал и неторопливо проследовала к его центру. Она остановилась у постамента, на котором лежал амулет. Око Агамото. Великий артефакт, созданный первым Верховным Чародеем Земли. Передающийся от лидера магов этого мира к следующему лидеру.       Тяжелый вздох. Она не любила его применять. У всего есть тёмная сторона, и чем могущественнее артефакт, тем тяжелее справиться с его Тенью. Око… невероятно могущественно. Само время склоняет голову перед его мощью. Жаль, что оно очень не любит тех, кто пытается его подчинить.       Женщина провела ладонью по своей лысине и усмехнулась. Если бы на её голове росли волосы, то они были бы полностью седые. В поисках верного пути среди миллиардов возможных она видела невероятные ужасы. Десятки тысяч смертей, своих смертей и смертей близких ей людей; сотни концов света; десятки разрушенных вселенных. Но горше всего было счастье, покой, радость… Которых ей не видать. Тяжела ноша Верховного Мага и нет в ней места личному счастью. Все эти прекрасные возможности — вели к потерям и лишениям, цена которых несоизмерима с годами личного счастья. Её удел — быть щитом этого мира. Защитой от сонма опасностей и ужасов, что стремятся захватить, пожрать, стереть в порошок её Землю.       И сегодня она снова погрузится в океаны времени, ради того, чтобы получить знания. Блейз рассказала о мутанте, который поглотил силу Преисподней. Поглотил, и научился ей пользоваться. Вот только, по словам Джоан, Преисподняя теперь живёт в нём. Шепчет, оказывает влияние, побуждает к агрессии, выражает одобрение его поступками и наоборот.       Дух Мщения не хотел его уничтожения, проявляя удивительное равнодушие, что успокоило Призрачную Гонщицу. Но судьба парня, оказавшегося её дальним родственником, была ей не безразлична. Она не хотела, чтобы мальчик познал Ад, не хотела, чтобы её сосед по телу вдруг загорелся желанием его уничтожить. Поэтому Блейз попросила помощи, а Древняя не могла отказать. Да и не хотела. Она — защитник этого мира, и даже один человек для неё важен. Главное не ошибиться, не создать монстра. В этом ей и поможет Око Агамото.       Древняя отключила защиту постамента, осторожно повесила амулет на шею, и направилась к своим покоям. Заодно она глянет на того демона, которого «депортировали» они с Селестой. Использовать Око при каждом случае проникновения на Землю всякого-разного — избыточно. Так можно вообще потерять навык думать самостоятельно. Но сегодня можно будет посмотреть на верность принятых ей решений по части вопросов.