Аромат твоей крови 2

Макс отошёл, смотря на их творчество, огромное граффити они почти закончили. Омега поправил маску, как кто-то крикнул: — Копы! Все бросились бежать, и Макс тоже. Его кузен был где-то далеко, и омега растерялся, куда-то не туда свернул, ещё и упав пару раз, а затем оказался в тупике. Именно тут его и взяли. Слишком быстрые реакции, ловкие движения и нечеловеческая скорость. Макс и не думал, что в патруле может быть вампир. Альфа схватил его и надел наручники, начав зачитывать права, всё замедляясь и замедляясь. Он остановился на полуслове и развернул к себе, втянул запах омеги. Коснувшись рации, он передал, что никого не нашёл и видел убегающих параллельной улицей. — Извращенец старый! — выдохнул Макс, гордо поднял голову. — Офицер, какого чёрта вы меня нюхаете? Я нажалуюсь Марку... Древнейшему из ваших. — Не самому, и я не извращенец и не старый, — почесал нос альфа, смотря несколько расширенными зрачками на омегу. Подумав и коснувшись нательной камеры, он сказал: — Идём к машине. Затем запросил сержанта и о задержанных. Выходило, что второй патруль кого-то из подростков всё же поймал и едет в участок. — Я требую права на звонок, — напомнил Макс, отказавшись назвать своё имя. — И я несовершеннолетний! — Тебе не нужно так бояться, я же вампир, — он проверил наручники, убедившись, что те не стянуты туго, и поторопил: — Идём к машине, художник. — И? А вампиры плохими не бывают? Ещё и незнакомые, — кивнул Макс. — Вдруг Вы, офицер, решили меня вывести куда-то подальше и закопать под деревом. — Вот ещё, я тебе ночной садовод, что ли? И Марком ты не пахнешь, но я своих чую. И сейде. Позвонишь у машины, я поговорю с сержантом, чтобы ты отделался лёгким внушением. Твои сами разберутся с наказанием, — офицер подхватил под локоть и всё же повёл в нужном направлении. — Сильно упал? Нужна аптечка? — Выживу, — фыркнул Макс. — А что это за «сейде» и почему так зовут моего брата? Это ужин или что-то вроде этого? Альфа тихо рассмеялся. — Извини, могу только сказать, что это не ужин. Это любимый и очень важный член семьи, твоему брату ничего не грозит. Он самый ценный для своих вампиров. Идти было недалеко, и у машины вампир расстегнул наручники и запросил сержанта. Тот был на подходе. — Звони своим пока что. — Угу... СчаЗ... Чтобы мне мозг вынесли, — фыркнул омега и принялся набирать номер Марка, который тот буквально силой навязал. Пришёл сержант, и вампир начал с ним договариваться, поясняя, что подросток, что из наших, что сами накажут, и просит отделаться только внушением, а ребёнка он отвезёт домой. Сержант поворчал для вида, но он видел омегу, доверял своему офицеру и чуял начало течки. Таскать ребенка в таком состоянии — последнее дело. В общем вампир получил добро и уставился на провинившегося. — Что? — спросил Макс, держа телефон у уха, Марк не отвечал. — Что Вам, офицер? — Жду, когда дозвонишься. Или поедем к тебе домой. — Зачем домой? — удивился Макс. — В нашем доме Вы уже физически не поместитесь. О! Здравствуйте, Марк, а если я немного влип и попрошу Вас помочь, есть шанс, что никто об этом не узнает? Омега высказал всё, едва вампир ответил. — Ребёнок, ты можешь доверять своим вампирам. Я сейчас приеду, но твои всё равно узнают. Тебе не нужно бояться, если виноват, то как взрослый ответь за свои действия. Главное — что ты в порядке. Передай трубку офицеру, пожалуйста, или продиктуй, где тебя забрать. Макс скривился и передал телефон полицейскому, сообщив: — Тут хотят поговорить. Тот поздоровался и назвался «Джошуа», затем продиктовал адрес, где они будут, и вернул телефон. — Макс, езжай с ним, мы встретимся по пути, я уже сел в машину. — Спасибо, — отозвался омега и потёр запястья. — Вот зачем Вы приехали? Мы уже почти закончили. Красиво же вышло! — Да, и чтобы эту красоту не закрасили, стоило согласовать с властями действия и получить разрешение, — согласился Джошуа и открыл дверь для омеги. — Забирайся, отвезём тебя. Макс сел и скривился. — И разрешили бы где-то на задворках, если бы разрешили. Между прочим, у нас в городе аж семь граффити с портретами художников, но они все — альфы. Ни одного омеги или беты. — Извини, Макс, от того, что я с тобой согласен и у вас действительно вышел красивый портрет, да ещё в стиле кубизм, ваше граффити не становится законным. Сержант отчитался о вызове, Джошуа что-то проверил по компьютеру, и они продолжили ехать по адресу. — И Вы даже не будете мне читать нудные нотации? А в кутузку там на ночь посадить? Может, штраф выписать? — улыбнулся Макс. — Если решите начать, скажите, я наушники в уши суну. — А толку читать? Ты явно не усовестился, — хмыкнул Джошуа. — А почему выбрали именно этого художника? — Он шикарный красавец и культовая личность. К тому же обладает узнаваемой внешностью, — признал Макс. — Так что этот выбор был просто самым очевидным. — Пожалуй, даже я его узнал, хотя не интересуюсь искусством. Так, мы подъезжаем, — обернулся к Максу Джошуа. — Вон у того кафе договорились. Патрульная машина припарковалась, и вампир вышел, оглядываясь. Минут через десять приехал Марк. Он вышел из машины и направился к Джошуа, они поговорили, и только потом Марк открыл заднюю дверь, выпуская Макса. Макс отвлёкся на телефон, увидел обеспокоенное сообщение от кузена и поспешил заверить, что всё хорошо, а затем поздоровался с Марком: — Спасибо, что приехали за мной. — Не спеши радоваться, о моём занудстве легенды ходят, — патрульный уехал, а Марк кивнул на кафе: — Покушаем? — Только можно без нравоучений? Я их не люблю, — попросил подросток. — И я угощаю. — Хорошо, только расскажи свою версию, чего делал и почему. У тебя есть лекарства? Нужно к врачу? Ты ударялся головой? — У меня всё хорошо. Голову не ударял, — заверил Макс, открыв перед вампиром двери. — Я просто развлекался с друзьями, ничего более. Мы ничего плохого не делали, клянусь. — Да я понял, что вы разрисовывали городскую собственность. Профаны. Взяли и попались. Ладно ты, тебе от вампира не убежать, конечно, но могли бы проверить, где патрули ходят. Эх, дилетанты, — сел за столик Марк и заказал самый большой клубничный коктейль с мороженым, что тут есть. — Мы проверяли патрули, не правда. Скорее всего, кто-то нас увидел и вызвал копов! — возмутился Макс. — Идиоты. — Завистники таланта. Я благодарен, что ты мне так доверяешь, что позвонил, но почему не своим? — Не хочу, чтобы меня распинали. Особенно вампиры. Яков и Леонард мне никто, но при этом лезут меня воспитывать. Мне надоело, что все меня пытаются воспитывать после смерти родителей: Тео, Грей, теперь ещё и эти двое. А какое они на это имеют право? — хмуро говорил Макс. — Почему я должен был им звонить? А вот ты существо древнее, думаю, что-то уже понимаешь. — Пока что я понимаю, что подростки две тысячи лет говорят одно и то же, — хмыкнул Марк. — Каждый выражает беспокойство по-своему. И много тебя воспитывают? Что-то не очень-то получается. — Потому что я не хочу воспитываться. Я уже очень взрослый, — ответил Макс. Он заказал себе только кофе и промокнул салфеткой выступившую кровь на ладонях. — Поэтому отказываешься от врача и помощи? — Перекисью залью — и все будет нормально, — ответил Макс. — Зачем мне врач? Со мной всё хорошо, клянусь. — Некоторые из людей старше, чем их биологический возраст, но, если вторить подросткам, фигни обычно только прибавляется. Извините, у вас есть аптечка? — попросил Марк, когда принесли их заказ. — Да, сейчас принесу, — кивнул официант. — Макс, иди умойся и помой руки, — попросил Марк. — Я покараулю твой кофе. Макс закатил глаза и ушёл в туалет, послушно помыл руки, а затем вернулся и спросил: — Почему никто меня не воспринимает всерьёз? — А что ты под этим подразумеваешь? Или считаешь, что взрослые не косячат? Или что мы не получаем наказания за это? — Я думаю, что мнение взрослых взрослые хотя бы слышат. — Да мы тоже глупости всякие несём. Чего там слушать? Разумное бы что звучало, а то гонор не только из подростков сыплется. Кошмар какой-то, знал бы ты, какие упрямства творят иной раз, а ты сиди и переживай. Всех бы вас связать, — явно о наболевшем говорил Марк. Он передвинул стул и открыл аптечку. — Дай в доктора поиграю. — Всех людей или бет? — спросил омега, вытянув ободранные руки. — Всех близких — иначе как знать, где вы и что творите? И сразу главное связал так аккуратненько и сложил — значит, в безопасном месте. Красота же. Марк стал промакивать ладони, дуя, затем сбрызнул анестетиком. — Не думаю, что это понравится всем... Да и смысла нет. Будут творить глупости в связанном виде, — заверил омега. Марк рассмеялся. — Твоя правда, — вампир придирчиво осмотрел ладони. — Ещё надо чего смазать? Уединишься с аптечкой, если что. — Колено, но оно подождёт — там явно синяк просто. Я скину координаты кузену, чтобы он меня забрал? — спросил омега весело. — А как мой запах объяснишь? — Эм, а они учуют? Скажу, что столкнулся в городе случайно, — пожал плечами Макс. — Главное — чтобы они про мою выходку не узнали. — Вот взрослым хочешь казаться, а думаешь, как ребёнок. Хороший ребёнок. — Почему? — насупился омега. — Ну ты вроде как тоже решил, что и кто за тебя подумает и сделает, сказал, что тебя не понимают, за тебя определяют и не слушают. А получается, что так же делаешь. — Стоп. Я ничего подобного не говорил. Я просто не вижу смысла говорить о себе всего, и это моё право. Вы же, вампиры, тоже о многом молчите. Они со мной откровенны до конца? Нет ведь. И я не буду. — Ради безопасности будут вещи только для нас известные. Это правило написано кровью, а не нашими желаниями. — Но я при этом должен быть откровенен с ними до конца? Почему? — спросил Макс, допивая кофе. — Ну, до конца — ты утрируешь. Но события сегодняшней ночи весьма существенные, — отпил своего коктейля Марк, присосавшись к трубочке. — Ты бы хотел знать такое о Филли? Что он был в опасности, что всё могло кончиться плохо. — Филли мне брат. Они мне кто? — Будущие мужья Тео? Друзья? Те, кто беспокоится? Может, они не стали для тебя особенными или не вызывают желания с ними делиться, но ты мог стать уже важным для них. Почему нет? — Марк, все это, конечно, чудесно и замечательно, но есть одно но. Они могут молчать о чём хотят, раз вампиры и таковы правила. А я должен с ними делиться, ведь, возможно, я им не безразличен. Очень справедливо. Я и так живу в мире двойных стандартов. В мире, где к альфам и омегам примеряют разные требования. Мне теперь так и жить? Эти будут молчать, правила же. А я всё рассказать. В школе я буду получать высший бал по физике с ехидным: «Молодец, вызубрил», а альфы, что хуже меня знают и ошибаются в решении задач, будут слушать похвалу о том, как они глубоко поняли предмет? Так? Нет. Этого не будет. Я не собираюсь им говорить того, чего им говорить не хочу. Это тоже правило. Моё, личное. Не нравится — идите на хер, — взорвался Макс, встав и сжав кулаки в бессильной злобе, а затем пошёл к выходу, опрокинув свой стул. Марк оставил деньги, поднял стул и быстро нагнал Макса, уже вышедшего из кафе, преградил ему путь и обнял. — В мире так много несправедливого... Не добавляй в отместку всякого, пожалуйста, тем более борясь с теми, кто рядом. Кому ты важен. — Угу, конечно, — прорычал тот. Он успел скинуть свои координаты кузену и теперь немного успокоился. — Давай подвезу? Больше не буду болтать, честно. Макс, не обижайся на меня, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты и в следующий раз мне позвонил, если не своим. — В следующий раз я позвоню своим... Людям. Не надо. За мной приедут минут через тридцать, — кивнул Макс. — Пущу за руль, доехать быстрее, чем ждать, а потом добираться. — Зато никто никому ничего без моего разрешения не скажет. Да и я уже попросил, неудобно выйдет, если скажу, чтобы он ехал домой, — покачал головой омега. — Пожалуй. Тогда пройдёмся немного по улице или в машине хочешь подождать? — Можем и пройтись, — кивнул Макс. — А каково это — видеть, как меняются города? Одежда? Традиции? — Честно говоря, об этом не задумываешься. Я всегда знал, что буду наблюдать за течением времени, и просто принимал это за данность. Как не удивляешься луне ночью, а солнцу — днём. Кажешься своего рода наблюдателем и одновременно участником. — Но ведь ты успел пожить в совсем разных эпохах. И времена стычек людей с вампирами пережил. Осталась на нас, людей, злость? — Злость? Вами движет страх, неизвестное вас всегда пугает, и не хватает терпения достичь понимания. Вы поспешны и озлоблены, ваша жизнь короткая, и вы спешите её наполнить, но почему-то выбираете тёмные и мрачные эмоции и вещи. Они более достижимы, видимо. Сложно оставаться островком спокойствия в море хаоса. Вы всё время в движении и мрачных мыслях, а на нас их было проще проецировать, обвинять во всём, что вам неподконтрольно или чего страшно изменить. Но и нас вам было мало, своих вы убиваете с большим усердием и рвением. — Не все люди плохие, хороших больше, — фыркнул омега и запрыгнул на высокий парапет, пошёл по нему. — Я вот чаще встречал хороших. И уверен, что среди вампиров тоже полным полно всяких личностей. — Полагаю, мы не сможем быть объективными, — Марк запрыгнул следом и пошёл перед Максом спиной вперёд. — Со своими личностями мы разбираемся сами. Как ты видел, даже запах других вампиров на тебе заставляет принимать наших другие решения. В твою пользу. — Видел. И это немного пугает, — признал омега. — И это не значит, что я буду всем подряд вампирам доверять. А то мало ли... — Мой номер у тебя есть, — Марк спрыгнул и пошёл рядом. — Сегодня было страшно... Чего тебе сейчас хочется? — К Тео хочу, чтобы он меня пожалел, и потом улечься рядом с Филли и заснуть под то, как Тео читает мелкому сказку, — честно сказал омега. — Это лучший ответ из всех возможных, — тепло улыбнулся Марк, но тут же насторожился, когда рядом остановился мотоцикл и огромный альфа снял шлем. Марк перепрыгнул парапет и встал между ним и омегой. — Макс, этот твой? — Это Дон, мой кузен, — сообщил Макс. — Прыгай, мелочь, домой тебя отвезу. А то если до одиннадцати не явимся, Тео нажалуется моим родителям, и те съедят мне мозг, — басовито прогудел альфа, доставая из рюкзака второй шлем. — Не гоните и будьте осторожны, — махнул им Марк, смотря, как Макс надевает шлем и кузены уезжают. Вздохнув, он пошёл к кондитерской за пирожными — стоило извиниться перед своими, что внезапно сбежал. Тео уложил Филли, но сам спать не спешил, сделал себе большую чашку кофе и пожаловался Лео: — Уже поздно, я ему написал, а он не ответил. Хорошо хоть Дон ответил, что они оба в порядке. Вот за что он так со мной? — Подросток, — вздохнул тот и обнял за плечи. — Интересно, в каком возрасте включается совесть? — У Грея в семнадцать неожиданно включилась, — ответил бета, прижавшись спиной к альфе. — Но иногда хочется, чтобы раньше. — Даже мне не по себе. Может, его чипировать как кота и надеть строгий ошейник? — Он меня же сожрёт, если так сделать. О, Дон написал, что везёт пропажу домой! — радостно сообщил бета. — Нужно это чудо покормить будет. Приедет голодный, да и Дона нужно угостить. — Разогрею мясо и овощное рагу, — обнял крепче Леонард. — Спасибо, — улыбнулся сейде благодарно. — С вами спокойнее. — А ещё я вот так могу, — начал разминать плечи Леонард, целуя иногда в щёку и шею, а там и Яков из ванны вышел и вниз спустился. Тоже сел ждать, тиская и веселя Тео. Шум мотоцикла вампиры услышали, но тот остановился, не доехав три дома, а затем, минут через семь, домой вернулся Макс в сопровождении юного, но чудовищно огромного альфы. При этом от подростка пахло кровью и другими вампирами. — Привет! — поздоровался омега и представил Лео и Якова кузену. — Приятно познакомится, — кивнул тот. — Дон... Есть будешь? — спросил Тео и, когда гость согласился, уточнил: — А ты что, на мотоцикле? — Нет, мы на убере, — соврал Макс, но альфа слегка покраснел и промолчал. — Идите мыть руки, — вздохнул бета. Яков с Леонардом красноречиво принюхались напоследок и принялись накрывать ужин. — Они ехали на мотоцикле, — кивнул своим вампирам Тео, когда Дон и Макс скрылись в ванной. — Мой племянник не умеет врать. И у мелочи руки разбиты. — Ещё от него пахнет Марком и другим незнакомым вампиром. Подождём, пока сам расскажет? — спросил Яков. — Течка началась, но он хоть дома... — С Доном не страшно отпускать. Во-первых, он родственник; во-вторых, у него есть свой альфа. Ещё более огромный, чем мой племянник. Эти двое пугающих альф часто Макса в его вылазках сопровождают. Они вместе уже года три, да и старше Дон всего на четыре года, чем мой. Посмотрим, расскажет ли вообще, — вздохнул бета, наливая кофе Дону и мятный чай Максу. — Тебе видней, — признал Леонард, ставя тарелки, Яков подогрел мясо и достал овощи. Леонард нарезал немного свежих помидор и добавил на стол ещё и блюдо с булочками. Дон вернулся первым и немного помялся на пороге, искоса глянув на Леонарда. — Садись за стол, — кивнул Тео, хмыкнув. — Это мой альфа... Даже не смотри. — Но он секси, — сказал с лёгкой задиристостью Макс, выйдя следом и садясь рядом с кузеном. — По мне, это не вежливо — так обсуждать кого-то в его присутствии, — густо покраснел Дон. — Ну, хотя бы это было похоже на комплимент, — пододвинул к ним мясо Леонард. — Жуйте. — Да и я согласен с высказыванием, — добавил Яков, наливая и себе чай. — Как погуляли? — Ему просто мелкие альфы не нравятся, а все альфы ниже него — мелкие. Погуляли хорошо, хотя ничего не вышло, — тяжело вздохнул Макс. — А что именно не вышло? — спросил бета. — Да так... Ничего, — улыбнулся Макс. — А телефон работает? Не потерял? — поинтересовался Яков. — Не потерял, — кивнул омега настороженно. — А почему мне не ответил на сообщение? — спросил устало Тео. — Я не мог! Ты написал очень не вовремя! Я как раз от копа бежал, а потом замотался, — кивнул Макс, и Тео, что поднялся за сливками, чуть не сел мимо стула. — Насыщенный вечер, — разбавил тишину Леонард. — А что было, когда коп догнал? Или успел убежать? — А почему они за тобой бежали? — спросил Тео. — Я тебе расскажу, но когда их не будет рядом, — кивнул Макс. — Почему? — У них хороший слух, а я не хочу, чтобы они знали, — упёрся омега. — Ещё раз: почему? — спросил упрямо сейде. — А кто они мне такие? — спросил Макс с вызовом. — Они мои близкие вампиры, часть твоей семьи. Как Зейд. — Зейд — альфа моего кузена. А они тебе кто? Любовники? Друзья? Кто? Ты с ними потому, что выбора нет? Ты же бета, зачем тебе кто-то, кроме нас с Филли и Греем? — спросил Макс, вставая. — Давай поговорим об этом завтра. Сядь и поешь, — попросил бета. Леонард с Яковом не стали вмешиваться, но под столом оба взяли Тео за руки. Макс сжал губы, мотнул головой, заявив: — Я сыт! И сбежал наверх, громко топая по лестнице. — Он просто расстроен, — сказал Дон, поедая еду, чтобы как можно быстрее удрать. — Тогда придётся пытать тебя, — подпёр щёку Леонард и уставился на Дона, гладя пальцы Тео своими. — Я пойду домой, если будете слишком активно давить, — покачал головой Дон. — Дети — это сложно, — всхлипнул Яков и ткнулся в плечо Тео. — Ты волнуешься, а они вот так! Сейде вздрогнул, сжал плечо омеги. — Максимилиан давно уже не ребёнок, — заверил Дон. — И не ваш ребёнок точно. — Я должен знать, что произошло, — вздохнул бета. — Марк не сдаёт, — показал телефон Леонард. Он успел уже отправить сообщение и получить ответ. Альфа нагнулся к уху Тео. — Яков притворяется, но это не работает. — Дон... — протянул Тео, но альфа поднялся, поблагодарил за ужин и вышел. Вскоре вампиры услышали мотор мотоцикла. — И теперь придётся приставать к Максу. Никогда не называйте его Максимилианом... Это он только Дону простит, — предупредил Тео. — Что они такое скрывают? — перестал притворяться Яков. — Если бы сказали, мы бы меньше волновались. Ладно, идёмте спать, утром попробуем, да? — Я не уверен, что засну. Сейчас посмотрю в местных группах. Может, кто-то писал, что случилось, — кивнул бета, привычно проверяя давно известные ему. — Я знаю, что они делали! Смотрите, тут портрет художника на всю стену. Думаю, эти двое приложили свои усилия для создания этой красоты. — Ты прям детектив, — альфа восхитился больше Тео. — Но это же круто, почему они скрывают? — удивился Яков. — Это же понятно: Макс не хочет, чтобы я оценивал его поступок. Вообще. Он хочет опираться на своё мнение и не ищет поддержки, — улыбнулся бета. — Но портрет шикарный! — Ближайшие лет сто пятьдесят я к детям не готов, что-то мне совсем непонятно, — признал Яков. — И мне нравится их выбор, но обидно за бет. — В смысле? Ты хочешь пойти и нарисовать портрет знаменитого беты? — спросил Тео, улыбаясь. — Леонард точно сможет, он сделает наметки, по которым и у меня получится, — глянул на мужа Яков. — Вполне можно устроить, — отозвался тот. — Я даже знаю, кому эта идея понравится, но завтра у нас сбор вещей к переезду. — Ой... Как же тяжело будет завтра. Ладно, пошли спать, — вздохнул сейде. — Дети гораздо лучше подростков. С Филли проще, чем с Максом. — Это же скоро и Филипп начнёт вредничать и быть непонятным? — расстроился Леонард. — Блин, так нечестно. — Ещё лет шесть-семь, а может, и восемь у нас в запасе, а Макс к тому моменту станет опять классным, — пообещал Тео. — Один славный ребёнок за раз, — рассмеялся Яков. — Но они все славные, только колются. Тео, пошли, тебе надо отдыхать, Леонард уберётся. Омега потянул бету из-за стола. — Только давай быстро, — Тео послушно шёл за Яковом, любуясь спиной и ягодицами омеги. — Ты такой красивый! — А ты потрясающий! — подхватил его на руки омега и быстро доставил в спальню, где тут же повалил на кровать и начал целовать. Тео целовал в ответ, чуть сжимая ягодицы и бёдра омеги. Наслаждаясь, любуясь своим вампиром. — Тео, — выдохнул тот, — ты важен и ценен для нас, мы бесконечно дорожим тобой и будем любить всегда. Ты наша семья, наше сердце. Как бы что ни выглядело и ни казалось остальным, ты безупречен, идеален и неприкосновенен. Ты любим, важен, дорог и прекрасен. — Спасибо... Я... Не знаю, что и ответить, — прошептал сейде. — Мне хорошо с вами, очень. И я бы хотел, чтобы обе мои семьи — вы и братья — смогли стать одной. — Не отвечай, всё всегда в порядке, и мы тоже хотим быть семьей не только с тобой, но и с твоими родными, — Яков нежно погладил по волосам и втянул в новый поцелуй. Бета ответил, изучая тело омеги неспешно, с удивлением отмечая, что трогать сильные плечи тоже приятно, а обнажённая кожа вампира и вовсе возбуждает. Он даже не заметил, когда рядом оказался Леонард. Альфа просто взялся из ниоткуда и потянул с него кофту. — Помоги мне раздеть Якова. Я хочу его потрогать, — попросил альфу Тео. Омега заелозил, начав обнажаться сам и стараясь потрогать Тео, Леонард же занял удобное положение и раздевал обоих. Бета нервно облизнулся и, приподнявшись, принялся целовать плечо, медленно спускаясь к соскам, чтобы пройтись губами по ореолу, играясь с ними языком. Яков подался навстречу, чутко реагируя. Леонард потёрся о плечо Тео и стал наблюдать. Это возбуждало его сильнее участия. Бета изучал вампира неспешно: провёл пальцами по рёбрам, бокам, чуть сжал бёдра, слегка прикусил кожу, а затем накрыл ладонью член омеги, неспешно принявшись двигать рукой. Яков застонал. — Я тебе нравлюсь? — облизнулся омега. — Нравлюсь ведь? — Очень нравишься, — заверил на ухо Тео. — Твой запах, твой голос, твоё тело и лицо... Но больше всего твоя личность. Ты чудесен весь. Яков счастливо улыбнулся, накрывая член Тео ладонью. — Я так рад это слышать. — А я рад, что ты рядом, что вы оба рядом, — двигая рукой всё увереннее, сообщил Тео, целуя шею, довольно щурясь, чуть слышно постанывая. — А я уж как рад, — говорил Леонард, лаская себя, наблюдая за Тео и Яковом, такими горячими и открытыми, расслабленными. Бета чуть слышно фыркнул и, потянувшись, не прекращая дрочить Якову, поцеловал альфу мягко, но настойчиво. Тот сплёлся с ним языком, балдея от откровенности Тео. Кончил бета первым: он всё ещё не привык к чувственным ласкам и был весьма восприимчив. Омега улыбнулся и лизнул свою ладонь, смотря на Тео. Леонард подтянул к себе мужа, тот хихикнул и обхватил ногами своего альфу. Леонард направил член и вошёл в застонавшего Якова, который тут же начал двигаться, торопя и самого Леонарда, отдаваясь жарко, с желанием, стараясь только не шуметь. Он закрыл рот ладонью, приближаясь к желанной разрядке. Обмякнув в руках Леонарда, он еще двинулся пару раз, пока не ощутил, как излился альфа. Лео благодарно поцеловал Якова и потянулся к Тео. Тот смотрел на них чуть ошарашенно, но прижался к альфе, погладил Якова по волосам. Двери задёргались, и Филли спросил: — Почему закрыто? Яков начал смеяться. — Зато он нас точно не слышал, — омега встал, на ходу одеваясь, и открыл окно. Леонард тоже оделся и собрал вещи Тео, протянул ему и пошёл к двери. — Филли, мы тут взрослое страшное кино смотрим, — приоткрыл дверь Леонард и вышел к ребёнку, подхватил на руки и отметил мокрую пижамку. — У тебя всё в порядке? У ног закрутились собаки. — У меня под кроватью монстр! Он шипит! И собак прогнал, — пожаловался Филли. — Уверен, я шиплю лучше и клыки у меня длиннее. Пойдём его напугаем, — решил Леонард, направляясь к комнате Филиппа. Из под кровати действительно разливалось шипение, и вампир с удивлением узнал запах вертишейки — птицы, что в случае опасности шипела, как змея. — Ой, к тебе птица залетела, надо её очень осторожно поймать, чтобы не повредить крылышки. Она очень напугана, вот и шипит. Поможешь мне? — спросил у Филиппа Леонард, закрыв дверь в комнату, чтобы не выпустить. — Она шипит страшно, — сказал омежка, — но я помогу. Говори, что мне делать. — Шипит как змея, это правда. Она и хочет запугать, чтобы её не съели, просто птица ещё не знает, что мы ей не враги. Если хочешь, то можешь подождать с Тео или Максом, пока я ловлю. — Я помогу, просто не знаю, что делать, — пожаловался Филли. — А ты знаешь? — Не-а, но я хочу попробовать поднять кровать, а ты постой с покрывалом в руках. Если она выскочит, то накинь, — предложил Леонард и дал край покрывала, заглянул под кровать. — В углу сидит, так не дотянуться. — Хорошо. Но если птица окажется змеёй или монстром я буду визжать и убегу, — предупредил Филипп, беря покрывало. — Не волнуйся, я её вижу и определил по запаху, это точно птица. А вообще ты молодец, очень храбрый, — поднял одной рукой кровать Леонард, но птица не побежала, а постаралась вжаться в стену. Вампир наклонился, ставя кровать на плечо, опустился на колено. — Филли, давай одеяло мне. Омежка отдал одеяло, смотря на то, как вампир легко ловит небольшую коричневую невзрачную птичку. — Её нужно в окно выпустить! — обрадовался Филли. — Угу, она вроде цела. Давай лучше во двор выйдем, а то так не понятно. Птица продолжала шипеть, но не вырывалась. Леонард осторожно держал мягкой тканью. Филли открыл перед ним двери, а в коридоре уже стоял Макс. — Всё хорошо? — спросил он у Лео. — Мы птицу поймали, она шипит, — показал тот. — Сейчас во дворе посмотрим, полетит ли. Филли мне помогал, хотя было страшно. — Он очень смелый, — поднял брата на руки Макс. — Пойдём, выпустим вместе. Во дворе Леонард включил дополнительное освещение и положил сверток на траву, расправил, давая птице выбраться. Она тут же вспорхнула, а Филипп радостно захлопал: — Мой монстр улетел! — Угу, малыш, улетел, — кивнул Макс и добавил: — Пойдём, я тебе в душе воду настрою, дам другую пижаму. Поспишь у меня сегодня. — А я приберусь в комнате, завтра всё равно вещи паковать, — сказал Леонард, складывая одеяло. — Ты молодец, Филли. Альфа ласково погладил кудряшки и улыбнулся. — Я знаю, — кивнул тот, обняв брата крепче. Макс же кивнул и попросил: — Можешь сделать тёплого молока и пару печенек достать? Это ему поможет заснуть. И я вынужден просить вас вернуть нам Тео. — «Вынужден», «вернуть», — Леонард хмыкнул. — Макс, мы не отбираем Тео, не заменим ваше место в его жизни и сердце. Я всё сделаю, иди, не беспокойся. Леонард вернулся в дом и поставил молоко, затем ускорился и зашёл в спальню. Яков не прислушивался специально, поэтому Леонард рассказал короткую версию и спустился за молоком. Поставив всё на поднос, принёс к Максу и пошёл прибираться к Филиппу. Собрал постельное белье, запустил стирку и пошёл в душ. На встречу ему Макс вынес закутанного в чистое полотенце мелкого. — Мы там немного воды не убрали, — предупредил он и, увидев Тео, передал ему Филли. — Он так вырос, что мне уже сложно его носить! Совсем большой. Леонард коснулся запястья Макса. — Как твои руки и остальное? — Всё хорошо. Кто вы мне? — спросил устало Макс в ответ. — Макс, блин, что ты хочешь услышать? — Ответ. Просто хочу понять, кто ты мне. Я не понимаю. Кто вы и зачем в моей жизни, когда уйдёте из неё. Можно ли к вам привязываться или лучше не стоит. Ладно я, я переживу, но Филли... — Не будь таким взрослым, Макс, мы с Тео навсегда, с сейде не расстаются. Не бойся доверять и привязываться, и, кем бы меня ни считал, я всё равно о тебе беспокоюсь. Даже без взаимности. Иди в кровать, это не разговор на пороге, сядем и поговорим позже. Я обещаю. Сейчас уже поздно. Я уберу в ванной. — А нам можно прийти к тебе, Макс? — спросил Яков. — Можно, — улыбнулся тот в ответ. — Лео, а печенье с молоком у Макса? — спросил бета, заметив, что Филли уже заснул на руках. — Да, — посмотрел на мелкого Леонард. — Даже если он спит, мы же можем поваляться вместе? — Конечно, я просто не знаю, куда этот груз нести: к нам или к омегам, — улыбнулся сейде, кивнув в сторону ушедших Якова с Максом. — Давай к Максу, он кровать больше нашей тогда выбрал. Мы с Яковом такую смотрели, но пришлось бы вынести твой швейный стол, а он тебе важен, — достал швабру Леонард и начал вытирать пол в ванной. — Тебе самому-то не тяжело с Филиппом? Лучше неси быстрее. — Тогда мы ждём тебя у Макса, — Тео пошёл в детскую. Макс сидел на своей постели, показывая Якову в планшете фото их граффити с явной гордостью. Яков кивнул. — Мы еще подумали нарисовать портрет беты, а то не полный комплект выходит, — скрестил ноги Яков. — Мы тоже планируем! — обрадовался Макс и придвинулся, давая устроить Филли, а потом и вовсе отошёл к шкафу и достал игрушку, длинного фиолетового зайца. Филли, не просыпаясь, зайца сцапал и обнял руками и ногами. Очень нежно и даже трепетно Макс накрыл брата, поцеловал в макушку. — Ты хороший брат, — погладил Макса Яков. — Я убрался и принес чай и мазь от ушибов, — зашёл к ним Леонард с подносом. — А вы уютно устроились. — Мне было девять, когда Филли родился, и я так долго был младшим, что очень его ждал — больше, чем все другие, — улыбнулся Макс. — Мне хотелось брата — старшего или младшего, такого, чтобы у нас была небольшая разница в возрасте, но среди вампиров такое редкость. Так часто дети не рождаются, — рассказал Яков и облокотился на Леонарда, когда тот устроился рядом. — Лео, а ты рисовал на стенах? — А, ну да, случалось. — Ты не рассказывал. — Да мы баловались в основном, хвастались навыками. — И в каком веке это было? — спросил весело Макс. — У нас тоже всех разница в возрасте большая. Тео съехал, когда я был маленьким ещё, и его приезды домой меня злили даже. Из-за мусаки и Грея. — Макс терпеть не мог мусаку, а я любил, и отчим её готовил к моему приходу в гости, — пояснил бета. — А Грей прожил со мной дольше и очень скучал, не отлипал от меня долго. — К тому же Грей тоже меня прилично старше, и общих интересов и друзей у нас мало. Дон только, а потом... После смерти родителей мне первое время было страшно, — признал Макс, словно мимоходом. — С Греем они разговаривали много, Филли был очень маленьким и то плакал, звал папу, то висел на Тео. А я... Я ведь Тео как-то даже очень сильно, до крови укусил. Ещё когда Филли не родился. Мне казалось, что Тео мне не простит. — Хорошо, что эти тревоги остались в прошлом, — сказал Леонард. — Сейчас ты знаешь, что Тео вас любит, а вы все стали достаточно дружны. Да и Грею будет приятно, мне кажется, жить в доме родителей. Мы здесь обновим всё, поможем с платежами и расходами, так что он вернётся на учебу. Хорошие перемены. У вас отличная семья. — У нас очень дружная семья, правда. И я бы не хотел, чтобы вы её разрушили, — честно сказал Макс. — Да, Тео порой бывает нудным, но ему приходится. Я тоже не подарок. Не бить же ему меня. — Я нудный? Это я нудный? А кто месяцами может есть мой мозг чайной ложечкой, чтобы попасть на концерт? — возмутился Тео, взяв себе молоко. — Это вы ещё с Лео плохо знакомы, если он уже в чём-то убежден, то будет приводить аргументы хоть с тысячи сторон, лишь бы вы согласились. И до каждого слова и аргумента в ответ докопается. Сейчас мы уже расслабились, а так благодаря спорам и познакомились. Мы часами на форумах спорили, или участвовали в дискуссиях, или сами их порождали. — Да? — удивился бета. — А я думал, что вы познакомились лично. И сколько лет вы уже вместе? — Да, мы познакомились лично и просто общались, а в сети спорили под никами и не знали, кто за ними. Мне хотелось придушить его, но при этом было занятно. Он не оскорблял, не переходил на личности, он действительно старался зайти с разных сторон. Я пытался идти на опережение, не попасть в логическую ловушку и атаковал в ответ. В итоге мы даже учились друг у друга, а мозги разве что не дымились. Было приятно их тренировать. — Угу, да и что-то, о чем говорил Яки, я не сразу понимал, отрицал и спорил, порой даже ради самого спора, чтобы была другая точка зрения. А потом уже находил информацию, развивался и понимал, что он был прав. По нашим меркам я не так давно стал совершеннолетним, а Яков чуть дольше, по сути мы молодожены. — О, и тут я. Это везение или наоборот? — спросил бета с любопытством. — Угу, мой брат вам не лишний? — поддержал его Макс. — Нас, скорее, пугает ответственность, — признал Яков. — И ещё не верится, что мы так легко встретили сейде. Это как в лотерею выиграть. — Бери выше, в них выигрывают и то чаще. Представь, Макс, что ты по дороге домой камушек пинаешь, а когда решаешься присмотреться, то это оказывается алмаз размером с кулак. Вот такая вот вероятность найти сейде, не ища его специально, — рассказал Леонард. — Офигеть, — честно сказал Макс. — Так не бывает! Просто не бывает — и всё тут. — Ну, так быстро в браке точно. В современных реалиях лет тридцать-пятьдесят, да и подходят к поиску сейде ответственно, — перечислял Яков. — Чтобы не стыдно было встретить, быть уже состоятельными, да и парой с опытом, сформировавшейся. Но естественно, раз уж вот так встретились, отступать нельзя, это тоже понятно. — Отчасти поэтому вмешался Марк, и родители волнуются, — добавил Леонард. — Так бы сначала мы разбирались втроём, а когда Тео был бы готов, то пригласили семью знакомиться. — Знакомство в этом случае выйдет шумным. По трое родителей с ваших сторон и трое братьев с моей. Учитывая то, что Филли вести себя тихо ещё по возрасту не умеет, то, боюсь, вашим родителям было бы не комфортно, — улыбнулся бета. — Так тебя только шум волнует? Они его сами наведут и Филли вымотают, — отмахнулся Леонард. — Я понимаю, что я далеко не лучший вариант для отношений, — со свойственным бетам прагматизмом продолжил Тео. — Я гораздо беднее вас, старше, у меня на руках трое детей, пусть старший и живёт отдельно, две собаки и ворох проблем. Не думаю, что ваши родители будут счастливы. — Не старше ты, вот опять ты про возраст. Это мы старше, это мы можем тебя в угол поставить, — улыбнулся Яков. — Но не хотим. Лучше к себе под бок. — И остальное — не проблема. И братья у тебя чудесные, и собаки, и кактусы, хоть и колючие. Родителям ты уже нравишься, а детей они хотят затискать. Особенно Филиппа, потому что он мелкий ангелочек. — Эй, это мой личный ангелочек, — возмутился, смеясь, Макс. — Но дедушки нам лишними не будут. Приглашайте, будем знакомиться. — О, они будут рады! — тут же достал телефон Леонард и начал набирать сообщение. — Сделай наше общее селфи, а то возмутятся, что только ты написал, — сунулся в телефон Яков, и вампиры наклонились так, чтобы Макс с Тео тоже поместились. Те и возразить не успели, а вампир уже отправил. — Эм... Надеюсь, у нас есть время переехать в новый дом? Этот лопнет от наплыва гостей, — спросил Тео чуть растерянно. — Нужно будет Филли и Грея предупредить, — кивнул ошарашенный Макс. — Им ещё лететь, да и поселяться в гостинице, — ответил Леонард. — Тогда ладно. А вы что, решили тут спать?— спросил Макс лениво. — Не знаю. Тео, ты где будешь? — спросил альфа. — В своей постели... Макс уже взрослый слишком, чтобы спать с кем-то в постели. — Угу. Это как-то неудобно, и даже... Извращённо звучит, — кивнул Макс. — Пойдём, — поднялся первым Тео и на пороге тихо сказал: — Тем более я тебя, Лео, не потрогал... А очень хочется. Альфа рассмеялся и подхватил на руки бету, унося в спальню. Яков пожелал Максу добрых снов и поспешил за своими. Лео не успел даже уложить сейде на кровать, когда тот стащил майку с альфы и поцеловал плечо. — Какой же ты роскошный. — Так и есть, — с нажимом провел по бокам Леонард. Яков закрыл за собой дверь, разделся до белья и нырнул к своим, поцеловал спину Тео, любуясь им. — Наш красивый сейде. Бета фыркнул, уложил альфу на кровать, сел ему на бёдра, провёл по бокам, любуясь вампиром. А затем нагнулся и поцеловал, расстёгивая ширинку. Тот приподнял бедра, поелозил, скидывая вещи. — И что ты такое интересное задумал? — спросил Леонард. — Пока не знаю, — раздеваясь следом, ответил Тео. — Но хочется что-то сделать... Бета разделся полностью и улегся на вампира, поцеловал, трогая бёдра. — Не тяжело? — Нет, приятно тебя чувствовать и трогать, — обнял Леонард. — У тебя вид, правда, усталый, хоть и любопытный. Мы никуда не денемся. Яков вытянулся рядом. — Ага, ты нас прогнать сколько пытался, а не делись, — фыркнул омега. — Я не устал и пока не готов от планов отказаться, — целуя шею Лео, не согласился бета, поёрзав на нем, чувствуя, как член наливается силой. Альфа оживился, включаясь в игру, трогая попу беты, приятно жамкая. Тео ощущал ненавязчивые прикосновения Якова, но как и Леонард раньше, он предпочёл наблюдать. Сейде довольно застонал и тоже сжал рукой ягодицу Лео, целуя, покусывая подбородок. Свободной рукой сейде обхватил член вампира, лаская. — Всё правильно, — отозвался тот. — А попробуешь... ртом? Тео смущённо улыбнулся, мучительно краснея. Подцепив плед, он спустился ниже и, лишь укрыв себя с головой, обхватил губами головку члена. Леонард облизнул губы. — Не смущайся, — он погладил по плечам сквозь ткань, не пытаясь ее снять. Лишённый зрелища, Яков поцеловал мужа. Тео провел по головке языком, затем вновь обхватил губами, впуская неглубоко, затем выпустил, прошёлся языком от головки до основания, затем вобрал почти до горла. — У тебя очень хорошо получается, — со стоном выдохнул Леонард. — Покажись, Тео, я хочу видеть, какой ты красивый. Бета фыркнул, но откидывать покрывало не спешил, огладил живот альфы, слегка царапая кожу, беря в рот всё смелее, глубже, ища нужный темп. Наградой ему был новый довольный стон. — Рукой чуть-чуть... — сглотнул альфа, стараясь не двигаться. Живот напрягся, Леонардо повело от осознания, что его сейде ему сейчас делает минет. — Отстранись, когда будет близко... Дышать Тео стало тяжело, и под покрывалом стало слишком жарко, и он его всё же откинул, послушно стараясь помочь себе рукой, закрыв глаза, чтобы случайно не встретится взглядом. Леонард охнул, застонал. — Да, какой же ты красивый. Тео, я почти... почти... Отстранившись, Тео продолжил руками, побоявшись, что не справится с оргазмом и подавится спермой. Леонард излился, пачкая ладонь, заглушая стон, стиснув зубы. И Яков тут же потянул Тео на себя, кладя его ладонь себе на член, а сам начиная ему подрачивать рукой. Бета обхватил член омеги, начиная двигаться сразу быстро, и потянулся за поцелуем, но тут же чуть отстранился, решив, что Якову может быть неприятно. — Ты чего? — поцеловал его в уголок губ Яков и потерся носом о щёку. Тут и Леонард перевёл дух, обнял со спины, добавил свою ладонь к ладони омеги на члене Тео. Сейде застонал и затем тихо спросил: — А тебе не будет неприятно? — Что? — не понял Яков. — Целовать меня, — улыбнулся бета, уже понимая ответ, и вновь потянувшись к губам. — Шутник, — Яков втянул в нежный чувственный поцелуй. К спине прижимался разгоряченный альфа, и было так хорошо и уютно с ними. Это помогло кончить с глухим стоном, и в тоже время Тео вдруг почувствовал себя слабым, бесконечно уставшим, но защищённым и неодиноким. Ещё чувствуя отголоски оргазма, сейде заплакал, молча, без всхлипов, но слезы текли. Вампиры перепугались, инстинктивно прижались к сейде. Леонард подхватил одеяло и завернул их всех вместе. Яков погладил Тео по голове, поймал губами слезу. Леонард потерся носом о другую, тоже молчаливо поддерживая. — Простите, — сорвался на рыдания бета, плача навзрыд впервые со дня, когда узнал, что родители умерли. Он хотел остановиться, но не мог, лишь повторял своё «простите» куда-то в Лео или Якова. — Всё хорошо. — Ты молодец. — Ты со всем справился. — Всё хорошо. — Мы любим тебя. — Наше храброе сердечко. — Ты замечательный. — Тео... — Тео... Вампиры повторяли, утешая, поддерживая, давая выплакаться и забыться. Леонард сходил за бутылкой воды. — Простите, не знаю, что на меня нашло, — медленно выпив воду, уже успокоившийся Тео виновато посмотрел на своих вампиров. — Надеюсь, я не сильно всё испортил? — Ты ничего не можешь испортить, — заверил Яков. — Надеюсь, ты нами не разочарован... Я не знал, как показать, что ты важен. — Да, я тоже растерялся, но не извиняйся за свои чувства и эмоции. Спасибо, что доверился нам и показал себя. — Мы рядом и не оставим тебя. — Даже если опять гнать будешь, — серьёзно добавил Леонард. — Думаю, это всё из-за гормональной перестройки... Мне было хорошо, спокойно и впервые за последние годы было ощущение, что если что-то случится, есть на кого опереться. От этого и накрыло. Вы все правильно сделали. Не думаю, что я смог бы успокоиться... — улыбнулся бета и протянул руки к Леонарду. — Ложитесь, пора спать. — Мы быстро выспимся, а вот ты валяйся завтра до победного. Мы сами все вещи соберём, — обнял со спины Леонард, пока Яков подставил плечо. — Спокойной ночи, Тео. — Добрых снов. — Дети, собаки и кактусы. Это главное. И помните, что Филли и Топ с Пухлей могут в любой момент попасть под ноги, — предупредил сейде и, пожелав спокойной ночи, заснул. Тео и сам не уловил тот момент, когда спать между вампирами стало нормально и даже удобно. Он всегда клал голову на плечо одного из них. Леонард же с Яковом спать не спешили. Они рассматривали сейде, любовались и осторожно гладили кончиками пальцев, отчего тот порой улыбался во сне. Тот, кого они не ждали и не искали, так быстро стал важен вместе со своими братьями.