В коридоре только мы

Как холодно. Декабрь. А чего мы, собственно, ждали от зимы? Обжигающий мороз нещадно бил по белым, словно снег, щекам молодой девушки, идущей по этому самому снегу, проваливаясь в него местами чуть-ли не по колено, ругаясь про себя на рабочих, которые ещё не успели убрать эти сугробы высотой в полметра. А снежинки все падают и падают сверху, не собираясь останавливаться ни на минуту. Зачем ей было выходить в такой лютый холод? Она и сама ещё не до конца осознает, что делает, но понимает, что этот день она запомнит надолго, пусть он будет не таким прекрасным из-за некоторого ряда причин, она все равно будет рада встретиться с любовью всей ее жизни в таком тихом и непринужденном месте — в школе. Отпечатком на сердце осталось расставание с ней на такое долгое время. Оно так медленно выкачивало из неё силы терпеть, ждать чуда, строить бессмысленные надежды, оставляя хоть и маленький, но значительный просвет в ее уже чёрной, как смоль, душе, поглощённой страхом и отчаянием. Она, наконец, поняла, чего на самом деле хотела от этой жизни. Тот человек, с кем она сегодня собирается встретиться, дал ей возможность любить и быть любимой, несмотря на то, что в один момент она потеряла часть себя. А тот человек ещё, кажется, не окрепший разумом, будто ребёнок, забрал её сердце, может быть даже навсегда. На улице темно. Ощущается так, будто она совсем одна в этом мире, только она и ещё один человек. Снег скрипит, будто ты ступаешь по сгнившим уже в конец доскам, скреплённым так вяло, что они не выдерживают и начинают шататься. Руки были облачены в перчатки, такие тёплые и мягкие, клала их Эрика в карман своей крутки. Шла она неспешно, ведь быстрее идти все равно не удавалось. Плотные и густые облака закрывали небо, не давая просочиться лунному свету наружу. Приподнятое настроение девушки давало о себе знать, она не могла сдержать своей улыбки при виде школы, в которую она ещё недавно ходила вместе с другими ребятами. Забор и ворота, которые были открыты, несмотря на то, что сама школа в эту субботу не работала, и даже намёка на какую-либо жизнь не было. На Эрике нещадно сказывалась плохая погода, пребывавшая на улице. Слабость, сонливость, усталость — оно все подкашивало её, но желание встретить дорогого ей человека было намного сильнее этих неприятных факторов. Вот она уже вошла в ворота школы. По правую руку от неё большая сцена, на которой выступали на линейке первоклассники с огромным стихом, который делили между собой. Слева заснеженные лавочки, клумбы, фонари, горевшие тусклым светом; горы снега лежат на замерзшем льду, на котором так удачно поскользнулась Эрика. Проронив пару матерных выражений, она встаёт и с новыми силами направляется ко входу в школу, к навесу. Она садится на твёрдый камень под ним, дополняющий собой вход в большое здание, расчищая для себя место. Эрика терпеливо ждёт прихода своей любви. — Такая уютная атмосфера… Не думала, что однажды вновь смогу почувствовать такой покой на душе, — говорила она сама с собой, смотря куда-то в даль, стараясь отвлечься ото всех нехороших навязчивых мыслей о том, что увидев приближающуюся ко входу девушку с карими глазами и волосами такого же цвета, с родинкой под ее милым носиком, с кожей, так не похожей на ее: светлую и, кажется, прозрачную, она струсит, убежав, куда глядят ее глаза, но уж точно не в сторону идущего к ней человека. Сколько она уже ждёт? Пять минут, десять, двадцать? Сердце начинается колотиться быстрее, практически выпрыгивая из грудной клетки. Радость, волнение и восторг переполняют ее, она не может сдержать столько позитивных эмоций. В её голове начинает играть её любимая песенка, что придаёт ей уверенности. С закрытыми глазами она отдаётся воспоминаниям и тихонько пританцовывает, покачивает головой из стороны в сторону, даже не замечая того, что происходит рядом с ней. Впереди неё послышался звонкий смех, заставший Эрику врасплох, ставя тем самым в очень неловкое положение. — Ты такая милая, Эрика… — сквозь смех слышит девушка своё имя и потихоньку начинает краснеть, а после и сама выдаёт кроткий смешок. Человек, заставлявший ее с минуту сидеть красной, подошёл к ней вплотную. Та в свою очередь встала, взяв за руку девушку, стоявшую к ней так близко, а затем притянула её к себе, крепко обняв, шепча на ушко такие желанные слова: — Сева, я так по тебе соскучилась… Солнышко… — им двоим и так стало понятно, к чему идёт дело. Отпускать друг друга они не собираются. Кажется, они готовы целый день простоять в таком положении, и никто об этом жалеть не будет. Эрика целует девушку в щёчку, немного отдаляется, перекладывая руку на лицо, снимая предварительно перчатку. Касаясь холодной рукой её милого личика, она улыбнулась — так искренне она улыбается очень редко, так спокойно стало на её душе. Карие глаза девушки, стоящей напротив Эрики, так манили её взгляд. В ответ на такой нескромный жест Сева улыбнулась, отведя глаза куда-то в сторону, стараясь не смотреть на того, кто пялился на неё без особого смущения. — Ты так мило смущаешься, я не могу! Ну что за прелесть, — с долей заботы Эрика провела рукой по лицу девушки, после же приблизилась к её синим от холода губам, целуя её туда, куда направлен был взгляд. — Пошли зайдём внутрь, я замёрзла… — ещё сильнее прижимается к Эрике девушка. — Сейчас согреем тебя, в школе тепло, — с улыбкой на лице, Рика берёт за руку Севу, заставляя следовать за собой. Открывая тяжелую дверь другой рукой, пропуская вперёд девушку, что была значительно ниже неё. Это не раз её умиляло. — Пошли в раздевалку, там вещи оставим и по школе прогуляемся вместе, ты же согласна? — Мы же тут одни, да? — Верно, но ты на вопрос ответишь мой? — Согласна я, — сама того, видимо, не замечая, она улыбается. Эрика прекрасно понимала, почему они обе сейчас так и светятся от счастья. Идут за руки, стараются не наступать друг другу на ноги, так как шагают очень близко, не собираясь отдаляться ни на миллиметр. Спускаясь вниз по лестнице на цокольный этаж, Рика положила руку рядом идущей девушке на талию, придерживая таким образом ее спину. — Долго ехала сюда? — Полчаса, наверное… Я в маршрутке поспала немного, чуть не проспала свою остановку… — Соня ты моя, опять не спала до часу ночи? — Не могла заснуть, встречи с тобой ждала… — А кто-то сказал, что постарается заснуть быстрее, — Эрика состроила из себя злую морду, стараясь выглядеть правдоподобнее, но не могла, так как улыбка перебивала этот образ. Но капелька злости в ней все же оставалась. — Поспишь тогда у меня на коленях? Сядем где-нибудь на диванчике, часик сна тебе точно не помешает… — Не хочу терять на это столько времени, успею ещё отоспаться. Столько всего хочу обсудить с тобой… только вот в голове все перемешалось… — Может, тебе правда стоит поспать? — к тому моменту они обе уже дошли до раздевалки, а куртки свои сняли ещё до того, как вошли в довольно просторное по размерам помещение. — Нет, не хочу. Когда домой приду, тогда и посплю. — Такая упрямая, не могу! — девушка, снявшая куртку, положила её на лавочку в раздевалке и, подгадав момент, напала на Севу, начиная щекотать живот и бока, громко и искренне смеясь. — Эрика-а! — заливаясь смехом, Сева старается достать до Эрики руками, но когда достаёт, она понимает, что пыталась зря, ведь девушке, которая ее щекочет, совершенно все равно на то, что она старается делать в ответ. — Хватит! Ну хва-атит… — Достаточно с тебя, — победно восклицает высокая, пытаясь отдышаться после такой буйной драки, все ещё проглатывая остатки смеха. Лежащая на лавочке девушка, защищающая руками свои бока. Выглядела так забавно, что она не могла сдержать улыбку. Девушка замечает своё отражение в зеркале, отвлекаясь от силуэта, валяющегося от смеха чуть-ли не на полу. Высокая, голубоглазая девушка с пепельными волосами взирала на неё в отражении. Лицо было в небольших шрамах, но все такое же красивое. Один образ её излучает ауру доброты к людям и некого ментального спокойствия. Ей нравилось то, как она выглядит, и это внушало ещё большую уверенность в себе, а так же радовало ее саму. Одетая в тёплый свитер, чёрные штаны под саму куртку и шарф с шапкой такого же цвета, она поспешила снять все, что на себя напялила ранее. Девушка же, уже успокоившаяся, рассматривала Рику. на Севе был такой же тёплый белый свитер, который, по мнению Эрики, чертовски мило на ней смотрелся. И штаны, дополняя данный образ, подчёркивали ее фигуру. — Ты хотела мне что-то показать, Эри? — А? Да… Пошли покажу тебе кабинет, где я сдавала тесты. Помнишь, я тебе рассказывала, как сдавала экзамен на поступление в первый класс? Как раз вид из окна посмотришь, кабинет на третьем этаже находится. — На третьем? Я боюсь, я не дойду… — На руках тебя понести? — Нет, спасибо, сама как-нибудь, на своих двоих. Да и поднимешь ли ты вообще меня? — Проверим? — ее ехидная улыбка заставила Севу усомниться в своих же словах, но скрыла она это достаточно умело. А Эрика даже не думала отступать, она подошла к девушке, уже сидящей на лавочке, просунула руки под колени, а вторую руку положив на спину, постаралась поднять девушку, что у неё успешно начало получаться, но Сева остановила её на полпути. — Эрика! Спину надорвёшь, отпусти! — Слилась моя дорогуша — Ой, да ну тебя… Пошли лучше, покажешь, что хотела. — Поднимайся давай, разлеглась тут. — Хочу и лежу, вообще-то. — Мы сейчас никуда не пойдём с тобой. Выебывается тут лежит ещё, — Эрика подаёт руку девушке, чтобы та встала. Она принимает такое предложение, вставая на ноги. Рика в ту же секунду тянет ее по направлению к лестнице, заставляя ускорить шаг. Та старается не отставать, но уже к четвёртому по счёту пролёту выдыхается, напрочь выбиваясь из сил. — Ты каши сегодня не доела? Я тебе говорила, что поспать и поесть надо, ты почему меня не послушала? — Ну Эрика, в горло ничего не лезло, да и спать я совершенно не хотела… Не надо ругаться на меня. — Ага, щас прямо и перестану. От того что я замолчу, я злиться не перестану… — Бу-бу-бу-бу-бу… — Сева смешно передразнивает Эрику, и сама же веселится от этого. А Рика, ничего, собственно, не понимая, старается не повышать тон, и уже начинает раздражаться. А от её гримасы девушка с карими глазами начинает заливаться смехом ещё пуще. — Слушай, а зачем тебя жалеть? Давай я тебе подзатыльник дам, будешь знать… — и вот Эрика замахивается над головой Севы, и уже хочет совершить задуманное, но девушка сквозь смех уворачивается, продолжая дразнить того, кто так сильно на неё обозлился. — Ты такая милая, когда злишься… Рики-тики-тави, — ее речь прерывает короткий зевок, который она была не в состоянии сдержать, и уже к его концу опомнилась, закрыв рот рукой. Теперь уже и Эрика улыбалась, но на такое дерзкое высказывание она ответила отрицанием, а спор никому из них продолжать не хотелось. — Как сейчас помню, я вот на этой парте сидела, — девушка указывает на первую парту среднего ряда, немного задумываясь, продолжает, стараясь подмечать каждую деталь. — Соседка по парте меня постоянно отвлекала. Помню, что ничего так и не написала в этом тесте… А потом было собеседование, комиссия из учителей сидела, но мне вообще страшно не было… Сева сидела на одной из парт, увлечённо слушая рассказчицу. Казалось, она могла слушать ее вечно, смотря на ее, как ей казалось, милое личико. А ещё милее оно становилось, когда Эрика начинала о чем-то говорить. Слушать все это было райским удовольствием, ведь голос был довольно нежен и спокоен, что успокаивало и ее саму. Ещё ни с кем она не смогла почувствовать себя так комфортно, как с ней. В компании с ней было намного уютнее, чем со всеми остальными людьми. Слишком много она их уже повидала за свою жизнь. Наверное, это единственный человек, голос которого она бы в действительности хотела слышать. Но Рика резко прерывает свою речь. — А кто это у нас такой милый на парте сидит, а? — медленно подходит к Севе высокая девушка, а первая выжидающе глядела на силуэт, приближающийся к ней. — Иди сюда, котёночек, — подойдя практически плотную, Рика сталкивает девушку с парты, заставляя прижаться к ней. Эрика немного отходит назад, давая себе хороший обзор на человека, которого она вот-вот расцелует до смерти. — Такая красивая… Ты, — Сева протягивает свою руку к лицу молодой девушки, стоящей напротив, как раз этого и ждущей. Она даёт рассмотреть себя и потрогать, руку же своей возлюбленной она перехватывает, не останавливая ее, а лишь придерживая своей. Свою ладонь она положила на запястье девушки, поглаживая его, иногда переходя на кисть руки. Вторая ее ручка лежит на талии кареглазой девушки. Рика прикрыла глаза, стараясь полностью отдаться этому моменту, так ей нравилось стоять здесь — напротив любви всей своей жизни. — Я так рада, что наконец тебя встретила, Эри…. — А я то как рада, солнышко мое, — с закрытыми глазами, бурча себе под нос, проговорила уставшим голосом Рика. — Может все-таки поспим, зайка? — Ты тоже хочешь спать? А не будет тебе неудобно спать со мной у тебя на коленях? — Не будет. Мы здесь одни, так что можем поспать до вечера. Ты же так и не поспала, как я понимаю? — с укором и излишней заботой смотрела девушка на Севу. — Ну, вдруг спина затечет там… А ты встать не сможешь, потому что я лежу на тебе… — Ты у меня сейчас домой отправишься досыпать. — Чего ты злишься на меня? — Действительно, я бы посмотрела на тебя, будь ты на моем месте, — кареглазую взяли за руку и буквально потащили на стоящий в коридоре диван, с которого открывается вид на безжизненный город в это субботнее утро. Эрика садится на него с краю, давая место лечь и Севе, предложение она принимает и ложится на колени девушке, стараясь как можно меньше доставлять неудобств, смотря на лицо девушки, усыпанное шрамами, но все равно остававшееся таким красивым для неё. На ее волосы кладут руку, которая начинает поглаживать ее голову, от чего она расслабляется, давая, кажется, сделать с собой все, что угодно, все, что захочет сама Эрика, ведь от каждого ее действия ей будет настолько приятно, что словами она передать это не сможет вовсе. За все семнадцать лет ее жизни Севе даже в голову не приходило, что даже стоять с любимым человеком рядом приносит столько удовольствия. — А здесь точно никого нет, Эрика? — Солнышко, не бойся, в коридоре только мы, — последняя фраза была произнесена с улыбкой на лице девушки, больше никто разговаривать попусту не хотел, и лишь метель беспокоила их сон, начавшаяся на улице, пока обе сладко сопели на диване в школе, на третьем этаже.