The Way to Your Heart

Чонхо пристально смотрит на пенку в принесенном ему не далее, как полминуты назад, стаканчике латте и испытывает некий ступор. Не то, чтобы Чхве был придирчивым, совсем нет. Наоборот, практика показывала, что личностью он являлся как раз крайне терпеливой, если не сказать, пофигистичной. Но как прикажете понимать на красиво вырисованном кофейном узоре в виде сердечка вальяжно расположившийся прямо посередине длинный розовый волос? А учитывая то, что у баристы и принесшего кофе официанта волосы были темного оттенка, у Чонхо закрадывались сомнения в первозданной чистоте стаканчика. И вообще, мама учила есть из чистой посуды, поэтому…   — Поменяйте мой кофе: я просила на соевом молоке, а не на миндальном.    Чонхо поспешно захлопывает рот, так и не озвучив вслух собственный вопрос. Расположившаяся у барной стойки девушка нетерпеливо барабанит по отполированной столешнице километровыми когтями с причудливым дизайном. Выглядит она крайне недружелюбно, а не терпящий возражений тон ее голоса вызывает у Чонхо неприятный зуд между лопаток. Именно таким тоном во времена, когда он в первом классе корпел над чистописанием, мама требовала, чтобы он переписал только что старательно выведенный ряд буковок «ㅏ» заново.    — Девушка, — вежливо обращается к посетительнице официант, — но мы же вас сразу предупредили, что соевое молоко закончилось. Вы согласились на миндальное.    — Только в страшном кошмаре, — недовольно поджимает губы посетительница. — А что, соевого совсем нет?   — Совсем.    — Что за заведение у вас, — бурчит, закатывая глаза, девушка. — Такие вещи просто недопустимы. Почему тогда в ассортименте у вас указано соевое молоко?   — Приносим свои извинения. В ближайшее время курьер привезет все необходимое, можем предложить вам второй кофе в качестве извинения.    — Ага, чтобы вы плюнули в него? Нет, спасибо, — фыркает несносная посетительница и достает свой телефон. — Я оставлю отзыв о вашем заведении: цены здесь совершенно не оправдывают такой ужасный сервис.    — Как вам будет угодно.    — «Как мне будет угодно», — бурчит, тыча в несчастный экран телефона своими когтищами, клиентка. — Мне угодно кофе на соевом молоке, который я ВСЕГДА покупала здесь до этого дня, а не ваше наплевательское отношение…   Чонхо поскорее ретируется на улицу, пока миазмы чужого долбоебизма не проникли в поры его кожи вместе с ароматом чудеснейшего латте, пусть и на миндальном молоке. Треш какой-то, если честно. Как можно быть такой забубенной? Ответа у Чонхо ожидаемо не находится и он, вздохнув, вынимает розовый волос из своего кофе и потерянно смотрит на экран телефона: до назначенного времени осталось полтора часа.    Этой ночью он так и не сомкнул глаз, волнуясь перед предстоящим знакомством с группой. После всех тренировок, когда он практически вплотную приблизился к своей мечте выступать на сцене, на привычно собранного и уравновешенного Чонхо впервые за двадцать лет навалилась непонятная тревожность. И вроде бы ничего особенного: он уже так или иначе пересекался со всеми ребятами – они вместе посещали занятия по вокалу, танцам, с разной долей успеха изображали страусов на курсах актерского мастерства, но… Все равно было тревожно. Так тревожно, что приходилось вот пить кофе с волосами ради того, чтобы не отрубиться в процессе прокладывания привычного маршрута до агентства. Таки надо было выпить оставленной мамой на прикроватной тумбочке «Новопассит» — совершенно зря, как оказалось, нос воротил. Но чего уж теперь.    Навязчивые мысли о том, как скоротать оставшиеся до встречи полтора часа поглощают его настолько, что он едва не растягивается прямо посреди дороги, неосторожно поскользнувшись на размякшей после дождя клумбе. Впрочем, удача и тут сегодня решила показать ему свою спину, а вместе с ней – то, что пониже. Потому что он, хоть и не падает в грязь лицом, вполне успешно уделывает влажной землицей низ своих светлых штанов – не за сорок гривен, конечно, но все равно обидно.    Выругавшись сквозь зубы, Чонхо поспешно распрямляется, растопырив руки в стороны, и аккуратненько огибает клумбу по периметру, борясь с навязчивым желанием показать ей средний палец. Хотя как тут вообще можно винить неодушевленный предмет? Хотел скоротать время – вот тебе, пожалуйста: Вселенная, как говорится, все слышит и все подмечает.    Чонхо уныло топает в ближайший санузел, дабы застирать место аварии. Благо, агентство, где он проходил стажировку и где ему сегодня предстояло обрести  ̶д̶у̶ш̶е̶в̶н̶ы̶й̶ ̶п̶о̶к̶о̶й̶ новую семью, работало с самого раннего утра, а пропуск у него, конечно же, имелся.    Отстирать штаны оказывается той ещё задачей: во-первых, для того, чтобы сделать это с толком и расстановкой, требуется как минимум их снять, а это значит, что любой возжелавший пописать в тот же момент, что он тут играет в Мойдодыра, имеет возможность созерцать сегодняшний тривиальный underwear незадачливого Чонхо в виде простых белых труселей в холостяцкую синюю полосочку. Во-вторых, нанесенный штанам ущерб оказался куда более серьезным, чем он мог предположить: грязь успела не просто въесться в материал, но и «поплыть» вверх, оставив нелицеприятные разводы, которые не поддавались удалению обычным жидким мылом зеленого цвета с ароматом каких-то трав. Так что встрял он сегодня по полной.    Когда, наконец, мокрый, злой и насквозь пропахший ароматом дешевого жидкого мыла, он выжимает и отряхивает условно-чистые штаны, время на часах движется к отметке «8». Что означало, что он пропыхтел тут, в сортире, больше часа, удаляя сложные въедливые пятна. Да ему в рекламу «Ваниша» надо, а не вот это вот всё.    — Отставить панику. Это недосып. Просто недосып, — сам себя успокаивает Чонхо, убирая разведенный им в процессе стирки беспорядок.    До нужного ему кабинета он, слава Ктулху, добирается без приключений, и неосознанно подбирается, услышав за дверью многочисленные голоса. Набрав в легких побольше воздуха, Чонхо дергает дверь на себя.    Разговоры прекращаются, едва он переступает порог, и Чхве чувствует себя персонажем какого-то всратого вестерна, который минуту назад свалился с лошади прямо в лужу, по пути прострелив ногу своему преследователю, а теперь решил побаловать себя кружечкой заморского эля в ближайшем трактире. Потому что примерно так на него смотрят буквально все присутствующие в этой комнате – один из них, самый мелкий, едва не ржет, безуспешно закусывая щеки и издавая полузадушенные писки.    Вот, что мы называем стилем.    — Проходите, господин Чонхо, присаживайтесь, — поздоровавшись с ним, предлагает менеджер – невысокий мужчина с извечной папкой подмышкой. С ним Чонхо уже был знаком – господин Нам отмечал в своем журнале явку на занятия и проверял ведение дневников, в которых будущие айдолы обязаны были отчитываться о своих мыслях и действиях в стенах агентства. — Хотя нет, лучше постойте: натекшую с вас лужу легче вытереть с пола, чем отдавать диван в химчистку…   Эта фраза заставляет самого мелкого окончательно потерять контроль, и он, ухватившись за плечо стоявшего рядом парня с хищным разрезом глаз, не выдерживает и все-таки разражается пронзительным смехом.    — Не вижу причин для веселья, господин Чон: человек не успел принять утренний душ и сделал это по-своему, — поправляет сползшие на кончик носа очки менеджер. — Ну, а если серьезно, всякое может случиться, поэтому попрошу всех подойти ближе и поприветствовать вашего нового участника – Чхве Чонхо.    — Очприятно, — вежливо кланяются ему собравшиеся, пока Чонхо лихорадочно соображает. Дело в том, что представший перед ним состав уже какое-то время тренировался как цельная, сформированная группа, поэтому он себе даже представить не мог, что попадет к ним. К тому же, если память ему не изменяла, каждый из них был минимум года на два, если не на три, старше, что означало только одно.    Дедовщину.   Мда, круто ты попал на TV.    — Ну, вы пока знакомьтесь, в час дня у вас тренировка, а пока есть смысл показать господину Чхве его комнату в общежитии, — деловито сверяется с часами менеджер. — Засим удаляюсь.    Оставшись наедине с семью продолжающими молча рассматривать его парнями, Чонхо чувствует, как краска начинает медленно приливать к его ушам. Он терпеть не мог все эти «первый раз», а новые знакомства давались ему очень непросто. А тут ещё такой конфуз – впору надеть на голову бумажный пакет – да и поджечь к чертям собачим, чтобы не мучиться... Из этих мыслей его вырывает смущенный кашель и первое, что видит Чонхо, когда несмело поднимает глаза на говорившего – ровный ряд белоснежных зубов.    — Так, ну… Начну, пожалуй, с себя: меня зовут Пак Сонхва, мне двадцать два года, вокалист, самый старший участник группы. Люблю розовый цвет, не люблю есть и пить горькие вещи.    Самый старший, значит… Окей, посмотрим, кто дальше…   — Ким Хонджун, — представляется темноволосый парень с серьезным взглядом и острыми чертами лица. Чонхо он чем-то напоминает акулу. — Лидер группы, главный рэпер, люблю миньонов, хз, зачем тебе эта информация. Двадцать один год.    — Чон Юнхо, — пожимает ему руку высоченный парень с добродушным лицом и ободряющей улыбкой. — Не знаю, что у тебя сегодня случилось, но появление было эффектным, навсегда запомню. Двадцать один год, Овен, люблю «Гарри Поттера» и супергероев; размер ноги – сорок десять, танцор и главная феечка «Винкс».    — Это какая: Блум, что ли? — Тут же интересуется стоявший рядом с Чоном высоченный же шатен в штанах такого размера, что из них, при желании, можно было бы соорудить палатку на десятерых человек, а при очень большом желании – четыре парашюта. — Сон Минги, двадцать один год, рэпер, и… а как звали ту феечку с черными волосами?..   — Чон Уён, — представляется тот самый парень, что несколько минут назад едва не повалился на пол, хихикая над ним до потери пульса, и указывает на стоявшего рядом с ним парня с хищным разрезом глаз, — а это Чхве Сан. Вы с ним однофамильцы.    — Так, — едва сдерживая улыбку, вмешивается Сонхва. — Давайте человек запомнит вас нормально, а не по этим вашим шарадам.    — Да пускай развивает ассоциативный ряд, — беспечно отмахивается от совета самого старшего участника Юнхо. — Пригодится в этом… аду.   — Кан Ёсан, — мелодично произносит стоявший дальше всех от него парень, и Чонхо невольно приковывается взглядом к его макушке. Волосы парня острижены в маллет, который, стоит признать, чертовски ему идет, несмотря на всю нелюбовь Чонхо к этой прическе, но даже не она занимает сейчас все его мысли, а…   Волосы парня окрашены в пастельно-розовый цвет.    — …двадцать один год, не люблю острое и когда слишком пристально пялятся, — заканчивает розововолосый, а Чонхо, подвиснув, ещё какое-то время смотрит на изумительно переливающиеся в искусственном свете локоны, пытаясь вспомнить, этот ли оттенок он выуживал из своего утреннего кофе, или там все же была фуксия. Поэтому когда в комнате вновь повисает неуютная тишина, он не сразу понимает, что представление закончилось, а он уставился на Ёсана, как баран – на новые ворота. К слову, вероятно, последняя фраза как-то относилась к нему, но о чем там говорил Ёсан – Чонхо благополучно прохлопал ушами.    Сегодня точно не его день.     

 Чат: Семь сказочных утырков

sas_sun, musa99, the_main_fairy_bloom, best_leader, mommy_sorry, wooold_official, my_number_ot’ebis

online 15:24

  best_leader: эй придурки   best_leader: совещание   best_leader: менеджер скинул мне номер Чонхо и попросил «добавить бедолагу в наш общий чат чтобы он влился в коллектив и следил за новостями группы»    my_number_ot’ebis: бан?    best_leader: с какой стати? Вы меня извинитЕ   best_leader: я вам скандал ТАКОЙ учиню   mommy_sorry: ну так то по факту Нам прав    mommy_sorry: надо уже социализировать мальчишку    mommy_sorry: я прям вижу как ему с нами неловко    best_leader: вот вот    wooold_official: ну мы с Саном пытались разрядить обстановку    mommy_sorry: постоянно подкалывая его из-за штанов?    mommy_sorry: молодцы бля   the_main_fairy_bloom: ну в целом то хорошо всё прошло    the_main_fairy_bloom: мы с Минги не против его сюда добавить    the_main_fairy_bloom: хороший мальчик    musa99: с чего ты решил что я не против?    the_main_fairy_bloom: а тебя никто спрашивать не будет    musa99: ладно   best_leader: остальных прошу проголосовать    wooold_official: я не против    sas_sun: я не против    my_number_ot’ebis: я против    my_number_ot’ebis: мне и так хорошо   my_number_ot’ebis: создавайте отдельную конфу    my_number_ot’ebis: можете меня туда не добавлять    best_leader:...    best_leader: ну короче шесть против одного    best_leader: голосование окончено    best_leader: победа наша   best_leader добавил(а) в чат пользователя vodka_connecting_people    best_leader: добро пожаловать пупс!    best_leader: чувствуй себя как дома    my_number_ot’ebis: но не забывай, что ты в гостях    best_leader: Ёсан, щас пойдешь в окно   my_number_ot’ebis: я больше так не буду, хëн💓   best_leader: принято💓   vodka_connecting_people: а что я получается тоже утырок?    wooold_official: мы это ещё не выяснили    wooold_official изменил(а) название чата: Семь сказочных утырков и Чонхо    sas_sun: выглядит как дискриминация    wooold_official: и правда    wooold_official изменил(а) название чата: Семь утырков и сказочный Чонхо    wooold_official: норм?    vodka_connecting_people: супер   the_main_fairy_bloom: лапусик, если они тебя обижать будут, ты ко мне обращайся или к Хонджуну с Сонхва    the_main_fairy_bloom: на мелких надежды нету   wooold_official: он прав   vodka_connecting_people: я смотрю, вы втроём ответственные за порядок, а остальные наоборот, да?    mommy_sorry: правильно смотришь    my_number_ot’ebis: да он вообще много куда смотрит    my_number_ot’ebis: как бы глазки не повыпадали   best_leader: Ëсаааан 😤   my_number_ot’ebis: да всё всё    best_leader: так    best_leader: пока все тут, сообщаю вам, что завтра у нас в 8:00 по Сеульскому времени назначен урок по вокалу, приглашаются все присутсвующие, явка обязательна   best_leader: кто опоздает, тот не допускается к вечерней посиделке в честь присоединения Чонхо к нашему вокально-инструментальному ансамблю   my_number_ot’ebis: а если опоздает сам Чонхо?   best_leader: Ёсан, последнее предупреждение    my_number_ot’ebis: я же чисто гипотетически…   best_leader: все поняли?   sas_sun: да босс    musa99: а мы по пивку ëбнем?    the_main_fairy_bloom: я тебе щас ëбну    the_main_fairy_bloom: какое пиво? нам худеть всем надо    the_main_fairy_bloom: дебют не за горами    best_leader: молодец, Юнхо    best_leader: назначаешься моим замом    mommy_sorry: а как же я?   best_leader: бля    best_leader: Юнхо, ты зам Сонхва-хëна, ок?    the_main_fairy_bloom: yessir 🕴🏻   wooold_official: как в вашу иерархию попасть?    best_leader: боюсь, для тебя это невозможно    wooold_official: ((((    vodka_connecting_people: а с кем из вас я в комнате живу?    vodka_connecting_people: а то вещи есть, а хозяина нет    my_number_ot’ebis: догадайся с трёх раз    musa99: попадос    vodka_connecting_people: я с тобой?    my_number_ot’ebis: нет с Ким Чен Ыном    my_number_ot’ebis: осталось две попытки    best_leader: Ëсан, последнее последнее китайское предупреждение   my_number_ot’ebis: добро пожаловать в нашу комнату, мой дорогой сосед, мне выпала огромная честь жить вместе с тобой, ни в чëм себе не отказывай, пожалуйста, обращайся ко мне за помощью в любое время дня и ночи 💁🏼‍♀️   best_leader: умничка моя🌹   vodka_connecting_people: мне страшно    the_main_fairy_bloom: хочешь, поменяемся?    musa99: нет не хочет    the_main_fairy_bloom: ну ладно    best_leader: так, быстро все пошли отдыхать, пока есть возможность    best_leader: если бы не знакомство с Чонхо, нас бы весь день драли на трене, как сидоровых коз   wooold_official: козлов*   best_leader: так что все по очереди щас подойдут к нему и скажут спасибо    wooold_official: а можно в щëку поцеловать?    my_number_ot’ebis: а что ж не в ж...    my_number_ot’ebis: жарко сегодня, пойду окно открою    vodka_connecting_people: а может, не надо вот этого всего?    wooold_official: ну как хочешь конечно    wooold_official: но ты многое теряешь    wooold_official: это эксклюзивное предложение    sas_sun: а можно мне поцелуй, раз он отказался?    wooold_official: можно    best_leader: я щас пройду и телефоны заберу    wooold_official: всё всё уходим