После фильма

Выходные в Портовой Мафии у всех работников проходили практически одинаково. На самом деле, выходных особо и не было. Работы было слишком много, чтобы позволять себе такой отдых - в один-два дня. По этой причине, Дазай и Чуя достаточно часто отлынивали от работы…Точнее, главная причина этого негодяйства - Осаму. Накахара относился к работе более серьезно, нежели его напарник. Но работать одному - тоже не вариант. К тому же, его способность может остановить лишь один человек — и это Осаму. Комната, где проходили их вечерние посиделки и безделье, находилась дальше, чем комнаты иных жильцов. В конуре царило тепло, по вечерам она была наполнена шумом, исходящим от этих двоих. Днём же, она пустовала, практически всегда. А вот сегодняшний день был исключением — оба остались дома. Но, конечно, не потому, что им разрешили. Опять таки-же — всё по инициативе Осаму. — Заебал ты меня, дорогуша. Совсем не даёшь работать! - выразился Чуя, ища на телевизоре фильм, который они вскоре будут смотреть. За окном густая темнота, совсем ничего и не увидишь. Дазай стоял, облокотившись об подоконник, и крутил в руках сигарету, в попытках правильно сделать затяжку. Он как-то пытался учиться у Хироцу, но в итоге мало, что получалось. — Но ведь ты сам постоянно соглашаешься. Верно, Чуя? - юноша улыбнулся, туша окурок прямо об край подоконника. Несчастный краешек был уже ой-ой-ой, какой «подгоревший». И ведь сколько раз Накахара говорил своему сожителю так не делать! — Да это просто ты на меня давишь! Я же говорю, заебал меня…Аж от твоей рожи противно становится!.. - Накахара, если честно, не особо понимал того, почему он на это соглашается? Мог бы, вообще, Мори-сану настучать…Это, конечно, мало бы помогло, но Осаму бы явно позвали на профилактическую беседу. Даже если Огай знает, что она ничем не поможет. В общем, Чуя никому стучать не будет. Потому что он любит считает, что этому ублюдку Дазаю уже ничего не поможет. Фильм выбрали, так сказать, нетипичный. На основе военного романа о любви между двумя солдатами. Ни Дазай, ни Чуя, такое не любили, но смотреть было действительно нечего! — А ты не мог выбрать что-то получше? - поинтересовался Осаму, укладываясь Накахаре под бок, - со вкусом у тебя явно не очень. Ну, я это заметил… Рыжик взял подушку и положил ее тому на лицо, дабы шатен наконец-то замолчал. — Нет, мы пересмотрели всё, что можно. Причём, можешь смело винить себя. Всё из-за твоего отлынивания. Но Осаму даже не пытался что-то ответить. Видимо, он уже смирился со своей участью, быть удушенным подушкой. Нет, не так, он был даже не против! Фильм шёл уже буквально полчаса, а юноша так и не пытался убрать со своего лица подушку. Ну да, это было для него свойственно…Интересно, почему? — Эй, скумбрия, ты умер что-ли? - ответа не последовало, и Чуя, честно говоря, даже испугался. Но, вспоминая все предыдущие в этой жизни проступки партнёра, он снял с его лица подушку и…Бог ты мой, перебинтованный спит! Накахара, изначально, изъявил желание его разбудить, но…Может, он действительно просто хочет спать и не стоит этого делать? Подобные мысли, насчёт товарища, Чую посещали редко, ибо чаще всего, хотелось ему просто вмазать. Но смотря на спящего Осаму, хотелось лишь нежно гладить его по бледным щечкам, возможно даже поцеловать. Но принципы были важнее. Жаль. Очень жаль. Ведь Чуя будет об этом жалеть. Будет жалеть о том, что не смог осмелиться сделать, пока его напарник спит. Ведь другой шанс представится не скоро. Представится ли он вообще?.. Всё, что оставалось делать - это всё же поцеловать Дазая в холодный лоб, укрывая уже не таким холодным одеялом, и лечь рядом. — Спокойной ночи, Осаму. И из под одеяла слышится тихое: — Чуя, спасибо.