Нельзя торопить любовь

Солнечный весенний день вызывает улыбку на лице Чонгука, который с радостью в глазах топает домой. Сегодня он получил отличные баллы сразу по нескольким предметам, что не могло не радовать его. Первый год в старшей школе для него начался сложновато, поэтому, когда выдавались легкие успешные деньки, он всегда возвращался домой с прекрасным настроением, которым скорее хотел поделиться с родителями. Чонгук шёл по неширокой аллее, размахивая мешком из-под сменной обуви во все стороны. Впереди него не спеша шагал мальчик, его сосед, с которым он не был знаком, но знал, как тот выглядит. Альфочка, которого немного подкашивало под весом огромного портфеля, шёл с опущенной головой и так громко вздыхал, что даже Чонгуку, находившемуся в нескольких метрах от него, были слышны его тягостные пыхтения. Мальчик внезапно остановился и особенно шумно выпустил воздух из лёгких. Чонгук, с любопытством наблюдавший за ним, стремительно приближался и хотел уже пройти мимо, не задерживаясь и желая поскорее очутиться дома. Однако маленький альфа чуть наклонился к своим кроссовкам и почти клюнул носом в асфальт, но реакция омеги была немного быстрее. Чонгук сам удивился своей оперативности, когда уже держал мальчишку за крючок на портфеле, тот, к слову, испуганно воскликнул, и шустро вырвался из хватки, и развернулся к Чонгуку, стоявшему с широко распахнутыми глазами. Альфочка с минуты смотрел на него недоверчиво и настороженно, но потом вдруг улыбнулся смущённо и проговорил: — Спасибо. А Чонгук не мог не улыбнуться в ответ такому очаровашке. — В следующий раз будь осторожнее, — мягко посоветовал он. Мальчишка качнул головой, да так и опустил её, перед этим скованно и грустно глянув на Чонгука, который проследил за чужими глазами, что были направлены на школьную обувь. Белые шнурки, которые были скорее серыми, тоскливо растеклись на унылом асфальте, под цвет им. Чонгук машинально наклонился к кроссовками альфочки, умело завязывая шнурки сначала на одном, затем и на втором. Мальчишка, ещё недавно повесивший нос, схватился за плечо омеги, чтоб не упасть случаем, и радостно стал следить за ловкими пальцами Чонгука. — Я почти научился их завязывать! — в своё оправдание заговорил маленький альфа. Омега внизу ласково хмыкнул. — Ты не веришь мне, да? — по-детски возмутился он, оглядываясь по сторонам. Они стояли около какого-то частного двора, забор которого был покрыт плетистыми розами. — Я верю. Не переживай, я и сам не сразу научился их завязывать. У тебя есть куча времени, чтобы натренировать этот непростой навык, — улыбнулся успокаивающе Чонгук, вставая на ноги и заглядывая внимательно смотрящему на него альфочке в глаза. — Вот и всё, — кивнул он на зашнурованные кроссовки. — Я Тэхён, — неожиданно назвался тот и повернулся к подростку спиной. — Чонгук, — заторможенно тоже сказал своё имя омега, недоуменно наблюдая за мальчишкой, который в одно мгновение оказался рядом с цветами, растущими в метре от места, где они остановились. Тэхён обернулся к нему, кинув взор через плечо, пока тянулся к одному из бутонов, и Чонгук, отчего-то засмущавшись, отвёл взгляд в сторону, в неловкости начав тереть заднюю часть своей шеи. Омега украдкой посматривал на альфочку, не понимая, зачем тот рвёт чужие цветы. Ему бы по-хорошему поругать его и наставить так больше не делать, но у Тэхёна было какое-то уж слишком уверенное и взрослое выражение лица, словно скажи ему что-то недовольное, то он тут же врежет тебе. За своими противоречивыми мыслями Чонгук и не заметил, как маленький альфа уже стоял рядом, сверкая чёрными, точно космос, глазами. — Ты красивый! — звонко прощебетал он, вручая бессовестно сорванный цветок Чонгуку, который… Который рот ладошкой прикрыл от смущения, что накатило на него новой, более мощной волной. Это ж получается, что… ему комплимент сделали. Очевидно. И он бы не удивлялся так торжественно, если б это было не впервые в его жизни, так ещё настолько мило, что он не в силах скрыть своих радостных и умиляющихся этой ситуации глаз. — Сп-спасибо, — замялся он, принимая маленький, но до боли в груди приятный презент. А Тэхён улыбался так ласково и совсем не по возрасту, словно и не он ученик начальных классов. Чонгук не может не увидеть красоту его лица, мягких щёчек, ровного носа, милых ушек, виднеющихся из-за густой копны чёрных волос, которые изящно вились, и искрящихся глаз, в которых читалась неопределённая нежность на пару с восхищением. И Чонгук не может поверить, что всё, что он в них видит, адресовано ему. — Ты мне нравишься, Гук-и! Шокирован ли названный «Гук-и»? Можно и так сказать. В его жизни внезапно появился маленький альфа, который через несколько минут их своеобразного знакомства признаётся ему в симпатии и который, кажется, изменил её –жизнь – ещё в тот самый момент, когда Чонгук только поймал до умиления неуклюжего Тэхёна за крючок его крайне большого портфеля. Омега не знал, что и ответить, впервой слыша подобные слова в свой адрес. Он не нашёл ничего лучше, чем просто улыбнуться (очень смущённо улыбнуться) и взлохматить – конечно же, для отвлечения внимания и чужого, и своего – волосы Тэхёна, который продолжал довольно лыбиться. Они вместе дошли до своих домов, расположенных в паре десятков метров друг от друга. Напоследок альфа крепко обнял его за талию, утыкаясь носом куда-то в ключицы. Чонгук, обомлевший от такого порыва, неуверенно положил одну ладонь на чужую спину, медленно водя по ней, пока Тэхён не отпустил его, заглянув в глаза. — Спасибо, что помог мне со шнурками! — поблагодарил он и, ещё раз сжав омегу в своих ещё детских руках, направился к себе домой. — До встречи, Гук-и! — добавил Тэхён, махая Чонгуку на прощание и оставляя его в некотором смятении.