джинсы порезаны, лето

а у джисона всё по-прежнему. яркое майское солнце пробивается в окна, жжёт кожу и оседает вместе с дорожной пылью в комнате. глаза жмурятся, а руки сами тянутся убрать лезущие в них пряди жёстких волос. время идёт, а джисон всё такой же. такой же шумный с родными и такой же нелюдимый в школе. у него такие же чёрно-сине-фиолетовые-мам,это-точно-смоется волосы, которые никак не получается уложить в подобие "эмарьской" чёлки. он все так же носит потрёпанные собаками конверсы, звенящие значки на рюкзаке, толстые, пуленепробиваемые браслеты на запястьях, наушники на шее и выцветшие майки. джисон всё такой же, а ему уже 17. это утро не предвещало ничего хорошего. новый будильник, подаренный кем-то из родственников, решил не будить никого, переложив бразды правления на крикливую, но добрую мать джисона. парень дошёл до ванной, сделал что-то с волосами, что-то с зубами и что-то с лицом, с трудом узнал свое отражение после ночи, проведённой с гитарой в руках и поплёлся надевать что-то на замерзшее тело. — блять, — молниеносно сматерился джисон и также молниеносно стал собирать свои вещи по всей комнате. до начала первого урока пятнадцать минут, пешком до школы двадцать, курить у школы пять, идти в кабинет две. выскочив на улицу, парень чуть не врезался в бабушку, кормящую котов, чуть не сбил урну и побежал грызть гранит науки, даже не попрощавшись с мамой. поесть он сможет позже, а всё самое главное он всегда носит с собой: наушники, плеер, две ручки, тетрадка с ди каприо, заначка с сигаретами и кое-какие сбережения. "чувак, я опоздаю, предупреди муху :PPP", — отправляется на номер феликса, такого же нефора и депрессанта как джисон. нет, феликс не раздражал его, наоборот, годы дружбы и игры в песочнице настолько сплотили парней, что те не могли жить без ежедневных подколов, встреч за гаражами и просмотра тнт вечером. нет, просто феликс был полной противоположностью джисона в обществе. шумный, солнечный, легко ладящий с людьми, даже учителя оттаивали перед его улыбками и веснушками, несмотря на вызывающую одежду и значки на рюкзаке с надписями в духе "вам не нравятся эмо? мне не нравитесь вы", "пшло оно всё нах!" и крашенные волосы. рядом с ним джисон чувствовал себя козлом отпущения, ведь смеялись на уроке оба, а влетало только джисону. быстрая пробежка до школы развеяла все мысли парня, а майская погода окончательно разморила его. ни ближайшие экзамены, ни поступление в вуз не омрачали настрой. успев вбежать в кабинет спустя восемь минут с начала урока, он плюхается на стул рядом с феликсом, который увлечённо играет в морской бой с их одноклассницей. – бодрое утро, хан! – жизнеутверждающе произносит феликс, не отвлекаясь от игры. – и тебе хорошего дня, – хмыкает парень и закидывает сумку на стол, чтобы достать скудные письменные принадлежности, – у меня сегодня смена с двух до четырёх, дольше не смогу, хотел ещё в магазин за медиаторами сходить. подменить с пяти сможешь? – джисон с надеждой смотрит, как лицо феликса корчится, а спина откидывается  на стул. – только из глубоко уважения к тебе, но тогда сегодня встречаемся не в моем доме, – продолжает феликс, – мать затеяла генеральную уборку, не хочу смотреть, как она расхламляет весь дом и выкидывает половину. – будем в твой панасоник играть? он вообще работает после того раза? – интересуется джисон, наблюдая за ходом игры, – я вообще хотел чёрную лагуну досмотреть. – будем, будем, а лагуну свою ты и... – феликс поднимает брови и цокает, смотря на влетающую в кабинет учительницу физики, – о, муха пришла, потом доиграем, хорошо? парень откидывает осветленные волосы и возвращается к уроку. физица, или "муха", как её любовно называли школьники, на повышенных тонах жаловалась на огромное количество отчётов, некомпетентность молодых учителей и отсутствие дисциплины в классе и "вас было слышно из столовой". остаток дня прошёл обыденно. отсидев физику, историю, литературу с русским и с горем пополам пережив физкультуру и последнюю алгебру джисон, попрощавшись с другом, выбегает из школы в сторону мвидео. сегодня ему нужно побыстрее раздать всю макулатуру, чтобы побыстрее получить аванс и побыстрее поехать в музыкальный магазин. а потом смотреть тв3, поедая читос и запивая все это газировкой, по вкусу напоминающую стеклоочиститель и слушать маты феликса в сторону своей приставки. в магазине была приятная прохлада. мучительно гудел и трещал старый кондиционер, силясь охладить торговый зал, забитый техникой. джисон прошмыгнул в комнату персонала, отыскал стопку бумаги с нужными рекламными флаерами и отправился в плавящийся от жары город. "если в мае невозможно дышать раскалённым асфальтом, то что будет в июне?" – думал джисон, перед тем как выйти из магазина в кипящий город. на улице было действительно жарко и парень поспешил укрыться от зноя в ближайшем сквере. поток людей в такую погоду стекался туда как в оазис среди пустыни. заняв своё обыденное место недалеко от клумб, джисон принялся раздавать листовки, подкрепляя их слоганами из мвидео. единственный плюс, который был от этой работы – некоторое количество карманных денег от зарплаты и возможность тихонько стащить со склада списанные приставки и плееры. через час листовки стали постепенно заканчиваться, а скука неумолимо приближалась. джисон решил скоротать время, достав плеер и подключив наушники. солнце клонилось к горизонту и к скверу стали подгребать личности с неопределённой наружностью, что также было обыденно. сначала это были группы школьников с орущим из моторол репом, затем одетые во всё чёрное студенты. внимание джисона привлекли два подростка. один слишком высокий, с выцветшими волосами по плечи и внешностью солиста из токио хотел. другой же слишком обычно выглядел: чёрные растрёпанные волосы, средний рост и тёмные глаза, колко смотрящие на своего спутника. парни кричали друг на друга и явно были близки к взаимному мордобою, как вдруг джисон, находившийся всё это время в наушниках и не слышавший их признаний в взаимной ненависти, подошёл и стал впихивать им в руки флаеры, тараторя заученный текст.

как же произошло, жизнь опять, словно белый лист. мажет красками холст, красно-желтым ее каприз.

наушники орали в ушах, когда джисон встретился взглядом с парнем напротив, глаза которого выражали всё удивление и раздражание, охватившее его. тогда хан заметил красные шнурки на ботинках "гадах", приколотые булавками нашивки и рубашку  с заклёпками. "блять. панки," – только и успел подумать джисон, перед тем как неожиданно мягкий голос разорвал тишину – ты еблан? – спросил представитель субкультуры, – нахуй ты мне бумажку свою суёшь? – возьмите флаер, пожалуйста, – джисон прятал глаза, лишь бы не смотреть в лицо собеседника. голос был настолько приятным и чарующим, что парень боролся с желанием посмотреть на его обладателя. – тебе въебать? педовкам теперь не платят за слезливые посты на дваче? – минхо, отстань от него, – спутник панка решил вмешаться в разговор, пока он не перерос в новую ссору, – дайте мне флаер и мы уйдём. – нет блять, пусть это пустуголове пугало возьмёт его сам, так сложно? – джисон окончательно потерял терпение от наглости минхо и решил не сдерживать свои эмоции. зря ой зря пронеслось в его голове перед тем, как панк сделал резкий выпад и попытался ухватить джисона за плечо. ничего не оставалось, кроме как бежать. флаеры взлетели в воздух, а тяжёлые ботинки гнались всё быстрее и быстрее за кедами с тремя полосками. забежав в первый попавшийся переулок, джисон с отчаянием понял, что это тупик. "сегодня буду смотреть тнт в реанимации," – промелькнула мысль и тут же скрылась, когда парня развернули, а по скуле прошёлся удар. один наушник выпал из уха

ночь все перевернет и оставит боль на потом, точно еще повезет с теплом...

минхо тяжело дышал и крепко вжимал парня в стену после удара. глаза джисона лихорадочно бегали по чужому лицу. губы, чёрные глаза, ресницы, нос, бровь, вторая, губы, ресницы – его взгляд метался между красными от ранок губами и длинными ресницами, не решаясь взглянуть в глаза. – на меня смотри! – крикнул минхо, а его голос в конце сорвался и тот стал кашлять, уткнувшись в плечо джисона. бледные руки зацепились за бока и рёбра джисона, больно сжимая их со всей силы. джисон чувствовал, как под напором на коже появляются синяки. "блять блять блять блять почему так жарко," – думал хан, матеря погоду, руки и волосы парня, щекотившие его шею. все события смешались, вызываю липкий холод и трепет в желудке. – может перестанешь так прижиматься ко мне? – прокряхтел джисон, освободив одну руку из цепкой хватки и зажимая ей кровоточащую скулу. минхо медленно сползал с его плеча и практически повис на нём, всё также прерывисто кашляя. – съебёшься – убью, – предупреждает парень сквозь кашель, перед тем как засунуть руку в карман и достать балончик для астматиков. нажимая дрожащими пальцами на клапан, он жадно вдыхает спасительный воздух и перестаёт кашлять. джисон только через время понимает, что залип на профиле минхо. мозг отказывался воспринимать происходящее и парень также сполз по стенке вниз, оказавшись у ног парня. – да куда я уйду. вдруг ты здесь коньки отбросишь, а последний, с кем тебя видели – это я. потом проблем не оберёшься, если я сейчас свалю, – отвечает хан, наблюдая за панком. тот убирает ингалятор и молча смотрит на него. впервые джисон смотрит кому-то в глаза и не хочет зажмурится. не "не хочет", а не может. может лишь дольше наблюдать за их чернотой, дольше любоваться изгибом ресниц, дольше пытаться угадать причину холода в таких тёплых карих глазах.

джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах под теплым дождем.

– челюсть с пола подними. на белку похож, – хрипло замечает парень, не отводя взгляда от джисона. мозг второго, кажется, совсем перестал работать и минхо решил потрепать его за плечо. джисон отшатнулся от чужой руки, будто та была раскалённым железом. в такую погоду и с таким минхо напротив он окончательно забыл, что перед ним панк, который несколько минут назад хотел зарыть его заживо в этой подворотне. – я джисон. хан джисон, – сбивчиво говорит парень, переводя взгляд на шею и острый кадык минхо, который тяжело двигается, пока тот сглатывает под напором любопытных глаз.

ты снова лучше всех, а дачу, маму, билеты мы переживем...

– мне совсем не интересно твоё имя. не лезь и не дерзи людям, когда те готовы к херам всем глотки перегрызть, целее будешь, – минхо разворачивается, скрипит тяжёлой подошвой и окрепшей походкой направляется к улице, –  удачи, хан джисон. хан джисон думает, что его имя, сказанное голосом минхо – проклятие и благословение.