Карин: инструкция по эксплуатации

Карин посмотрела на звездное небо. В это время года оно особенно яркое. Луна осветилась на небе практически полностью. Завтра точно наступит полнолуние. В такие дни бывшей надсмотрщице становится трудно заснуть. Быть начальницей тюрьмы – не очень спокойная профессия, но почему-то именно в полнолуние девушку всегда преследовали разные неприятности: сон не шел к ней или, заснув под утро, Карин мучали кошмары. Раньше все было по-другому, думала она. Тогда, давно, Карин не задумывалась о том, каким будет ее завтра. Она служила у Оротимару, и даже, как ей и хотелось, была начальницей. Пусть и тюрьмы. Саске всегда был где-то рядом и его можно было просто любить… Но что стало теперь? Нет Оротимару. Нет Саске. Нет даже дома, куда можно было бы вернуться. Сейчас есть только темное небо с почти созревшей луной, трава под ногами и запахи вокруг – и то – неприятные. - Чего тебе? Девушка могла только дивиться тупости одного из ее компаньонов. Суйгецу прекрасно знает, что она почует его чакру, и все-равно прячется за ее спиной. Напугать хочет! - Решил лично посмотреть как ты превратишься в кикимору, - мечник указал рукой на луну. - Усохни, человек-амфибия! – огрызнулась Карин. Ей и так все осточертело, а тут еще и этот идиот лезет с глупыми подколами! – Чего тебе от меня понадобилось? - Зачем ты свалила из убежища? Я же сказал тебе быть там. - Пописать захотела! – не моргнув глазом, призналась девушка. - По… че… - Суйгецу поперхнулся. - Чем тебе там… не писалось? – мечник указал рукой на вход в пещеру, где было обнаружено одно из тайных убежищ Оротимару. Тут команда Така, точнее бренные ее останки, устроили себе приют до поры до времени. - А мне, может быть, на свежем воздухе приятней! А в убежище и так духота и пылища! - Я, между прочим, давно сказал тебе там прибраться! Карин покрылась пятнами. Ее заставляют убираться! Видите ли, потому что она девушка! И что? Понятие «убирать» для бывшей надсмотрщицы значило «найти и запрячь пару батраков». Проблема была лишь в том, что батраки не хотели запрягаться! В особенности один – с острыми зубами. - А чего это ты раскомандовался?! – возмутилась красноволосая. - Тебя что, кто-то назначил капитаном?! - Представь себе! Я сам себя назначил. - Ну и сам собой командуй тогда! - Не нарывайся, прическа-ветерок! - Да из тебя капитан, как из слона – пульверизатор! - Не знаю что такое «пульверизатор», но уверен, что разница невелика! - Смотрите, какой умный толстолобик! Такое сложное слово выговорил с первого раза! - Я с тобой расшаркиваться не собираюсь! Выбирай: либо ты будешь слушаться меня, либо я заставлю тебя. - Заставишь? Да ты понятия не имеешь, что значит быть командиром! Ты же в жизни никем не командовал, кроме собственного… - девушка осеклась, понимая что сейчас что-то изменилось. Суйгецу – это не Саске. Его, как оказалось, очень даже просто раздраконить! - Вот как ты считаешь, значит! Посмотрим, как ты теперь запоешь! Мечник метнулся к Карин, заламывая ей руки за спиной. Суйгецу припер девушку к стене пещеры, так больно ухватив ее за ягодицу, что Карин едва не закричала. - Убери от меня руки! – зарычала она. - А что, если – нет? – поднял бровь Суйгецу. - Ты прожжешь меня злобным взглядом? Карин начала пинаться ногами. «Чертова рыбина!» Все действия девушки пропадали впустую. Тело Суйгецу может регенерировать мгновенно. Оротимару изучал его специально, чтобы выяснить причину этой необычной особенности. При желании, мечник мог превратить себя в воду целиком, он мог не испытывать боли. Один только недостаток был у этого качества – это высокая потребность в воде. Саске не зря выбрал в напарники именно его – победить Суйгецу было почти невозможно. Почему «почти»? Тут было два варианта – можно было бы ослабить его стихией огня (но этот вариант был рискован:се-таки вода более сильная стихия, чем огонь), либо воздействовать его же оружием – например, льдом. Ни вода, ни огонь – не были природными стихиями тюремщицы. Удержать всеми силами пытающуюся вырваться девушку оказалось не так легко. Карин кое-как все-таки сумела высвободить руки и теперь царапалась с ожесточенностью дикой кошки. Хоть царапины и заживали мгновенно, но чакра на восстановление все-же тратилась. Однако, Карин пыталась вырваться тщетно, с каждым разом ей все труднее было высвободить руки. У девушки сбилось дыхание, накатывала усталость. Новые попытки давались с трудом. Девушка уже начала понимать бесполезность всех своих усилий. Суйгецу был сильнее ее в несколько раз. Это было очевидно и… Карин осознала все незавидные прелести своего положения. Девушка покорно опустила руки, позволяя Суйгецу ее держать. «Сдалась, наконец-то» - подумал парень. - Ну что? Готова признать меня своим командиром? - Иди ты к черту! – выдохнула она. «Ах так! Ну ты сама напросилась!» Изначально Суйгецу решил только напугать Карин, но теперь он думал, что одними запугиваниями тут не обойдешься. Нужно применить что-то более действенное. Удивительно, но царапающей и брыкающейся Карин удалось возбудить его. Он всегда любил труднодоступные цели. Эти ее грубости. Коготки, вонзающиеся в кожу. И особенно – ее тяжелое дыхание, которое невозможно не услышать. И ее вздымающаяся грудь, виднеющаяся скозь вырез жакета – все это вызывало похотливые и болезненные желания. Суйгецу понял, почему он все время пытался разлучить Карин с ее горячо любимым Саске – он хотел для себя эту рыжую кошку. И чем яростней она будет сопротивляться, тем интереснее выйдет эта борьба. Что осталось теперь? Карин закрыла глаза, чтобы не видеть никого и ничего. Пусть, будучи надсмотрщицей, она и не обладала выдающимися боевыми приемами – она брала умом и талантом – отыскать кого угодно хоть из-под земли. У нее были помощники, которые слушались ее во всем. Она была хозяйкой там. Но вот пришел Саске и сказал, что она нужна ему. Конечно, она пошла – не могла не пойти. Бросить все, лишиться дома и статуса, только чтобы быть рядом с ним. А для него она была – лишь выгодной способностью. Чувствовать чужую чакру – это единственное, зачем она была нужна и что она умела. Слабачка! Кукла! Бесполезная тряпка! Карин готова была расплакаться от собственного бессилия, как вдруг вздрогнула, почувствовав на мочке уха влажное прикосновение. «Дальше падать мне уже некуда» - обреченно подумала она. Суйгецу только ухмыльнулся, видя как девушка обреченно закрыла глаза. «Ждет поцелуя» - решил он. Парень вовсе не собирался целовать ее. Поцелуй в губы – все равно что обещание любви. Нет. На это она пусть не рассчитывает! Парень решил начать с уха, слабо прикусив её мочку и отметив про себя как по коже девушки пробежали мурашки. «Интересно, сколько у нее не было секса?» - подумал он. «Если считать от времени, что мы забрали ее из тюрьмы – выходит чуть меньше полугода» - посчитал острозубый, медленно, но настойчиво опускаясь к шее. Девушка повернула голову в сторону, промычав что-то неразборчивое. «Спокойно, девочка! Я еще только начал с тобой играть». «Нет… Нет. Нет. Нет...» - стучало в голове у Карин. Она не понимала, думает это или говорит вслух. Потому что сил у нее больше не осталось. От осознания того, что сейчас с ней произойдет, девушке становилось дурно. К горлу подкатывала тошнота, ноги стали ватными, а руки не слушались. По телу то и дело пробегали судороги. Нет, этого не должно случиться! Рука Суйгецу уже хозяйничала под ее пиджаком. Карин всхлипнула - в следующий момент мечник ущипнул ее за грудь. - Ты как неживая! Девочку из себя строишь? – Суйгецу так сильно сжал ладонь, что глаза девушки широко распахнулись. «Чертов садист!» - Я… я тебя ненавижу… ненавижу… Карин могла сказать все что угодно, но она упрямо продолжала его посылать. Зараза. Суйгецу грубо схватил девушку за волосы, заставив ее от боли выгнуться дугой. «Ты трижды пожалеешь о своих словах!» Его пальцы уже распутывали ремешок на шортиках Карин. Интересно, что у нее под ними? Слишком напряжена. Когда рука Суйгецу проникла под резинку трусов, девушка задергалась как в агонии. Дрожь колотила ее уже не переставая. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что вызвана она вовсе не возбуждением, а страхом. «Черт!» - Суйгецу выругался про себя. «Девочка! Все-таки девочка! Подумать только, эта девочка норовила залезть к Саске в штаны как заправская шлюха!» Мечник отстранился. Карин прислонялась к стене, обнимая себя двумя руками и не прекращая дрожать. «Нет, я не могу это сделать». - Карин! Девушка не реагировала. - Карин! – Суйгецу затряс ее за плечо. Ничего. - Ай! – девушка вскрикнула, схватившись за горящую щеку. Оплеуха мечника быстро привела ее в чувства. - Идем. - К-куда? – Карин все еще не осознавала, что сейчас произошло и когда все успело закончиться. - Туда, - парень указал рукой в сторону пещеры. Карин замотала головой. - Н-нет. Я не пойду. - Пойдешь. Или я отведу тебя силой, - сурово отрезал мечник. - Не беспокойся, твоя честь все еще при тебе. Хоть и немного помятая… Ты как, двигаться сможешь? В другой раз девушка просто послала бы Суйгецу с такими вопросами. Сейчас она только коротко кивнула. - Тогда застегнись. Карин начала застегивать кофту слабо шевелящимися пальцами. Мечник хотел было ей помочь, но передумал. И так сойдет. - Теперь идем. Суйгецу подал ей руку, чтобы помочь встать, и тут же передумал, увидев, с каким ужасом Карин отшатнулась от нее. В основном зале потрескивал огонь. Джуго любил камины – они напоминали о чем-то домашнем. - Черт! Ты можешь не спотыкаться на каждом шагу!? Джуго прислушался. Сейчас должна была звучать ответная реплика красноволосой язвы. Однако, язва хранила молчание. Карин проковыляла мимо напарника, едва не снеся целую кучу разного хлама со стола. - Вон туда, - Суйгецу усадил девушку рядом с камином. - Карин, что с тобой случилось? - На меня напал С… - Слон! – прервал девушку мечник. - Так слоны же здесь не водятся, – удивился великан. - Пойди докажи это ему! Он же неадекватный! Придурок! Суйгецу испытал облегчение. Последние десять минут ему начало казаться, что он сломал девушке психику. Сейчас парень был рад, что сделать это оказалось не так то просто. Все-таки упрямства и упертости Карин не занимать, слишком самоуверенная, чтобы сломаться. Странно, но Суйгецу испытывал гордость за нее. Он был очень несдержан, когда думал, что надсмотрщица – опытная девица и был очень удивлен тому, что его предположения были ложными. Но будь Карин и правда божьим одуванчиком, парня бы замучила совесть. Да и одуванчик, будучи изрядно помятым, должен был сидеть тихо и смирно. Тем не менее, надсмотрщице еще хватает сил огрызаться. «Девчонка! Для Саске себя хранила, дура!» - с неудовольствием подумал Суйгецу. Мечник очень бы удивился, если бы узнал, что его гордость за Карин вызвана вовсе не восхищением силой ее характера, а, если быть точнее, её наивной верой в собственную неприкосновенность. Суйгецу уже практически поставил «крестик» напротив ее имени, и теперь не собирался бросать все на полдороги. Такое же чувство испытывает волк, присмотревший для себя овечку в горном стаде – норовистую и бодливую, но от того не менее невинную и соблазнительную. - Лови! – Мечник бросил девушке одеяло. - Будешь спать сегодня тут. Только огонь не потуши. - Спокойной ночи! – пожелал Джуго, выпихиваемый товарищем в соседнюю комнату. Карин проводила их хмурым взглядом. Наконец-то осталась одна. За стенкой ощущались запахи чакры. Одна из них пахла любопытством, другая - … другую чувствовать вообще не хотелось. Целая смесь запахов. Карин не любила смеси – их было трудно разгадать. Но такие «простые» чувства как страх, гнев или любовь – легко поддавались ее обонянию. Надсмотрщица расстелила одеяло и улеглась лицом к потолку. То, что сейчас произошло, казалось просто выдумкой. Безумно хотелось мыться. А еще больше хотелось задушить этого гада жабродышащего! Как он только посмел дотронуться до нее без ее разрешения! И… интересно, почему остановился… Адреналин, все еще оставшийся в крови огненноволосой, требовал от нее решительных действий. Пойти – и растерзать! Но что-то подсказывало девушке, что и эта попытка обернется не в ее пользу. Там, где невозможно действовать силой, приходиться действовать хитростью. Но хитрость молчала. Хитрость боялась, что ее снова обхитрят. Девушка поняла, что уже битый час ворочается в постели, думая об этом земноводном. Надеюсь, ему там икается! «Черт, поверить не могу, что я хочу её!» - думал в это время Суйгецу. Воображение постоянно рисовало перед ним одну и ту же картину – как он занимается любовью с Карин, которая царапается и кусает его за плечи. Парня бросило в жар, он отвернулся лбом к холодной стенке. Больше так нельзя. Нельзя думать о ней так, будто она… Она – не ангел во плоти. Скорее, наоборот. Только… было какое-то странное двойное чувство – с одной стороны, Суйгецу всегда хотел, чтобы Карин прекратила его доставать, с другой – если Карин молчала, он сам начинал задевать ее. Одна из закрытых лабораторий. На химическом столе девушка в белом халате разложила предметы и препараты. Лаборантка постоянно поправляла прическу, заделанную в хвост. Видимо, ей было удобней носить волосы распущенными, но сейчас, для важного задания, удобством можно было пожертвовать. Двигалась исследовательница вполне уверенно, хоть и была она очень молодой. Наконец, закончив разбирать инструменты, девушка оглянулась вокруг. В лаборатории она была одна, если не считать огромный круглый репликатор, доверху заполненный каким-то раствором. Смесь воды и чего-то другого. Не понять, чего… Нажатие на специальный рычаг – и вот вся вода оказалась уже под ногами Карин – в обширном углублении, напоминающем ванну. Девушка сняла туфли, искупав в воде кончики пальцев. - Объект, если ты и дальше собираешься играть со мной в прятки, я пущу сюда серную кислоту, - спокойно, но грозно произнесла она. Из воды появилась сначала голова, затем туловище парня. Он имел напускной недовольный вид, дополненный сложенными на груди руками. Пару мгновений парень и девушка просто таращились друг на друга. Девушке было любопытно взглянуть на новую игрушку Оротимару, парню – просто увидеть хоть кого-то, более-менее соответствующего названию «человек». Карин подала знак – вылезти полностью. - Ничего, что я – голый? Вопрос не смутил рыжеволосую. Она поискала глазами на лабораторном столе, поднялась на ноги и бросила парню белую простынь, которую он сразу обмотал вокруг пояса. Когда Суйгецу был более-менее одет, девушка подошла к нему поближе. Карин оценивающе посмотрела на парня сверху вниз. От ее взгляда было не по себе. - Тебя как зовут? - Я – Карин, - коротко ответила исследовательница. - А я… - Ты – объект, - перебила рыжеволосая. - И я тебя исследую. - Меня? - Твое тело, если быть точной, - не повела бровью девушка, - Дай-ка сюда ладонь. Карин достала из кармана халата тонкую иглу, уколов ею палец Суйгецу. Выступила кровь. - Больно? – поинтересовалась красноволосая. - Представь себе! - Слизняк. - Что? - Ничего. Положи руку на стол. Когда парень исполнил приказ, Карин достала уже скальпель. - Что ты собираешь делать? - Захлопни рот. Девушке уже надоело, что объект постоянно вмешивается в свои дела. Рука была зафиксирована. Рана от скальпеля будет болезненной, если он ничего не предпримет. Было страшно, но иначе, как методом проб, Карин не могла выяснить способности парня. Тюремщица резко, без предупреждения, вонзила нож прямо в ладонь. - Ааа! Зараза! Ты охренела?! – услышала девушка ответную реакцию. Карин ударила мечника по лицу. - Поучись хорошим манерам! Красноволосая была раздражена. Еще бы! Она проштудировала всю историю болезни Суйгецу, просмотрела все анализы. Вывод говорил о том, что у парня мгновенная регенерация, возможно даже подавленное чувство боли, только… только это в теории. А на практике результат был совершенно другой. Черт! Но кто сказал, что все получится с первого раза. Он может – может! – только не хочет. Нужно продолжать опыты… *** Карин изменилась. Стала более молчаливой. Даже не огрызнулась, когда Суйгецу отчитывал ее за истраченную до половины воду. И, что удивительно, начала убираться в пещере, когда он ее об этом попросил. Сегодня мечник запланировал отправиться в деревню, закупить разной снеди. Вернуться он должен только к вечеру. За это время в убежище не должно ничего случиться. «Сегодня – полнолуние» - подумала Карин. - «Сегодня – тяжелый день». - Эй! Джуго! – позвала девушка. - Скажи, ты любишь полнолуние? - Нет. - У, - Карин правильно считала Джуго неразговорчивым типом, но, по крайней мере, дружелюбным. - А что любишь? - Солнце. И цветы. - У, - снова протянула Карин. - А какие цветы? - Всякие. - А я мороженное люблю. С орешком. И карамелью. Оно вкусное. Джуго молчал. Что сказать? Мороженное он никогда не ел. - Жаль, что тут нет мороженного, - согласилась с его мыслями бывшая надсмотрщица. - Зато тут есть вино! Будешь? - Тут есть вино? - Да. Целый подвал. - Откуда ты знаешь? - Я же чувствую запахи чакры, - напомнила девушка. - Ну что, Джуго, выпьем? *** - А еще Саске очень добрый. И сильный… Василек! - Добрый?! Ну, может, тебе виднее… Лютик! - Ага… М… Ромашка! - Ромашка была. - Блин! Ну, тогда… па-па… прапра… черт! Пра-па-ротник! - У папоротника нет цветка, - Джуго заявил это с видом эксперта-флориста. - А вдруг есть? – упорствовала Карин. - Нету. - А чем докажешь? - А ты чем? - Блин! Ну тогда я проиграла, - решила тюремщица. - Быстро же ты сдалась! - Да я не разбираюсь в твоих цветах! – махнула рукой девушка. - Ты лучше скажи… О! Тебе кто больше нравится, Саске или Суйгецу? - Чего? - Ой! – хихикнула Карин. - Какой я глупый вопрос задала. Конечно же Саске, да? - Карин, может тебе хватит пить? - Ты что! Я еще недостаточно пьяная, - замотала головой девушка. - У меня стресс и я должна забыться. - Забыться? - Ага, - в глазах девушки отражалась вся вселенская грусть. - Но я не могу! Черт! Никогда не прощу! Ненавижу! Ненавижу его! Об стену ударилась бутылка и разбилась вдребезги. - Ты что творишь!? Стадия опьянения Карин перешла в разрушительную. - Убью! Уничтожу! Пьяная девушка начала бросаться посторонними предметами. - Карин, если ты не прекратишь, то я выйду из себя! – предупредил Джуго, однако тюремщица словно не слышала его. У Джуго стала закипать кровь. Осенний вечер был свежий и сырой. День клонился к закату, да и путь подходил уже к концу. Птички поют, змеи ползут мимо, звери ложатся спать по своим норам. Вот такая вот природная идиллия. Вот только… Суйгецу думал, что ему показалось. Женский крик, словно свежий порез, перечеркнул мирную картину. Кричала Карин. Не потому, что ее кто-то раздражал, и не потому, что она сломала ноготь. Карин было страшно. Очень страшно. «Черт возьми!» Девушке только чудом удавалось уворачиваться от атак превратившего в монстра сокомандника. Говорят, что пьяным и море по колено, но… это враки. Девушка схватилась за горло, пытаясь ослабить хватку Джуго. Карин висела в воздухе, готовая вот-вот задохнуться или быть раздавленной. «Помогите мне!» Мертвая хватка вдруг ослабла. Джуго сделал пару шагов и упал. Тюремщица лишь заметила, как на его голове образовался водный шар, мешающий дышать. Только с таким маленьким затруднением великан мог справиться на раз-плюнуть! Но Джуго почему-то упал. Рядом с ним сразу оказался Суйгецу. «Пришел!» - Джуго, ты как, приятель? Нормально? А то я с перепугу вколол тебе лошадиную дозу! Ты как? Что произошло? - Карин грозилась кого-то убить. Била бутылки… - Карин? – Суйгецу, наконец, подошел к девушке, от которой за метр разило выпитым спиртным. - Где ты достала вино? Карин хотела что-то выкрикнуть, но поврежденное горло не выдало ни звука. «Вы что все здесь – охренели?» - хотела спросить она. "Вчера – чудом спаслась от изнасилования, сегодня – от смерти!" Карин боялась подумать, что произойдет с ней завтра! Хуже и представить трудно. - Что? Горло? – обеспокоенно поинтересовался Суйгецу. - Впрочем, даже хорошо. Скажу, что у тебя обет молчания. Девушка выразительно посмотрела на мечника. «Что ты имеешь в виду?» - Я нашел для нас работенку в городе. То, что надо. Так что завтра будь в боевой готовности! Отдыхай, ветерок! Суйгецу взлохматил волосы Карин. «Вот оно – то, что «представить трудно» - наступило!» После всего пережитого девушке полагается отдых. А ее отправляют сразу на передовую. Ее – только что пережившую такую психологическую травму! «Нет, я точно убью этого Суйгецу! Капитан – просто рыба бесчувственная!» Девушка нащупала рядом с собой непочатую бутылку.