Самые кретинские слова

Маримо — это всего лишь маримо. Санджи выдыхает сизый дым. Быстро и нервно, курит, не в силу тяги к никотину, а просто чтоб успокоиться. Если он сейчас выпустит эмоции, хорошенько пнет что-нибудь и случайно сломает, то получит на орехи от Фрэнки и Усоппа, к тому же ещё и Нами расстроит. И последнее, конечно, весомее. У Зоро в голове трава, как и на голове. Все, что он говорит — ерунда. Утро для Санджи начинается рано. Пока душ, пока кофе, пока готовка завтрака, а там и остальные уже проснулись, не успеешь моргнуть. Санджи ничего не имеет против ранних подъемов — тихо и спокойно, никто не орет и не трется лишний раз на кухне, режим Санджи совпадает только с Бруком, который справляется со своим чаем самостоятельно и торчит вместе с ним все утро на носу, послеживая за курсом. Можно выкурить утреннюю сигарету и почитать газету или книгу, понаблюдать, как чайки резвятся в лучах ласкового утреннего солнца или погулять по газону босиком — это приятно. Проблема, как всегда, только в маримо. Он, конечно, тупица. Но он не тупой, в этом Зоро не обвинить. Мечник в последнее время просёк, что именно вечером часто закатываются пирушки, вечером же все подолгу задерживаются в кают-кампании: почитать, помастерить, поиграть во что-нибудь или послушать музыку. Значит, с утра почти все дрыхнут. Значит, именно ночью и с утра можно потягать железо без того, чтоб любопытные накама не галдели под боком, не облепили, как мартышки пальму и не орали почём зря всякую ерунду. А после того, как Зоро потягал железо — Зоро голоден. Он спускается со своей зверской комнатки маньяка-физкультурника как раз часам к пяти и идёт бесить Санджи одним своим видом. Посягает на его священные утренние часы! Кок почти уверен, изменил свой режим Зоро ему назло! И ладно бы просто приходил за едой. В конце концов, это работа Санджи — обеспечивать пропитанием каждого члена команды, даже если он кретинское маримо. Проблема в том, что маримо наэволюционировало себе не только зелёную башку и бицепсы, но и голосовые связки. Долгое время Санджи пребывал с Зоро в открытой конфронтации. После инцидента в Триллер Барк их отношения стали более уважительными. После расставания длиной в два года Санджи даже успел немного ностальгично по нему поскучать, как и по любому из накама. Они стали более дерзкими и циничными, но и друг к другу более терпимыми. Но Санджи не знает, как они пришли к тому, что происходит сейчас. Зоро благодарит за еду, тут все понятно. А потом говорит какие-то кретинские слова. — У тебя волосы блестят. Или что-то в этом духе. Санджи тормозит, что-нибудь опрокидывает или роняет и говорит «Ага». Иногда «Пошел к чёрту». Иногда «С-спасибо», но потом все равно «Пошёл к чёрту». Возникает дурацкая неловкость, и Санджи ненавидит все слова, которые сейчас звучали. Не самого Ророноа — он же не виноват, что он кретин, за что его ненавидеть? Но именно слова, которые он произносит. И то, что ответы самого Санджи тоже в итоге звучат так же бестолково. В последнее время Зоро и вовсе охамел и стал хлопать перед уходом Санджи по плечу. Будто бы они друзья. Понимают друг друга с полуслова и всё такое. Сражаются плечом к плечу и прикрывают друг другу спину. Проводят вместе много времени. Разделяют гипотетический кусок хлеба. Смеются над шутками. Поют песни. Кок фыркает и вхолостую щёлкает зажигалкой. Плечо все ещё ощущает то, как Зоро его хлопнул. Рука у мечника тяжёлая. Крупная и сильная. Зоро как-то спьяну пытался соразмерить их ладони. Возраста и роста они одного, но ладонь у Зоро крупнее, да и разворот плеч пошире будет. А потом они подрались, ведь Санджи тогда это жутко не понравилось, он не любит проигрывать, ощущать себя слабее кого-то. Тем более, если этот кто-то — маримо. Позже он посмотрел на Фрэнки, на плечах которого можно уместить всю команду и подумал, что зря так вызверился. Хотя Зоро и не прочь лишний раз подчеркнуть свое превосходство в чем-либо именно перед Санджи. Остается надеяться, что у них разный вкус в женщинах, Санджи не перенесет, если Зоро однажды уведёт у него прекрасную мэллорин. По мнению Санджи, женщины тем и прекрасны, что абсолютно непредсказуемы, и даже такой кретин, как Ророноа, может кому-нибудь понравиться. Зоро дремлет, развалившись в тени от грот-мачты, и Санджи неслышно ступает по траве, держа туфли в руках. Присаживается на корточки рядом с мечником и пытается проанализировать, есть ли у него шансы против Зоро. Да, у него шрам на лице, да и не только, но ведь говорят, что шрамы украшают мужчину, верно? У Санджи шрамов нет, парочка очень старых и незаметных от порезов или детских травм — не в счёт. Зоро в очень хорошей форме. Санджи тоже, но многим женщинам нравятся более подкачанные мужчины. Мечник силён, отважен и способен защитить избранницу, но и кок в этом не промах. Получается, не так уж Зоро и хорош. В остальном — сплошные минусы. Много пьёт, вечно спит, на вид угрюм и скучен, за словами не следит. Женщины любят комплименты, поэтому Санджи так часто говорит им приятные вещи, хвалит их улыбки, прически и наряды. Чтобы женщины радовались этому и становились еще прекраснее. Говорил ли Зоро хоть одной женщине что-то похожее на комплимент? Санджи склоняет голову набок. Не припомнить. Кажется, только Робин удостаивалась от него одобрительных кивков, но сближаться с ней романтически мечник не спешил. Кажется, единственный, кто получал от него слова наподобие «Сегодня ты не так уж и дерьмово выглядишь.» — собственно, Санджи. Наверное, Зоро самый неромантичный человек на свете. Невозможно представить его на свидании. Вечер, ужин, дорогое вино. «А че, саке нет?» Ужасно. Ночь, постель, дело к сексу. «Как же охуенно!» Кошмар. Санджи заправляет за ухо прядь волос, смотрит на Зоро пристально. Со стороны выглядит так, словно Зоро просто произрастает на палубе, валяется то здесь, то там, заставляя об себя спотыкаться. И каждый раз, когда спотыкается Санджи, Ророноа считает своим долгом сказать что-то кретинское. «Смотри, куда идешь своими длинными ногами!» «Я тебе надеру твою блядскую задницу!» «Боги дали тебе смазливую обертку, но мозгов внутрь не положили!» — Какой же ты бесячий, голова-трава! — говорит Санджи одними губами. — И я тебя люблю, — так же, почти без звука произносит Зоро. Не спит ведь, собака страшная, чтоб его. Кок хмыкает, надевает обувь и уходит в камбуз, намеренно громко стуча каблуками. Самые кретинские слова, что он слышал.