Не время умирать

      Королевство Эëраль. Родовой замок Скарсгардов.       Осень, 1811 год       Тёмные, почти чёрные тучи большими клубами сгущались над королевством, обращая хрупкий мир вампиров во тьму. Моргана в спешке покинула поместье. Она стремительно пробиралась сквозь густую дымку тумана, сжимающуюся плотным кольцом, мчалась в самую глубь сумрачного леса, как будто её преследовали все демоны преисподнии. Скала смерти — вот её цель. Несчётное количество отчаявшихся молодых и не очень девушек было собственноручно умерщвлено, сбросившись с этой скалы, зиявшей бездной. Дастиан, следовавший за ней по пятам, отчётливо улавливал приторно-сладкий запах алебастровой кожи, мучивший своим дурманом. Но как ни старался, его жена достигла свой цели немного раньше. Подобравшись к краю утёса, девушка глубоко вздохнула и прикрыла веки. Ветер щекотал лицо, трепал волосы, что были чернее ночи. Она задрожала от холода, сковавшего её тело. На ней была только сорочка из тончайшего хлопка. Обернувшись она зловеще изрекла:       — Я проклинаю тебя, Дастиан Скарсгард! За всю ту боль, за все — те адовы муки, что мне пришлось пережить, ты испытаешь настоящий, уникальный ад! Тебя смерть обойдёт стороной, но ты станешь виновником чередующих смертей других.       От зловещего шёпота воронкой закружилась листва, подхваченная ветром и вихрем обрушилась на вампира. На значительном расстоянии он услышал проклятия и сразу помрачнел, крепко стиснув челюсть. Раскинув руки в стороны Моргана шагнула в пропасть. Ледяной воздух подхватил стройное тело. Вскоре он отчётливо услышал хруст девичьих костей и бросился к ней, опустившись на колени. Дрожь сотрясала молодое тело. Она закашлялась. Кровь хлынула из горла и из открытой раны на черепе. А когда начала задыхаться, воздух медленно выходил из лёгких. Агония разлилась по телу и тут же отпустила, пронзив тело последней судорогой. Потом Моргана обмякла и замерла. Она была мертва. Под девичьим телом образовалась багровая лужа.       — Чёртова ведьма, что ты натворила? — вымолвил он раздосадовано сквозь сомкнутые зубы. — Теперь ты свободна, как того и хотела.       Скарсгард осторожно приподнял охладевающее тело, отвёл волосы с влажного лица и вытер кровь с губ. Его абсолютно не волновало, что манжеты парадного камзола теперь были испачканы. Ему было жаль терять это молодое прекрасное создание.       — Мне так жаль, — повторил он уже громче, но мощная волна, ударившая по камням, заглушила слова. И та, кому они были адресованы, больше их не услышит.       Дастиан знал что нужно было выпустить её из объятий, но продолжал жадно всматриваться в лицо с заострившимися чертами, пытаясь запомнить его во всех подробностях, окончательно потеряв счëт времени. Шум прибоя ласкал уши своей монотонностью, но пора было возвращаться в реальность. А реальность, порой жестока и несправедлива…       Церемония прощания с покойной проходила в склепе родового поместья Скарсгардов. У изголовья безжизненного тела, лежащего в каменном саркофаге, полукругом мерцали свечи. В полутёмном зале собралась, кажется, вся прислуга дома. Все — они любили свою госпожу. Дастиан с Николасом и Делайрой расположились ближе всего к гробу. Краем глаза глава семейства отметил, что сын вынужден опираться о каменный выступ в стене. Внешне иллюзионист держался бравым солдатом, будучи глубоко раздавленным внутри…