В поисках осколков. Второй сезон: Глубокие воды

      Между Фаэруном и Вестеррой лежит так называемое Море Душ, Иллошаф, навигация в котором даже с помощью магии сильно затруднена, а без неё - невозможна вовсе, поэтому все два-три корабля в год, держащие путь с одного материка на другой, ходят кружным, но известным и безопасным маршрутом вдоль северного побережья Умбракулиферы. Ходят легенды, что острова Иллошаф бесконечны количеством и постоянно меняют своё положение, а в глубине его вод таятся неведомые древние чудовища, потому на путешествие по этим водам способны решиться лишь глупцы и безумцы.       Южную оконечность Вестерры путешественники из Имлада, огибавшие родной материк с запада, прозвали Глоткой Асмодея. Это причудливое сочетание трёх полуостровов сплошь покрыто непроходимыми джунглями, каждое животное и растение в которых стремится тебя убить, а населяют его немногочисленные, но кровожадные племена ящеролюдов, вечно враждующих между собой и не жалующих чужеземцев. Они называют этот смертоносный лес Иг-Тан-Ри, что в очень приблизительном переводе означает "чрево". Но ходят легенды, что в глубине джунглей скрываются забытые временем останки древней цивилизации, существовавшей здесь в незапамятные времена. В каждом поколении находится глупец, желающий их отыскать и расплачивающийся за это жизнью.       Пояс Смерти - так называются самые южные горы Вестерры, отсекающие джунгли Иг-Тан-Ри от цивилизации. Они так высоки, что снежные шапки на вершинах не тают даже летом, а у расщелин, испещряющих всю гряду, никто и никогда не видел дна. Только жители города Ранташаскар знают безопасную дорогу через Пояс Смерти, но она им не нужна, ибо это город тёмных магов, творящих ритуалы на крови и заигрывающих с такими материями как жизнь, смерть, время и даже сама реальность, и они никогда не покидают его стен.       Маленькое, но гордое царство Ю, самое южное государство Вестерры, соседи-имладцы насмешливо называют Болотной Империей. Оно и вправду полностью покрыто болотом, за исключением огромного озера посередине, на котором и находится плавучий город Аир - столица Ю. Это несколько квадратных километров сцепленных между собой островков плавника, дощатых и бревенчатых плотов и просто мелких судов на вечной стоянке, на которых возвышаются разномастные, кривые и шаткие домишки в два-три этажа. Примерно то же самое, только в куда меньших масштабах, представляют собой и разбросанные по озеру и окружающим болотам деревушки, а некоторые представители народа ю и вовсе проводят всю жизнь на лодке или плоту.       Озёрные ю похожи на людей, только с непропорционально длинными конечностями. Они могут дышать под водой, но редко пользуются этим умением, считая, что оно отдаляет от цивилизации. Болотные ю более приземисты, зачастую на две-три головы ниже своих озёрных сородичей. Их кожа имеет сероватый оттенок, между пальцами рук и ног растут перепонки, а зубы острые как у хищной рыбы.       Жители Болотной Империи промышляют охотой и рыбной ловлей, а на рынки Имлада поставляют в основном украшения из озёрных ракушек необыкновенной красоты, каких не сыщешь больше нигде на континенте, и рыбью икру, искренне недоумевая, почему соседи считают эту простую пищу таким деликатесом.       Из плавучего города Аира этим народом правит Озёрный Царь, а в каждой маленькой деревне или большой семье (а границы между ними в Ю весьма и весьма размыты) последнее слово всегда остаётся за шаманом, которого в этих краях называют Ай-Ти, Смотрящий в Тёмные Воды.       Восточный сосед царства Ю - Имлад, страна пряностей, ароматных масел и изысканных гончарных изделий. Эвкалиптовый лес занимает до двух третей его площади: от западного фронтира до Великого Тракта, проходящего по границе с Куркушем, и от южного побережья до середины Долины Четырёх Озёр. В этой Долине когда-то и зародилась цивилизация, ныне разросшаяся до крупнейшего государства Вестерры. Местные жители, смуглые и темноволосые, внешне напоминают фаэрунских шу. Они свободолюбивы и немного надменны по отношению к соседям, но, как правило, терпимы к чужим обычаям, даже тем, которые кажутся им дикими. Вероятно, именно поэтому в Имладе поклоняются стольким богам, что ни один, даже самый образованный человек, не перечислит их всех, а крупные города представляют собой сбивающее с толку смешение миллиона культур.       Фронтирные города Риякта и Мандр в своё время беспорядочно разрослись вокруг двух одноимённых фортов, когда туда хлынули толпы беженцев из практически полностью сожжённого Нода. И поныне они представляют собой несуразное, ничем не огороженное нагромождение разномастных хибар с хорошо укреплённым фортом посередине. В давние времена, когда Озёрный Царь Керат Красная Сельдь вёл агрессивную внешнюю политику в отношении Имлада, и вся южная половина Вестерры сидела на бочке с алхимическим огнём, Риякта и Мандр были первой линией обороны, куда стягивались Имладские войска под командованием лучших военачальников. Все ожидали, что не сегодня - завтра неафишируемые пограничные стычки перерастут в полноценную войну, но внезапно в Ю произошёл переворот, кровожадного царя свергли, а его занявший трон внучатый племянник поспешил сгладить углы, заключил мир с Имладским королём Лювисом и даже женился на его сестре. С тех пор отношения Ю и Имлада всё улучшались и существование фортов постепенно потеряло смысл. Сейчас военная служба в этих краях аналогична ссылке и хиленькие гарнизоны из штрафников являют собой жалкое зрелище. Когда-то главой города считался капитан гарнизона, но вот уже несколько поколений, как он заправляет только обороной и порядком, и находится в подчинении у присланного из столицы королевского наместника, которого тоже, понятное дело, не за красивые глаза отправили в такую глушь. Нынешний наместник Риякты Янай Дарим - проворовавшийся королевский советник, а его коллега и сосед Уфэй Линь - бывший министр и любовник королевы Явины. Эти два не самых достойных господина занимаются тем, что постоянно соревнуются между собой абсолютно во всём, не особенно задумываясь, как это скажется на благосостоянии вверенных им городов и единственным вопросом остаётся - в Мандре или в Риякте вспыхнет первый бунт?       Город Карда - единственный порт Имлада со всеми вытекающими. Круглый год сюда приходят торговые корабли из Верканта, Арстании и Чулини, и круглый год местные власти забирают до двух третей таможенных сборов в свой карман, из-за чего Карда куда богаче даже столичного Нода. Но среди изысканных заведений и нарядных дворцов и храмов главной достопримечательностью Карды остаётся её чёрный рынок, место, где, согласно имладскому крылатому выражению, нельзя купить только время.       Нод - новая столица Имлада, лежит всего в дне пути на северо-восток от крупнейшего из Четырёх Озёр. Говорят, что до страшного пожара, практически превратившего город в пепелище восемьсот пятьдесят лет назад, это был прекрасный шедевр древних архитекторов, где каждое здание представляло собой словно бы маленький кусочек огромной мозаики. По улицам на разных уровнях текли каналы с чистой водой, так что можно было набирать её, просто высунувшись из окна, на площадях били фонтаны, каждый - настоящее чудо инженерной мысли, а три четверти города покрывали прекрасные сады и парки. Но всё это обернулось золой и дымом, и не осталось ни документов, ни очевидцев. Ныне столица Имлада - на первый взгляд среднестатистический крупный город, уроженцам Уотердипа или Врат Балдура, к примеру, может даже показаться на мгновение, что они вернулись домой. На деле Нод по прежнему является удивительной мозаикой, только уже не архитектурной, а культурологической, а в песнях его называют Городом Тысячи Богов и Сотни Народов. Это, конечно, художественное преувеличение, но полторы-две сотни храмов различных божеств и впрямь стоят на улицах и площадях Нода, а среди местных и приезжих можно встретить даже самых диковинных существ. Общеизвестно, что Нод - единственный город Вестерры, где, выйдя на улицу, вы можете увидеть эльфа, пусть и с маленькой вероятностью.       Лон-Сит - второй из Великих Городов Имлада, Город-Университет, Белая Цитадель под голубой крышей. Когда-то первопоселенцы из Долины Четырёх Озёр основали на этом месте монастырь, разросшийся ныне до огромной крепости, способной соперничать размерами со столицей. Каждый год сюда стекаются десятки и сотни юношей и девушек, жаждущих знаний, и ещё никому из них не было в этих знаниях отказано. Из стен Нол-Сита выпускались будущие политики и военачальники, волшебники и звездочёты, изобретатели и мореплаватели. Его закончил каждый из Имладских принцев последней династии, а их венценосные родители пожертвовали достаточно средств, чтобы Белая Цитадель была процветающим городом, но с вас здесь никогда не возьмут за обучение больше, чем вы можете заплатить. А пока юные пытливые умы грызут гранит науки под голубой крышей, в глубоких подвалах и уединённых кельях многомудрые старцы пытаются постичь тайны мироздания.       Последний из Трёх Великих Городов, Атирб, лежит на самом севере Имлада, менее чем в полудне пути от его границы, проходящей по реке Мидар. В давние времена он часто подвергался нападениям дикарей из Медвежьих Гор, но вот уже больше века как с ними заключено перемирие и эти невежественные варвары приезжают в Атирб только для торговли. Город этот может похвастаться тремя вещами: самым большим гарнизоном в Имладе и - не в пример южным фортам - дисциплинированным и боеспособным, небесной синевы сапфирами, добываемыми в южных отрогах Медвежьих Гор (знаменитый Глаз Бога, огромный сапфир, украшающий корону королевы Явины, был подарен ей на свадьбу Атирбским наместником) и великолепным напитком ардором, который местные умельцы варят из каких-то горных трав, никому не раскрывая секрета приготовления.       Двигаясь в нашем воображаемом путешествии всё дальше на восток мы минуем Три Великих Города Имлада, оставляем чуть южней Долину Четырёх Озёр с её руинами дворцов и храмов прежней эпохи, и упираемся в Великий Восточный Тракт - соединяющую Куркуш с Ледяной Пустошью дорогу, которую проложили некогда шесть народов в знак своей дружбы. Начинаясь в Земляном городе, эта дорога всего лишь сотню километров не доходит до Зимнего Мыса - самой северной точки Вестерры. С восточной стороны от тракта лежат вересковые пустоши, а у южной их границы стоит город Амол. Верней будет сказать, что это два города - один вокруг другого, ибо храм Серых Сестёр - Нимерли, находящийся в центре Амола, окружён высокими стенами и связи его с внешней частью города минимальны. Никто из простых людей не осмеливается без дела тревожить обитательниц этого места, и даже если дело имеется - трижды подумает, стоит ли оно того. Серые Сёстры зашивают себе веки и, отказавшись от возможности видеть этот мир, начинают видеть какой-то иной. Если вы желаете узнать ответы на свои вопросы - то всегда можете получить их в Нимерли, но эта магия имеет цену, которую не всякий окажется готов заплатить.       Небольшой торговый городок Дове и лежащий в двадцати километрах от него одноимённый порт лежит на самой границе с Куркушем - страной подземных туннелей, и является единственным человеческим городом, в котором можно встретить её чудных жителей. Кратчайшим путём сюда ходят торговые корабли из Илля и Кара-Така, и потому запах рыбы и древесины навеки впитался в камни местных построек. Здания в Дове однотипны и их архитектура не слишком изысканна, здесь не бывает домов выше одного этажа. Местные жители в большинстве своём ремесленники и торговцы, сочетающие дружелюбие с разумной осторожностью к чужакам, а нынешний наместник господин Шартан приятный человек, пожалуй, справляющийся со своими обязанностями лучше всех своих коллег в других городах. Словом, если Вы ищите спокойной жизни в Имладе, то всегда можете найти её в Дове.       Маленькая страна Куркуш - восточная соседка Имлада - представляет собой полого спускающиеся к морю цветистые луга по одну сторону Великого Восточного Тракта, и эвкалиптовый лес - по другую, с единственным городом посередине, из которого Тракт, собственно, и берёт своё начало. В культуре куркушей отсутствует такое понятие как "имя собственное", даже слово, которым остальной цивилизованный мир называет их страну, в переводе с местного языка означает просто "место, где я обитаю", потому и город этот называют просто Земляным. Это пять десятков уютных норок, вырытых в холмах, и обнесённых земляным же валом с несколькими надстроенными деревянными башнями, и всё это было возведено исключительно для взаимодействия с внешним миром, ибо куркушам вообще не нужны никакие блага земной поверхности, начиная от солнечного света и заканчивая растительной пищей. Вглубь от Земляного Города уходят сотни подземных ходов, которые затем разветвляются и охватывают всё пространство под Куркушем на несколько уровней вниз. Там и живут постоянно местные обитатели, поднимаясь в город лишь для торговли или из любопытства. Это низкорослые, не больше метра, существа с сероватой кожей и большими глазами и ушами, они питаются в основном грибами и насекомыми, но вообще - всеядны. На самых нижних уровнях своего лабиринта куркуши добывают алмазы, но не видят в них ценности, и всегда рады обменять их на несоизмеримо менее дорогие безделицы из верхнего мира.       У северной границы Имлада начинаются Медвежьи Горы, простирающиеся почти на три сотни километров на север. Эти места труднопроходимы для жителей равнин, но местным дикарям не составляет труда находить тропинки по отличительным признакам там, где мы увидели бы лишь голые скалы. Небольшой участок в северо-восточных отрогах занимают железные рудники, благодаря которым процветает оружейная промышленность Крепости, а оставшуюся территорию делят между собой девятнадцать горных кланов. У каждого клана Медвежьих Гор есть своё тотемное животное, но все они также поклоняются общему божеству - Великой Медведице, которая, как верят эти невежественные люди, иногда спускается с неба и живёт в огромной пещере где-то в самом сердце этих гор. Кроме того, здесь берут своё начало пять рек Вестерры: Мидар и Ала на юге, и Хаян, Орфа и Рима на севере, и их обитатели гор тоже почитают как речных богинь, наделяя каждую собственным характером. Быть может, они не так уж и неправы?       Кланы Медвежьих Гор верят, что когда-то пять подруг создали мир, который начался с горы Тек, и населили его разными существами, а потом уже Великая Медведица вдохнула во всех этих существ жизнь. Медведица поселилась на горе Тек, а девушки посмотрели на своё совместное творение и так растрогались, что каждая уронила по слезинке, из которых и образовались пять рек, берущих начало в Медвежьих Горах.       Что же касается самих девушек, то Мидар - богиня плодородия, она заведует погодой и сменой сезонов; Ала - богиня перерождения, покровительница стариков и детей; Хаян - богиня удачи, особо суеверные люди (то есть, почти все местные) совершают паломничество к её истокам, когда им предстоит какой-то важный шаг в жизни; Орфа - всеведущая богиня знаний, именно к ней обращаются за ответами шаманы; и последняя, Рима - та, которая развесила звёзды на небосводе, покровительница безумцев и мечтателей, любопытная и непосредственная когда-то... ныне госпожа скорби и повелительница чумы, ибо именно ей вменяют в вину появление в этом мире белой смерти - болезни, выкосившей некогда три четверти северной части Вестерры, ибо именно Рима своим любопытством растревожила какие-то более древние и могущественные силы.       Пустыня Дасар, лежащая к востоку от Медвежьих Гор - жаркое и засушливое место, заселённое кочевым народом эрридов. Нужно семь дней чтобы пересечь её по Великому Тракту от Алы до Римы, и за всё это время вам встретится лишь один колодец на середине пути и ни единого пятнышка тени. Но не стоит пытаться сойти с тракта и найти более короткую дорогу - в песках Дасара и без вас покоится достаточно костей самонадеянных храбрецов. Только эрриды могут ориентироваться здесь вдали от дороги, и некоторые из них зарабатывают себе на жизнь тем, что нанимаются проводниками к путешественникам, желающим взглянуть на древние пирамиды. Эти монументальные сооружения - одна примерно вдвое больше другой - стоят в южной части Дасара уже многие тысячи лет вечным памятником давно сгинувшей цивилизации. Кто-то считает их гробницами древних царей, кто-то - остатками некой битвы богов, а кто-то верит, что внутри них заперто древнее зло. Наверняка же не знает никто, ибо если кому-то и удалось проникнуть внутрь пирамид, то уж точно не удалось выбраться.       К западу от Медвежьих Гор лежит Чулини - страна степных ветров и суровых нравов. Это государство вытянуто вдоль береговой линии, его восточная граница проходит по краю гор, а там, где они заканчиваются - по реке Хаян. Природа Чулини куда разнообразней Имладской, хотя размерами она значительно уступает южному королевству: пустынный юг, лесистый север и степь посередине. Столица Чулини - город Сулгур, а правителя называют шартаром. Местные жители - воинственный народ, кровавые междуусобицы здесь - обычное дело, зато они не вмешиваются в дела соседей. Чулинцы, не имеющие отношения к военному ремеслу, занимаются в основном разведением шаттлов, животных, чья тёплая шерсть и питательное мясо очень ценятся на рынках Вестерры. В их культуре есть два божества - бог северного ветра Ахх и его сестра - богиня южного ветра Зель, но нет храмов в привычном нам понимании - лишь небольшие каменные святилища, тут и там разбросанные по степи.       Дар-Нэ - самый южный из городов Чулини - можно назвать городом только с очень большой натяжкой. Это, скорее, перевалочный пункт для местных кочевников - три десятка деревянных бараков с плоской крышей, где люди, лошади и шаттлы ютятся в одном помещении без перегородок. На первый взгляд это место представляет собой весьма жалкое зрелище, если не знать, что по традициям чулинцев это своего рода святая земля, где принимают и всегда оказывают помощь любым путникам, даже чужеземцам, и где запрещено носить оружие и проливать кровь. На постоянной основе здесь живёт не больше дюжины человек, половина из которых - старики и дети, но в зимнее время в Дар-Нэ стекаются многие пастухи-кочевники со своими многочисленными семействами, предпочитая не возводить неустойчивых временных жилищ в степи, а воспользоваться гостеприимством этого места. В середине зимы, в день, который мы называем Зимним Солнцестоянием, в Чулини празднуют День Северного Ветра, и нет лучшего места, чтобы встретить этот праздник, чем Дар-Нэ. Автору этих строк однажды довелось оказаться в тех местах в это темнейшее и холоднейшее время года, и он может лично засвидетельствовать, что сидя на полу между меланхолично жующих сено шаттлов и смуглых босоногих ребятишек, засыпающих его вопросами, уплетая сладкие лепёшки и рассказывая этим людям о местах, которых они никогда не видели и никогда не увидят, он встретил самое тёплое и семейное Зимнее Солнцестояние в своей жизни.       Южная часть Чулини представляет собой пустынный полуостров, лишённый воды и жизни летом, ибо находиться там, когда дуют южные ветра, поднимая многодневные песчаные бури, смерти подобно. Чулинцы говорят, что это богиня южного ветра Зель злится на брата за то, что он опять натворил каких-то глупостей. Осенью здесь наступает затяжной период дождей, идущих два месяца почти без перерыва сплошной стеной, что так же не слишком располагает к проживанию в этих краях. Затем приходит зима, и теперь в пустыне бушует уже северный ветер, и если вам не повезёт оказаться без укрытия на улице в зимнюю ночь вы, вернее всего, замёрзнете насмерть менее чем за час. И есть лишь краткий период в полторы недели после весеннего равноденствия, когда находиться в этих краях безопасно и даже приятно. Это время, когда пустыня расцветает диковинными цветами и травами, и многие чулинцы спешат сюда к этому времени чтобы откормить сумак-травой народившихся этой весной шаттлов и запасти лекарственных растений на следующий год. И вот, где-то в этих недружелюбных краях лежит легендарный город-призрак Яин, доставшийся чулинцам в наследство от их предшественников на этих землях. Никто не знает, кто построил Яин, и кто жил там, однажды заблудившийся в пустыне пастух по имени Шартар наткнулся на этот город и обнаружил его оставленным жителями и словно замершим во времени. Вещи, оставленные в домах, накрытые к обеду столы, раскрытые книги, телеги с грузами посреди дороги - и ни единой живой души. Легенды гласят, что Шартар нашёл в храме в центре города алтарь и каменную статую змеи на нём и, коснувшись её, научился разговаривать со змеями и видеть будущее. Вернувшись в степь, он быстро снискал славу непобедимого воина, знающего наперёд каждое действие противника, и великого мудреца. Под конец жизни Шартар объединил все кочевые племена чулинцев и был провозглашён их правителем, и с тех пор его имя стало нарицательным титулом, а каждый, становящийся шартаром, должен прежде совершить паломничество в Яин. По легенде этот город постоянно меняет своё местоположение, перемещаясь по всей пустыне, и найти его можно только раз в жизни, а если не удалось – значит, сами боги не желают отдавать высшую власть в твои руки.       Примерно на полпути от юго-западного побережья Чулини до его границы с графством Веркант, недалеко от подножия Медвежьих Гор лежит торговый город Кхарис - именно сюда, а вовсе не в столицу стекаются иностранные торговые караваны на ежегодную летнюю ярмарку, проходящую в течение недели до и недели после Дня Южного Ветра. Конечно, это торжище куда скромнее (и куда легальнее) того, которое происходит каждый день в Карде, но основная его цель вовсе не в купле-продаже заморских диковинок, а в возможности посмотреть на чужеземцев и с размахом отпраздновать середину лета - так, чтобы вспоминать до следующей. В течение этих двух недель в Кхарисе проходят многочисленные состязания и представления, небеса расцветают фейерверками, отовсюду слышится музыка, а угощения из разных уголков Вестерры и даже всего мира раздаются с уличных лотков едва ли не даром. В этот краткий период времени чулинцы позволяют себе отбросить обычную мрачность и сдержанность, связанные с постоянной необходимостью выживания и порадоваться тому, что смогли пережить ещё один суровый год.       Сулгур, столица Чулини, знаменит в первую очередь находящимся там дворцом шартара. Это монументальное построение из жёлтого камня венчает куполообразная крыша, покрытая тонким слоем золота, а его стены украшают барельефы в виде змей. В этом дворце живёт нынешний шартар Альхир со своей семьёй, здесь он принимает своих подданных, и здесь же проходят собрания вождей племён. Остальной город - невысокие каменные постройки, в которых живут те редкие представители народа чулини, которые предпочли городскую жизнь кочевой. Это торговцы, ремесленники и немногочисленные слуги из дворца, его величество уже довольно пожилой человек и не любит, чтобы поблизости находилось много посторонних. Великое горе настигло этого человека - двое его старших сыновей один за другим отправились на поиски города Яина, чтобы получить благословение богов и взойти на престол после смерти отца, и оба сгинули в пустыне. С тех пор несчастный старик находит единственное утешение в младшей дочери, принцессе Шариссе, и отказывается отпускать и её на это испытание, боясь потерять последнего ребёнка.       По северной границе пустыни Дасар протекает река Рима, а сразу за ней начинаются владения вольного города Крепость - обширные луга и поля, на которых выращивают до трети всех овощей и злаков, поступающих на северные рынки Вестерры. Кроме того, как уже упоминалось, Крепости принадлежат железные рудники в Медвежьих Горах неподалёку, благодаря чему там процветает оружейная промышленность. Нынешний правитель города, барон Вардис, нажил своё состояние, продавая оружие Верканту и Арстании, вот уже полтора века ведущим боевые действия в Мглистых Горах. Про него говорят, что это человек невысокого ума, однако, будь он и вправду так глуп, как рассказывают - ни за что не сумел бы усидеть на двух стульях, поддерживая торговые отношения и с северной империей и с мятежным графством. Вторыми у кормила власти в вольном городе являются члены триумвирата - министр Рикстер, придворный маг Шонаш и загадочная леди Беккерти, которую простой народ с ужасом в глазах называет Госпожой Шёпотов, говорят, что у неё повсюду шпионы и ничто из происходящего в Крепости не скроется от её глаз.       Юго-восточней Крепости расположены города-побратимы Аякс и Илль. Когда-то они были Имладскими колониями, но уже лет двести как отвоевали себе право на независимость. Теперь там правит Народный Совет - двадцать самых состоятельных и уважаемых людей, по десять из каждого города, которые занимают этот пост, как правило, пожизненно, либо, пока не решат оставить его из-за ослабевшего здоровья. На пальцах можно пересчитать случаи, когда члена Совета снимали с должности его же коллеги - двое проворовались, один попался на подделке документов, а четвёртого признали невменяемым - бедолага тронулся умом, потеряв жену во время несчастного случая, бегал голышом по городу и разговаривал с духами. Занимаются в этих краях добычей древесины, ибо до леса Большая Тень рукой подать, часть продают в Крепость, Имлад и Кара-Так в виде сырья, а из части изготовляют прекрасную прочную мебель, которая очень высоко ценится на рынках южных городов. Некоторые Имладские богачи спорят о том, какая же мебель лучше - из Илля или из Аякса - и нередко устраивают между собой нешуточные драки, пользуясь той же самой мебелью, как щитами и оружием. Вероятно, если б кому-нибудь пришло в голову проанализировать достаточное количество таких побоищ бесящихся с жиру идиотов, мы бы смогли определить победителя, но, слава Богам, этот мир ещё не настолько сошёл с ума!       Гигантский хвойный лес под названием Большая Тень - место опасное и загадочное. На его опушке жители Илля, Аякса и Крепости добывают древесину и иногда охотятся, но в чащу заходить не отваживаются. Остатки каменной дороги ведут из Илля вглубь леса и теряются, ни к чему конкретному не приводя. Кто, когда и зачем проложил эту дорогу? Ответы на эти вопросы затерялись в истории. Обитающую в этих краях мистическую сущность опасливо называют Тот, Который Живёт в Лесу, но, может статься, что всё это лишь досужие вымыслы - сгинуть в непроходимой чаще можно и без вмешательства потусторонних сил. Река Орфа, спускаясь с Медвежьих Гор, обозначает северную границу владений вольного города и течёт дальше через Большую Тень, деля её на две неравные части. И она же является некой условной границей, севернее которой уже четвёртую весну подряд не тает снег.       Стекая с Мглистых Гор и обозначая границу государства Кара-Так в Орфу впадает река Тетра, и место их слияния образует гигантское болото, которому местные жители не удосужились дать никакого поэтического названия, именуя его просто Топь. Из-за этого болота путники, направляющиеся из Кара-Така в Чулини, вынуждены делать большой крюк, если только не желают рискнуть, взяв в проводники кого-то из местных жителей. Это вымирающее племя считают дальними родичами болотных ю, только в отличие от своих южных соплеменников эти существа - настоящие дикари, презирающие всех, кто на них не похож. Никто и никогда не знает, что взбредёт в голову болотным жителям - может, они вас заоскорбляют с ног до головы, но честно проведут на ту сторону Топи, а может, будут вежливы и учтивы, а ночью перережут вам горло и подарят своей дочурке браслет из ваших шейных позвонков.       Небольшой лиственный лес Малая Тень отделяет Медвежьи Горы от Мглистых, и где-то в нём, а где точно - никто не знает, скрыт от посторонних глаз древесный город Люэрь. Это множество уровней настилов, платформ и подвесных мостиков, расположенных на огромном дереве. Его жители - странные существа, напоминающие табакси: невысокие, ловкие, полностью покрытые шерстью и такие же любопытные. Возможно, они и являются дальними родственниками фаэрунских табакси, отличаясь от них лишь шерстью необычных ярких цветов и небольшими рожками. Их самоназвание - йоки, а их родной язык состоит из свиста, щёлканья, шипения и урчания, которые практически невозможно воспроизвести гуманоидной глоткой. В традиции йоков - покидать отчий дом в одиннадцать лет и путешествовать по миру в поисках своего призвания, так что многие из них оседают очень далеко от Малой Тени, а некоторые - наоборот - в конце концов возвращаются туда, откуда начали свои поиски.       Северное государство Кара-Так формой напоминает перевёрнутую букву Г. Это пустынные места с суровым климатом и неплодородной почвой. Только южнее Глика можно что-нибудь выращивать, в остальном Кара-Таке местные жители промышляют, в основном, рыбной ловлей. Весной и осенью на побережье бушуют сильные шторма, из-за чего все поселения расположены в глубине страны, а два безымянных портовых городка пустеют на это время. Главным экспортируемым товаром Кара-Така является лучшая глина в Вестерре, которую добывают на южном берегу реки Нессы. Если из имладской глины делают изысканную посуду, украшения и детские игрушки, то из кара-такской получаются самые прочные кирпичи. Правит Кара-Таком герцог Ург из замка Глик - человек, отличающийся чрезвычайной набожностью. Первым делом, взойдя на трон, он отгрохал прямо напротив своего замка огромный храм богини Нессы, которой поклоняются в этих краях. Её почитают как мать всего живого, и берега одноимённой реки сплошь застроены святилищами в её честь.       Столица Кара-Така Глик - это не город даже, а около пяти десятков кривобоких домишек, ютящихся вокруг старинного замка. Вот уже двести лет, как власть в герцогстве переходит от человека к человеку исключительно посредством дворцовых переворотов, что, конечно, не добавляет благосостояния стране. И каждый новый владелец замка считает своим долгом что-то пристроить, перестроить или снести. Последний из них, как уже было сказано ранее, превзошёл всех своих предшественников, построив огромный храм Нессы - величественное сооружение из белого камня, на которое герцог Ург потратил половину казны. Впрочем, невозможно отрицать, что это здание - настоящее произведение искусства, в отличие от замка, выглядящего так, словно кто-то взял несколько городов из разных культур, перемешал их и выбросил половину. Остроконечные зелёные крыши пяти белых башен переливаются в лучах редкого в этих краях солнца, а многочисленные витражи, изображающие цветы и животных можно рассматривать долгими часами, открывая всё новые и новые детали. Если же вы предпочитаете осмотру архитектурных достопримечательностей посещение злачных мест, то имеется в Глике и такое. Просто спросите у любого местного жителя, как пройти в Рыбий Глаз - хотел бы я иметь возможность через страницы книги полюбоваться вашим изумлением.       Небольшой рыбацкий городок Горт лежит на берегу реки, неподалёку от Великого Восточного Тракта, который в этих краях проходит по границе между Кара-Таком и территорией племён урваши. Это мрачное и промозглое место, но, пожалуй, наименее мрачное и промозглое во всей стране. Будучи фронтирным городок время от времени подвергается набегам урваши с запада, только за последнее столетие его четырежды отстраивали из руин. Местные жители сплавляются вниз по течению Нессы до самого моря и проводят там по несколько недель, запасая рыбу, водоросли и разных съедобных морских гадов. Практически всё в Горте, начиная с непромокаемых плащей из шкуры рукса и заканчивая столовыми приборами из клешней ракообразных, можно в той или иной степени назвать "дарами моря". А пока взрослые в море, старики и подростки шьют одежду из растительных волокон, чинят сети и молятся Нессе, чтобы суровое северное море не забрало их родственников. В последние годы, когда лето совсем перестало заглядывать на север Вестерры, эти молитвы звучат особенно горячо.       Продолжим наше мысленное путешествие на север и перейдём к последнему населённому пункту Кара-Така, который ещё можно назвать городом. Это Стир, он лежит всего в пятидесяти километрах от того места, где река Септа, обозначающая северную границу Кара-Така, впадает в море. Человек поверхностный сравнил бы его с Гортом и не нашёл никаких отличий: там так же уходят в море на много дней, ловят рыбу и морских гадов, шьют одежду из водорослей и поклоняются богине Нессе. Но истинный исследователь непременно обратит внимание на ряд существенных отличий. Во-первых, местные жители внешне заметно отличаются от коренных кара-такцев - их волосы и кожа светлее, глаза чаще серые или зелёные, чем чёрные или карие, речь плавнее и мягче. Всё дело в том, что эти люди - потомки потерпевших крушение моряков и беглых преступников из-за океана. Этим же объясняется второе существенное отличие: здесь поклоняются не только Нессе. В каждом доме есть маленький алтарь, на котором постоянно горит огонёк, а по большим праздникам за городом устраивают большой костёр и танцуют вокруг него до утра. Никто уже не помнит имени этого огненного бога, и называют его Огонь. Третье отличие, не упомянуть о котором на этих страницах было бы преступлением, заключается в наличии в Стире самого настоящего музея. Да-да, в этом суровом и диком краю люди, носящие плащи из рыбьих шкур и разбивающие головы крабам камнями, настолько уважали и уважают по сей день одного из своих соотечественников, что увековечили его память таким цивилизованным способом. И этот человек, несомненно, достоин такой почести, ведь именно он в своё время отыскал способ лечения белой смерти.       К северо-западу от Кара-Така, в долине трёх рек - Септы, Рейны и Нессы, обитают племена дикарей урваши. Эти люди имеют тёмные волосы и кожу бронзового цвета. Они занимаются охотой и разведением оленей, а живут в островерхих шалашах, сшитых из шкур животных. Сейчас на территории долины насчитывается семь крупных племён, некоторые из них воюют друг с другом, другие - наоборот, заключили союз. Урваши не жалуют чужеземцев и потому их обычаи сложно изучать. Известно наверняка, что они наносят себе раскраску на лицо: перед битвой, перед охотой, перед праздниками и молитвами, и для каждого случая существует особенный узор. Поклоняются в этих местах духам, и особое положение в племени занимает шаман, умеющий общаться с этими духами, в этом культура урваши немного схожа с культурой ю. Совершеннолетие для юных урваши наступает в пятнадцать, и в честь этого события они должны пройти некое испытание - у каждого племени своё, но все они в той или иной степени сопряжены с риском для жизни.       Мглистые горы - великий северный горный массив Вестерры - начинаются у границы Малой Тени, простираются до самого побережья и лежат на территории трёх государств: Верканта, Арстании и Тараски, и ещё значительный их южный кусок не принадлежит никому и заселён кланами дикарей, подобными тем, что обитают в Медвежьих горах, только не такими многочисленными. Семь рек берут своё начало в отрогах этих гор: Роза, Ильда и Рикка на западе, Септа, Рейна, Несса и Тетра на востоке. Но более всего эти горы знамениты тем, что в северо-восточных их отрогах и по сей день гнездятся драконы. Этот молодой горный массив нередко содрогается из-за землетрясений, особенно самый восточный его край, временами подземные толчки кардинально меняют ландшафт, и остаётся только догадываться, какие сокровища оказались навсегда замурованы здесь в драконьих пещерах.       К западу от Мглистых Гор лежит одна из трёх мощнейших политических сил севера Вестерры - графство Веркант, страна с развитыми и разнообразными торговыми связями, продвинутой наукой и мощнейшим военным флотом. Три четверти Верканта покрыты лесами, а в округлой долине, окружённой реками с трёх сторон, находятся почти все крупные города. Реки эти - стекающая с Мглистых гор Рикка и Хаян, в который она впадает, обогнув долину по широкой дуге, близ города Фасиль. Оттуда полноводный Хаян течёт дальше на северо-запад, где у столицы графства, города Лаат, разделяется на три русла и спустя ещё шестьдесят километров впадает в море в бухте Феззан. В бухте этой вот уже сто пятьдесят лет по несколько раз в месяц идут морские сражения между Веркантом и Арстанской Империей и, надо думать, закончатся они ещё не скоро.       Наше мысленное путешествие по графству Веркант мы начнём с города Фасиля, расположенного у слияния рек Рикки и Хаяна. Эти живописные места умудрились остаться таковыми даже при нынешнем испортившемся климате, потому что фасильский наместник очень много внимания уделяет сохранению природных богатств вверенной ему территории и не поскупился на оплату услуг магов, чтобы смягчить обрушившиеся на неё погодные неприятности. Так что даже и сейчас, оказавшись в этих краях, вы можете насладиться прогулкой по великолепным сливовым садам и бескрайнему цветочному лугу в предгорьях Мглистых Гор. А когда нагуляетесь - найдите в городе торговую лавку (лучше какую-нибудь неприметную, с доброжелательной старушкой за прилавком) и купите там мёда из тех самых горных цветов. Ни на каком другом рынке вы не отыщите этого деликатеса, его не экспортируют ни за какие деньги. И если вы были в Фасиле и не попробовали фасильский мёд, можете считать, что вы не были в Фасиле.       Столицу Верканта Лаат называют (и вполне заслуженно) Жемчужиной Севера. Этот бревенчатый город, огороженный стеной из цельных сосновых стволов, находится в двух примерно днях пути вниз по реке от Фасиля. Разделив город на две неравные части Хаян вытекает через ворота с подъёмной решёткой на северо-западе и разделяется на три русла. Ещё через шестьдесят километров все три русла впадают в Феззанскую бухту и в устье каждого расположен крупный веркантский порт. Помимо этого речного пути через Лаат проходит ещё и сухопутный торговый тракт - крупнейший на западе. Конечно, он не чета Великому Восточному, но всё же это почти восемьсот пятьдесят километров от юго-западного побережья Чулини до Ена. Несмотря на непрекращающуюся войну, торговля в Верканте и особенно в Лаате процветает. Вероятно, местные жители уже просто напросто привыкли к этой войне и воспринимают как должное. В период с апреля по октябрь торговые корабли из Лаата в Карду отправляются не реже раза в неделю. Здесь же, в столице, живёт граф Каспер Веркант, занимая вместе с матерью, младшим братом и двумя дочерьми одно из красивейших зданий - великолепную резную башню в центре города.       В излучине Рикки, там, где она служит естественной границей между горами и долиной, лежит город Ким - культурная столица Верканта. Огромные деревянные ворота на въезде в город украшены изысканной резьбой и покрыты составом, способ приготовления которого Кимские мастера никому не раскрывают, из-за чего в дневном свете создаётся ощущение, что ворота эти не деревянные, а отлитые из чистого золота. Никакая золотая краска не позволяет добиться такого эффекта. Поистине волшебное зрелище представляет из себя Ким с высоты птичьего полёта: плоские крыши его домов талантливо расписаны разнообразнейшими сюжетами и орнаментами, которые меняются, обновляются и дополняются каждый год перед Воздушным Фестивалем, проходящем в конце лета. В этот день все жители и гости города поднимаются в воздух, пользуясь магией, технологиями и технологиями вперемешку с магией кто во что горазд. Летучие таверны, летучий рынок, летучая сцена, на которой выступают артисты... Проводятся гонки летающих транспортных средств и - самое главное - конкурс расписных крыш, которые зрители и судьи в этот день могут рассматривать с самого выгодного ракурса.       Нессен, бывшая столица графства Веркант, представляет собой огромную спираль из двенадцати витков, поднимающуюся вверх по холму. Каждый верхний уровень отгорожен от нижнего стеной. Нижний ярус - это фермы и пастбища, окружающие первую стену, их жители в большинстве своём вообще не бывают внутри города. Между них проходит, огибая холм, каменная дорога и в том месте, где она начинает подниматься наверх, в стене расположены Деревянные Ворота. Второй ярус - трущобы, где обитают самые нижние слои общества, здесь царят ужасные запахи, мелкие преступники и бурная ночная жизнь. Описав полный круг по этому неблагополучному району, дорога выходит к Оловянным Воротам. За ними начинается третий ярус - здесь живут люди бедные, но вполне приличные. Значительную площадь занимают благотворительные дома, в которых нуждающимся даётся приют. Заканчивается этот ярус Кристальными Воротами, названными так из-за мельчайших вкраплений некого фиолетового кристалла в их камне. За ними начинается четвёртый ярус, полностью занятый Нессенской Гильдией Магов. Здесь постоянно что-то горит, взрывается и летает, а из открывающихся тут и там порталов лезут разнообразные морды, рожи и даже хари. Обрывают этот разгул исследовательской деятельности Фарфоровые Ворота, которые на самом деле каменные, но получили своё название из-за расположенной внутри них посудной лавки. На пятом уровне живут в основном городские стражники, кто-то в собственных квартирах и домах, а кто-то во временных казармах, служа своеобразной границей между приличными районами города и... менее приличными. Далее следуют Серебряные Ворота (конечно же, не из чистого серебра, а просто покрашенные в соответствующий цвет), и за ними начинается шестой уровень, на котором проживает самый средний - среднее не бывает - класс. Торговцы, лекари, учителя, слуги более богатых горожан. Именно здесь расположено большее число Нессенских таверн и, соответственно, именно здесь находят временное пристанище путешественники, прибывшие в город по каким бы то ни было делам. Заканчивается это спокойное место Жемчужными Воротами, которые по прихоти какого-то канувшего в веках Веркантского графа (больше он ничего полезного не сделал) украшены узором из мелкого жемчуга, изображающим портрет возлюбленной того самого графа. На седьмом уровне живут более зажиточные торговцы и мелкие государственные служащие. Ворота на выходе из него когда-то назывались Нефритовыми, а потом, с лёгкой руки ещё одного графа, были переименованы в Коралловые и украшены статуей крылатой горгульи из соответствующего материала. Восьмой ярус полностью занимает Нессенский Университет, где получают высшее образование молодые люди со всего Верканта. Начавшись у Коралловых Ворот, он заканчивается Рубиновыми, в инкрустацию которых добавляют по камню за каждое выдающееся достижение выпускника Университета, выплетая узор из причудливых алых созвездий. Девятый уровень - полная противоположность восьмому, это место, куда ходит отдыхать по вечерам золотая молодёжь, а некоторым из них состоятельные родители даже покупают здесь дома. Шумные вечеринки, игорные дома и нелегальная торговля - если так подумать, этот ярус не так уж сильно отличается от трущоб, разве что количеством нулей в спускаемых за ночь суммах. Сами же состоятельные родители отгородились от этого безобразия Сапфировыми Воротами, на которых неизвестный архитектор скрупулёзно изобразил синими камнями звёздное небо северного полушария, и проводят свои дни за чинными приёмами, торговыми договорами и прогулками по садам. Золотыми, а вернее, позолоченными Воротами отгородился от своих сановников так же как те от своих отпрысков наместник Верканта. Весь одиннадцатый уровень принадлежит ему. Господин, занимающий ныне эту должность, разбил вокруг своей усадьбы роскошный сад в подарок своей супруге, так что с высоты птичьего полёта Нессен напоминает стрелковую мишень с зелёным центром. Простые железные ворота, без позолоты, без жемчугов и даже без вензелей отделяют от этого прекрасного сада последний, двенадцатый уровень. Он представляет собой одно единственное здание на срезанной верхушке холма: бывший дворец графа. Уже более полутора веков, с тех пор как граф Лоретт Веркант перенёс столицу в Лаат, ни одно живое существо не ступало за эти железные ворота.       Как бы мне ни хотелось, увы, я почти ничего не могу поведать своим читателям о городе Иркас, ибо это единственный населённый пункт Вестерры, в котором мне, к своему огромному огорчению, так и не довелось побывать. Он лежит у самой кромки леса Дальняя Тень, в дне пути от Нессена и дне пути от Лаата, образуя вершину равнобедренного треугольника. Таким образом, этот город оказывается ровно между старой и новой столицами, но в стороне от соединяющей их дороги. Он обнесён стенами из чёрного камня с едва заметными лиловыми вкраплениями (напоминает Кристальные Ворота в Нессене) и небольшими, но крайне прочными воротами, которые охраняет целый взвод. Какое жестокое разочарование пришлось мне пережить возле этих ворот! Отыскать почти без посторонней помощи Люэрь и Яин, выбраться живым из Ранташаскара, не расстаться с рассудком на чаепитии в замке Штайн - и после всего этого быть остановленным непробиваемой Веркантской бюрократией! Местное начальство наотрез отказалось меня впускать, наплевав с высокой башни на все документы и рекомендации, а напоследок любезно добавило, что если я попытаюсь проникнуть в город тайком, меня поймают и повесят без суда и следствия. Несмотря на отчаянное нежелание умирать я всё же с добросовестностью исследователя обошёл город по периметру в надежде найти хоть какую-нибудь лазейку, но всё тщетно. Вооружённая охрана на стенах смотрела на меня, пожалуй, с сочувствием. Я вернулся в Лаат и на аудиенции у графа испросил специального разрешения взглянуть хотя бы на какую-то часть города - во имя науки! - но и там мне отказали. Так что, несолоно хлебавши, я покинул Веркант, оставив за спиной незакрытый гештальт, и могу поведать вам лишь слухи, плодящиеся в графстве насчёт Иркаса. Самый упорный из них гласит, что за чёрными стенами проводят магические эксперименты, от успеха которых зависит победа в войне с Арстанией. В чём именно заключается суть этих экспериментов, зависит только от фантазии рассказчика. Другие уверяют, что это, напротив, зона отчуждения после неудачного магического эксперимента. Дескать, там прорвана ткань реальности и по улицам бродят чудовища из неведомых миров. Третьи полагают, что в Иркасе расположено НАСТОЯЩЕЕ правительство Верканта (иногда в него записывают тех самых чудовищ из неведомых миров), а граф Каспер - всего лишь марионетка. Какова правда? Полагаю, либо куда скучнее, либо куда невероятнее, как это обычно бывает с такого рода тайнами.       Нынешнее состояние политической карты севера Вестерры не слишком радует разнообразием. Но всего лишь несколько сот лет назад эти территории были сплошь усыпаны мелкими государствами, которые со временем были в добровольно-принудительном порядке объединены под властью трёх правителей. Арстанская Империя - самое старое из этих новых государств. Через четыре года она отметит свой пятисотлетний юбилей, если, конечно, просуществует эти четыре года. Его величество Фридрих Первый, скончавшись после бурной и продолжительной жизни, оставил своему правнуку ой какое сомнительное наследство в виде пришедшего в упадок государства. Впрочем, Арстания и по сей день успешно ведёт войну с Веркантом как в Феззанской бухте, так и в Пограничье, а её флот является самым мощным во всей Вестерре. Насколько победы последних лет являются заслугой молодого императора, а насколько - его Первого Маршала, я не возьмусь судить. Зато отмена некоторых излишне жёстких законов прошлой эпохи безраздельно является заслугой Его Величества. В частности, он запретил человеческие жертвоприношения, которые ещё несколько лет назад процветали в Арстании. Местные боги кровожадны и многочисленны, а соответствующие ритуалы отличались особой жестокостью. Ныне же за попытку задобрить богов чужой жизнью вы поплатитесь своей. Впрочем, некоторых это не останавливает, и должно пройти ещё не одно поколение, прежде чем арстанцы привыкнут к переменам.       Портовый город Ен пропах морской солью и корабельной древесиной. Круглый год здесь работают корабельные верфи, преумножая величайший флот Вестерры. Люди на улицах постоянно куда-то спешат, днём и ночью, и до двух третей из них - в военной форме. Ен - перевалочный пункт для военных, отправляющихся на службу или наоборот, возвращающихся с неё. Большую часть города занимают казармы, госпиталя и трактиры, в которых кормят так себе, зато наливают крепкое. Генерал-губернатор Ена барон фон Штосс, словно бы в противовес своему подотчётному городу, человек строгий и собранный, который никогда не скажет двух слов там, где можно обойтись одним. Благодаря его строгому, но справедливому правлению, уровень преступности в городе практически нулевой, а дисциплина в расквартированных войсках - железная. Однако же, туристам и праздношатающимся здесь вряд ли будет интересно на что-то взглянуть, если только вы не такие страстные любители новых мест, как ваш покорный слуга.       В дне пути к северу от Ена заканчивается главная торговая дорога западного побережья. Её планировали проложить от Чулинских пустошей до города Таль подобно Великому Восточному Тракту, но с началом войны торговый путь через Веркант утратил для арстанцев смысл и строительство забросили. За сотню километров от конца дороги на ней расположен город Рейн. В силу нахождения в глубине страны он не выглядит подобно Ену и Талю как большая казарма. Аккуратные одноэтажные домики ровными рядами расходятся по секторам от главной площади, респектабельные горожане прогуливаются вечерами по мостовым. Генерал-губернатором Рейна ныне служит граф фон Гоман - человек, верящий, что магия стоит в лестнице прогресса на ступеньку выше технологий, потому он уделяет большое внимание тому, чем большая часть жителей Рейна со дня его основания зарабатывала себе на жизнь. Местные умельцы делают ткани с разнообразными магическими свойствами, от безобидных, до тех, что могут спасти или отнять жизнь.       Город Таль и одноимённый порт в Феззанской бухте разделяет около пятидесяти километров. Из-за схожего расположения у Таля много общего с Еном, только местные судостроительные верфи находятся непосредственно возле порта, а казармы - в самом городе. Так же в Тальском порту расположен огромный маяк, построенный ещё в начале правления покойного Фридриха. Молодой император стремился создать нечто, что могло бы конкурировать в монументальности с древним сооружением на острове Тиргастраф, и ему это почти удалось. Пускай Тальский маяк и ниже Тиргастрафского, но он по праву считается достопримечательностью севера. Вечный магический огонь на верхушке встречает суда, возвращающиеся со сражений в Феззанской бухте, а внутри башни расположено множество заведений, от госучреждений до трактиров с полулегальным заработком. Впрочем, самый известный из них - Желудок Великого Змея - вполне респектабельное место, принадлежащее самому маркизу фон Гауссу, генерал-губернатору Таля, известному своей эксцентричностью. Человек, чьё состояние едва ли не больше имперской казны, может позволить себе кормить постояльцев бесплатно. Хотя вернее будет сказать не "бесплатно", а "не за деньги", ибо расплачиваться за стол и кров в Желудке Великого Змея принято занятными историями.       Столица Арстанской Империи Хель - самый северный город Вестерры. Своей леденцовой яркостью он являет глазу удивительный контраст в сравнении с казёнными Еном и Талем: плотные ряды разноцветных двухэтажных домиков с удивительными украшениями на фасадах можно рассматривать часами. Главная достопримечательность столицы - Стеклянная Площадь, на которой стоит императорский дворец. Она и в самом деле вымощена гладкими разноцветными стекляшками вместо камней и особенно впечатляет на рассвете и закате. Правда, человеку приезжему недолго и поскользнуться на округлых кусочках стекла, но местные, кажется, уже привыкли. Зимой (то есть, примерно с сентября по май) Стеклянную Площадь заливают водой, превращая в огромный каток, и тогда сверкающими узорами можно любоваться через дополнительную ледяную линзу.       Такой же яркостью как архитектура отличается и столичная мода, жители Хеля, кажется, соревнуются в том, кто соберёт в своём повседневном костюме больше немыслимых цветовых сочетаний. Вероятно, так они борются с окружающей серостью и мрачностью этих холодных, неприветливых краёв.       В пограничной зоне Мглистых Гор уже полтора века продолжаются боевые действия между графством Веркант и Арстанской Империей. Однако менее чем в дне пути от текущей линии фронта расположено едва ли не самое спокойное место во всей Вестерре. На вершине горного водопада, обрушивающегося с высоты тридцати километров, стоит монастырь Игг и ютится у его стен небольшой одноимённый город. Попасть туда можно только по единственной горной тропе, серпантином поднимающейся от подножия водопада на вершину горы. Игг не относится ни к одному из соседних государств, но в его стенах нашли спасение от проблем мирской жизни многие выходцы со всего севера. Про водопад под названием Серебряный Рёв в округе ходит множество красивых легенд, рисующих его то слезами девушки, безутешно скорбящей по возлюбленному, то потоком чистой магии, стремящейся из одного мира в другой, а ещё больше - про таинственные пещеры с несметными богатствами, которые якобы скрыты за ним.       К востоку от пограничной зоны расположена аккуратная округлая долина с аккуратным округлым озером, в которую вам лучше всего никогда не соваться, если вы считаете себя нормальным человеком и рассчитываете оставаться таковым до конца своих дней. Замок Штайн в силу своеобразного чувства юмора Лорда Звёздного Озера - не то место, откуда можно выйти прежним. Впрочем, как бы мне ни хотелось, и как бы старинный друг моей матушки ни просил припугнуть праздношатающихся проходимцев, я обязался излагать на страницах этой книги только правду и ничего кроме правды, так что, со всей ответственностью заявляю, что вашей ЖИЗНИ в замке Штайн ничего не угрожает.       Ко всему прочему - это великолепное, живописное место. Звёздное озеро, воды которого остаются зеркально-неподвижными даже в самую сильную непогоду, завораживает не меньше, чем легенды о сокровищах, таящихся на его дне, а спокойный, почти лишённый фауны ландшафт долины умиротворяет. В противовес этому спокойствию и умиротворению, замок Штайн представляет из себя воплотившийся похмельный ночной кошмар некоего архитектора. Хаотическое нагромождение разномастных, разноразмерных и разноцветных башенок неизвестно каким попустительством высших сил держится прилепленным к отвесной скале на высоте восьми сотен метров над гладью озера и попасть туда можно только по верёвочной лестнице, ведущей в винный погреб, а внутри никогда невозможно прийти в одно и то же место одинаковым путём дважды подряд.       Молодое княжество Тараска разрослось в рекордные сроки, когда нынешний князь Марко Тудор завоевал и присоединил мелкие разрозненные государства северо-востока Мглистых Гор и Драконьей Пустоши. Местный климат несколько мягче Арстанского в силу того, что ряды горных хребтов защищают от северного ветра, но в тех же самых горах таится опасность, пожалуй, даже более страшная, чем риск замёрзнуть насмерть. На узких горных тропинках ничего не стоит оступиться и свернуть себе шею, особенно учитывая, что большую часть года там лежит снег. Местные жители, с которыми мне довелось разговаривать, рассказывали, что иногда человек уходит в горы и его так никогда и не находят, ну да ничего удивительного, в таких-то ущельях - поди отыщи.       Боги Тараски отчасти из-за того, что не так давно на этой территории было множество разных государств, столь многочисленны, что почти могут конкурировать с теми, которых почитают в Ноде. Вся эта божественная братия, отвечающая за самые разнообразные (в основном природные) аспекты жизни, весьма сожалеет о том, что кровавые жертвоприношения, столь популярные на севере в прошлом, вышли из моды, но по-прежнему с охотой откликаются на просьбы северян - достаточно лишь капнуть немного собственной крови на соответствующий амулет.       У кого бы из встреченных тараскинцев я ни просил рассказать мне какую-нибудь легенду, все они первым делом вспоминали одну и ту же, так что привожу её здесь дословно: "Давным-давно, когда на небе только появились звёзды, боги жили на земле и над всеми ними был Иррдан. Он был умнее, хитрее и могущественнее всех остальных богов и считал их лишь пылью у себя под ногами. Одних он уничтожал смеха ради, других порабощал, у третьих извращал самую их сущность, превращая в жалких и уродливых существ, обречённых на вечное страдание. В конце концов остальным богам это надоело и они решили бороться. Пять раз они бросали вызов Иррдану, но в каждой битве только несли новые потери, ибо он всегда оказывался сильней. Перед шестой битвой бог по имени Крон - прекрасный юноша, из чьего смеха появились звёзды и ветер, вызвался пробраться в жилище Иррдана и перехитрить его, дав своим товарищам преимущество. Он обманул дочь Иррдана, попросив её показать ему, как создавать новые планы мироздания, и совместными силами боги смогли запереть Иррдана в этом плане, а ключ спрятали так, чтобы никто и никогда не смог его найти".       Замок Этер выстроил в своё время первый князь Тараски Балинт Тудор. Стены этого монументального сооружения сплошь увиты плющом с красными листьями. Из-за этого вечнозелёного (вечнокрасного?) покрытия замок на вершине горы круглый год напоминает сигнальный костёр. Собственно, слово "этер" переводится с северного наречия рейке как "факел". У князя Балинта в принципе была душа поэта и отличная фантазия на имена собственные - если вам кажется, что он назвал государство в честь гигантского чудовища, обитающего в Фаэруне, то имейте в виду - вам не кажется. Ещё тарасками в этих краях называются самые распространённые монеты - серебряные. И таверна, расположенная в городке у подножия Этера, тоже носит имя Серебряный Тараск. К слову, там подают чудесный пирог с бульоном и брусничную настойку (я облился и тем и другим), и поют не менее чудесные баллады о славных воинах и воительницах Тараски. Что же до хозяина замка, господин князь любезно согласился встретиться со мной, и мы с ним провели несколько интереснейших часов, обсуждая моё путешествие и, в особенности, ту его часть, которая касалась непосредственных соседей Тараски. К сожалению, принцесса Герика сейчас находится в отъезде, совершая путешествие по Фаэруну, но я надеюсь, что однажды мне доведётся встретиться с этой незаурядной девушкой, о которой я наслушался столько хорошего в её стране, и, быть может, у нас выйдет занимательный обмен мнениями о родных краях друг друга.       Город Нелм - бывшая столица бывшего Надирского герцогства, защищённая с трёх сторон горами, самый восточный и самый крупный населённый пункт Драконьей Пустоши. Основатель династии Надир Эйдон Зеленобородый, согласно легенде, однажды голыми руками оторвал взрослому дракону хвост в бою. Статуя, изображающая это событие, украшает собой главную площадь Нелма и является одной из восьмидесяти восьми статуй драконов, расположенных по всему городу. На площадях, улицах, крышах, фонтанах и балконах, металлические, каменные, деревянные, драконы наводняют Нелм. Самый большой из них, тот, о котором я уже упоминал, выполнен в натуральную величину, а самый маленький - едва превышает размером медную монетку. С этим крохотным драконом связана одна городская легенда. В Нелме есть место на крыше городской библиотеки, с которого можно увидеть все восемьдесят восемь статуй одновременно, включая и самую маленькую, но её - только в виде металлического блика в момент захода солнца. Если поймать этот блик вечером самого длинного дня в году и загадать на него желание - то оно непременно сбудется, так говорят надирцы.       По Драконьей Пустоши разбросано ещё много мелких деревушек, но вторым и последним крупным городом является Майер - бывшая столица герцогства Беорра. Став частью Тараски Беорра, пожалуй, оказалась в выигрыше, потому как раньше там процветала нищета, беззаконие и борьба за власть между четырьмя сыновьями покойной герцогини Алестры. В конце концов, младшему ребёнку герцогини, юной Устине, надоела грызня братьев, и она дала вассальную присягу Марко Тудору, не дожидаясь, пока тот придёт на её порог с многочисленной армией. С половиной братьев Устина расправилась сама, а двое старших в последний момент объединились против могучего союзника своей сестры и погибли в битве у Самоцветного Острова. Их насаженные на пики головы ещё долго стояли у главных ворот Майера.       Ныне же герцогиня Устина Беорра, находясь на склоне лет, всё так же сильна характером и готовит себе в приемники сына своей незаконнорожденной племянницы - внука младшего из своих старших братьев, поскольку сама она, к сожалению, бездетна. Мне, в пору пребывания в этих краях, довелось встретиться и с юным Бертгольдом, и с самой герцогиней за бокальчиком знаменитых беоррских Синих Звёзд Вестерры, и могу вас заверить, что будущее Майера и окрестных земель в надёжных руках.       К востоку от Драконьей Пустоши лежит Чёрный Лес - мрачное мёртвое место, про которое ходит среди северных народов Вестерры множество зловещих легенд, сводящихся в основном к тому, что в него легко попасть, но почти невозможно выйти прежним. Через Чёрный Лес проходит Великий Восточный Тракт, оканчиваясь аккурат у его северной границы, но последними, кто проходил там перед тем, как это сделал ваш покорный слуга, были участники экспедиции известнейшего веркантского исследователя Амафрея Мурея, пытавшиеся достичь Зимнего Мыса. То, что они дошли до конца тракта нам известно достоверно, об этом рассказали двое вернувшихся членов экспедиции, которые тяжело заболели в пути и были вынуждены остаться в лагере у самого края Ледяной Пустоши. Они прождали своих спутников шесть месяцев, прежде чем вернуться в родные края, приняв тот факт, что остальная экспедиция сгинула где-то в бескрайних снегах этого сурового края. Дочь Мурея пыталась заставить власти отправить новую экспедицию на поиски пропавших, чтобы хотя бы похоронить их на родине, но ничего не смогла этим добиться, а двенадцать лет спустя была казнена по ложному обвинению в государственной измене.       К печальной истории экспедиции Мурея я ещё вернусь в рассказе о, собственно, Ледяной Пустоши. Говоря же о Чёрном Лесе, считаю своим долгом подтвердить и опровергнуть некоторые легенды, окружающие это место. Существует версия, говорящая, что лес засох из-за некоего тёмного колдовства, скорее всего связанного с некромантией. Могу вас уверить, что это неправда, лес не засох, а сгорел, и уж поверьте, я могу отличить пожар, вызванный драконьим пламенем от любого другого. Странно, но ни одной соответствующей легенды я не слышал, хотя перерыл весь север. Зато то, что лес кишит неупокоенными душами, заманивающими путников - чистая правда, ни одной ночи там мне не довелось провести без этой сомнительной компании. Опасность схода с тракта несколько приукрашена, хотя и действительно существует. Просто носит она не мистический характер, а чисто практический - в усыпанном толстым слоем пепла лесу, где каждое обгоревшее корявое дерево похоже на два соседних, крайне тяжело будет снова найти дорогу. А вот миф о том, что здесь никогда не светят солнце и звёзды к моему удивлению оказался правдивым: днём небо затянуто светло-серой пеленой, а ночью всё черным черно, не считая блуждающих огоньков, которые с усердием, достойным лучшего применения, пытаются заманить вас в лапы более крупной нечисти. Рискну предположить, что какое-то тёмное колдовство хоть и не было причиной изменения некогда самого обычного леса, но ныне удерживает его в таком состоянии.       Рассказ о Ледяной Пустоши необходимо начать с арстанского волшебника, учёного и путешественника Меркана Хольтера, жившего около тысячи лет назад. Они с женой долгое время путешествовали по миру и, в конце концов, осели на Зимнем Мысе - самой северной точке Вестерры. Почему они выбрали такое неприветливое место - загадка, но так или иначе, Хольтер выстроил на мысе огромный замок из нетающего льда и огородил его стеной из чёрного камня. Вскоре после смерти Хольтеров их сын Рикард женился на девушке из племени урваши и навсегда покинул Зимний Мыс, оставив в замке все неоконченные исследования своих родителей. Это монументальное строение простояло пустым почти сотню лет, пока другой учёный, уроженец Верканта по имени Морт Лексус не избрал его базой для собственных исследований Ледяной Пустоши. Он подробнейшим образом описал магические свойства местных ледников, немногочисленный животный мир и особенности ландшафта, а кроме того нашёл наработки Хольтеров, систематизировал их, дополнил и посмертно издал под фамилией настоящих авторов. К сожалению, детальная карта, так же составленная Лексусом, утратила свою актуальность после масштабного землетрясения 174 года, полностью изменившего ландшафт.       После того как Лексус покинул Зимний Мыс 18 декабря 167 года и до того момента как я добрался до него 25 мая 1023 года ни одна живая душа не переступала порог Синего Замка. По крайней мере, ничего об этом не известно. Однако же я не могу не упомянуть три экспедиции в Ледяную Пустошь, предшествовавшие моей собственной.       Первая была связана со строительством Великого Восточного Тракта. Группа из шестнадцати участников этого строительства под руководством тогдашнего принца Имлада Храфни продвинулась вглубь пустоши на шестьдесят километров, надеясь найти какой-нибудь перевалочный пункт, чтобы продолжить Тракт до самого северного побережья. Но дело было поздней осенью, и погода не благоприятствовала, так что разочарованные путешественники повернули назад, не дойдя всего каких-то полутора километров до пещеры, которая могла бы послужить им базой на время строительства.       Эта пещера была открыта экспедицией сэра Роджера Холлвинтера почти четыреста лет спустя. Они намеревались достичь Зимнего Мыса, но в середине маршрута сэр Роджер оценил силы своих товарищей, больше трети из которых были больны или ранены после прошлых злоключений, и, выбирая между их жизнями и наукой, предпочёл первое. Отряд забрал западнее, вышел на побережье, не доходя до мыса, и вдоль моря вернулся к Мглистым горам, где пострадавшие путешественники смогли получить помощь в первой же деревне и целыми и невредимыми вернуться домой.       О третьей экспедиции я уже упоминал - это экспедиция Амафрея Мурея. Все её члены, ступившие на землю Ледяной Пустоши, никогда уже не увидели родного Верканта, но я нашёл на дне глубокой расщелины всего в каких-то пяти километрах от чёрных стен замка останки предпоследнего из них. При нём был журнал с подробным описанием экспедиции и мне сейчас не найти подходящих слов чтобы описать чувства, которые я испытывал, читая рассказ этого человека о том, как один за другим погибали в этих льдах его товарищи. Они продолжали идти вперёд, потому что доберись они до замка - их ждало бы там спасение. В его стенах, даже заброшенных, они могли бы отогреться, перевести дух, собраться с силами, в конце концов, вызвать помощь чтобы их забрал корабль - даже несмотря на отвесный обрыв, на котором высится замок, это представляется более возможным, чем проделать обратный путь.       Автора дневника звали Аргус Тефик и к моменту последней записи они с Муреем уже несколько дней шли только вдвоём. Тефик писал, что он сломал ногу, упав с уступа, и остаётся ждать помощи, которую Мурей приведёт из замка, уже виднеющегося на горизонте. Неясно, на какую помощь они рассчитывали, ведь в замке к тому моменту уже много сотен лет никто не жил, но, почему-то Тефик пишет об этом с твёрдой уверенностью. Быть может, он был уже не вполне в здравом уме, когда писал эти строки.       Как бы там ни было, могу достоверно сказать, что Мурей не смог преодолеть оставшихся пяти километров до замка, потому что я обошёл каждую его комнату и не нашёл ни одного трупа. И конечно же при таком климате человеческое тело не может обратиться в прах за каких-то сто восемь лет.       Возвращаясь же от печальных дел давно минувших дней к моим собственным исследованиям, могу вам сообщить, что я провёл ряд экспериментов, основываясь на трудах Лексуса. Он утверждает (и я убедился в этом на собственном опыте), что заклинание, отражённое от местного льда, усиливается вдвое с каждым новым отражением. Это, конечно, было бы очень удобно, если б не требовало сложнейших математических расчётов для того чтобы отражённое заклинание попало туда, куда вам нужно.       Кроме того я спустился на дно самого глубокого из новообразовавшихся ущелий и обнаружил там вход в подземные тоннели, проделанные потоками лавы. Видимо, это следы стихийного бедствия, бушевавшего здесь восемь с половиной веков назад. В этих проходах обитают, греясь от подземного огня, стайки мелких грызунов, однако, учитывая, что в любой момент это место может взлететь на воздух, лично я предпочёл бы холод.       Несколько раз я видел странное существо вроде гигантской птицы с человеческим лицом, но что это было за создание, с точностью утверждать не могу - ни разу мне не довелось увидеть его вблизи. Быть может, даже аватар какого-нибудь северного божества. В последний раз я видел его, уходя из Синего Замка, оно парило в вышине, словно провожая меня, или проверяя, действительно ли я ухожу.       Что же касается самого замка, когда-то это было великолепное место. И безумно жаль, что теперь оно стоит заброшенным и никому не нужным. Несколько дней я бродил его пустынными коридорами, надеясь встретить какой-нибудь отголосок тех, кто жил здесь прежде.       В картинной галерее меня заворожил портрет зеленоглазой девушки, я вспомнил свою маму, глядя на неё. Не знаю, почему, они ни капли не похожи. Кабинет на вершине башни, куда я поднимался по четырём сотням ступенек и закончил этот путь исключительно из своего фантастического упрямства, выглядел так, словно хозяин вышел пару минут назад - и за эти пару минут всё успело покрыться толстым слоем инея.       Холод защитил библиотечные книги от плесени, но они всё равно рассыпались в прах от одного прикосновения.       Всё, представляющее научную ценность, отсюда уже забрал Лексус. Я взял пару безделушек на память (почему-то не смог этого не сделать) и покинул этот мрачный памятник чьей-то счастливой жизни.       А чтобы не прощаться с вами, мои дорогие читатели, на столь печальной ноте, скажу следующее (и это чистая правда). Ледяная Пустошь - потрясающе красивое место. Она прекрасна той девственной красотой, отличающей места, где никогда не будет города, сколько бы мы ни старались победить её. И это производит на человека неизгладимое впечатление. Ты чувствуешь себя очень маленьким на фоне этого величественного пейзажа, и одновременно тебе кружит голову от мысли, что ты добрался сюда своими и только своими силами (и немного от недостатка кислорода). И это смешанное чувство стоит проделанного пути.       Надеюсь, что смог передать вам хоть крохотную его часть.       А на этом, я прощаюсь с вами. Спасибо, что мысленно повторили мой путь от Глотки Асмодея до Зимнего Мыса. Быть может, однажды вы повторите его и в реальности, и, надеюсь, эта книга вам поможет. Я же в очередной раз отправляюсь навстречу новому и неизведанному.       Искренне ваш, Оскар Рафт младший.