Мама

      Я просыпаюсь от криков. Это уже настолько привычно, что я не ставлю будильник, потому что ежедневно, в одно и тоже время это начинается. — Нет, а почему ты вчера не сделал-то уроки? — Мам, я устал после учебы. — Ты сидел играл, а потом лежал, уткнувшись в телефон. — Я так расслабляюсь! — Хватит уже ругаться. — встревает в разговор отец. — Ну ты ему объясни, что лучше сделать все с вечера, чтобы потом не делать впопыхах. Не списывать, а думать самому. — продолжает возмущаться мама. — Отстань от парня. Себя в молодости вспомни. — Я все сразу делала. И уроки, и дома убиралась, и кушать готовила, потому что знала, что меня ругать будут. А эти, — кивнула мать в нашу сторону, — Знают, что за них отец вступиться. Саш, — обратилась она уже к отцу, — Скажи ты им. Они меня не слушают. — Угомонись уже. — ответил он, целуя женщину в лоб.       Мама тяжело выдохнула и зло взглянула на сына, мол, это еще не все, что я сказала. Взяв тряпку, стряхнула крошки в ладошку и выбросила в раковину. Ее любимая привычка. А потом ругаться, что мы делаем так же.       Я усмехнулась и пошла собираться. Сегодня много уроков, а потом репетитор. Скоро экзамены, из-за чего мама волнуется больше меня. Как будто сдавать будет она.       » — Почему она не понимает, что мы такие же дети, какой была и она? Я не верю, что ее никогда не ругали за немытую посуду или не сделанные уроки. Что она всегда слушалась, и не перечила родителям, когда те были не правы. Нужно будет у бабушки спросить, она-то мне не соврёт.».

***

      День казался необычайно долгим. Время тянулось, как в замедленной съемке. Учителя нудно вели урок, будто пытались меня усыпить, чтобы я потеряла бдительность. А потом они утащат меня в комнату, поставят рядом маму, и та будет диктовать под гипнотическую улитку, что нужно быть примерной дочерью. Но я держусь. Держусь изо всех сил, чтобы не встать из-за парты, и не уйти, хлопнув дверью. — Можно выйти? — спрашиваю, предварительно поднимаю руку. — Тихонечко. — отвечает на то учитель, кивая в сторону двери.       Я встаю, выхожу из кабинета и глубоко вдыхаю, будто там было душно и пыльно, а тут свежий воздух. Хотя ничем он не отличается. Иду по коридору к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж, и там посидеть на лавочке, и отдохнуть.       Достаю телефон, ввожу привычный пароль, и на экране высвечивается картинка милого котика, сидящего в сковородке в причудливой позе. Усмехаюсь, будто вижу его впервые. Нажимаю на иконку «VK», пролистываю парочку постов и вхожу во вкладку сообщений, где мигает одно не прочитанное.       » — Ты вчера посмотрела видео, я тебе отправляла?», — гласило сообщение.       «— Нет еще.», — написала в ответ и пролистнула до сообщения с вложением.       » — Три минуты? Ты там фильм целый запилила?».       Подруга занимается своим блогом про актеров, и очень часто выкладывает эдиты. Нарезки, никак не связанные друг с другом, под популярную музыку. Накладывает пару спецэффектов, и все, народ доволен. Я же такое не понимаю, люблю читать именно биографию всех, кто меня заинтересовал, чтобы четко понимать, что за человек на моем экране ноутбука. Конечно, в биографию не впишут многих интересных фактов, потому что что-то лучше оставить при себе и не выкладывать на публику, но журналисты для этого и нужны, чтобы как крысы в помойке шариться и искать «смак». Поэтому я и не люблю много внимания. Лучше как сомы по дну шарахаться, без лишних глаз.       Почему-то время, когда отдыхаешь бежит быстрее пули, поэтому я заблокировала экран телефона, запихнула в задний карман джинс и поспешила на урок.

***

— Что значит, «родителей в школу на беседу»? Что ты натворил? — услышала я, как только зашла в квартиру, — Почему ты такой…? — Какой? Скажи. — съязвил брат.       Мама молча закрыла дневник, встала из-за стола и удались из комнаты на кухню. — Зачем ты грубишь ей? Она не желает тебе ничего плохого. — Привет. — громко сказала я, еще только расстегивая молнию на ботинке. — Я тебе сколько раз говорила? Сначала разуйся, разденься, пройди, а потом уже здоровайся, — вышла из кухни мама, попутно включая свет в коридоре, — Привет, доченька. Руки мой и за стол все. — протирая руки о полотенце, свисающего с ее плеча, обратилась она к нам. — Я не хочу кушать. Сейчас возьму учебники и сразу к репетитору. Я ее предупредила, что опоздаю. — сразу ответила на немой вопросительный взгляд матери.       Та сразу отвернулась и обратно ушла в кухню. Слышу, как начинают греметь тарелки и кружки. Злиться, что я опять не со всеми.       «— Дочь, нужно радоваться, что у тебя оба родителя, и проводить с ними больше времени, потому что, не дай Бог, что-то с нами…», — говорит обычно мама, когда я отказываюсь от семейных посиделок, и всегда останавливается на одном и том же месте.       Она боится оставлять нас одних. Думает, что мы «слишком маленькие». И ее не переубедишь:       » — Для меня вы всегда будет детьми.», — аргументирует она.       Я понимаю ее заботу, но иногда она не к месту или ее через чур много. Я никогда не буду так доставать своих детей.       » — Вырастишь и поймешь.», — частая фраза моей мамы.       «— Что же я пойму? Какие взрослые глупые, и сами еще дети? Я это уже поняла. Глядя на своих родителей, сделать выводы не сложно. Иногда их поступки совсем уж не продуманные, будто их наскоро предложил ребёнок.», — думаю я, по пути к репетитору, «.       » — Сегодня нужно разобрать логарифмы. В прошлый раз она сильно была занята перепиской с парнем. Очередное доказательство, что взрослые глупые.».       На улице уже потихоньку таял снег, чавкал под подошвой и мочил носок и пятку. На проезжей части, в углублениях от колес, тянулись грязные ручьи. Машины проезжали на скорости, разбивая их, разбрызгивая в разные стороны, от чего приходилось отпрыгивать вбок, в страхе запачкаться. Кому будет приятно? Хотя, некоторые люди, спокойно шлепали по лужам, также разлетались брызги, не волнуясь о чистоте, продолжали путь в неизвестном мне направлении. А меня это и не интересует.       » — Поскорее бы этот день закончился. Я приду домой, закроюсь в комнате, включу колонки, но не громко, а то зайдет мама, и начнет причитать, что «себя не слышит». Возьму книгу и упаду на кровать. Или лучше сделать уроки, а то м…».       В своих раздумьях, я не заметила, как подошла слишком близко к дороге перед светофором, и машина со всей скорости проезжает, обливая меня с ног до головы, мчится дальше, будто и не произошло ничего.       Я громко выкрикиваю ругательства, желая показать и знак, куда ему нужно съездить, но вовремя затыкаюсь, видя маленькую девочку, держащую маму за руку. — Простите. — обращаюсь я к женщине.       Та в ответ понимающе кивнула и посмотрела на дочь: — Это слово означает — нехороший человек. Лучше выразиться так, чтобы тебя точно поняли.       Девочка посмотрела на маму, потом на меня и сказала: — Дяденька Вас не понял, скажите лучше, что он плохой. — Дяденька-водитель, Вы плохой, — сказала я машине, что уже и след давно простыл, и улыбнулась уже девочке.       Та посмотрела на меня, и я вспомнила, что все еще стою посреди дороги сырая и грязная. — Вы заболеете так, — кивнула женщина на мои джинсы.       Загорелся зелёный свет светофора, и удивительная мама с дочкой попрощались и пошли на другую сторону дороги. Девочка уже оттуда помахала мне, на что я ответила тем же.       Из сырой куртки послышалась мелодия. Я достала телефон, на экране высветилось: «Репетитор»       » — Черт, я уже сильно опоздала. Сейчас она меня будет ругать.», — думаю я и сбрасываю вызов, « — Потом объяснюсь», — разворачиваюсь в сторону дома, и ускоряю шаг.

***

— Значит, ты не сходила к ней? — с порога начала мать. — Дай я сначала, разуюсь, разденусь, пройду в помещение. — Позубать мне еще, — начинает выходить из себя женщина, — Я работаю, чтобы обеспечить тебе еду, тепло, крышу над головой, образование. Я стараюсь для вас, чтобы вы были одеты, накормлены. Чтобы вы ни в чем не нуждались. Нужен новый телефон? Пожалуйста. Нужны смарт-часы? Пожалуйста. Сходить по магазинам, что купить тебе новые трусики, помады, тушь? Пожалуйста. Я все стараюсь для вас сделать! А ты даже… — Так, дамочка, успокойтесь, — вышел из кабинета папа, обнимая разъяренную жену за плечи, — Все они прекрасно понимают и благодарны тебе, хоть и по своему. Твоя дочь пришла сырая и грязная. Опоздала из-за расписания в школе к репетитору, торопилась, и вот итог, — он повернулся ко мне, — Иди сходи в ванну, переоденься. А ты уроки сделала? — Сделаю. Извини, мам. — поняла я по-отцовскому взгляду.       Ей ничего не осталось, как молча уйти в гостиную, что-то говоря себе под нос. — Не обращайте внимание, главное, не отвечайте на гнев гневом. — посоветовал отец.       Я молча на это кивнула и ушла в комнату, чтобы взять полотенце.

***

      После душа стало так легко телу. Зайдя в комнату, беру наушники, подключаюсь к телефону. И тут же включаю любимый трек, полилась музыка. Легкий французский, приятный голос девушки заставляет окунуться в свой мирок. Я достаю учебники и тетради, пенал, сажусь поудобней за рабочий стол, включаю настольную лампу, пододвигаюсь ближе. Открываю дневник, чтобы расстроиться от заданного домашнего задания. Глубоко вдыхаю и долго выдыхаю. Устало смотрю на время.       » — Блин, я так и не написала репетитору.», — вспомнила я.       Разблокировав телефон, нажимаю на иконку «WhatsApp». Нахожу чат, и начинаю печатать. Без вранья сообщаю причину неявки. Думаю, девушка меня поймет. Она часто рассказывала, как не приходила на встречи из-за глупых ситуаций. Мне не нравится, когда она разговаривает со мной, будто я ее подруга. Но иногда, это дает мне пользу. Вот, например, сейчас. Обидно лишь, что часы проплачены.       В дверь тихонько постучали и сразу ее открыли. Мама стояла и смотрела на меня грустными и заплаканными глазами. От чего, я выключила экран, сняла наушники и подошла к ней. Она потянулась меня обнять, и я не сопротивляясь, обняла ее в ответ. — Я очень вас люблю. Всех. Вы меня не понимаете, и даже не стараетесь. Не желаю вам зла, из чистых побуждений. Ворчу. Но все равно люблю.       Слезы намочили мне футболку в зоне плеч. Стало очень грустно, в горле встал ком, а в глазах засаднило. Я выдохнула в плечо маме и обняла ее крепче. — Поговори со мной, расскажи, что тебя тревожит. Я выслушаю, помогу, чем смогу. — Я хочу с тобой поговорить… — Но продолжаешь молчать. Я тебе родная мать, ты моя кровь и плоть. — Но у нас разный мозг.       Мама выдохнула и отстранилась от объятий. Посмотрела на меня такими жалостливыми глазами. От слез они и нос покраснели. Ладошкой женщина смахнула остальные слезы, обтерла об подол цветастого халата и развернулась, чтобы выйти из комнаты. — Я тоже тебя люблю, мам. — Я знаю, дочь. — Садись, у меня есть, чем поделиться.       Мама посмотрела на меня через плечо и сказала: — Подумай еще раз, точно ли ты хочешь мне это рассказать. — Да, мам. Я точно хочу.       Я услышала ухмылку, женщина подошла к кровати, села на краешек, я села рядом. Посмотрела на нее и снова обняла. — Мне очень жаль, что я не могу тебя отблагодарить так, как ты этого заслуживаешь. — Доченька, будь просто рядом, не забывай, что у тебя есть мы. Ты уже не маленькая. Появится мальчик или девочка, ты решишь, что хочешь жить отдельно, хочешь самостоятельности. Уйдешь строить свое уютное гнездышко. А я так хочу, чтобы ты всегда была маленькой. Чтобы ты бежала ко мне на ручки, когда я забирала тебя из садика. Чтобы показывала свои каляки-маляки с криками посмотреть. Чтобы просила достать тебе кружку и смотреть как ты наливаешь себе воду, проливая все мимо, но твое старательное лицо… я так хочу, чтобы ты не взрослела. я слышу всхлипы, она снова плачет.        Я слышу всхлипы, она снова плачет. Комок становится невыносимо больно держать, и даю волю. Слезы теплой струйкой текут по щекам. Мама поднимает глаза, замечает, и нежно убирает их. — Не плачь, пожалуйста.