— Спасибо, воображение..

Ребята в который раз хотели собраться, что бы повеселиться вместе в новой квартире Лёши, но пока только трое доползли до предположительного места встречи. А точнее Деревяшкин, Парадеев и Смоляр. — А когда остальные подтянуться, — уже с ноткой нытья в голосе поинтересовался Костя, занимая пустующий столик у окна. — Хз, они говорили ближе э, — картавый чуть застопорился, вынимая из кармана телефон, — Ближе к шести будут на месте, — он чуть улыбнулся и сел напротив. Рядом с Сашей примостился Кореш и сразу было облокотился на спинку красного диванчика, как тут же подскочил и заулыбался. — Надо заказ сделать, а потом уже отдыхать. Ваши пожелания, господа? — бодро затараторил парень с розовой прядкой. — Я сейчас сам схожу закажу, салатик какой-нибудь хочу, — улыбнулся Парадеев, отрывая взгляд от гаджета. — А ты? Уже расползшийся по столу Плохой парень поднял взгляд и, с полуприкрытыми глазами, начал перечислять абсолютно всё, что лезло в голову, не озадачиваясь тем, что его друг не запомнит этот огромный список. Наконец замолкая, он принял прежнее положение и после минуты тишины начал отстукивать пальцами по столу какую-то незамысловатую мелодию. Голова слегка кружилась, а глаза просто умоляли их закрыть, начиная щипать непонятно от чего. Не сопротивляясь этому порыву, Костя максимально расслабился и тяжело вздохнул. Перед глазами плясали какие-то цветастые картинки, потихоньку уходящие всё дальше и дальше. Странное ощущение прерывает аккуратное прикосновение. Резко подняв, голову голубоглазый понял, что всё таки задремал. Парадеев улыбнулся, убирая руку от чужого плеча и помогая Лёше поставить два подноса на стол. Почти сразу приободрившись, Смоляр избавился от надоедливой куртки, укладывая её рядом с собой на диванчик. Закатывая рукава тёмной кофты, принялся распаковывать свой бургер. Его глаза резковато бегали, пытаясь наконец сфокусироваться и видеть этот мир чётко, но кажется не вовремя. Поднимая взгляд, парень застал поцелуй двух своих друзей. Деревяшкин прикрыл глаза, свободной рукой поправляя чужие светлые кудри, а Саша же, в свою очередь, очень аккуратно водил пальцами по слегка щетинистой части щеки. Замирая на секунду, он вновь пробежался глазами по тем и немного нелепо улыбнулся. В этом жесте читалось смятение. Отрываясь от обветрившихся губ Кореша, светловолосый ойкнул и улыбнулся почти так же, как сидящий напротив. — Кость, извини…я хотел спросить, ну… в общем не против ли ты наблюдать это иногда. Типа, если тебе неприятно, мы можем ничего такого не делать, — зачем-то начал оправдываться Парадеевич и отводить глаза на объект своих воздыханий. — Да я думаю ему… не принципиально, да, Костян? — с чуть заалевшими щечками засмеялся Алексей. — Да всё норм, мне пофиг. Я вообще удивлён, что вас это парит, — хмыкнул Плохой парень и надкусил свой долгожданный биг тести, — Я больше бы беспокоился за то, что мы щас чуть ли не в центре Москвы, в маке, и вы тут, как бы, — пропуская неловкий смешок, Костя посмотрел на друзей, — Вас могут узнать и доебаться. — Да похуй, — улыбнулся Кореш и глянул на белобрысого, — Я и так могу. После этой фразы, он притянул к себе Парадеева, располагая руку у него на шее и, довольно показушно, буквально присосался к раскусанным губам того. Громким, мокрым и пошлым, если можно так сказать, вышел этот поцелуй. Смоляр с неким напряжением смотрел на это всё, но никак не забывал жевать свой вкуснейший ужин. — Тебе не больно так делать? По-моему целоваться с чуваками у которых брекеты…немного неприятно. Ну как минимум я помню, как лет в семнадцать лобызался с одной девочкой у которой тоже эти железки были и я тогда все губы себе разодрал! Хотя…мне сейчас и мои мешают, — он всё никак к своим бреккетам привыкнуть не может. И ведь словно не ведётся на некую "провокацию", а продолжает вести адекватную беседу. — Привык уже, — ответил за Лёшу Сашка и заулыбался, сморщивая нос. — Зато минет отме-е-е-нный, — протянул Деревяшкин, не сдерживаясь и смеясь с реакции ребят. Парадеевич пихнул того локтем в бок, а Костя медленно моргнул, нахмуриваясь. Глотая все то, что было у него сейчас во рту, он формулировал мысль, но с губ сорвался лишь один вопрос. — То есть… ты его?… — он показал пальцами сначала на шатена, а потом на картавого, чем вызвал бурную реакцию уже обоих. С громкого хохота друзей, Плохой парень невольно улыбнулся и обрывисто выдохнул, ожидая ответа. — Да щас прям! — наконец успокаиваясь, выдал Саша и покосился на сидящего рядом, — Знал бы ты, как он… — с усмешкой собрался раскрыть все тайны отношений тот, но не договорил. — Та-а-ак, давайте без подробностей, — перебивает его Смоляр и, сделав ударение на последний слог, поджимает губы, — Я конечно всё понимаю, но я, блять, ем! — он вроде бы и улыбался, но нотки недовольства присутствовали. У этого Плохого-Хорошего парня довольно богатое воображение и после всего сказанного теми, он активно пытается вытравить мысли на этот счёт из головы, иначе всё это превращается в довольно красочные изображения их секса. От этого Костя чуть морщится и машет головой, заедая этот ужас. Парни продолжают посмеиваться, иногда переглядываясь. Выглядит жутковато, так, будто они что-то задумали. Что-то зловещее… Задумываясь о своём, Смоляр кладёт в рот последний ломтик картофеля фри и вновь зацепляется взглядом за сладкую парочку. Они уже давно расправились со своей едой и сидели совсем близко друг к другу. Парадеев чуть согнулся и положил голову на плечо Лёши, втыкая в телефон. Ребята полу шёпотом о чём то переговаривались… — Ну где эти то? — возмущённо прервал идиллию голубоглазый и посмотрел на время. — Позвонить? — поднимая руку с телефоном, Саша поджимает губы, а после кивка набирает номер. Все замерли, вслушиваясь в голос по ту сторону телефона, пока белобрысый чуть недовольно закатывал глаза на оправдания Фрейм Теймера. Кто же знал, что в центре Москвы в шесть вечера пробки. Не желая дослушивать это, стример сбрасывает звонок и тяжело вздыхает, растекаясь по диванчику недовольной жижицей. — Да ладно, забейте. Мы торопимся что ли куда? Поели, попили, осталось этих дурачков дождаться и пойдём хатку мою новую оценивать, — со смешком выдал Деревяшкин, стараясь разрядить обстановку. — Да я усну тут! — как будто бы возмущаясь, стукнул кулаком по столу Плохой парень и с виноватой улыбкой отвёл глазки в сторону, — Я ж не спал сегодня. — Костянчик, совсем что ли? — хмурит брови шатен с розовой прядкой. — Режим хочу восстановить. А то знаешь, совсем не кайфово в одиннадцать утра спать ложиться. Я даже стримы вести не успеваю, — неясно от чего подхихикивал Костя и, подобно Парадеевичу, расползся по поверхности стола. Точно так же, как в самом начале. Только вот теперь из головы не выходила незаконченная фраза Саши. Она словно банный лист, приклеилась и вовсе не хотела отпускать парня. Жмурясь, он старался думать обо всём, что только знал: о своём коте, о казино, о вкусном бургере, о новом стриме…о том, как Саша жёстко имеет Лё…Так! Замотав головой на эту омерзительную мысль, Костя поднял взгляд и снова увидел поцелуй. Он был совсем короткий, казалось, шуточный, но являлся последней каплей. Голубоглазый резко дёрнулся и нырнул под стол, якобы завязать шнурки и замер, ощущая необычайно знакомое чувство. Судорога наслаждения разлилась по всему паху, доходя чуть ли не до самых колен. Поджимая губы в растерянности, Смоляр почесал нос и задумался, разглядывая чужие ноги. Парадеев заглянул под стол и с непониманием сощурил глаза, вглядываясь в беспокойного друга. Но молча. Он молчал даже тогда, когда Костя с туповатым оправданием ретировался в туалет. Белобрысый лишь глянул на Деревяшкина, который с полу-сонным видом листал тик ток. Влетая в свободную кабинку, Плохой парень захлопнул её и резким движением поднял кофту, отчётливо замечая своё возбуждение. Только вопрос. Откуда оно? Неужели на него подействовали эти красочные сцены из фантазий? Другого оправдания нет, ведь ему уже двадцать семь лет и член от гормонов, как в пятнадцать лет, по приколу, не встаёт. От стыда хотелось просто провалиться сквозь плитку, но нужно было это исправлять. Не может он вернуться к тем…со стояком. Медленно опуская руку, Смоляр нырнул под резинку свободных штанов и коснулся себя через тонкую ткань. Максимально хмурясь, Костя стал вспоминать любое порно с участием противоположного пола. Хотя бы что-то…но всё это было ничем, по сравнению с представлением своих друзей.. Пришлось смириться с действительностью. В любом случае делать нечего. Тяжело вздыхая, парень забрался под почти неощутимую, но, уже сильно давящую, ткань боксеров. Ощущая всю липкость там, он свободной рукой стянул всё, что было ниже пояса чуть ниже, что бы не запачкать светлую одежду. Зацикленность движений руки, была направлена лишь на быстрое окончание процесса. От этого он становился ещё более приятным, ведь вся эта напряжённая обстановка, лютый стыд и нескончаемые, отвратительно-пошлые мысли создают ощущение какой-то преступности. Чего-то, совершенно выходящего за рамки разумного и ломающего все границы адекватности. С уст Кости изредка срывались сжатые вздохи. Закусывая заячье ухо от шапки, что бы сделать всё ещё тише, он ускорился и, буквально доводя себя до оргазма, излился, пачкая белой, густоватой жидкостью свою руку и крышку унитаза. Глубокий вдох, парень натягивает одежду обратно, и почти сразу слышится звук слива воды в туалете. Ну не может же он хотя бы не сделать вид, что занимался в кабинке чем-то абсолютно обычным. Взяв бумагу, избавился от всех следов своего прибывания здесь. Выскакивая из кабинки, он старательно вымыл руки с мылом и покрутился у зеркала, внимательно рассматривая штаны светло-салатового цвета. Ничего. Улик не осталось, кроме волос, слегка прилипших к лицу от пота и, странновато поплывшего взгляда. Поправляя шапку, Смоляр вылетел из уборной, врезаясь на пути в какого-то парня и наконец вернулся к ребятам, видя новые лица. Фрейм Теймер и Куертов подоспели. Отлично. — Всё норм? — отвлекаясь от разговора, поинтересовался Парадеев, глядя на запыхавшегося Плохого парня. — Да-да, да, — он нервно закивал головой, надеясь, что всё же не выглядит слишком подозрительно. У него кажется даже румянец появился на щеках. Как теперь этим идиотам в глаза смотреть после такого…