Обмен жёнами

год назад       джисон почти не плачет. он стоит возле калитки, и все ещё не может заставить себя успокоиться. он винит свою несдержанность и явную дрожь в теле. лишь бы в окнах приюта не увидели. — хен, я не выживу тут без тебя, — хан всхлипывал, стараясь на запачкать соплями куртку друга, нет, брата, который оставляет его в этом ужасном здании. одного. — я буду приходить каждый раз, когда будет свободное время. мы будем списываться по почте и… я накоплю денег, куплю тебе телефон наконец, и возьму над тобой опеку. мы расстаемся ненадолго, мелкий, — а у самого глаза на мокром месте. — обещай мне. — десятый раз, джи, я обещаю тебе, — чан смотрит в покрасневшие от слез глаза друга, подозревая, что его выглядят не лучше, — я не оставлю тебя здесь. к паре юношей уже грозно подходит по сугробам смотрящий, издали крича что-то нечленораздельное. видимо, времени чтоб попрощаться у них в обрез. джисон смотрел на бан чана, кажется, не моргая — он пытался запечатлить в своей памяти вид друга: причёску, шрам на брови от драки в столовой, искренние и озабоченные глаза, рот, который всегда говорит те слова, которые нужны хану, чтобы идти вперёд. теперь всего этого не будет. джисону 16, бан чану — 18. его время выпуска пришло. лишь благодаря ему это место, носившее имя «Детский Дом № 17», не стало для хана адом. чан взял его под свое крыло, пусть сам и не был вершиной иерархии. они стали семьей, братьями, были одним целым, за пять лет прожитых бок о бок понимали друг друга без слов. они никогда не расставались больше чем на сутки, когда одного из них наказывали злые «воспитатели», запирая в комнате на третьем этаже. чану не хочется уходить. да, это не то место, которое кто-либо назовет домом, но тут был джисон. его мелкий, его друг, его причина двигаться дальше. он ему нужен. и бан чан сделает все, чтобы хан жил в этом месте как можно меньше. чан садится в машину, махая хану — тот удирал от охранника с лопатой, наступил комендантский час.

***

      джисон пытался отдышаться — бегать по сугробам от мужика, который был выше его на голову, было сложновато. если ещё учесть жмущие ботинки, которые расходились по швам… ну вообщем, сказка. убежать каким-то образом получилось, прошмыгнув в окно, которое всегда оставалось открытым, но прикрывалось, чтобы не спалили. уже третий год как канает. — ненормальный… так напрягать себя из-за небольшого опоздания? подумаешь, 10 вечера, время детское, — хан отряхнул джинсы от снега, в этом году его навалило ужасно. в следующем прийдется ездить на тракторе, если хочешь выйти на улицу. джисон прошел по темному коридору к лестнице, видимо, сейчас чуть позже 10… но это все ещё не оправдывает охранника! почему тогда чана так поздно отправили?! ночью то его куда? и не связаться ведь даже… надо попросить у сынмина марок из его коллекции, они хану точно пригодятся. джисон уже почти дошел до лестницы, как сзади услышал шаги. тяжелые, медленные, нервирующие. дыхание перехватило — если его поймает директор, запрут на 3 этаже на весь следующий день. хан юркнул за стену у лестницы, не дыша. обладатель тяжелых шагов остановился прямо напротив хана. джисон зажмурился. — х-хён! ты чего тут прячешься?! я чуть инфаркт не словил! — чонин, этот хренов модник, одел свои самые тяжелые ботинки. джисон выдохнул с облегчением и дал ему подзатыльник. орет шепотом: — кто кого пугает, а?! чего орешь? в «камеру» захотел? джисон взял яна под ручку и прошмыгнул с ним по лестнице на второй этаж, зашипев на чонина — тот понял намёк, и стал подниматься на цыпочках. хан клянется, что сожжет эти ботинки. и свои, и чонина. кое-как добравшись до их комнаты, джисон запер дверь на ключ. — что ты там делал?! и почему не проводил со мной чана? я нигде не мог тебя найти! сынмин болеет, но ты то что? чонин потупил глаза в пол, как провинившийся ребенок. в целом, так и было. — прости, хан… — глаза быстро краснели от подступающих слез, даже в темноте комнаты, освещаемой одним ночником, это было заметно, — меня задержал саёри. он увидел, что в комнате тебя нет и хотел было настучать об этом директору… я не мог этого допустить. а потом, когда я сказал ему, что видел на третьем этаже курящих из 203, он убежал туда. я хотел проводить хена, правда! но когда увидел отъезжающую машину в окне, было слишком поздно… ян отвернулся, чтобы хан не видел его слез. ян чонин в 12 лет уже понял, что в этом месте плакать нельзя. перед ханом, конечно, можно, и перед сынмином, и перед чаном, но избытки привычки… так вот, что забыл чонин в том коридоре. коридор напрямую вел к «закрытому» окну, а через него было видно, что никого возле ворот больше нет. а ещё чонин задержал саери (этого чертового смотрителя с таким же огромным чувством долга, как у охранника, гнавшегося за ханом) ради джисона. он бы попрощался с бан чаном, но выбрал заботится о тех, кто был здесь и сейчас — о хане, о том, что его могут упечь в комнату наверху. туда попадали далеко не те соседи, с которыми хочешь провести даже час, не говоря уже о ночи. но почему то чувство справедливости у таких смотрителей, как саери, сразу исчезало, стоило им запереть «непослушных» детей в одной комнате. пусть хоть убьют друг друга — это будет лишь их виной, и что с того что они не могли оттуда выбраться, не могли спастись от тех, с кем им могло не повезти оказаться в одной комнате на _сутки_. хану могло свезти, и он оказался бы с таким же как он, пойманным посреди ночи подростком. а могло и не свезти, если бы он оказался вместе с кем-нибудь, кто любил помахаться кулаками. чонин спас хана, а хан его отругал. причем дважды. и из-за него ян не смог попрощаться с чаном. опять все из-за него. джисон подошел к нему и обнял. он извинился, а потом они пожелали спокойной ночи уже, кажется, спящему сынмину на нижнем ярусе. легли в кровать, предварительно выключив светильник. этой ночью они спали вдвоем на кровати хана, а сынмин «сверху» напротив кутался в одеяло с головой. той ночью всхлипывала вся комната, окна скрипели от метели.

***

сейчас       джисон хрустел чипсами на диване дома, смотря передачу про готовку. он ещё не втянулся, но болел за красных. в двери повернулась защелка — чан пришел. хан, не отрываясь от телевизора, кинул дежурное: — полы помыл, посуду за собой тоже, я сытый, ничего не разбил. ты рано сегодня. чан улыбнулся, стягивая обувь, но почему-то не вешая на вешалку куртку. — ничего не забыл? джисон задумался. ну, или просто залип в одну точку на телевизоре. — мммм, да вродеее нет? только не говори, что мне в обязанности ещё и пыль добавится, хен, у нас сервант стеклянный… бан чан закатил глаза на это. — сынмин. хан замер глазами и всем телом. нет. о нет. — нет, нет, нет, нет, чан, ты что-то напутал, — джисон резко подскочил на диване, уперся руками в спинку, прищурился, — сегодня четверг?! чан улыбнулся шире, пока джисон лег трупом на кровать, скрестив руки на груди. — одевайся, поедем его поздравлять, раз уж ты не позвонил, — бан чан прошел в свою комнату, чтобы забрать подарки для кима. — этот пунктуальный засранец убьет меня, точно убьёт.пап, если что, я хочу розовый гроб. — не называй меня так. и думаю, сынмин уже позаботился об этом.

***

доехали они быстро и под эминема. бедный таксист слушал как двое на заднем сиденье читают реп вместе с радио, после того как дружелюбно настроил его на нужную волну. его лицо говорило, что это было ошибкой всей его жизни. странно, хан был готов поклясться, что читали они отлично. чан расплатился, оставив чаевые, сетуя потом хану, что никогда такими темпами не накопит себе на машину. сынмин встретил обоих по-своему тепло — чана обнял, а на хана посмотрел как на врага и демонстративно отвернулся. джисон упал ему в ноги: —сынмин-и, дружище, ты так вырос! стал мудрее и рассудительнее, хотя казалось бы, куда ещё?! простит ли наш мудрый и добрый сынмин-и душу грешную, у которой кончились деньги на телефо- — чан дал подзатыльник за вранье, — -ладно, простит ли он этому глупому человеку, что тот перепутал числа в календаре? я не специально! прости-прости-прости, наш взрослый 14-летний сынмин!!! сынмин не дотягивал до хана не так уж и много, поэтому вполне смог дать тому щелбан, не вставая на цыпочки. и простил: — проходи, балбес. ким сынмин всего на год старше ян чонина. в ту ночь, когда чан уехал, на самом деле спали они втроём. он слез с верхнего яруса одной кровати, чтобы перелечь на нижний другой. он примостился у другого бока хана, там теплее. но не из-за джисона, уверял себя ким, а из-за батареи. на вопросительный взгляд лишь одного проснувшегося глаза джисона, 13-летний сынмин так и ответил. с тех пор сынмин изменился не сильно — пока чонин сжигал волосы разными красками и менял стиль одежды каждую неделю, ким только в росте чуть-чуть прибавил. а характер и все остальное те же. все вчетвером легли на старую кровать чана — странно, но спустя год никого сюда не заселили. странно было вообще то, что их, таких разных по возрасту, заселили на одном этаже. не говоря уже об одной комнате! но что поделать, мест совсем не было, а селить по-семеро в одну комнату было не выходом из ситуации. они смотрели фильм на подаренном сынмину чаном планшете, стараясь не думать о плохом. а плохое в этот день, к сожалению, было. чем старше ты становишься в детдоме, тем меньше шанс того, что тебя заберут в семью. бан чан бы забрал и чонина с сынмином, если бы у них на тот момент не было возможности ещё обрести ее. семью. настоящую семью, а не чана, который будет пропадать на работе, но все равно приносить недостаточно денег для содержания троих. как бы не хотелось забрать этих детей, чан просто не мог себе этого позволить. а пока не мог, лучше им оставаться в здании, где они пусть будут пусть и дерьмово, но сытыми. а чан будет стараться на работе и приходить 2 раза в месяц, навещая их. а возможно, одному из них повезёт — заберут в семью, и чан точно будет на связи, чтобы быть в курсе, если их обидят. джисон обнимал чонина и кима, он все говорил, как те выросли, хотя регулярно приезжал вместе с чаном. попрощавшись, когда все доели торт, бан чан и джисон уехали. — когда только успел столько накопить? фотоаппарат был явно не из дешевых, — бан чан потрепал своего мелкого по голове. — а ты думал, почему половина моего гардероба все ещё одежда из приюта? ты забыл, что в нашей компашке модник не только чонин, да? но для сынмина не жалко, хен. бан чан выдохнул, спасибо что не «пап». он взял хана под опеку (для усыновления требовалось немного больше времени) и уже как месяц они живут вдвоем. квартира у чана скромная, но комфортная. джисон, когда приехал, даже присвистнул. надо бы снова привезти в гости яна и кима, в те выходные не получилось, не было свободного времени. кстати о нем… — кхм, джисон, прости что не рассказал… за тот год, что я учился и совместно работал, у меня появился парень. и думаю, пора бы вас уже познакомить. он приедет сегодня вечером на ужин, ты не против? хан ещё не подозревал, что его ожидает. бан чан с кем то встречается! это не может быть плохой человек, верно? значит, надо познакомиться. джисон кивнул, печатая своему однокласснику (да, после оформления опеки чаном, он перевелся в школу) феликсу, что у него, кажется, появился отчим. второй…