Гость, которому не рады

— Шах и мат, — провозгласил Моракс. Венти обреченно смотрел на шахматную доску, обхватив голову руками. Они оба разместились в гостиной в поместье Рагнвиндра, так как барду разрешили остаться. Чжун Ли с присущей ему элегантностью занял кресло, Венти достался диван. — Эти твои шахматы такая скукота. — Потому что ты всегда проигрываешь. — Может быть поиграем в другую игру? — взмолился бард, — Например, в шарады или угадай мелодию. — Дилюку нравятся шахматы, — упомянул Моракс. — Так и играл бы тогда с ним. — Он всегда в заботах. — А чем занимаешься здесь ты? — Читаю, созерцаю. — И тебе не скучно так проводить время? — В Ли Юэ у меня была работа. Там я еще гулял по городу. — Ты же вроде стал каким-то консультантом, чем именно ты занимался? — Это мало чем отличалось от работы Архонта. Просто, все было менее церемониально. Когда я куда-то приходил, люди обычно задавали мне вопросы, я на них отвечал, они платили за это морой. — Часто у меня спрашивали совета о том, как правильно почтить богов? Как успешно вести бизнес? Или о том, на какое число лучше назначить свадьбу? — У тебя даже такое спрашивали, — Венти зачерпнул ложку виноградного сиропа и погрузил в рот. — Почему бы и нет, этот вопрос ничем не хуже остальных. — Ну и кем быть лучше, Архонтом или консультантом? — бард запил сладкий сироп сладким чаем. Он пил уже четвертую чашку чая за сегодня. Чжун Ли всерьез задумался. — У консультанта меньше ответственности, чем у архонта. Теперь я понимаю, почему ты стал бардом. — Эй, я стал бардом совершенно не поэтому, — Барбатос выдал оскорбленное лицо. — Мы живем дольше людей и мир видим иначе. Люди могут радоваться пустякам. Им проще быть счастливыми, — погрузился в размышления Моракс. — А что делает счастливым тебя? — прямо спросил Венти. — Завоевание. Я был счастлив в эпицентре битвы, — Моракс посмотрел на свою кисть, обтянутую черной тканью. Эти руки долгое время держали только оружие. — Я часто выигрывал войны, но когда оглянулся назад, увидел, что война забирает не только моих врагов, но и союзников. Уже почти никого из них не осталось в живых, а я все живу. — Война Архонтов давно закончилась и был установлен Божественный порядок. Первое поколение — мы стали его гарантом, — Барбатос печально вздохнул, — правда, от гаранта осталось только двое. — Тебя это беспокоит? — Другие Архонты мыслят не так, как мы, — озвучил очевидное Барбатос. — Вполне очевидно, у них другое отношение к божественному порядку. — Кажется ты тоже уже в курсе, — Архонт Ветра внимательно смотрел на Моракса, — Что будешь с этим делать? — Почему я должен что-то с этим делать? — Потому что это зона твоей ответственности. — Пока что я не вижу причин для беспокойства. Мое вмешательство не требуется. — Я слышал, что Осиал покинул свою клетку. В этом ты тоже не видишь причин для беспокойства? — Это пошло всем на пользу. — Всем это кому? — Всем, кто был в этом заинтересован. — Надеюсь у тебя был веский повод дать этому произойти. — Не думал, что когда-нибудь услышу упрек от тебя Барбатос. — Считай, что я выразил беспокойство. Ты бы лучше следил за своими "сокровищами". — Не стоит так переживать. Они все хранятся в надежном месте. В поместье вошли две горничные, они активно друг с другом переговаривались, что привлекло внимание архонтов. Из беседы девушек они сделали вывод, что те в срочном порядке должны подготовить одну из комнат для особого гостя, который останется сегодня ночевать в поместье. — У вас сегодня гости? — бард снова повернулся к Чжун Ли. — Дилюк мне об этом не говорил. — Давай выясним, что происходит.

***

Когда Кэйя и Альбедо покинули Мондштадт было еще светло. Когда они проехали половину пути в направлении поместья Рагнвиндра, уже стемнело. Альбедо использовал алхимию и создал искусственного светлячка, который освещал им дорогу. Кэйя всегда поражался тому, как легко алхимику удавалось творить из любого материала. Альбедо был художником, а благодаря такому инструменту, как алхимия, он создавал потрясающие вещи. Капитан ему немного завидовал, ему всегда не хватало усидчивости, чтобы научиться живописи. В этом плане Дилюк преуспел больше него. В детстве он часто сидел за мольбертом, а Кэйя всегда раздражал его глупыми вопросами. Кэйя улыбнулся своим воспоминаниям. Иногда Дилюк закипал и сам портил свою картину, а Альберих громко хохотал и пускался бежать, так как брат устремлялся следом, чтобы разукрасить и его. Дилюк давно не рисовал, да и времени на это у него не было. Альберих знал, что тот ведет двойную жизнь. В Мондштадте его знали, как молодого и состоятельного аристократа. На самом деле он был главой гильдии теней, и это было, пожалуй, настоящей его работой. Кэйя тяжело выдохнул. С тех пор, как старший брат вернулся из своего путешествия, он первым делом обрисовал Альбериху его границы. Все, что касалось его второй работы, не касалось Кэйю вообще. Он готов был принимать капитана в своем поместье, но все разговоры о делах или помощи обрубал на корню. У Рагнвиндра были свои доверенные лица, они уже охотнее делились с Кэйей информацией, правда он был уверен, что сам Дилюк об этом прекрасно знает. Дилюк был замкнут, он никого к себе не подпускал, разве что Итэр стал исключением. К путешественнику Рагнвиндр относился, как к своему младшему и любимому брату. Кэйя готов был признать, что в этом плане он всухую Итэру проиграл. Дилюк всегда опекал его, когда Итэр возвращался в Мондштадт. Разумеется, одна из комнат поместья всегда была закреплена за ним. Появление Чжун Ли в поместье было, пожалуй, самым странным событием, которое произошло за последние два года. Странным оно было потому, как Дилюк подпустил его к себе невероятно близко. Сначала, Альберих подумал, что тот как-то связан с его работой, но Дилюк сам развенчал его домыслы на этот счет. Дилюк называл Чжун Ли другом и черт знает какой смысл он вкладывает в это слово. Загадочный консультант без прошлого, без сомнений, каким-то образом был связан с Фатуи, а Фатуи были законной целью Рагнвиндра. Насколько Кэйя вообще мог судить о делах своего брата, гильдия теней и Фатуи из снежной частенько переходили друг другу дорогу. Чжун Ли вполне мог оказаться шпионом или прямым врагом, в таком случае Дилюк очень рискует просто живя с ним под одной крышей. Еще и Лиза со своими вещими снами только усугубила ситуацию. Смотря в спину Альбедо, Кэйя думал о том, что он чертовски плохой друг. Он по сути воспользовался им, в то время, когда Альбедо попал в трудную ситуацию, в надежде успокоить свое сердце. У Альбедо был достаточно своеобразный стиль боя, его способности были сильны, как в атаке, так и в защите. Он в состоянии постоять за себя, а его талант в алхимии просто феноменален. Кэйя был уверен, что Дилюк не сможет пройти мимо такого полезного человека. Кэйя усмехнулся своим мыслям. По сути, он использовал таланты Альбедо, как наживку. Если Дилюк не посвящает в свои дела Кэйю, возможно, проговорится Альбедо. Только будет лучше, если Альбедо сам пока не будет знать о планах Кэйи, пусть все выглядит естественно. — Что-то случилось? — Альбедо первым нарушил тишину. Его лошадь, шедшая мерным шагом остановилась. Он повернул голову чуть назад и дождался, когда капитан с ним поравняется. — С чего ты взял? — Альберих поспешно натянул привычную улыбку. — Капитан сегодня тихий, — обратил внимание алхимик. — Просто, еще пока трезвый. — Я бы хотел об этом поговорить, — только начал Альбедо, как Кэйя его прервал. — Неужели тебе скучно со мной трезвым? — Это шутка верно? — уточнил алхимик, дернув поводья. Лошадь опять пошла вперед, теперь они ехали рядом. — А ты сам как думаешь? — капитан немного повеселел. — Я подумал, что капитан подумал, будто я хочу поговорить о чем-то серьезном. Капитан Кэйя всегда уходит от серьезных разговоров при помощи не смешных шуток, — подколол его алхимик. — Эй, постой, когда это мои шутки стали не смешными? — Я никогда не говорил, что они были смешными. — Все всегда смеются над моими шутками, один ты не смеешься. Может быть ты из другого мира? Альбедо легко улыбнулся. Он в самом деле был другим. Интересно, догадывается ли об этом Альберих? — Господин Дилюк тоже не смеется над шутками капитана. — Это потому что он из другой вселенной, — устало выдохнул Кэйя. — Я бы хотел поговорить о том состязании, которое вы взялись провести в Доле Ангелов. — Ты о винном забеге? — навострил уши Кэйя. — Именно о нем. Мне кажется, что сейчас не вполне подходящее для этого время. — Это бы поставило меня в совсем неловкое положение, — капитан одной рукой почесал голову, — я ведь уже обо всем договорился. Это будет турнирное состязание. А ты заявлен в качестве звезды турнира. Куча народу придет поучаствовать только ради тебя. — Винный забег — это мероприятие с большими ставками. Мы сможем прилично на этом заработать. Разумеется, все эти деньги помогут в восстановлении твоей лаборатории. Алхимик задумался. Он обязан был поднять эту тему после того, как увидел на стене Доли Ангелов один из плакатов, на котором красовался призыв — «Винный забег уже не за горами. Если ты считаешь, что сможешь одолеть Принца Альбедо в его стихии, записывайся!» — Это не совсем тот способ заработка, к которому я привык. — Потребуется время прежде чем Ордо Фавониус сможет выделить деньги из бюджета на восстановление твоей лаборатории. Может пройти месяц или два. Винный забег — это хорошее подспорье, чтобы заработать денег, — добавил еще один аргумент Кэйя. — Поднимем выручку Доле Ангелов, — Кэйя одной рукой держал поводья, второй начал загибать пальцы, — заработаем денег на ремонт, просто повеселимся. По-моему, одни только плюсы. — Это в том случае, если я не проиграю, — напомнил Альбедо. — В тебе я уверен больше чем в себе, — улыбнулся Альберих. Капитан Кэйя ему доверял. Капитан Кэйя на него рассчитывал. Альбедо уже давно чувствовал на себе эту ответственность. Пожалуй, это чувство ему даже нравилось. Эта ответственность была другой, не такой, как в случае с его учениками. Кэйя Альберих был самостоятельным. На него, как и на Альбедо, ложилась ответственность за своих подчиненных. В случае капитана Кэйи, это были все офицеры Ордоса. Ни смотря на то, что он постоянно получал нагоняи от Дилюка, капитан хорошо справлялся со своей работой. Можно даже сказать, что в Ордо Фавониус он был самым доверенным лицом. Кэйя следил за порядком в Ордосе, при этом не забывал про тренировки. Его технику фехтования Альбедо особо отметил. Как и он, Кэйя предпочитал короткий одноручный меч и делал упор на скорость и ловкость. А его глаз бога был невероятно полезен — он мог с легкостью охлаждать напитки. — Если вы уже обо всем договорились, то будет невежливо отказаться. — Есть! — обрадовался Альберих, — Я уверен, ты точно об этом не пожалеешь. — Хотелось бы в это верить. — Ну же, выше нос, мы нацелены только на успех! — агитировал Альберих. — Вы слышали? — Альбедо приказал лошади остановиться. Кэйя повторил за ним. — Что такое? — Альберих рефлекторно огляделся по сторонам. — Я слышу звон, — алхимик притих, вслушиваясь куда-то вдаль, — это звон металла. — Я ничего не слышу, — признался капитан. — Металл поет металлу, — произнес одному ему понятные слова алхимик, — высоко, часто. — Альбедо, что происходит? — Кажется… — алхимик не успел договорить, как они оба увидели взметнувшееся посреди тьмы пламя. Оно было похоже на улетающую в далекие края птицу. Кэйя среагировал первым, он дернул свои поводья и пришпорил коня. Альбедо смотрел в спину удаляющемуся капитану, после чего отправился следом. Они преодолели около 350 метров прежде чем отдать лошадям команду остановиться. Первым это сделал Кэйя, он спрыгнул вниз и быстро сократил расстояние между собой и Дилюком. Альбедо увидел, как догорает пламя на двуручном мече Рагнвиндра. Трава вокруг него была сожжена. Кое-где пробивались ростки пламени, но они быстро затухали, будто Дилюк впитывал в себя огонь обратно. Капитан подобрался к Дилюку достаточно близко, но был остановлен его вытянутой рукой. Рагнвиндр выглядел так, будто противник, с которым он совсем недавно бился, не давал ему и секунды расслабиться. На его левой щеке красовался порез, из которого обильно вытекала кровь. Кэйя, который первым делом обратил внимание именно на эту деталь, уже исходил беспокойством, но сдерживал свои эмоции, так как Рагнвиндр только что прочертил между ними черту. — Что здесь произошло? — Альберих задал прямой вопрос. — Как я и думал, он напал, когда я остался один, — Дилюк был на своей волне. — Ты что с ума сошел?! — не выдержал Кэйя, — Ты что специально отправился сюда один, чтобы выманить этого убийцу? Ты мог бы взять с собой хоть кого-то, не обязательно меня! Кэйя наконец удостоился его взгляда. Капитан не скрывал того, что переживает. Рагнвиндр только свел брови. — В таком случае, он бы не показался. — Что? — Альберих в данный момент не мог понять Дилюка. Без какого-либо плана он рискнул своей жизнью, будто ему совсем нечего было терять. — Он уже давно за мной наблюдает. И никогда не показывается, когда рядом кто-то есть. — И что с того? — Кэйя начинал злиться, — Ты мог бы обратиться ко мне, и мы бы придумали способ, как его поймать. Ты никогда не был силен в рыбалке Дилюк, не лучшее время начинать использовать себя в качестве наживки. — Это вообще не твое дело, — отмахнулся Рагнвиндр. — Еще как мое! — не сдавал позиций Альберих, — Если я тебя не устраиваю, как брат, значит я буду вести это дело, как капитан Ордо Фавониус, ведь это я отвечаю за безопасность на территориях смежных с Мондштадтом. Альбедо, который подошел к полыхающему капитану, перетянул внимание Дилюка на себя. — У вас кровь, — алхимик предусмотрительно протянул Рагнвиндру белый платок с гравировкой А. Дилюк коснулся своей щеки, его пальцы окрасились в цвет крови. Он взял у Альбедо платок и приложил к своей щеке. Из раны все еще продолжала течь кровь. — Спасибо, — поблагодарил он. Алхимик кивнул. — Как он вообще смог тебя ранить? — вернул себе самообладание Кэйя. — Он очень быстрый и умеет исчезать. — Исчезать? — переспросил капитан. — Да. Синергия между его стилем боя и глазом бога крайне высока. — Значит это тот самый тип, что заявился к тебе в поместье? — Похоже на то. — Думаешь, он объявится снова? — Я хотел поймать его живым, но был приятно удивлен, — заметил Рагнвиндр. — Что ты имеешь в виду? — Он очень опасен. Взять его живым будет крайне сложно. — Тебя могли убить, а ты думаешь о допросе? Кто из нас в итоге более безответственный? — капитан развел руками. Дилюк смерил его взглядом, в котором ясно читалось слово «отстань». — Кажется, моя лошадь сбежала, — подвел итог Рагнвиндр. — Вы можете воспользоваться моей, — вперед Кэйи предложил Альбедо, — Я могу поехать с капитаном. Дилюк задержался на нем взглядом, затем кивнул. Они оседлали коней и двинулись в сторону поместья. Черный конь Кэйи шел впереди, со спины капитана пристроился алхимик. Дилюк, верхом на белом коне Альбедо замыкал процессию. Дилюк размышлял. Размышлял о произошедшем. Кэйя и представить себе не мог, насколько был прав. Рагнвиндр сегодня в самом деле мог погибнуть, но это его брату знать вовсе не обязательно.