Хулиган тоже может любить

Папа открыл дверь. Мы стояли смирно и смотрели. У двери стоял Великобритания, а взади него девушка, лет 14. Флаг её был красно-белые полосы и в правом верхнем углу в тёмно-синем прямоугольнике были 50 белых пятиконечных звёзд. Великобритания сказал: — Аме, солнышко, выходи. Девушка вышла из-за отца. Взгляд её был серьёзным и безэмоциональным, копия отцовского взгляда. Она была одета в белую блузку, чёрную мини юбку, гольфы белого цвета до колен. Чёрные очки на глазах, волосы заплетены в хвостик. На руках белые перчатки и на губах красная помада. Я посмотрел на неё. Она посмотрела на меня. Наши взгляды встретились, мы тупо смотрели друг на друга около трёх минут, после отвернулись друг от друга. Великобритания посмотрел строго на дочь. Девушка сказала: — Здравствуйте, товарищ Советский Союз Социалистических Республик. Я удивился, как она запомнила полное имя отца, ведь не каждому это дано. Я сказал: — Ну, а звать тебя хоть как? Она посмотрела на меня и сказала: — Соединённые Штаты Америки, США или можно Америка. Я сказал: — Америка значит. Аме сказала: — А ты Россия, если не ошибаюсь? Я сказал: — Значит уже знаешь про нас и как зовут? Она кивнула. Белоруссия сказала: — Россия. И посмотрела на меня, я на неё. По взгяду, я понял, чтобы к ней помягче относился, я кивнул сестрёнке. Британия скрестил руки на груди и посмотрел строже на дочь, та повторила действия отца и безэмоционально посмотрел на меня и после на сестёр и братьев. Мы все прошли в зал. Англия смотрел на дочь, всё время, будто собирался напасть на неё или убить на месте. Отец сказал: — Россия, покажешь США всё здесь. Мы оба пошли. Зашли в мою комнату. Америка спокойно сказала: — Эта у тебя скрипка? Откуда? Я ответил: — Мама перед смертью отдала на память, а мы играть не умеем. Вот и стоит. Я взял ее в руки и вспомнил про маму. США подошла ко мне и сказала: — Прости, если задела. Можно взять? Я кивнул. Она взяла скрипку. Выпрямилась, расположила её напротив шеи и взяла смычок. И принялась играть на ней, закрыв свои глаза. Я сначала удивился, а после мне понравилась. Играла она дивно и так красиво. Все слышали её игру и пришли в мою комнату, чтобы получше услышать. Она закончила и открыла глаза. Увидела всех своих слушателей. Беларусь сказала: — Ты так красиво играешь, как играла наша мама. Эстония сказала: — Ух ты, мне бы так. Аме улыбнулась и сказала: — Не всё так легко, с годами научишься. Главное верить и не сидеть сложа руки. Белка сказала: — А можешь одну песню сыграть? Америка сказала: — Да. Какую? Бела сказала: — Бетховен «Лунная соната». США кивнула и начала её играть. Все были заморожены, кроме ее отца, который прожигал ее своим недовольным взглядом.