Я всегда буду с тобой

Комната погружена во мрак. Окно открыто нараспашку, впуская необходимый кислород. Предметы вокруг искажаются, перед глазами устрашающие силуэты. На смятой постели сидит сгорбившаяся фигура, сжимая одеяло в холодных руках. Легкие сдавливает, голова кружится. Страх Глаза бегают по предметам, пытаясь отвлечься. Паника Разум окутывают навязчивые мысли. «яумруяумруяумруяумруяумруяумру» Как мантру шепчут сухие губы. По щекам пробегаются горячие слезы, лениво падая и впитываясь в ткань, оставляя мокрые дорожки на коже. Во рту металлический привкус. Рана саднит. Осторожно, медленными движениями, парень притрагивается к своей кровоточащей губе. На подушечках пальцев остались бордовые разводы. Увидя кровь, небесно-голубые глаза расширяются. Ужас Баттерс вскрикивает, отбрасывая свою руку, вытирая кровь о простынь. На белоснежном покрывале остаются небольшие крапинки. Звон в ушах. Безумный холод. Конечности немеют. Где я? Сколько я тут сижу? Когда это все закончится? ПОМОГИТЕ МНЕ Разум молил о помощи. Блондин кричал, но только в своей голове. Он не мог выдавить из себя и слова, получался только неразборчивый хрип. Руки трясутся. За окном ветер играет с кронами деревьев. Темные листья шуршат, говоря что-то на своем языке. Небо темное, усыпанное мелкими звездами. Луна, лежащая посередине бездонного океана, устрашающе смотрит сквозь шторы, пропуская в комнату серебряный свет. Перед глазами силуэты родителей. Их лица искажены в гримасе ужаса. —Как ты мог, Баттерс?! —Кричала Линда, смотря широкими, наполненными слезами, глазами. Она плакала. Согнувшись на пополам, она кричала и плакала, повторяя одно и тоже: «Кактымогкактымогкактымог, КАК ТЫ МОГ? » Отец стоял рядом. —Я очень в тебе разочарован, сын. Страшно страшно страшно Блондин просто смотрел на высокие фигуры родителей. Они настоящие? Очередная галлюцинация? Что я сделал? ЧТО? Силуэты пропали. Мертвая тишина, нарушаемая только шелестом листвы. В ушах звенит. Дыхание участилось. В окне появляется еще одна фигура. Баттерс медленно переводит взгляд. Ему кажется, что это тоже галлюцинация, как родители, но человек настоящий. Некий, окутанный тенью, спрыгнул с подоконника и начал медленно идти к кровати. Казалось, что он плывет по воздуху, не издавая никаких звуков. Матрац прогнулся под весом еще одного тела. Наверное, из-за плохой погоды холодные руки легли на плечи, мягко поглаживая и успокаивая без никому ненужных слов. Слова будут нужны потом, а сейчас здесь лишь мертвая тишина, что словно смешалась с холодным ветром и уютом, подаренным теми руками. Я всегда буду с тобой Сейчас слова нужны как никогда раньше...