Это всё для тебя.

      Ночь. Было тихо. Изредка из приоткрытого окна можно было услышать как щебечут кузнечики и сверчки. Одновременно приятный и одновременно раздражающий звук. Но что поделать? Иного, к глубочайшему сожалению, не дано. Приходится терпеть и слушать. Однако. Однако, такие звуки иногда даже были неплохой «угомонкой», под которую было приятно проваливаться в сон.       Дверь с тихим скрипом открывается, в комнату входит Лололошка, который в ту же секунду обессиленно заваливается на свою кровать и устало стонет прямо в подушку.       Сегодня был чертовски сложный день. Кто вообще мог подумать, что отцу резко придёт в голову странная идея — поехать в посёлок, на дачу? Не то чтобы Лололошка был против, но... Чёрт, а как же все обещанные друзьям встречи? Посиделки? А как же... Как же оставленный в городе любимый человек, который ждёт его в своей небольшой квартирке каждый раз?...       Отец был непреклонен. Не смотря на все мольбы и уговорки Лололошки остаться в городе, он всё равно потащил ещё и своего сына в эту чёртову глушь, будь она не ладна!       Однако... Ладно. В любой ситуации есть свои плюсы и минусы. В этой они тоже должны быть. Должны. Но вот только пока их Лололошка не видит. Совсем. А жаль. Получается, тут одни минусы? Ну не может такого быть, ну!..       Эх... Значит ли это, что нужно принять свою "крайне несправедливую" участь и сдаться, выполняя прихоти отца?... Перспектива так себе, но другого выбора, собственно, Лололошке не дано. По крайне мере, он не видит этого выбора. А нет выбора — значит нет выбора! Логично? Логично.       Лололошка, переворачиваясь на спину, уходит глубоко в свои мысли. А что если-...       Грохот. Парень подскакивает и с широко распахнутыми глазами смотрит на свою так и не закрытую дверь. Что-то упало? Что случилось? Лололошка быстро встаёт и чуть ли не бегом направляется на выход из своей комнаты. Он выглядывает из дверного проема и оглядывается по сторонам. Только после того, как юноша убедился, что никого в коридорах нет, он аккуратно закрывает дверь в свою комнату и отправляется дальше по дому...

***

Странно...

      Никого в доме, на удивление Лололошки, не оказалось. Максимум, что он увидел — записку, оставленную отцом, что уехал то ли в ближайший городок за какими-то там нужными ему вещами, — в небольшом магазинчике этого посёлка есть только товары первой необходимости, — то ли к своим знакомым, которым понадобилась его помощь в чем-то — Лололошка, как бы он не вчитывался в корявый почерк отца, так и не особо понял, в чём, всё же, дело.       Парень, отворяя ранее прикрытую наспех дверь, входит в свою комнату. Он, наконец, отрывает задумчивый взгляд от пола, поднимая его на окно, и вдруг вскрикивает, чуть ли не падая от неожиданности и собственного то ли удивления, то ли вскрика. Юноша хватается за ручку двери, упираясь спиной в резные узоры, медленно скатываясь вниз.       — Ч-чего?.. — Лололошка шокировано пялится то на открытое окно, то на незваного гостя, что спокойно, но чересчур нагло, сидел прямо на подоконнике, болтая одной ногой из стороны в сторону.       — Не хочешь прогуляться? — Джодах расплывается в улыбке, а после соскакивает с подоконника и протягивает Лололошке ладонь.       — Ты... как сюда залез?... — еле выговорил парень, полностью осев на пол, продолжая сжимать в руке ручку двери. — Нет, подожди... Как ты сюда попал?! Ты же... Ты же.. Остался в городе, разве нет?..       — Уже нет, — по-доброму усмехается Джодах, подходя к Лололошке и опускаясь рядом с ним на корточки. — Как только я узнал, что отец забрал тебя на дачу, то почти сразу поехал следом за тобой. Когда приехал, решил немного подождать, а уже потом зайти за тобой. Ночью.       — А почему именно ночью?..       — Никого нет. Никто нас не увидит, — он берёт ладони Лололошки в свои, а после осторожно поднимает возлюбленного на ноги, смотря прямо ему в глаза, улыбаясь. — Мы можем сбежать, Ло. Сбежать от всех, кто против и кто мешает. Можем сбежать от твоего отца, и он никогда не найдет нас... Ты понимаешь к чему я клоню?       Лололошка молчит, не отрывая взгляда от аметистовых глаз ни на секунду. Он думает.       Сбежать от отца?... Такая заманчивая идея, но... Разве может Лололошка поступить так... Эгоистично и бессовестно? Да и будет ли ему хорошо с Джодахом, когда он сбежит вместе с ним? Они встречаются всего два месяца, и... При этом они даже ни разу не целовались. Можно ли это считать за отношения? За счастливые отношения?       С другой стороны... Так хочется свободы. А Джодах.. Джодах может её дать, прямо сейчас.       Несмотря на обиду на отца, Лололошка не знает, правильное ли это решение. Но... Это ведь можно легко узнать, согласившись на предложение Джодаха — сбежать подальше от всех и вся. Поэтому, немного подумав для вида, Лололошка, наконец, отвечает:       — Понимаю..       — Ты согласен сбежать вместе со мной?       — Да, согласен.       Джодах усмехается и тянет Лололошку на себя, подводя его ближе к окну. Сам Ави забирается на подоконник. Холодный ветер из открытого настежь окна колышет его волосы. В, как кажется сейчас Лололошке, неправильно ярком лунном свете, что освещает Джодаха со спины, он кажется чертовски красивым, словно божество.       — Тогда пошли, — тихо, почти шёпотом, говорит Джодах, не прерывая зрительного контакта ни на одно мгновенье. Ему просто не хочется отводить взгляд от прекрасных чёрных, бездонных, словно небо этой ночью, глаз, которые так милы ему. Ави даже кажется, что в этих глазах отражаются чёртовы звёзды, сверкающие яркими точками в небосводе.       — Ой-! — Лололошка вновь вскрикивает, всё-таки опуская удивлённый взор вниз, распахивая глаза.       Джодах ловко перекидывает ноги сначала через подоконник, а потом и через деревянную раму окна. Одной рукой, — а именно левой, — которую он нехотя убрал от любимой и родной ладони возлюбленного, упирается в раму, находя себе неплохую точку опоры, а второй — правой — он продолжает держать руку Лололошки, но уже несильно сжимая в своей ладони кисть парня.       — Готов спрыгнуть? — свесив ноги, Джодах повернул голову в сторону возлюбленного, который с нескрытым страхом и волнением сначала взглянул вниз, а потом поднял взгляд и качнул головой в знак того, что он к такому не готов. — Хм... — задумчиво мычит Ави, чуть хмурясь. — Тогда давай сначала я спрыгну, а потом ты? Не бойся, я обязательно тебя поймаю.       — Точно? — как-то недоверчиво спрашивает Лололошка, на что Джодах лишь улыбается и целует его в щеку, одними губами произнося: «Точно».       Помявшись, юноша, всё же, кивает, закусив нижнюю губу, нервно наблюдая за тем, как Джодах убирает с его кисти свою ладонь, которая дарила тепло и немного успокаивала Лололошку.       — Стой!.. — воскликнул вдруг парень, хватая за предплечье Джодаха, что уже собирался спрыгнуть. Ави поднимает ничего непонимающий взгляд на возлюбленного, который, чуть покраснев и смутившись от близости их лиц, прошептал: — Будь осторожен...       — Не волнуйся, — мягко улыбается он, — тут совсем невысоко. Всего метра два-три. Твой дачный дом довольно интересно расположен, я скажу. Высоковато, однако, для первого-то этажа, как думаешь? — Лололошка просто опустил взгляд, тихо усмехнувшись этому.       Джодах как можно аккуратнее спрыгивает. Приземляясь на ноги, он издал какой-то непонятный звук, а потом, выпрямившись, посмотрел в окно комнаты Лололошки, который высунулся наполовину, с беспокойством глядя на Ави, внимательно его рассматривая, будто бы боясь, что он подвернул ногу или что-то вроде этого.       Убедившись, что всё в порядке, парень перекидывает одну ногу через окно, садясь на подоконник. Он нервно смотрит вниз, встречаясь с подбадривающим взглядом Джодаха. Это немного придаёт уверенности, поэтому, зажмурившись, Лололошка быстро и ловко выставляет две ноги вперёд, а потом прыгает вниз.       Его подхватывают сильные руки, удерживая, не давая упасть. Джодах что-то прокряхтел, чуть качнувшись назад и тихо посмеявшись. Его забавляло то, как Лололошка зажмурился, опасаясь открыть глаза. Всё хорошо; вроде живой и здоровый, а открыть свои прекрасные глазки он так не и может. Ну что такое?       — Всё хорошо, милый, — говорит Джодах. — Ты молодец, — он коротко целует возлюбленного в щёку, когда он неуверенно приоткрывает глаза. — А теперь пошли быстрее. Неизвестно, когда твой отец вернётся. Будет не очень приятно, если он застанет побег, — Ави опускает Лололошку на землю, а потом хватает его за запястье, тянет за собой. — Знаю я одно место... Там нас точно никто не найдёт.

***

      ...Они смотрят на луну. Молчат. А та будто бы смотрит на них в ответ, внимательно наблюдает, будто думает, что они будут делать, о чём будут говорить. Может, она даже злится из-за их долгого неловкого молчания.       Лололошка всё не решается посмотреть в глаза Джодаху. Ему неловко. Он не знает, почему именно. Просто... Просто неловко. И всё.       Они сидят на небольшом холмике, откуда открывается прекрасный вид на город вдалеке.       Сначала Джодах просто молча вёл Лололошку через лес. Парень даже начинал думать, что они вот так и пройдут до самого конца устрашающей чащи, от тьмы которой спасали только серебряный свет луны где-то сверху, сквозь кроны жутких силуэтов деревьев, и тусклый свет фонарика мобильного телефона. Но, как оказалось, всё не так просто. Оказывается, Джодах оставил свою машину в этой чаще, чтоб никто не знал о том, что он вообще когда-либо был в этом посёлке. Ночевал, видимо, тоже в машине. Лололошке становится стыдно и жаль, что Джодаху пришлось ехать за ним в такую глушь да ещё и ночевать в машине посреди леса. Больше всего Лололошке было стыдно. Однако Джодаху он ничего по этому поводу не сказал — не посчитал нужным и особо важным.       — Ты мог и не ехать за мной в тот посёлок... — говорит тихо Лололошка, нарушая тишину.       — Мог, — соглашается Джодах, не отрывая взгляда от диска луны. — Но поехал же. Не значит ли это, что ты — самое важное, что есть в моей жизни? — он переводит взор на парня.       — Мы встречаемся всего два месяца, — как-то слишком горько усмехается Лололошка. — Разве можно настолько сильно привязаться к человеку за столь короткий промежуток времени? Разве можно быть готовым на всё ради этого человека, не разделив с ним даже полгода своей жизни?       — Можно. — Твёрдо отвечает Джодах, со всей серьёзностью смотря в глаза повернувшегося к нему Лололошки, который удивлённо вскидывает брови и смотрит на него. — Я, — Ави придвигается ближе к парню, склонившись над ним, из-за чего у того чуть краснеют кончики ушей. Джодах не обращает на это внимания, — чертовски сильно полюбил тебя за эти недолгие два месяца, именно поэтому я поехал за тобой, когда узнал, что тебя нет в городе. Именно поэтому я пришёл и, можно сказать, выкрал тебя из дома. Именно поэтому я отвёз тебя обратно к городу. — Лололошка кидает очень быстрый взгляд на город, сияющий яркими огнями, после чего вновь смотрит на Джодаха. — Именно поэтому... — Ави наклоняется ближе к лицу парня, — я хочу провести с тобой и лишь с тобой всю свою жизнь... — где-то вдалеке слышится приглушённый хлопок. Боковым зрением Лололошка видит, как небо освещается разноцветными красками, но он продолжает смотреть прямо в аметистовые глаза, — ...ведь я люблю тебя.       Он чувствует тёплое дыхание на своих губах. Завороженно смотрит в чужие глаза, раз за разом прокручивает в голове эту фразу. И снова хлопки... Снова.. Снова....       Слова сейчас излишни. Лололошка это чувствует. А если нельзя выразить свои чувства словами, то можно... Действиями.       Он поддаётся вперёд, накрывая чужие губы своими, обхватывает руками шею, притягивая ещё ближе к себе. Закрывает глаза, отдаваясь тёплому, трепещущему чувству внутри. В животе будто тысячи бабочек порхают.       Лололошка всегда мечтал о том, чтоб его первый поцелуй был именно... Таким. Трепетным, нежным, мягким. Да что уж говорить, то, что происходит сейчас — могло только сниться ему в чёртовых снах, — как бы странно и несуразно это не звучало, — где каждое такое событие — просто глупая мечта.       Он чувствует, как его тело так же обхватывают горячие руки. Ладони поглаживают спину, а потом будто замирают.       Лололошка на секунду приоткрывает глаза, но как только видит, что Джодах этого не делает, решив, верно, полностью отдаться моменту, почти сразу следует его примеру: вновь закрывает глаза и полностью расслабляется...       Где-то вдалеке взрываются фейерверки, освещая тёмное небо разного цвета огнями. Сегодня нет никакого праздника, никакого повода для этих фейерверков. Лололошка знает, и это заставляет его мысленно невольно улыбнуться, а щёки лишь сильнее покраснеть и от смущения, и от количества любви в его сердце.

В воздухе будто бы повисло так и несказанное Джодахом:

Это всё для тебя.