ты в моем сне

Эта новость была просто потрясающей. Какаши не мог нарадоваться тому, что у него будет ребёнок. Не просто чей-то ребёнок, а его и любимой женщины. После стольких лет одиночества, он уже два года живет вместе с Сакурой. Эта потрясающая девушка забрала его сердце, а он забрал ее к себе домой. Возможно, первое время им было тяжело жить вместе. Тяжёлый характер Какаши, привыкшего жить один и полагаться только на себя — своенравная боевая Сакура, которая пыталась навести свои порядки в новом доме. Принципиальный и дотошный Хатаке — упрямая вездесущая Харуно, были чистыми противоположностями друг друга. Но от этого любили друг друга только сильнее. Это у них началось еще после войны. Сакура больше не ждала последнего Учиху и его ответных чувств, решила жить дальше. А Какаши занял пост после Цунаде и стал Шестым Хокаге. Девушка тогда будто впервые посмотрела на своего учителя по-другому. Не как на учителя, наставника или нового Хокаге, а увидела в нем привлекательного мужнину. Красивого, статного, обожаемого многими девушками и не только родной деревни. Ощущала его заботу и чувствовала на себе его внимательный взгляд. Началось слишком тесное общение на работе, эти странные вгляды, которые они украдкой бросали друг на друга, привели к приятному исходу. Какаши не стал медлить и после первого месяца отношений предложил съехаться. Мол он все же достопочтенное и очень популярное имя, ему нечего скрывать перед своим народом. Да и старейшины дайме настаивали на женитьбу молодого Хокаге, в самом рассвете сил. Вот и сыграли свадьбу черёз полгода после начала совместного проживания. — Какаши… Мужчина резко открывает глаза и пытается фокусировать зрение в темноте и видит обеспокоенную девушку. Она сидела на кровати и пыталась его разбудить. Видимо поняла, что ему снова снился кошмар. — Прости… страшилки всякие снились, — он тянет на себя взгрустнувшую девушку и укрывает их одеялом. До рассвета ещё рано. — Давай спать дальше. Девушка лишь кивает и прижимаются ближе к мужу. Мужская рука инстинктивно проходится по чуть выпирающему животу. Все в порядке. *** Сакура сидела на кровати и смотрела как её муж ходит по комнате и одевается. Ей не очень хотелось его отпускать, но работа главы деревни не ждёт. А Шикамару не может вечно замещать Хатаке в резиденции. Задумавшись о чём-то своём она на замечает, как Какаши садится перед ней на корточки и кладёт руки на большой округлый живот, нежно поглаживая массирующим движением. — Я постараюсь, как можно раньше вернуться. Если что не жди меня и ложись спать, поняла? — внимательно смотрит в глаза недовольной девушки и ждёт ответа. Но только получает неуверенный кивок головой. Хатаке улыбается и обращается уже к ребёнку — А ты слушайся маму и сильно не пинайся, мамочке больно! Притворно хмурится, но ласково целует в животик и встаёт. Целует в щеку уже саму мамочку, не отнимая руки от живота. Сакура всё-таки смирилась и отпустила мужа на работу. Когда Какаши уже давно ушёл, девушка сидела на диване и смотрела какую-то простую мелодраму, как вдруг жмурится от сильной боли в животе. Согнувшись, она неловко падает с дивана, разбивая коленки. Сильные спазмы и что-то тёплое стекающее по ноге, не вызывали никакой радости. Сакура молится, что бы это были воды, а не кровь. Нужно добраться до телефона и позвонить в родильное отделение своей же больницы, которую возглавляет на время Шизуне, пока сама Сакура в декрете. Только дотянуться до телефона, и набрать номер. Пытается проползти это ничтожное расстояние до мобильника, но скручивается от боли, что с новой силой показала себя. Помогите…кто-нибудь….пожалуйста… Какаши врывается в больницу и бежит, расталкивая мешающих ему людей. Всего за несколько минут добравшись с резиденции до больницы, когда ему поступил сигнал от АНБУ. Сердце гулом отзывается, когда он видит нужную палату, но ему не позволят зайти туда. Кричащая что-то Шизуне и Наруто, который за руки удерживает, брыкающегося мужчину. Лежащую в луже крови девушку, нашёл один из его подчинённых, который забеспокоился, не обнаружив чакру Сакуры. Он был лично приставлен к жене Хокаге, пока та была в положении. Просто дайте ему взглянуть на свою жену, дайте убедиться что с ней и с ребёнком все хорошо. Все ведь было хорошо… ведь так? — Успокойся, Какаши! К ней сейчас нельзя, ее оперируют! Все будем хорошо, ведь с ней Цунаде! — Шизуне говорит строго и Какаши остаётся только умерить пыл и присесть на скамью. *** Больно. Больно…. Как же больно. Сакура кричит на последних схватках и обессилено падает на кушетку. Она слышит громкий плачь младенца и пытается улыбнуться, но сил хвастает только облегченно вздохнуть. Она мутно видела, освещённая палату и носящихся по палате мед сестёр. А рядом совсем близко стоит ее наставница и улыбается, держа на руках крохотное тельце. Это ее малыш плачет и хочет к маме. Сакура еле тянет руку к ребёнку и Пятая сразу, понимая, кладёт ещё в крови ребёнка ей на грудь. Девочка моя… какая же ты красавица.я люблю тебя. Малышка ещё сильнее скукоживается и плачет громче, Цунаде остаётся только забрать ребёнка, что бы отдать в процедурную. Бывшая Харуно видит, как наставницу выходит в коридор и возвращается уже с Какаши. Тот сразу подбегает к кровати и благодарно целует девушку в щёчки, смеётся так счастливо, когда ему подносят уже чистенькую и одетую в распашонку девочку. Сакура все смотрит, тело будто парализовано, а голова нещадно болит. Сакура всегда считала смерть своим врагом. Она боролась с ней, спасая жизни жителей, шиноби, подчинённых. Сейчас ей даже невозможно бороться за свою жизнь. Харуно отдаст свою жизнь, что бы спасти своих пациентов, но она не думала что умрет, едва подарив новую жизнь. Смерть — всегда будет преследовать каждого, неважно сильный этот человек или осторожный. Всегда нужно уступать место новому продолжению. Жизнь это лишь петля времени, пока продолжается смена поколений, петля не закроется. Даже когда цветок увядает, она оставляет семена. Сакура всегда хотела умереть достойно, и она обязательно спасёт своё дитя. Ей трудно дышать и последнее она видит, как в ней подбегает Цунаде и что-то кричит остальным. Она щёлкает перед глазами ученицы, которые остекленели. Какаши увлечённо рассматривающий девочку, не замечает, как в палате начинают раздаваться крики Пятой. Та стоит перед кушеткой и пытается привести Сакуру в сознание. Интенсивно давит рукой на грудь, делая массаж сердца. Что происходит… Нет. этого не может быть! У него вежливо забирают малышку и уходят в другую палату. Он как в бреду расталкивается медсестёр и подходит к Цунаде, та не прекращая ритмичные движения, сочувственно смотрит на него. Нет. Нет. Нет. Нет! Какаши грубо отталкивает женщину, та без разговоров отходит, и сам начинает трясти Сакуру. Видит ее открытые зелёные, подобно природе, глаза. Они потускнелые и не говорят ни о чем, в них застыла пустота и слёзы. Он кладёт голову на грудь, пытаясь уловить хоть самый тихий стук. Не замечает, как начинает плакать и ещё яростнее давит на грудь. Горские слёзы впитываются в ткань маски и он одним движение стягивает ее с лица. — Очнись же, пожалуйста. Ну же, милая моя… прошу тебя. Расцеловывает, осунувшееся лицо и поднимает к губам леденеющие запястья жены. Омывает горячими слезами нежную, ещё не остывшую кожу. Не обращает внимание на то, что в палате не остаётся никого кроме Цунаде. Та решительно подходит к нему и пытается отцепить от койки. Мужчина неловко падает на колени, все ещё держа в руке тонкое запястье любимой. Рыдает, как маленький и чувствует, как вечно грубая и холодная женщина прижимает его к себе. Пытается успокоить и заставить понять, что уже ее не вернуть. *** — Па! Па! Какаши чтоит на корточках перед девочкой и ждёт когда та сделает свои первые долгожданные шаги. Она тянет свои крохотные руки к папе и сделав несколько неуверенных шагов падает в объятия родителя. Тот поднимает ее на руки и поочередно целует в пухлые щёчки. Ее волосы точь в точь, как у ее матери, улыбка такая же нежная и радостная, и только лишь глаза пронзительно тёмно-серые, как у отца. Она так похожа на неё, когда Какаши смотрит на дочь, видит копию своей любимой. Пережить ее смерть он смог с трудом и жил только ради своей малышки, которую ему подарила его любимая. Она была его смыслом жизни. Он не оставался один, его самые близкие были рядом и помогли пережить самый трудный период в его жизни. Хатаке не смог оставить девочку, совсем крошечную одну и поэтому отдал пост главы Шикамару, ведь он заслуживает уважения и такой чести. Какаши, как и они с Сакурой рассчитывали, назвал дочь Кацуми. Это имя очень нравилось Сакуре. Девочка с рождения была слабой и часто болела, поэтому Цунаде практически жила в доме Какаши, помогая ему со всем и следила за здоровьем малышки. Кацуми два года, она снова слегла с температурой и сильным кашлем. Цунаде постоянно находилась рядом, но она не была богом и просто сдунуть болезнь не могла. Кацуми ещё маленькая, что бы пережить лечение чакрой, это могло буквально убить ее. Какаши нервно курил на веранде и смотрел на деревню, окутанную дождем. Курить стало привычкой, утешением от больных мыслей, сигареты расслабляли. Ничего не мог он дать своей дочери, кроме как страданий с самого рождения. Цунаде рассказала ему, что всю беременность Сакура жаловалась на боли, но никому не рассказывала, кроме наставницы. Определить, что это за болезнь было невозможно, ведь лечение могло повредить плод. Сакура не хотела лишний раз никого беспокоить, и все держала в секрете. Уже тогда Цунаде было известно какие могут случиться роды. Тогда услышав это, Какаши винил только себя, что не замечал вранья жены, о ее состояний. Не видел за фальшивой улыбкой боль, будто ослеп от радости. — Иди к ней, она ждёт тебя, — тихо прозвучало или просто Какаши плохо слышал из-за льющегося дождя. Поворачивается к женщине и благодарно кивает. Кацуми пять. Девочка непоседлива и бегает под ногами папы, мешая ему готовить праздничный ужин. Несмотря на то что сегодня для него не особо хороший день, он счастлив ведь в этот день у него родилась такая прелестная дочь. Он не мог испортить ей праздник своим гнусным видом. Были приглашены только близкие, остальные могут и сами прийти. У девочки очень много друзей ровесников, которых она просто обожает. Чуть ранее приходили Ино с Хинатой, что бы помощь Хатаке приготовить некоторые блюда и ушли, заверив, что опять вернуться, но уже с детьми и мужьями. В гостиной их большого дома, который был подарен старейшинами в день, когда он стал Хокаге, было большое количество гостей. Непоседливые дети бегали туда сюда, их родители сидели за столом и что-то спокойно обсуждали. Кацуми сегодня получила очень много подарков, девочка была так счастлива! Она каждого лично благодарила и обещала приходить к ним на дни рождения. Когда все гости уже расходились, а Какаши уже убрался во всем доме после гостей. Кацуми устало легла спать, под тихий голос отца. Какаши приказал своему нинкену следить и сторожить сон своей дочери, а сам отправился к жене. Стоят перед могилой на коленях, он тихо плакал и разговаривал с ней, не обращая внимания на слёзы. Благодарил девушку, что подарила ему такое прекрасное дитя, хоть это стоило ей жизни. Смотрел на имя выведенное на плите и ещё громче рыдал… Не слыша своих рыданий и скулёж, мужчине казалось, что он слышит ее голос, который зовёт его. Какаши… — Какаши… Какаши, очнись же… Мужчина пытается привыкнуть темноте и рассмотреть лежащую девушку рядом. Не понимает, что происходит, но догадывается. Это кошмар был длинной в несколько лет. Всего лишь сон, кошмар. Сакура. Вот она рядом, сонная, нежная такая обеспокоенно смотрит на мужа. Это его жена. Жена. Как же сладко звучала эта фраза. Он бросается к ней и крепко прижимает к себе, бездумно шепчет просьбы не бросать его, не оставлять. Губами находить мягкие губы жены и целует так словно в последний раз. Нежно, но так отчаянно сминает ее губы в сладком поцелуе. Руки сами оглаживают все тело и ближе насколько можно, притягивают к себе, но не сильно, боясь навредить небольшому животику. Какаши укладывает девушку на кровать и ложится рядом. Сакуре ненужно объяснений, она все и так понимает и просто уткнувшись носом в шею мужа, засыпает. Какаши за это ей благодарен, он не может рассказать что именно видел в этом сне, не сейчас. Ты пришла в моем сне Я пришла в твоём сне И нам не нужно много слов Ты осталась со мной навсегда