Тяготы земли

      Шиёми, полностью погружённая в невесёлые мысли о последнем разговоре с друзьями, заметила закрытую калитку, только когда больно ударилась о железные прутья коленкой.       -Неужели!!!?       Тяжёлая сумка, набитая учебниками и тетрадями, выпала из рук ещё на входе в пристройку.       Как и ожидалось, демон ждал её в комнате принцессы клана.              И, Амаимон, разумеется, даже бровью не повёл, когда она в порыве необъяснимой радости запрыгнула к нему, по-хозяйски развалившемуся на чужой кровати в грязных ботинках. Блондинка, не раздумывая ни секунды, полезла к нему с объятиями, вызвав на лице Амаимона такую непривычную вещь, как гримасу недовольства. Что-то подозрительно часто она заставляет его приводить мышцы лица в движение…       -Амаимон! Ты наконец-то вернулся ко мне! – подпрыгивая на мягком матрасе по правую сторону от демона, смеётся Шиёми. Мрачный сожитель, опять же, непроизвольно дёргает краем губ, когда она, совсем обнаглев (осмелев?), располагает пшеничную голову на мужском плече, а тонкими ручонками обхватывает упругий бицепс его правой руки.       -Ну, что делал в Геенне? - С живым интересом и блеском в глазах интересуется эта дурёха.       Амаимон молчит с минуту, думая, что она отстанет, если он проигнорирует её запал. Увы и ах, Шиёми и не собиралась отпускать его без объяснений на кухню за сладостями, которые ждали его вот уже две недели.       -Знаешь, Конекомару-кун подумал, что ты уходишь в Геенну поедать сердца невинных, как конфеты, которые так любишь.       «И как она может говорить такое, с улыбкой во весь рот? Неужели это говорят в ней гены Шемихазы?»       -Что-то типа того. – Сухо отвечает ей Амаимон, но руку не убирает к радости Шиёми. Значит, он уже, немного, но доверяет ей, раз уж разрешает прикасаться к его телу и не отстраняется в отвращении, как обычно.       -Ммм. Неужели? – Расширив и без того большие зелёные глаза поражается Шиёми, и тут же трётся носом о его одежду, принюхиваясь. – Ха? А по запаху от тебя и не скажешь, что ел... Эмм, то есть, от тебя никогда не пахнет кровью, когда ты приходишь…. Или это у меня что-то с носом?       -Волшебные силы демонов. – Разводит руками Король Земли, вызывая у неё очередную порцию смеха. То, как он это сказал, с явным пофигизмом, действительно прозвучало, как шутка.       Пусть Шиёми и знала, что на самом деле, Амаимон всегда немного колдовал в её присутствии. Только незримо. Не как это делает господин Фель: с шумом и фанфарами. Нет. Амаимон свою демоническую силу использовал незаметно и в мелочах. Порой и не заметишь – а вот уже и кустик, что Шиёми всего час назад посадила, вдруг зацвёл, или эти прилипчиво сладкие леденцы в корзинке на тумбочке, что никогда не заканчиваются, сколько бы она или Амаимон их не ели. И ещё куча других мелочей, которые она всегда старалась отыскать.       Вот, например, недавно, её мать жаловалась покупателям, что с тех пор, как у них поселился этот новый гость, друг-«фамильяр» её дочери, у них в лавке чудесным образом исчезала вся «нихай-трава»; особый порошок, сделанный на основе трав, святой воды и волос с хвоста угольной смолы (сделанный по рецепту покойной бабушки). Как оказалось, это чудо-средство не только лечило от ожогов пламенем Сатаны, но и вызывало у Короля Земли нечто вроде земной аллергии. У тела молодого мужчины, в котором пребывал нынче дух демона Амаимона внезапно появлялась сыпь на видимых частях тела, и странным образом менялся цвет волос. Король Земли от постоянной чесотки не мог даже переступить порог магазина, поэтому, как полагала Шиёми, сделал своё «айнц-цвай-драй», и вся «нихай-трава» исчезла из магазина.       -А что ещё ты делал? – Не унималась Шиёми, по-видимому решив, что раз уж он вновь поклялся в верности теперь уже этой наследнице Шемихазы, значит ей дозволено его донимать сколько ей вздумается.       -Отстань. Какое тебе дело? – Устало зарычал демон. О, Сатана! Когда последний раз он так много говорил с кем-то? Его язык уже устал перебирать нейтральные фразы.       -Вконец страх потеряла, наглая девчонка!? – прошипел сквозь зубы Король Земли, обречённо прикрывая глаза свободной рукой.       Грубо конечно, но даже это не помешало ей, бесконечно краснея, спросить самое важное и наболевшее: - ты скучал по мне?       И от этого её вопроса перед Амаимоном вмиг пронеслись все события бесконечной бойни в Геенне, а именно, тот факт, что он думал о ней буквально через каждого второго демона, умершего в жёсткой агонии.       Невыносимо!!!       Король Земли тут же сел на кровати, скидывая с себя девчонку, и, не представляете….       Под предлогом проведать брата, удрал из комнаты принцессы клана Шемихазы.       -Но ты ведь только…       Поздно. Он уже ушёл, снедаемый не лучшими чувствами.       Шиёми взгрустнула, поняв, что, видимо, обидела его своими откровенными нескончаемыми вопросами. Надо было не так. Но, почему-то, чем больше Амаимон проводил с ней времени, тем спокойнее и легче ей становилось.       «Легче?»       «И правда легче. Но отчего?»       Ведь Шиёми не уставала от учёбы или от работы по дому, но, почему-то, чувствовала себя счастливой, находясь рядом с начальником Нии-чана. Даже более счастливой, чем, когда работала в саду!       Это заставляло серьёзно подумать об отношениях между ней и Амаимоном….       ***       -Ты чем-то расстроен? – С заигрывающей улыбкой спрашивает брата снизу Мефисто, раскручиваясь на стуле с пошленьким журнальчиком из собственного арсенала отаку.       -Отвали. – Огрызается младший брат, с гневом выдирая из рук услужливого Белиала пачку чипсов и плюхаясь в красный пуф у телевизора, по которому опять шло долбанное слащавое аниме.       Нет, у его брата, определённо дурной вкус, если он приходит в восторг от всяких людских соплей и предметов роскоши, а не упивается, как Амаимон, криками боли и ненависти поверженных врагов.       -Кто-то яяявно обиделся. – Нараспев ему вторит демон времени и пространства, сильнее закручивая пружину стула и норовя грохнутся позади своего шикарного дубового стола. – Подружка отшила?       -Нет. – Буркнул Амаимон, тут же поправившись: - Вернее: она мне НЕ подружка! – немного подумав, добавил…. - Что значит, «отшила»?       -Оооо, Боже, тебе ещё учиться и учиться современному сленгу, младший брат. - Удручённо замечает Фель, наконец останавливаясь в своей дикой пляске на стуле.       А это значило, что он всерьёз заинтересовался данным случаем.       Амаимон начинал нервничать и непроизвольно бить ящеровидным хвостом по мягкому розовому ковру, предполагая, что брат не отступится и выведает у него всё в подробностях, окончательно утомив зеленоволосого. А затем, посмеётся, и придумает очередную многоходовочку с его, «несомненно глупым Королём Земли», участием. Нет уж! Амаимон не был глупым, отсталым, или ещё чего. Наверное, как сам полагал демон, он был слегка «дефектным» после потери большей части сил херову тыщу лет назад. Но оставался самим собой.       И нечему было удивляться, что, хотя бы один из братьев Мефисто и Люцифера, вместо разрабатывания коварных запутанных планов и сценариев, просто будет рубить сплеча. Этот радикальный подход, был как раз в духе каменного по своей натуре Амаимона. Он был терпелив и медлителен. И это приносило спокойствие. До тех пор, пока снова на горизонте не замелькала проклятая Шемихаза со своими долбанными убеждениями в духе «мир и жвачка!» и бла-бла-бла...       -Уффф. – Мефисто Фель зажмурился, когда мимо плеча пролетела со свистом фарфоровая вазочка, недавно преподнесённая Ангелем в знак признательности за – секундочку, ха-ха-ха, какие же люди лапочки! – «активное» участие в последней битве. «слава Богу, это не что-то ценное»       - У кого-то опять припадки гнева, хи-хи-хи. - Продолжал потешаться старший Фель. - Эххх, запахло ностальгией…       -Заткнись, нахрен!!! - Рявкнул Амаимон, тщательно молотя острыми зубами по несчастным начос.       Ректор академии, даже не обратив внимание на грубость, так не привычную в отношении младших братьев к старшим (хотя с Амамимоном, опять же, особый случай), подошёл и сел рядом по-турецки. Прямо напротив Короля Земли, который, смотрел куда-то в пустоту.       «Как ожидаемо. Опять ушёл в свой мир» – со вздохом подумал Фель. Когда Амаимон впадает в ярость – жди беды, если он вовремя не успокоится и не подумает о чём-нибудь отстранённом, уставившись в стенку.       -Успокоился? – Серьёзно спрашивает Самаэль, нежно отбирая у брата пачку и ладонью захватывая горстку чипсин. Такое представление надо заесть.       Король Земли, действительно успокоившись, даже не стал отбирать.       -Подумать только, как маленькая принцесса клана может взбесить такого древнего демона, как ты!? Это что-то должно значить, как считаешь? – Весело заключает Мефисто, явно намекая на нездоровую привязанность демона к одной блондинистой сучке.       Амаимон недобро зыркнул в сторону старшего демона, готовясь взорваться вновь.       Но, каким-то чудом, взял-таки себя в руки:       -Нет. Всё это хрень, надуманная людьми. - Как-то совсем уж безэмоционально, но и твёрдо, произносит зеленоволосый, почесав переносицу. И этот стеклянный вымораживающий взгляд, который у Короля Времени уже в печёнках сидит. – Ты слишком много времени проводишь с людьми, брат. – Замечает Амаимон, поудобнее подпирая голову правой рукой, и задумчиво оперевшись на колени, прикрываемые непривычной школьной униформой.       «Ну а это уже обидно» – думает Фель. Разочаровавшись, возвращается в кресло, оставив унылую лужу, по имени, Амаимон, досиживать свои деньки в одиночестве с пачкой полусъеденных начос.       -Кааак же скучно. – Подражая младшему братишке, тянет повелитель Времени, поигрывая одной из своих статуэток, подозрительно похожей на одну пышнотелую блондинку.