Пламя, смерч и вечное небо

И вот однажды, спустя несколько недель, портал был всë же сотворëн. Но кроме самого Леголаса никто даже не знал, как он выглядит. А помимо этого у принца были и другие занятия. Как-то раз он, отправившись за очередным материалом для своего магического изобретения, вернулся домой с двумя лошадьми. Один из коней, а точнее — одна, была без сомнений из породы меарасов, а второй очень уж был похож на тех коней, которых прозвали ангбандскими. По легенде во времена войны за сильмариллы их разводили во владениях Мелькора. Очень интересным было зрелище: длинноногая белоснежная кобыла абсолютно спокойного нрава, чья грива струилась шëлковым водопадом до колен, рядом с огромным, мощного телосложения, вороным жеребцом, который не желал стоять на месте, постоянно похрапывал и встряхивал тяжёлыми блестящими локонами, доходившими до самой земли. Лошади шли без поводьев за эльфом, а он ехал верхом на самой обычной лошадке, приметной разве что «звёздочкой» на носу. На вопрос Тирвениона о том, зачем принцу потребовались ещë двое в и без того оживлëнной конюшне, синда ответил коротко и лаконично: «Надо». Прошло две недели. Обе лошади прекрасно реагировали что на седло, что на наездника, и даже темпераментный ангбандец послушно склонял голову вперёд, позволяя надевать на него узду. Леголас смотрел на животных взглядом гордого отца, да и остальные эльфы восхищались ими, стерев пыль с воспоминаний о тонкостях искусства верховой езды. Один только Гимли сетовал на то, что никто не учитывал пожеланий тех, кто отличался низким ростом. Но ворчал он, конечно, больше для виду — тайком гном всë равно забредал на конюшню дабы полюбоваться гордыми существами. А в это время Леголас готовился испытывать своё изобретение. На краю леса он обнаружил подходящее место — просторную поляну, окружённую многовековыми деревьями. Со стены было снято покрывшееся слоем пыли оружие: теперь меч и клинки были отполированы, заменена тетива лука, стрелы тщательно заточены. Новых коней эльф тоже решил взять с собой, поэтому подготовил им хорошую амуницию, вьючные мешки для ангбадца, кого нарёк Элкаром и подбитое гладким кроличьим мехом седло для Итиль — красавицы-меараса. Зеленолесским и подгорному приятелям аранен рассказал о готовящемся событии за день до оного — хотел удивить, что весьма неплохо получилось. Тауриэль, то ли обрадовавшись, то ли распереживавшись за Леголаса, бросилась ему на шею. Тирвенион и Ферен наградили братскими похлопываниями по плечам. Гимли же разворчался больше обычного, но даже он не смог сдержать чувств и захватил в объятия старого друга, сомкнув руки на досягаемой талии. На следующее утро в заранее выбранном месте собралась небольшая компания из четырёх эльфов, один из которых имел при себе кучу оружия и двух коней, да одного причитающего гнома. Все ждали восхода солнца, без света которого бессмысленно было использовать артефакт. Наконец, первые лучи ладьи Ариэн выглянули из-за сочной зелени ветвей и Леголас объявил друзьям: — Что ж. Начинаем. Голос его вибрировал от волнения. Всё присутствующие, не считая животных, согласно кивнули и приготовились наблюдать. Пошарив в кармане камзола, принц извлёк из него невероятной красоты камень, который едва помещался на ладони. Самоцвет искрился преломлёнными солнечными зайчиками, и казалось, что он сам переливается медными, фиолетовыми и голубыми искорками. Эльф сперва вытянул одну руку — ту, что с кристаллом, а затем поднял вторую на некотором расстоянии от сияющего портала. Он закрыл глаза, и, чуть шевеля над самоцветом пальцами, стал быстро произносить какое-то заклинание. — А оно точно не взорвётся? — взволнованно поинтересовался Гимли, чей взгляд был прикован к камню, зажёгшемуся ярким светом. Но на него тут же цыкнули хором сразу три голоса. Портал начал светиться, образуя вокруг Леголаса перламутрово посверкивающую полусферуру. — Итиль, Элкар! Ко мне. Лошади, боязливо пофыркивая, послушно подошли к магическому полю. Эльф взял их под узцы, заставляя войти в мерцающий купол, который тут же увеличился, захватывая в своё пространство ещё двух существ. Из кристалла вдруг стали вылетать золотистые искорки, окутывая и будто растворяя в воздухе аранена и животных. — Navaer* — молвил эльда, приложив к груди руку. — Navaer — синхронно отозвались Ферен и Тауриэль. — Прощай! — всхлипнул гном. Тирвенион с грустной улыбкой на лице кивнул: — No i Melain na le…** А через долю секунды и Леголас, и его кони растаяли в сиянии портала.