Лайнер 347

Я встала в 6.30, умылась, подкрасила ресницы и губы, с отвращением посмотрела на юбку...и надела брюки от своего костюма, выданную белую рубашку и синий пиджак с нашивкой логотипа. А балетки...такой роскоши у меня не имелось, так что в дело пошли любимые мартинсы. А Ира, в отличие от меня, с радостью вырядилась во всё, что ей дали - чёрная рубашка и чёрные...брюки!!! Ровно в 7 я была в ресторане, как и договаривались. Дианы всё ещё не было, и я, почему-то в лёгком волнении, ждала её прихода. Я стояла, облокотившись о стол, еле держа глаза открытыми от недосыпа, и вошла она. Всё в том же чёрном костюме, в принципе, таком же как и у меня, но другого цвета. Интересно, она вообще переодевается? Я представила, что в её шкафу висят десятки одинаковых костюмов и то ли от этого, то ли от того, что была рада её видеть, такую свежую, невероятно красивую, деловую...в общем, начала лыбиться, как идиотка. - Дерзко. Почему в таком виде? - Вы извините, но я не могу носить юбку. И балетки тоже. - Значит предпочтёте быть уволенной? - Не хотелось бы. Но я знаю, что другим сотрудникам позволено носить брюки, - я оторвалась от стола и засунула руки в карманы, а она скрестила свои. Сделаем вид, что она права, и я дерзкая, - Почему я не могу? - Значит, переодеваться не собираетесь? Мы стояли на расстоянии вытянутой руки, и я, как всегда, с ума сходила от её запаха и всё ещё улыбалась. Улыбка сошла с моего лица, когда она сказала: - Задание на сегодня - разнести приветственные буклеты в каждую каюту по левому борту со второго по шестой этаж, а с 12.00 раздавать прибывшим гостям мороженое в холле. Буклеты возьмёте у Павла, он в холле, а холодильник с мороженным будет ждать вас там же, - и тут же развернулась и поспешила удалиться. - Это наказание? - ошарашенная, спросила ей вслед. - Вам повезло, что вы под моим руководством. Другой бы не спустил это с рук. Мне действительно не хотелось, чтобы меня уволили. Я мечтала о том, как мы отправимся в плавание, я не могла дождаться, когда смогу опробовать все развлечения на лайнере, мне не терпелось погулять по европейским странам, увидеть Средиземное море...Но мороженное?! Что это за задание вообще! Неужели они каждый день будут подобными? Разнести буклеты в...сколько их там...кают?! Уж лучше бы я была официанткой, да и вообще, не их ли обязанность раздавать еду, и не уборщицы ли должны носить всякие бумажки по номерам? Я стала злой, как батя после родительского собрания. Как сто собак! Как чёрный вурдалак! Короче говоря, усмирив свою злость, я всё-таки решила пойти за буклетами и разнести их по этим дурацким каютам. Слушаюсь и повинуюсь. Чёртова слуга. Кают было 400. 400! 400 твою мать! С семи утра я 5 часов носилась по левой палубе, разнося бумажки и вставляя их в двери. Внутрь я бы и не попала, мой пропуск работает только на вход и выход с лайнера, в нашу с Ирой каюту и во все двери с надписью "staff only", так что париться с поиском пропусков в каждую каюту я даже не решилась. Сойдёт и так. Когда я добралась до шестого этажа, я была злой уже, как двести собак и сотня вурдалаков. Я дошла до номера императрицы с этими чёртовыми буклетами, вежливо постучалась и не очень вежливо вручила ей этот остаток в руки со словами: - Дальше вы сами. А затем развернулась и ушла. Это издевательство. И пусть увольняет. Время подходило к двенадцати, пассажиры уже толпились в очереди со своими круизными билетами, чтобы подняться, наконец, на борт. А я с гудящими ногами стояла в холле за холодильным прилавком. Меня тошнило от одного только вида мороженного. Мне предстояло накладывать шарики в рожки. Какой-то абсурд. Но я смирилась. Делать мне было нечего. И какая-то необъяснимая слабость перед Дианой не дала мне забить на это поручение. Спустя час моих страданий, вежливых улыбок людям, этих бесконечных сладко-молочных шариков, мимо прошла Диана, взглянув на меня и удостоверившись, что я работаю. - Через час можете быть свободны, - от её строгости мне стало не по себе. И я загляделась на её зад и ноги, когда она уходила, и ужас, как прекрасно в ней было абсолютно всё. В ней чувствовалась, по крайней мере мне, эстетика элегантности, гордости, непоколебимости и, конечно, сексуальной стервозности. На лайнере больше тысячи членов команды, но ведь надо же мне было попасть под руководство именно этой стервы. И надо же было именно ей оказаться главным менеджером русскоговорящего персонала. И надо же...надо же...надо же...но чего уж точно было не надо - без памяти в неё влюбиться.