Квиты

Кто бы знал, что обычный контракт, каких Генри уже выполнил до черта, окажется такой долбанной клоунадой… И как только Вито додумался в шкаф лезть со стариком Галанте? Иногда казалось, что мозгов у него было намного меньше, чем на самом деле. И ведь не побоялся, засранец, что его застрелят вместе с Галанте, еще и хохмить вздумал, когда у Генри буквально палец на спусковом крючке дрогнул от того, что все в его жизни опять пошло через одно известное место. Кажется, они с Вито приносили друг другу одни неприятности. Как только позже за Скалеттой закрылась дверь кухни, Генри крепче сжал пистолет в руке. Его заказ имел куда больше значения, чем сентиментальность Вито, даже с учетом… всего, что случилось раньше. — Это правда? — резко спросил Томасино, не повышая голоса. — То, что сказал этот щенок? — А ты не огрызайся, волк, — усмехнулся Галанте, лукаво глядя из-под седых бровей. — Ты знаешь мальчишку не хуже меня. — Хуже. Надеялся, что он сюда не помчится. Но, стоило признать — все же знал, что Вито не станет бездействовать. Надеялся на разумность, но явно прогадал. Чертова итальянская кровь. — Глупый, но храбрый… и на редкость добрый. Значит, твоей проверкой стал я, еще и с подачи Вито? Меняешь семьи, как перчатки. Генри скрипнул зубами. Галанте умел говорить, ему этого позволять не стоило, но в ушах отдавались слова Вито. Про то, что он для Томасино поступил бы так же — помчался спасать. После всей херни с тюрьмой, с этой подставой и адвокатом. До последнего Генри за это все было… совестно, наверное. Подходящее слово. Он не был великим радетелем за добро и справедливость, но он ценил честь и берег свою — и, признаться, чуть наивно хотел ждать того же в ответ от тех, с кем работал. Вито был честным до невозможного, вообще врать не умел, и это было очень ценно. Особенно сейчас, когда мальчишка мог кинуть его и оставить самостоятельно разбираться со сворой на хвосте, но вместо этого порекомендовал в семью. Генри предстоял выбор — и выбор ох какой нелегкий. — А я ведь все еще жив, — старик за столом глянул с тем же лукавством. — Мальчишка тебя задел. — Либо ты, либо я, — Генри огрызнулся и не стал давать время на разглагольствования. — Из-за порученного мной дела Вито куковал в тюряге. А теперь мне придется убить того, кто вытащил его оттуда. Галанте потер подбородок, будто задумчиво. — А если я исчезну? Без пальбы. Генри недоверчиво поднял глаза. — Ты, так или иначе, уберешь меня из города — и порадуешь мальчишку. И, скорее всего, получит отменно за подобные выкрутасы. Заказ есть заказ, его надо выполнить, иначе никак. Или принять смерть от чьих-то рук — до глотки Томасино дотянуться охочих до хрена и больше, никакие контакты нигде не спасут на сто процентов… Какая долбанная ирония. Вито подарил надежду на спасение и сам же после ее похерил. Галанте предлагал сделку только ради того, чтобы спасти свою шкуру, все остальные его не интересовали. С какой стати тогда Томасино думать об окружающих, когда дельце решало его жизнь? Да и к чему все эти хреновы намеки Галанте? Неужели ему тоже не плевать на Вито? Противный холодок тронул между лопаток. Смог бы Генри выполнить заказ, если б ему заказали самого Скалетту?.. Он поднял руку с пистолетом и, чтоб душу отвести, выстрелил: пуля вошла в стену в дюйме от Галанте. — Провалишь — и чтоб ни следа больше в Эмпайр-Бэй, — хлестко бросил Генри и пошел на выход. Ему, судя по всему, тоже будут нужны билеты куда подальше, желательно на бронепоезд. Он уже практически подписал себе смертный приговор из-за мальца, который стоял по ту сторону двери. Парня, который как-то спас ему жизнь — уже, кажется, дважды. Одиноко ждавший Вито как будто весь сгорбился, нервно затягивался куревом, уже сейчас казался глубоко скорбящим… Генри сглотнул и с жесткой горечью понял: да ни хрена б он не смог. Этот малец заразил своим безголовым благородством. — Ну, парень, ты мой должник, — негромко сказал Томасино, слегка сжав чужое напряженное плечо. От облегчения, которое зажглось в голосе Вито при живом Галанте, аж замутило. Генри, спускаясь с верхнего этажа, болезненно поморщился. Нехорошо. Слабое место нарисовалось, еще и свербело так неприятно в груди… Но мальчишка в самом деле был рад. И, пожалуй, ему не стоило больше пытаться что-то сделать для Генри, раз уж они тут столько друг за друга напороли. Иначе они точно никогда не будут квиты.