Раненая

Гарри знал, что Гермиона была спецом по заклинаниям. Но насколько же Драко был сильным магом, что смог сопротивляться заклинанию Обливейт? Это было странно, почти невозможно! Что еще мог скрывать отпрыск древнего рода о своих способностях – это интриговало также сильно и Гермиону. Она подошла к блондину и вгляделась в него как в редкий экспонат, чем заставила Драко почувствовать жуткое раздражение. - Перестань, Грейнджер, так пялиться! Я тебе не подопытная мышь. Может еще палочкой в меня потыкаешь? - Каким еще заклинаниям ты можешь противостоять? – девушка была в шоке. Как от него можно было защититься? И можно ли вообще это сделать в будущем, если в прошлом она так просто попала в его сети. Драко ухмыльнулся, поднялся из кресла и стал ходить вокруг обоих друзей, словно хищник, который загнал их в западню. - Я много чего умею, Поттер. Я действительно чувствую то, о чем говорю, Грейнджер. Поэтому прошу остаться с тобой наедине. Гарри встретился взглядом с подругой и, лишь когда уловил благосклонный кивок, направился к выходу и покинул помещение. С облегчением выдохнув, он не стал подслушивать, однако он остался стоять за дверью, так как знал, что после этого разговора Гермионе понадобится снова его плечо. - Теперь нет причины, которой я руководствовался, когда решил тебя соблазнить, - сразу же перешел к делу Драко. Он продолжил ходить вокруг Гермионы словно по инерции, А она лишь тяжело дышала, будто после пробежки. – Мои родители умерли. Я не смог снова вернуть им прежнее положение в обществе, в магическом мире. Я не видел их лица, променяв последние минуты вместе на обучение в школе, рядом с тобой. Думаю, что даже если бы я знал, что больше их не увижу, я бы все равно поступил бы также. Я бы сделал все, чтоб их защитить и доказать, что я чего-то стою. Для Малфоев оставаться в живых, чтоб просто жить было бы слишком мало. Они предпочли бы умереть, чем слыть изгоями. Это сложно понять Грейнджер, но… - Я понимаю тебя. Она откликнулась, и только тогда он смог остановиться. Изумленно взглянув на нее, Драко теперь по-настоящему удивился. Гермиона стояла рядом и больше не казалась чужой или напуганной. Она верила ему. Прежняя девочка, которая его полюбила тогда, в Хогвартсе, вернулась и тянулась к нему всем сердцем. Она сопереживала его утрате, она тоже была сейчас одна. Кроме Гарри и Джинни рядом не было ни одного близкого человека. Ее родители все еще были в Австралии. Но они были живы. В этом была разница. - Раз понимаешь, то ты можешь мне поверить. Теперь нет причин, чтоб соблазнять тебя ради собственной выгоды. Эта его фраза перечеркнула все то светлое, что открылось ей мгновением раньше. Горькая обида за то, что он с ней сделал, вновь свернулась холодной змеей в ее душе. - Почему же? Есть. Драко ожидал, что она станет циничной. Боль простить тяжело. Он бы тоже вряд ли простил, хотя он был мужчиной. Женщины куда щепетильнее, нежнее и могут долго помнить зло. Вряд ли Гермиона смогла бы довериться хоть кому-то после того, что он ей сделал. - Ты же еще жив. Она была жестока, но до такого уровня честности они еще не доходили никогда. - Браво, Грейнджер. Я бы удивился больше, прояви ты ко мне сострадание. Показываешь зубы и рычишь на меня, бьешь по больному. - Я не собака, чтоб рычать, я говорю то, что думаю. Ты можешь продолжить свою игру в любой момент, но не надейся, что я куплюсь на твои выходки снова. Я прозрела. Я могу за себя постоять. Я не поверю тебе снова. - Думаешь, что я бы стал снова ухаживать за тобой, чтобы меня приняли? Для меня нет ничего привлекательного в том, чтоб быть твоей тенью. Девушка поджала губы и хотела было выйти вон и комнаты, но была поймана в кольцо рук парня сзади. - Я еще не закончил. Я чувствую, как ты дрожишь в моих объятиях. Боишься меня? - Если ты говоришь правду, то это ты должен меня бояться. - Верно. Но я готов смириться с поражением, потому что я все еще не верю, что ты рядом. Потому что я так долго тебя ждал и боялся надеяться на встречу. А еще я боюсь, что ты будешь участвовать в этой операции. Боюсь тебя потерять. Что будет, если ты пострадаешь? Девушка чувствовала, как он горячо дышит ей в шею, как зарывается лицом в ее волосы, как его голос срывается на последнем слове, и не заставляла себя оставаться твердой, не верить, не чувствовать. Но как это возможно было сделать? Она прикрыла глаза, чтоб собраться с духом и разжать его руки, оторвать его от себя, хотя его объятий жаждала больше всего на свете. И ей удалось, хотя ее лицо исказилось от боли. - Если я погибну во время этой операции, то я все равно сделаю все, чтоб спасти Рона. А если я его спасу, то мы с ним будем вместе. - Если ты говоришь правду, то я могу лишь только посочувствовать Рональду Уизли. Драко стоял близко и смотрел на нее в упор, от чего она испытывала гнетущее давление, хоть он ее больше не касался. - Почему же? - Потому что тогда я не стану вам помогать. Только если ты останешься со мной, я выложусь по полной. Может быть даже пожертвую своей жизнью. Только для этого ты должна стать моей.