Broken and wild

POV Вип

- Блять, я не специально! - вырвалось у меня, как только мы сели в машину. Найт завел мотор. - Что - не специально? Довел мальчишку, который тебе ничего не сделал? Что за херня, Берг? Чем он так тебе не нравится? Всех, кроме тебя, он устраивает. Я упорно смотрел в окно. Ненавижу эти нотации. Почему я должен кому-то что-то объяснять. Ну да, я повел себя как долбоеб, но зачем это все разжевывать пережевывать потом? Зачем? Почему нельзя забить на это, я готов даже извиниться перед лохматым. - Или... - удивленно протянул друг, - так он тебе нравится? - Нет, - слишком быстро ответил я и тут же понял, что прокололся. Блять. Разумеется, Эмиль знал о той истории с парнем, с которым я встречался. Еще бы ему не знать, этот ебаный Шерлок Холмс сделает все так, что ты сам ему выложишь все свои проблемы. Знал, и помнил, чем это закончилось. И кто терпел мою поехавшую крышу на протяжении нескольких месяцев, пока я восстанавливался и приходил в себя. Тут уже не трудно было сложить два и два. - На, - он протянул мне пачку сигарет. Я взял. Закурил. Что за жизнь такая ебаная... - И что ты намерен с этим делать? ВОТ ОТКУДА Я ЗНАЮ? Откуда? Подобной хуйни не было так давно, что я уже и думать об этом забыл, расслабился, и тут хуякс! Да блять, если бы я знал! Мое лицо, похоже, выразило все мои мысли предельно ясно. - Понятно. Ты сам нихуя не знаешь. Пиздец, Андреас, ты не можешь жить нормально, - Кошмар вздохнул. - Но Кот не виноват в том, что вызывает у тебя такой когнитивный диссонанс, хватит терроризировать парня. Как будто бы, это так просто! - Я постараюсь, - пробурчал я, - только благодаря твоим стараниям, он едет с нами в тур. Где я обречен видеть это смазливое личико каждый ебаный день! - Слушай, давай ты как-то разберешься с этим? Мне же не с неба упало - ой, надо взять какого-нибудь молоденького мальчика, чтобы мой лучший друг на нем залип, как истинный педофил! Придержи свое либидо. У нас, блять, тур, я не могу один вытягивать все партии, знаешь ли, я тоже человек, а не робот. Только какого то хера вы все об этом забываете. - Все, не ори. Я понял. Постараюсь до него не доебываться, - я выбросил окурок в окно, - и не поехать крышей с этим ебаным туром.

POV Кот

С момента первой репетиции прошло два с половиной месяца. Долго меня обучать не пришлось, парни всего-то пару раз прогнали со мной все партии, и вскоре я уже свободно играл, не тормозя никого и не требуя к себе особого внимания и отношения. В группе я более-менее прижился. Парни старались не относиться ко мне, как к пиздюку малолетнему, но у них это плохо получалось. Да и, на правду не обижаются, я ведь еще даже школу не закончил, фактически. Кстати, о школе… Тут дела обстояли крайне негативно. На уроки я в последние месяцы либо просто не приходил, либо показывался на паре первых уроков, после чего преспокойно сваливал на репетиции. В следствии чего и успеваемость моя с просто хуевой съехала до невообразимо хуевой. Но все это было не так уж важно. Для себя я уже определился, с чем хочу связать свою жизнь, а вот предков моих такой вариант развития событий вовсе не устраивал. «Ты должен поступить в приличный институт и прекратить заниматься всей этой херней!» - Типичная реплика отца, когда я возвращался домой с репетиций. «И сними эту хуету с лица», - обычно слышал я вдогонку. Мама обычно молча качала головой и шла проверять тетради своих учеников. Я смотрел на всю эту рутину, в которой они погрязли, и каждый раз клялся себе никогда не жить, как они. За это время я успел узнать дискографию Deathstars, как свои пять пальцев, и просто влюбиться в эту группу. Такой проникновенной музыки я не слышал еще ни у кого, Найт, определенно, был гением своего дела, раз сумел создать что-то настолько великолепное. Тексты песен поражали своим смыслом, и кто бы из ребят не писал их - не меньший гений. Я все же склонялся к тому, что текста целиком и полностью были авторства Андреаса. Это было на него похоже, да и, нельзя так душераздирающе петь то, что не можешь прочувствовать. А он чувствовал. Это было видно по энергетике, которая от него исходила. Бешеной энергетике. Да, вся моя жизнь сейчас была завязана на группе. Я всерьез надеялся, что после тура меня включат в основной состав, и тогда-то можно будет умереть спокойно, ведь мечта всей моей жизни будет исполнена. Но, как обычно, у меня ничего не может пройти без косяков. Решающим голосом, как бы там ни было, все же оставался Берг, который меня на дух не переносил. Делая вид, что меня здесь не существует, он упорно источал негатив по отношению ко мне, отказываясь что-либо объяснять, и это просто сводило меня с ума. От того, что я всего лишь не понимал, чем, как, а главное, когда успел ему где-то не угодить. Вернее будет сказать, раздражало больше то, что он меня будто не замечал. В прямом смысле этого слова, и иногда, когда думал, что я не вижу, окидывал задумчивым взглядом, будто решая для себя что-то. И это бесило еще больше. Время шло, я все так же ходил на репетиции, пропускал школу и не собирался заниматься своей будущей карьерой юриста, как хотели мои любящие родители. Или бухгалтера, уж не знаю, какую увлекательную жизнь они там для меня распланировали. Как же хорошо, что в мае мне уже восемнадцать, и не нужно будет спрашивать их дурацкого разрешения, просто соберу вещи и уеду в тур. Кроме всего прочего пиздеца в виде экзаменов и итоговых тестов, которые мне полагалось сдать хорошо, был еще один неприятный момент: выпускной. Не сказать, что я не перевариваю одноклассников, но веселья с ними особого не будет, а тратить кучу денег на то, чтобы посидеть четыре часа за столом в расфуфыренном костюме мне не очень хотелось. Уж лучше бы я себе гитару новую купил, а то эта уже совсем потрепанная. Со своими когда-то лучшими друзьями мы теперь общаемся разве что в школе, и то чисто по школьным вопросам. С одной стороны, мне было жаль нашего общения, а с другой, эти парни просто оказались не теми, кого я бы хотел видеть рядом с собой. Когда дату выпускного наконец утвердили, а все экзамены я более-менее сдал, хоть и далеко не с блеском, появилась одна накладка: день совпадал с репетицией. Я не пропустил еще ни одной репетиции, но, кажется, как только я заикнусь, что не смогу прийти на одну из последних и самых важных, меня просто прибьют на месте. А кое-кто будет несказанно рад. Именно с такими мыслями я открыл скрипучую дверь и вошел внутрь, где уже все собрались. - Опаздываешь? – беззлобно заметил кто-то, а я даже не поднял головы. Все думал, как бы получше сказать. «Извините, ребята, но на последней репетиции меня не будет, потому что у меня очень важный выпускной в школе, и если не приду, моя мамочка мне голову оторвет»? - Эй, ты чего такой мрачный? – наконец заметил Найт, и я растерянно на него посмотрел. - Эм… знаете, мне надо сказать вам кое-что… - виновато окинув глазами всех присутствующих, наконец решился я, - понимаете, на последнюю репетицию я не смогу прийти… - ну вот. Сейчас начнется.

***

- В смысле, не сможешь придти? Какого хрена? - я отложил лист с текстом в сторону. По-моему, это первый раз за пару месяцев, когда я с ним заговорил. А о чем мне было с ним разговаривать? После того раза, когда я его обидел, а потом слушал нотации Кошмара по дороге домой, я выбрал тактику - просто делать вид, что его не существует. Ни здесь, ни вообще в мире. В какой-то мере это работало. Мой рот был на замке, из него не сыпались колкости и оскорбления в сторону лохматого. Отводил глаза, как мог. По крайней мере, пока это было слишком заметно. Но даже если бы я их выколол себе, от него шла мощная энергетика, которую можно было почувствовать, даже потеряв зрение и слух. Просто я знаю, что вот он, Кот, стоит за моей спиной. Вот он, лежит на диване. Вот он, зашел в студию, хотя я за пультом и в принципе не вижу ни хрена, что творится вокруг. Это становилось похожим на помешательство, которое я отчаянно скрывал. Никто, кроме Эмиля не замечал, что со мной что-то не так. А я тем временем собирал по кусочкам образ лохматого. За эту пару месяцев я узнал: у него очень чувствительная кожа и он боится щекотки; он не любит долго сидеть в одиночестве, ему постоянно нужен кто-нибудь, чтобы хотя бы просто сидел рядом. Даже я, если я молчу и занят своими делами, он просто забивался в какой-нибудь угол с гитарой и не вылазил оттуда. У него пирсинг в пупке и безумно сексуальный живот. Это ввело меня в недолгий ступор, когда этот горе-гитарист опрокинул на себя кружку с чаем и стянул рубашку через голову. Пару дней после этого я на него не смотрел вообще. Он любит соленое и вообще любит есть. Странно, что он такой тощий. Еще он любит чужое внимание (если это не мое внимание) и физический контакт. Он просто лапал все и вся, что попадалось под руки. Вряд ли осознанно, но все же. Это мне тоже радости не добавляло. - Ээээ... ну... - Кот замялся. - Ну? Какова должна быть причина, чтобы пропустить одну из самых важных репетиций прямо перед туром? - Выпускной, - выпалил он и смутился. У меня непроизвольно вырвался смешок. Лохматый вздрогнул. Черт, я постоянно забываю, что он до сих пор не закончил школу. - О, ну выпускной это дело хорошее, - отозвался Найт из-под стола, возясь с проводами, - вот помню, мы с Бергом... - Не надо! - оборвал я его, заметив, что пацан навострил уши. Незачем ему слушать о приключениях пьяного в говно Виплашера. - В общем, нормально все, - улыбнулся Оман, - выпускной, так выпускной. Одна репетиция погоды не сделает, а в жизни будет потом, что вспомнить.

***

И, конечно же, с тем, что выпускной – это, в общем-то, важное дело, и пропускать нельзя согласились все, кроме сами-угадайте-кого. Скрестив руки на груди, Вип сверлил меня взглядом, а через несколько секунд удалился на кухню якобы что-то готовить, опять оставив меня недоумевать и ломать себе мозг. Все это время не один он за мной втихаря наблюдал. Я тоже время от времени поглядывал на нашего вокалиста, и без тени сомнения могу сказать, что он мне очень нравился, как человек. И не важно, как он ко мне относился. Не важно даже, что общение у нас, возможно, никогда не наладится, но в нем просто было что-то притягивающее. Этот человек никогда о себе не рассказывал, и я знал его не лучше, чем знают фанаты, черпающие информацию из интернета. Вот и я, как малолетний фанат читал его биографию, запоминая каждую мелочь, какую только мог запомнить. В основном, это были глупые, ничего особо не рассказывающие о его личности посты о родном городе, ранней профессии и прочих незначительных вещах. Но было и то, что я заметил, находясь с ним по шесть часов в одном помещении. Например, Андреас не переносил картошку, и каждый раз кривился, когда на обед была именно она. И целиком отдавал себя своему образу, когда вживался в него. Эти перевоплощения можно было заметить, даже не наблюдая за Бергом постоянно. Действительно, то, чем он был в жизни и то, чем на сцене – две разные, невообразимым образом уживающиеся в одном человеке, вещи. А еще иногда они с Кошмаром перекидывались какими-то многозначительными взглядами, будто бы знали что-то, чего не знали все остальные, и уж точно не собирались рассказывать. Особенно это бывало, когда Берг в очередной раз выходил из себя и покрывал благим матом всех и все, что попадало в его поле зрения. Я в их дела лезть не собирался, но каким-то образом мне было интересно все, связанное с ним. И это я для себя объяснить просто не мог. Наверное, так бывает, когда встречается интересный по своей натуре человек: тебе хочется открыть его для себя, изучить, но ты не решаешься. Вот и сейчас я смотрел, как уверенным шагом он подошел к столу, барабаня по нему пальцами в поисках чего-нибудь съедобного. - Эй, - выдернули меня из моих мыслей, - хватит в облаках летать! А ты хватит жрать, - Скинни был сегодня неожиданно активным, - репетировать вообще будем или как?

***

Так как в итоге это вышла последняя репетиция, необходимо было прогнать все песни по очереди, чтобы убедиться, что никто не сбивается, все идет как надо и так далее. Лохматый, очевидно, очень воодушевился тем, что парни дали добро на его отсутствие, и что-то тихо напевал, настраивая гитару. Я собирал по комнате листы со словами и пытался не обращать на него внимания. No prayers can reach me here No light can touch Among reduced Bibles, cigarettes and drugs I carve your name in my flesh Listen… Listen… …then come and take my hand Как-то раз я заснул на диване в студии, как часто это бывало. Пригревшись на солнце, просто провалился в сон. Не помню, что мне тогда снилось, но проснулся я от того, что почувствовал, как кто-то холодными пальцами касается моей руки. Первым порывом было выдернуть руку, но я заставил себя никак не реагировать, лишь незаметно приоткрыл глаза. Ну конечно, лохматый. Сидит и разглядывает мои татуировки с очень любопытным видом. Я с трудом подавил стон. Блять, он бесстрашный что ли? А если бы я демонстративно проснулся? Как бы он на это отреагировал? Где чувство самосохранения в этой кошачьей голове? Однако за этим делом его спалил Эмиль, не вовремя (а может, и наоборот) зашедший в комнату. Больше он так не делал. И слава Богу. This is the hand that will blind your eyes And split your spine This is the blade that’ll visit your flesh And release the wine So face the dark and I’ll teach you About fire in the blink of an eye - Now drink the cyanide - The worlds collide and you know It’s pure filth that I hide... Почему мальчишка думает, что во мне скрывается что-то интересное и необычное? Да откуда оно может там быть, если это никто туда не вложил? Иногда я ловлю на себе его восхищенный взгляд, который он безуспешно пытается скрыть всякий раз, как только я замечаю. Зачем, мальчик? Тебе заняться нечем? Я в твоем возрасте просто соблазнял и трахал все, что движется, и ничем не заморачивался. Ну, еще музыкой занимался. Но точно не восхищался кем-то, кто тебя, очевидно, на дух не переносит, и не стремился заслужить как-то его одобрение. Ты не сможешь его заслужить, даже хорошее отношение, вероятно. Потому что одна часть меня тебя страстно желает, а вторая мечтает отказаться от этого как можно дальше, и не приближаться. Let's play a game of two I'll play God and you'll play you Let's play a game tonight I'll play Dark and you'll play Light I want to play God with you I wanna rule you And the strike of the night will trash the skyline And the darken mark some've put in your skin... Знаешь ли ты, что иногда мое альтер-эго берет верх и мне ночи напролет снятся сны? Сны, где ты - моя безвольная кукла, а я твой Хозяин и могу делать с тобой все, что угодно? Где ты стонешь, как шлюха, раскинув ноги, умоляя меня тебя взять, а плеть в руке я чувствую продолжением себя? Знаешь, что я чувствую потом, приходя сюда и видя перед собой твое наивное и восторженное лицо? Твою радость очередной удачно сыгранной песни или неожиданно обнаружившейся в холодильнике шоколадке? Я чувствую себя чудовищем. Это просто убивает меня изнутри. А ты продолжаешь свои провокации. Когда-нибудь я сорвусь... Can you hear it scream Deep deep inside?..

***

И вот, этот чертов день настал. Я стоял перед зеркалом в черном костюме с иголочки и поправлял галстук, поражаясь, как же нелепо я все-таки выгляжу в подобной одежде. Классический костюм и моя внешность дико контрастировали, совсем никак не сочетаясь. - Эрик, ну сколько можно? Ты и на собственный выпускной решил опоздать!? – надрывалась внизу мать. - Да иду я, иду! В этот момент мне на мобильник пришла смска от Денни: «бухло купил?». По какому-то негласному договору этот день мы решили провести, как старые друзья, а именно, сесть в самую глубь зала и нажраться в нули, вспоминая чудесные школьные годы, чтобы потом разбежаться каждый своей дорогой, с теплом вспоминая своих друзей детства. И это меня устраивало. «Купил, конечно», - быстро написал я и поспешил спуститься вниз. Бутылка с водкой уже давно лежала у папы в багажнике, и я в любой момент мог достать ее. Так же я приготовился к выпускному на все сто процентов, положив во внутренние карманы две пачки сигарет. Да, теперь я точно готов. Внизу мама помогала отцу завязать галстук, а когда наконец показался я, по привычки покачала головой. Это означало, что ей что-то в очередной раз не нравилось. - Как пугало выглядишь, - будто выплюнула слова она, а отец закивал головой в такт сказанному. - Это мой выпускной. Хочу и выгляжу, - по-детски надул губы и привалился к стене. Они ничего не ответили, видимо, решив не портить мне праздник. Всю дорогу до ресторана, в котором мы должны были праздновать этот знаменательный день, предки вспомнили чуть ли не каждый год, как они отправляли меня в школу, вспоминали какие-то милые моменты или наоборот, курьезные, а я изо всех сил старался не прилепить руку к лицу. Ненавижу все это. Скорее даже, не переношу, и единственное, что грело мне душу – это бутылка водки, припрятанная в багажнике. Во дворе уже толпились разодетые одноклассники, их разодетые родители и снимающие все это безобразие с разных ракурсов личные фотографы. Короче, от вида данной картины меня передернуло. Моя семья тоже решила не отставать от стада, терроризируя меня фотосессией последующий час. От дальнейших мучений меня спасли друзья, вовремя отвязавшиеся от своих предков. Под предлогом «хотим пофотаться вчетвером», мы дружно свалили с главного двора, и очень вовремя, потому что в глазах уже начало рябить от этих платьев всех цветов радуги. - Ну что, сегодня все по плану? – заинтригованный Маркус уже потирал ладошки в преддверии грандиозной пьянки. - Ну конечно, я же сказал, бухло в машине. Потом возьмем у отца ключи, достанем втихаря водку, и будет у нас незабываемый выпускной. Так, лелея свои планы, мы отсидели полчаса где-то за рестораном, выкурив половину моей пачки, и решили наконец пойти во внутрь. Естественно, там все было по высшему классу: если не брать во внимание расфуфыренных одноклассников и их родителей, то тут еще было, на что посмотреть. И меня от этого вида тянуло блевать. Учителя, эти старые жабы в своих парадных нарядах, и с самооценкой, взлетающей к стратосфере. Что меня всегда и поражало, так это как при наличии такой уродливой внешности можно быть такого высокого о себе мнения. Как выясняется, можно. Длинные банкетные столы были накрыты белой скатертью, на которой красовались всяческие закуски. Я был до одури голодным, поэтому набросился на бутерброды с икрой, не успев еще сесть за стол. Так же я приметил кувшины с соком, в которые потом благополучно можно будет долить водку. Прейдя к таким соображениям, я поспешил поделиться ими со своими друзьями. Еще около часа учителя, директор, завучи и прочие сволочи, сносившие мне психику все эти долгие годы вещали о том, как им будет не хватать именно нашего выпуска, хотя, кого они пытались наебать? Эту заученную речь из года в год они произносят на каждом выпускном. Вскоре свет приглушили, и было дано добро на безудержное веселье. Начались танцы, и в этой темноте поток девушек в платьях разных цветов представился мне каким-то водоворотом красок. Это было плохим знаком, и я решил, что нам с друганами тоже пора начинать свою культурную программу. Выпросив у папы ключи под предлогом, что забыл в машине телефон, я пулей сгонял за за бутылкой, спрятав ее в пиджак. Вернувшись на свое место, где Слим, Маркус и Денни уже с нетерпением дожидались меня, еле заметно жестом показал им, что все окей, и уселся на свое место. Не скажу, что мы были такими уж алкоголиками, просто считали, что за все наши страдания в школе на выпускном, раз уж мы на него пошли, мы просто обязаны напиться. Кто знает, чем это все кончится, но вечер обещал быть веселым. Я это точно знал. Через часа полтора начали удаляться родители. - Эрик, чтоб без глупостей тут. И утром домой, ты все понял? – послушно кивал, безумно радуясь такому исходу вечера. – Чтоб вел себя прилично, - еще один кивок, и родители вышли за двери. Реакцию мою нужно было просто видеть. Покачивая бедрами, с довольной физиономией я одними губами прошептал «б у х а е м», и вернулся на свое место, одним глотком осушив стакан с самодельной «отверткой». - Это, братан, ты б потише пил… - опять принялся за свое Маркус. - Слушай, а не ты ли собирался сегодня нажраться «в говно»? Маркус, ты даже на выпускном очкуешь, ебаный в рот! Следующие полчаса прошли у меня вполне неплохо. Друзья мои пили неожиданно мало, в отличии от меня. К часу ночи я уже был готов. - Так, я курить, - заплетающимся голосом проговорил я, вставая из-за стола, - кто со мной? - А можно я? – отозвался мне вовсе не мой друг. Прилично поддатая одноклассница Элис Бьйорк стояла и кокетничала со мной, выпрашивая сигарету. - Ну пойдем, - растерянно проговорил я и двинулся на выход. Зайдя за ресторан, чтобы нас никто не увидел, я протянул Элис сигарету и подкурил, что она расценила, как знак внимания с моей стороны. О боже. Нет! - Знаешь, Эрик… - господи, ее голос звучал еще хуже, чем мой, хотя вряд ли она выпила больше, - а ты мне всегда нравился… - Слушай, давай не надо, ты же завтра протрезвеешь и… - договорить я не успел, потому что руки девушки обвили мою шею, а губы соприкоснулись с моими. От неожиданности я обхватил одноклассницу за талию, пытаясь отстраниться, но она опять же расценила это несколько иначе, просунув язык мне в рот, и вот мы уже слились в поцелуе, руки девушки опустились мне на бедра, и я понял, к чему все это ведет. Сильнее сжав ее тонкую талию, я резким движением прижал девушку к стене, жадно и неумело трахая ее в рот языком, от чего она возбудилась еще сильнее, и ее руки переместились с задницы на член. Осторожно расстегнув молнию, она взяла его в руку и принялась дрочить, явно зная, что делает. Отстранившись от ее губ, я слегка надавил на хрупкие плечи, и она с радостью поддалась, опускаясь ниже. Рот Элис находился на уровне моего паха, и, не долго думая, она обхватила мой губами. Я простонал громче, чем было нужно, когда она стала медленно двигать головой, облизывая его языком и, сама того не зная, дразня головку. Бессмысленный трах на выпускном. Без чувств, без лишних слов. Я просто дал ей то, чего она хотела. Через несколько минут я кончил прямо шлюхе в рот. Послушно сглотнув все, девушка поднялась на ноги, ожидая продолжения. Снова закинув свои руки мне на шею, она потянулась за поцелуем, но я резко оттолкнул ее, отступая на два шага назад. - Нет, не надо. - Но почему!? – возмутилась она. Девчонка явно хотела большего, и минетом она точно ограничиваться не собиралась, видимо, насмотревшись тупых фильмов о том, что все обязаны выйти из школы «опытными». Телефон зазвонил, очень вовремя, избавляя меня от надобности отвечать ей. - Да? – ответил я, - сейчас? Хорошо, хорошо, почему бы… почему бы и нет, - все еще заплетающимся голосом отвечал я на вопрос Скинни о том, смогу ли я приехать к Випу домой, параллельно застегивая ширинку, - а то тут становится скучно. – Нажал на «отбой» и под прожигающим спину взглядом Элис Бьйорк удалился ловить такси.

***

Здравствуйте, я Андреас Берг и я снова перепил. Блять. Хоть и правда посылай в клуб анонимных алкоголиков на собрание. Сел бы, рассказал им, как до жизни такой докатился. Послушал бы чужие истории. Ну а что, по-моему, мне там уже самое место. Эх. По-моему, все кроме меня хорошо проводили время. По дороге со студии было принято коллективное решение затариться алкоголем и поехать ко мне, лохматый отсутствовал ввиду своего выпускного, чему я был безмерно рад. Наконец-то я мог расслабиться, не контролировать себя и свои действия. Даже репетиция сегодня прошла куда веселее, чем обычно. Я снова мог нести все, что придет в голову, пританцовывать возле микрофона, нацепив на себя концертное боа, лупить Скинни по заднице своей тростью, и вообще, развлекаться по полной программе. Однако стоило оказаться дома, все нахуй сдулось. Кошмар с Оманом снова вели какую-то то ли заумную, то ли рабочую беседу, опустошая одну за одной бутылки с пивом. Я не стал вникать. Довольный Кангур пребывал в хорошем настроении, наигрывая что-то на моей акустике. А я, как уже сказал, перепил. Поэтому настроение было где-то в ебенях, хотелось просто пойти и лечь спать. Но это выглядело бы совсем уж по-идиотски, мы пришли буквально несколько часов назад. - Щас будет весело! - заплетающимся языком объявил Йонас, выходя из кухни с обкусанной палкой колбасы в руках, - короче, я позвал Кота, он согласился приехать и разбавить нашу траурную обстановку! - он снова махнул рукой, и выронил колбасу, - блять! Кого ты позвал, ебать тебя в сраку?! Кота?! - Так, тихо, - Найт заметил мою приближающуюся истерику и опустился на подлокотник моего кресла, зашептав на ухо, - тихо, Берг, ну приедет мальчишка, наверняка, пьяный, повеселит Кангура, они пострадают хуйней, и лягут спать. Не нервничай так. Я готов был просто скрипеть зубами от злости. Удружил так удружил, спасибо, друг! Скинни так ничего и не заметил, но благополучно снова скрылся на кухне, избежав своей смерти. Ебаный придурок! Оман тихо хмыкнул, но ничего не сказал, притянув к себе обратно Кошмара и снова начиная о чем то с ним болтать. Обо мне, значит, никто подумать не хочет? Отлично, блять. Просто чудесно. Теория - если одна половина дня была хорошей, вторая обязательно будет сплошным пиздецом - сработала в очередной раз! Сука. Ладно, не захлопывать же дверь перед кошачьей мордой. Это все же была не его инициатива, я ебаного нашего басиста. В конце концов, я всегда могу уйти спать. После двадцати минут нервного ожидания, на меня снова накатила какая-то апатия и усталость. Когда раздался звонок в дверь, мне было плевать, что это мое личное проклятие. Вздохнув, я поплелся открывать. Ебать...

***

Найдя нужную квартиру, я, держась за стены, позвонил в звонок. Что-то мне подсказывало, что нихрена я не в нужный дом и вообще район приехал, но, к моему удивлению дверь мне открыл его высочество Андреас Берг, и, даже не взглянув на меня, шатаясь не меньше меня, пошел обратно. Прикрыв дверь, я поплелся за ним. - О! Кот пришел, ну наконец-то! – Завопил Скинни. – Я уж думал, со скуки тут помру, эти овощи не хотят развлекаться. Пошли напьемся? – заговорщицким тоном предложил он, на что я ответил убедительным кивком. - Ну что, как выпускной? – поинтересовался Оман, оглядывая меня. Съехавший галстук, вылезшая практически на половину рубашка, расстегнутый пиджак. Весь мой вид говорил о бурной ночи, и я смущенно улыбнулся, вспоминая, что было тридцать минут назад. - Ну да, я, честно говоря, от этого вечера такого не ожидал.

***

Похоже, наш Котик тоже отлично провел время. Я устало опустился обратно в кресло. Весь взлохмаченный, губы в чьей-то красной помаде, одежда съехала, брюки явно снимались и надевались обратно. Я вздохнул. Ну хоть у кого-то вечер был хорошим. Не было даже досады, что кто-то до него уже добрался. Просто пустота в голове и между ребер. И жутко хотелось спать. - О, ну-ка, поведай нам. В нашей жизни выпускной был так давно, что мы нахер забыли, как это обычно бывает, - Кангур был сегодня до неприличия веселый. Меня уже начинало тошнить от чужой радости. - Да все как обычно, - Кот завалился на диван рядом с Кошмаром, пьяно зевая, и явно не чувствуя ни малейшей неловкости. Алкоголь сближает, блять. - Думаю, стоит пропустить часть с поздравлениями и бла бла бла, а сразу перейти к той, где я надрался и трахнулся? - с хитрой улыбкой лохматый оглядел всех присутствующих. Господи, малолетний Казанова, не доебись. Наверняка, будь я в обычном состоянии, я бы разозлился. Скорее всего. Но сейчас мне было немного... жаль? И я был... разочарован? А ребята, похоже, были удивлены. Ну, это же стандарт. Выпускной, пьяные дети, которым так хочется стать взрослыми и "утереть родителям нос". Мальчики, страдающие от спермотоксикоза. Тьфу. Я зевнул и устало потер глаза. Заебало.

***

Подробно отчитавшись о своем выпускном, я залпом выпил коньяк, который не мог допить уже минут пятнадцать, и огляделся вокруг. Настроение было максимально хорошим, а когда я пьян, больше всего мне хочется внимания и тепла. Тут взгляд мой упал на Берга, который сидел с каменным лицом, будто ища что-то на дне своего стакана. В этот момент будто что-то ударило мне в голову, и я вспомнил, какой он был, когда мы первый раз познакомились: веселый, дружелюбный, настроенный контактировать, и по какой-то причине я заскучал за тем человеком, которого даже не знал. Вдруг захотелось снова попытаться поговорить с ним, попробовать выяснить, за что он так резко поменял свое ко мне отношение, но тело меня практически не слушалось, а мне ведь просто хотелось подойти к нему вплотную и втянуть его великолепный запах, который сводил меня с ума каждый день. Сейчас я это осознавал, что каждый гребанный день я старался быть к нему хоть немного ближе, дышать им в прямом смысле слова. Я не осознавал до этого момента, как больно мне делает его отстраненность, ведь я не заслужил такого! Внезапно я заметил, что пока прожигал Андреаса пристальным взглядом, он перехватил мой, и теперь мы тупо таращились друг другу в глаза, слишком пьяные для того, чтобы эти взгляды отвести. Но сейчас он смотрел на меня не так, как в зале на репетиции. Это был пустой, ничего не выражающий, отчаявшийся взгляд. И почему мне так жизненно необходимо было сейчас его обнять? Пытаясь отогнать глупые, совершенно беспочвенные мысли, я налил себе еще немного, на что немедленно отреагировал Эмиль: - А тебе не многовато? - В самый, - пауза. Пытаюсь подобрать слово, - раз, - Найт покачал головой и вышел куда-то, и только теперь я заметил, что мы с Андреасом сидим в комнате совершенно одни. Выпитый алкоголь ударил в голову, подарив мне каплю решимости. Я поднялся со своего места, чуть ли не падая, и уселся на диван прям напротив кресла, в котором недоумевающий Берг внимательно наблюдал за моими действиями. Да, согласен, странно выглядит, когда кто-то ни с того, ни с сего садится напротив тебя и тянется к твоим волосам, перебирая их и втягивая запах полной грудью. Вип просто растерялся. Когда я потянулся к его волосам и запустил в них руки. С одной стороны, он должен был оттолкнуть меня, именно этого я и ждал, ведь какого хера я делал. С другой, это было неожиданно, и, казалось, что ему даже приятно, да и он просто находился в какой-то прострации, чтобы двигаться и как-то на это реагировать. Еще мгновение я наслаждался давно ставшим мне родным запахом, и вот он уже встал на ноги, неотрывно смотря на меня сверху вниз, будто решая, что же ему делать. Постояв так несколько секунд, Андреас просто вышел из комнаты. Черт! Черт, черт, черт! Я злился на себя, я злился на Берга, я злился на все, блядь, вокруг! Какого черта он ушел!? Просто взял и ушел! Я злился и готов был рыдать от безысходности, потому что совсем не этого ожидал мой пьяный мозг. В конечном итоге я просто провалился в сон, все же проронив одну жалкую слезинку, прежде чем окончательно отключиться.

***

Зайдя в спальню, я стянул с себя вещи, побросав где попало, и бревном рухнул на кровать. Какого хрена тут происходит? Как там сказал Кошмар, этот парень вызывал у меня действительно когнитивный диссонанс. Заебало. Как все заебало. Хотелось накрыться подушкой и удушиться, но я не мог даже пальцем пошевелить. Кое-как забрался под одеяло . Сознание начало медленно отключаться, а я - проваливаться в сон. Я уже крепко спал, когда хихикающие и спотыкающиеся на каждом шагу Найт и Скинни притащили бессознательное тело Кота, не придумав ничего лучше, кроме как положить его ко мне на кровать, предварительно раздев до белья. Запихали под одеяло, заботливо его подоткнув, и пьяным зигзагом скрылись в глубине квартиры.