sketching memories

Темнота окружила поместье Фантомхайв, на улице наступила ночь. На небе не было ни одной дождливой тучи, даже как-то странно для вечно мрачного Лондона. Были видны горящие крупные звёзды. Их миллиарды и каждая по-своему называется. Многие из них создавали крупные созвездия, но где-то в дали существовала одна маленькая звездочка. Она была самая любимая у графа. Ему нравилась её особенность к смене цвета. Сколько бы он не смотрел на неё, звезда вечно меняла свой оттенок, но не сохраняла его даже на долю секунды. Иногда, Сиэль выходил в сумрачное время на террасу лишь ради неё, но он быстро уходил назад, ведь сам понимал слабость своего здоровья. В последнее время, подросток проводил множество своих чаепитий в собственном саду в компании различных сортов роз, и каждый раз он пил один и тот же чай. Демон, прислуживающий ему, частенько задавался вопросом: «Как его господину не надоело?». Возможно, Сиэлю просто не хотелось ничего менять в своей жизни, но отказываться от своего плана, по поводу мести за проклятие рода Фантомхайв, не желал. В какой-то степени, синеволосый смирился со своей смертью, которая ожидала его после нахождения виновников в смерти родителей. Он понимал, что сгинет в ад и там будет гореть вечные века. Ему правда было неприятно вспоминать смерть своей родни и тот ужасающий пожар в собственном поместье, но времена идут, боль успокаивается, раны покрываются плёнкой. В этот вечер, Сиэль вновь окунулся с головой в собственное детство, попивая чай «Эрл Грей». Около него стоял темный дворецкий. В руках он держал маленький заварочный чайник и, когда чай в кружке лорда заканчивался, подливал напиток, а после вновь отдавал в руки парня. Так прошел час или два. Погода сменилась, небо покрыли грозовые тучи, которых так боялся синеволосый, и когда начался дождь, а потом и гром, Михаэлис спросил своего господина: — Не желаете пойти в поместье, мой лорд? Вы можете простудиться. — на что Сиэль кратко посмотрел на него и прикрыл глаза, жалостно вздыхая. — У вас что-то случилось, о чём вы не можете рассказать своему верному слуге? — паренёк распахнул свои орбиты и тяжело встал, опираясь на череп, сделанный специально на трость. — У меня ничего не случилось, да и тебе какая разница, Михаэлис? — усмехнулся Фантомхайв, приподняв один уголок уголок пухленьких губ. — Неужели демоны что-то чувствовать научились? Не смеши меня. Темноволосый долго смотрел на него, а внутри всё закипало от ярости. Он пристально смотрел в уходящие следы графа. С каждым разом подросток удалялся всё дальше и дальше, а после и вовсе растворился во тьме около входа в поместье. — Чувствуют, мой лорд.