Я держу твое сердце

       День Святого Валентина выдался довольно долгим и утомительным. Хоть уроки и были сокращены, повсюду висели и стояли самые разные украшения: гирлянды из сердечек, шторы на всех окнах розовые, розовые плакаты с сердцами и купидонами, розовая еда. Хищникам давали розовое мясо и розовое молоко, а травоядным — розовые овощи, фрукты, травы. Чай тоже был этого цвета. Девочки пищали и умилялись, а у мальчиков в глазах рябило. У всех, кроме Альбуса Дамблдора, который и создал эту розовую вспышку.        Раздражительно дернув круглым оранжевым ухом, Гарри с отвращением откусил кусок куриной розовой ножки. Как директор добился такого цвета для всей еды — непонятно. То ли магия, то ли маггловский краситель. Скорее всего, первое.        Хоть сегодня и был романтичный праздник, все учителя были напряжены. В этот день нужно особенно наблюдать за учениками, чтобы не было проблем, недоразумений и нежелательной беременности. Хоть мадам Помфри и проинструктировала старшекурсников, те о презервативах могут забыть. Особенно хищники, у которых инстинкт размножаться всегда агрессивнее, чем у травоядных. — Гарри, смотри, сколько валентинок, — пожалуй, Рон был одним из немногих парней, которым это все нравилось, что очень странно. — Как думаешь, сколько достанется мне? — Много, Рон, — улыбнулся другу-льву Гарри. — Девочкам нравятся хищники. — А мне нравятся травоядные, — усмехнулся парень и посмотрел на девушку с Рейвенкло, у которой были рога, уши и хвост антилопы.        Гермиона перехватила взгляд Рона и нахмурилась, недовольно дернув треугольным рыжим ухом с черным кончиком. — Но, конечно, моя лисичка с ними не сравнится, — поспешил добавить Рон, краснея. Парень он был хороший, только они с Гермионой любили подтрунивать друг друга. — У меня больше будет валентинок, — заверила та, взмахнув пушистым рыжим хвостом. — Вот увидишь. — А у меня еще больше, — засмеялся Гарри, после чего друзья подхватили его смех. — Только со сладостями будь аккуратнее. Мало ли, что тебе подсыпят, — предупредила Гермиона. — Ну, знаешь, после этого всего, — Гарри брезгливо отодвинул тарелку с розовой недоеденной ножкой, — я еще долго есть сладкое не смогу. Мне кажется, от этого розового цвета меня сейчас стошнит. — А мне нравится, — сказал чуть дальше сидящий Невилл, довольно размахивая хвостом лабрадора. — Ты Полумне отправил валентинку? — хитро сощурилась Гермиона. — Да, — уши его поникли, а сам парень покраснел. Он посмотрел на Луну за столом Рейвенкло и чуть повеселел. Девушка это заметила и задергала белым пушистым кроличьим хвостом. — Молодец. Вечером нам раздадут валентинки, и мы будем праздновать, — Грейнджер предвкушающе улыбнулась. — Праздновать? За книгами? — опять пошутил Рон.        Не слушая легкую перебранку своих друзей, Гарри перевел взгляд на большую коробку у обеденного преподавательского стола, к которой подходили студенты и в щель просовывали валентинки. Сам же Гарри ни для кого ничего не писал, потому что… было просто некому. Хотя, он кинул валентинки для своих друзей, но вот для любимого человека нет, потому что его самого нет. Джинни видит в нем еще одного брата, а сам Гарри тоже любит ее, как сестру. Другим людям он давать шанс не собирается, уже четко понимая, что настоящей любви им от него не нужно. Возможно, все изменится за пределами школы.        Гарри посмотрел на преподавателей, которые тоже были украшены благодаря Дамблдору, и сдержал усмешку. МакГонагалл сняла шляпу, показывая всем свои розовые уши, у Хагрида на массивной шее висел розовый бант, благо, хоть уши золотого ретривера не тронули, сам Дамблдор был в розовой мантии, которая скрывала крылья филина, рядом сидящий Снейп явно был недоволен, что у него на шее висит розовый колокольчик. Конечно, сделать милым большого быка очень сложно. Вон, какие у Снейпа внушительные белые рога и черно-белые уши. Странно, что от злости он не насадил Дамблдора на свой рог. Наверное, под столом ходуном ходит хвост.        После обеда было свободное время, которое Гарри решил потратить на… А что бы ему поделать? Зажиматься по углам не с кем, тренировку сейчас по квиддичу не устроить, в библиотеке скучно, друзья уже заняты. — Хватит подметать своим хвостом пол, Поттер. Или вы решили помочь Филчу, — Гарри был так увлечен размышлениями о том, чем же себя занять, что не обратил внимание на звуки колокольчика. Только когда Снейп подал голос, он очухался. — И вам добрый день, сэр, — безразлично вздохнул от скуки тот. — Что с вами? Неужели переживаете, что вам никто не подарит валентинку? — на бледных губах Снейпа расцвела ухмылка. — Будете волочить хвост по полу, то на него кто-то может наступить.        Подумав, что от того, что на хвост наступит бык, может быть реально больно, Гарри его приподнял, возвращая в нормальное положение: вниз, а кончик закругляется и смотрит вверх. — Надеюсь, валентинок будет не так уж и много. Жаль переводить на них бумагу, чтобы затем выбросить, — ответил Гарри. — Вы сегодня на удивление апатичны, Поттер, — ухмылка не спадала с лица мужчины. — Очень хорошо. Поможете мне разобрать хлам в моем кабинете, раз вам все равно заняться нечем. — Хорошо, сэр, — пожал плечами тот. Почему бы и нет, если действительно нечего делать.        В кабинете Снейпа стоял не то, что бардак, а просто беспорядок: разные коробки с макулатурой, бумажки и пергаменты валяются на полу. — Нужно выкинуть все бумаги до восьмидесятого года, а также собрать все с пола и тоже выкинуть. Если управитесь за час я, так уж и быть, дам Гриффиндору десять очков, — сказал Снейп. — Двадцать, — на этот раз усмехнулся парень. Он уже давно его не боялся, мог немного и понаглеть. — Торговаться вздумали? — видимо, Снейп был в относительно хорошем настроении в такой праздник. — Тринадцать. — Семнадцать, — Гарри скрестил руки на груди. — Пятнадцать, — Северус тоже не отставал, гордо выпятив грудь и приподняв подбородок. — Это только за коробки. — Не наглейте, Поттер. Весь в отца. — Я помню, вы говорили. Хотя бы еще три балла и я соберу все с пола. — Два. — Четыре. — Хорошо, три! — сдался Снейп и как будто поежился, направляясь к своему столу.        Изначально Гарри решил просто пошутить, но не знал, что получится действительно поторговаться. Он вздохнул, пододвинул к себе первую коробку и начал разбирать ее, старые бумаги откладывая в сторону. Такая работа могла отвлечь от скуки, но она возвращается в тишине. Снейп водил пером по пергаменту с хмурым лицом и иногда ерзал. Возможно, очередной ученик написал какую-то лабуду, а он не хочет бушевать на все подземелье. Как обычно.        В ушах стало звенеть от тишины, мозг даже чирканье пера перестал воспринимать. Сколько он уже перебирает эту коробку? Неизвестно, у него же нет часов. Еще есть другие коробки, а потом мусор с пола надо собирать. Отвлекать Снейпа от его работы тоже не хочется, он и так, видно, помрачнел и может взорваться бомбой от любого касания.        Вскоре он встал, запахнулся в полы мантии и строго посмотрел на Гарри. — Я отлучусь на двадцать минут. Надеюсь, за это время мой кабинет не будет разобран по кусочкам и в нем станет чище. — Конечно, сэр, — сказал Гарри, даже не подняв головы и продолжив свою нудную работу.        Дверь громко хлопнула, и кабинет полностью погрузился в тишину. Зачем-то отсчитав минуту, он подошел к преподавательскому столу, сцепив руки за спиной, чтобы, если надо, было оправдание, что он ничего не трогал. На столе не было ничего особенного или личного, что не удивительно. Вряд ли Снейп будет хранить, например, рамку с фотографиями на рабочем месте. Он душу никому не откроет.        О, а вот и работа ученика. Странно, в ней не так много ошибок, чтобы злиться. Или Снейпа прижало и он убежал в туалет? Кто его знает, работа даже недопроверенная. Пожав плечами, Гарри вернулся к своей работе, решив сразу же поднять все с пола. Зачем топтаться по бумажкам и марать их еще больше, если самому потом собирать?        Подняв все с пола и сложив в отдельный черный мешок, парень продолжил разбирать уже вторую коробку. В какой-то момент он уже устал стоять, а потому сел и продолжил. Что ж, хотя бы в этом кабинете все не пестрит ярко-розовым цветом и можно отдохнуть.        Снейп вернулся позже, чем обещал, но уже более спокойный и без унизительного колокольчика на шее. Он подозрительно покосился на Гарри, таким же взглядом обвел кабинет, хмыкнул и сел на свой стул.        Парень же иногда бросал на него взгляды, подметив, что ерзать он перестал и выглядит спокойнее. Мысленно пожав плечами, он вернулся к разбиранию коробки и увидел на самом дне помятую валентинку. Кинув на занятого Снейпа настороженный взгляд, Гарри аккуратно подцепил пальцами открыточку в форме сердечка, достал ее и открыл. Почерк был средним: не корявым, но и без красивых загогулин, чуть округлый. До того, как начать читать послание, Гарри попытался найти год. Редко указывают его на подобных открытках, но вдруг повезет.        Нет, не повезло. Тихо разочарованно вздохнув, он все же решил прочитать послание. Почему бы и нет, все равно от этого никому плохо не будет.

Я не умею красиво писать, поэтому скажу, что думаю о вас. Мне очень нравятся ваши большие рога и этот хмурый взгляд. Порой я ловлю себя на мысли, что меня забавляет следить за шевелением вашего хвоста под мантией. Не смущайтесь, я смотрела только на него. А еще я бы хотела потрогать ваши ушки. Надеюсь, они такие же мягкие, как на вид…

       Гарри был красным то ли от сдерживаемого смеха, то ли от смущения. Эта валентинка сто процентов была адресована Снейпу. Возможно, он ее даже не прочел, иначе бедная бумажка уже превратилась бы в пепел. А, может, он просто забыл. Конечно, Гарри прекрасно видел, какие массивные у мужчины рога, но… в романтическом плане он об этом не думал. Да и на уши он не смотрел. А что? Уши как уши, у Гарри мягче будут, шерсть гуще, оттенок насыщеннее. Только вот кто написал это? Видно, девушка. Но кто? Скорее всего, если валентинка старая, она здесь лежит лет десять, может больше. Интересно, а у этой девушки получилось добиться своего?        Гарри максимально незаметно засунул валентинку в карман, надеясь потом как-то узнать личность девушки. Возможно, с помощью Гермионы. Закончив со второй коробкой, он принялся за последнюю, радуясь, что в ней меньше всего бумажек. На нее ушло полчаса, и Гарри вздохнул с облегчением. — Я закончил, сэр, — сказал он.        Снейп поднял взгляд, встал, подошел, осмотрелся придирчиво. Видимо, работа Гарри его удовлетворила, поэтому он кивнул. — Хорошо, Поттер. Семнадцать баллов Гриффиндору, хоть вы немного и задержались. — Спасибо, профессор, — кивнул Гарри, направившись к выходу, но остановившись у двери. Нет, все же он настоящий гриффиндорец, раз мучает совесть. — И еще… Я нашел валентинку в коробке. Хотел показать вам, но вы вышли, а потом я забыл. Ее тоже выкинуть?        Совесть простила легкое вранье, а лицо он попытался сделать максимально непринужденным, чтобы не показать, что он прочел послание. Снейп же выглядел растерянным, явно не понимая, о чем речь, а потом он, казалось, побледнел пуще прежнего, быстро подошел к Гарри и забрал валентинку. — Вас не учили, Поттер, что нельзя совать свой нос в чужие дела? — зашипел мужчина, а из ноздрей чуть повалил пар. Он явно был зол. — Я ее даже не читал, отдал вам, — максимально спокойно ответил Гарри, а потом чуть усмехнулся. — Или само касание до чужой валентинки считается преступлением? — Держать чужое сердце считается преступлением, — загадочно прошипел мужчина. — Уходите, пока я не снял с вас баллы.        Не сказав ни слова, Гарри развернулся и вышел, не понимая, чем эта старая валентинка так задела Снейпа. Или, может, у него была девушка после Лили, но она тоже умерла? А эта открыточка — последнее, что от нее осталось? Жаль, если это так. Очень жаль.

***

       Конечно, преподаватели не смогли уследить за всем. Группа студентов пятого курса решили закатить вечеринку в одном пустующем классе и кто-то из них принес хлопушки. Это оказались хлопушки близнецов Уизли, и они окрасили все стены, потолок и пол в розовый цвет с блестками. Ученики не пострадали, только все стали другого цвета, а краска со стен плохо отмывалась. Мадам Помфри с профессором Снейпом весь следующий день возвращали ученикам их цвет кожи, а Флитвик с МакГонаналл пытались магией очистить класс.        Учителя устали больше обычного, из-за этого инцидента некоторые уроки были отменены. Именно уставшего и хмурого Снейпа застал Гарри при выходе из Большого Зала вечером. — Здравствуйте, сэр, — вежливо поздоровался он. — Здравствуйте, Поттер, — в своей типичной манере ответил тот и тяжело вздохнул. Он выглядел не только уставше, но и напряженно. — Вы уже закончили? — С чем? — не понял Гарри. Вроде, он ничего и не начинал. — С утолением своего голода, — раздражительно зашипел Снейп и скрестил руки на груди, а потом зашипел опять, будто от боли, и опустил руки. — А, да, — кивнул тот и подумал, что это немного странно. У Снейпа болит рука, царапина? Или синяк большой? — Тогда идите за мной, мне опять нужна ваша помощь, — он резко развернулся и грозной тучей направился в подземелье. «Мне кажется, что красный цвет моего факультета плохо на него влияет», — с усмешкой подумал Гарри.        Как бы странно это ни было, но Снейп оставил его одного сразу же. Они пришли, он сказал перебрать ингредиенты на двух полках и выкинуть просроченные, а сам поспешно ушел. Пожав плечами, Гарри решил не сопротивляться. Может, он ему еще баллы присвоит, а они лишними никогда не будут. Только почему Снейп выбрал для этого его, а не оставил это задание для отработки, он не знал.        Только спустя час он вернулся, казалось, раздражительнее обычного. Весь вид Снейпа говорил о напряженности, хотя его выдавали только нахмуренные брови. Опять что-то случилось? Конечно, в Хогвартсе всегда что-то случается. — Долго вы еще копошиться будете? — спросил мужчина, быстро пройдя мимо Гарри к своему столу. — Я одну полку перебрал. Вот, еще одна осталась.        И опять Гарри был удивлен. Снейп промолчал, грозно засопел и постучал пяткой туфли об пол. Его будто что-то сильно нервировало и раздражало. Можно подумать, что Гарри его бесит больше обычного, но тот ведь сам его позвал. — Ладно, позже доделаете. Идите! — дергано махнул рукой Снейп. — Но ингредиенты скоро совсем пропадут, вонять будет. Мне всего лишь полка осталась, — воспротивился Гарри чисто из любопытства. Ему было интересно, почему тот так себя ведет. — Дементор с вами, Поттер, заканчивайте быстрее, — мужчина опять попытался скрестить руки на груди в излюбленном жесте, но снова зашипел и опустил их.        Гарри затаил дыхание и боковым зрением покосился на него. Это что? Что это просачивается сквозь черную ткань его сюртука? Да еще и в районе груди! На уровне сосков!        Замерли и уши с хвостом парня, а глаза сильно расширились. Что это может быть? Из груди у млекопитающих только одна жидкость выделяется. И то, у женщин и после родов, чтобы детей кормить. Но… Снейп же не женщина. Многие девочки обсуждают его внушительный бугор в штанах, когда на нем нет мантии. Но кто может давать молоко без родов? Коровы. Но Снейп же бык. Вон, какие достоинства себе отрастил.        А, может, это не молоко? Может, Снейп просто помыл руки, плохо вытер, задел сюртук и пятна остались? Глубоко вздохнув и используя всю тонкость своего звериного нюха, Гарри приоткрыл рот в еще большем удивлении. Это точно было молоко, и небольшие темные пятна на сюртуке увеличивались, пока Снейп просто стоял и ничего не замечал.        Так вот, что его беспокоило. Но ведь продаются специальные устройства для коров для сцеживания молока, козы их еще используют, потом молоко продают нуждающимся. В чем проблема купить этот прибор? Он по карману большей части мира, только совсем безденежные позволить его себе не могут. Но, скорее всего, у Снейпа есть этот аппарат, не началось же это внезапно. Но Гарри слышал, что и у мужчин может выделяться молоко на фоне переживаний за беременную жену. Но у Снейпа же нет жены. Или есть? Это та девушка из валентинки?! Так они вместе?! — Чего застыли, Поттер?! Или вы совсем деградировали, раз вы стоите с открытым ртом? — заметил его бездействие мужчина и переступил с ноги на ногу. — Живее!        Странно, но Гарри это не отрезвило. Он был в таком шоке, что даже моргать перестал, неотрывно смотря на два пятна на черном сюртуке. Нет, он слышал, что один мужчина-голубь снес яйцо, но это бывает очень редко. Неужели Снейп всем врет, что он бык, а на деле корова? — Что вы уставились? Если увидели на мне какую-то крошку, можно сразу сказать, а не пытаться испепелить ее взглядом, — зашипел тот и, в попытках найти ту самую крошку, опустил взгляд.        Такой тяжелой паузы Гарри не слышал еще никогда. Он закрыл рот, сглотнул и напрягся, готовый либо бежать, либо уворачиваться от вещей или проклятий. — Поттер, — это уже рык, а не шипение. — Я ничего не видел, никому не скажу.        Гарри, будучи большим и смелым тигром, бежал, поджав рыжий хвост и прижав уши к голове. Перед глазами стояла только одна картина, и развидеть ее просто не получалось: эта мужская упругая грудь, которой нет у женщин, обтянутая тканью сюртука, сочилась одним из лакомств хищника. Мало того, что Гарри вдохнул этот прекрасный запах, оно было горячим и, наверняка, безумно вкусным.        Забежав в комнату, где сидел Рон и общался с Симусом, он запрыгнул на свою кровать, впился пальцами в подушку, уткнулся в нее лицом и приглушенно, но громко застонал. — Друг, ты чего? — удивленно спросил Рон, переглянувшись с не менее удивленным Симусом. — Симус, можно я поговорю с Роном наедине, пожалуйста, — сдавленно попросил Гарри, и тот не стал мешать, послушно покинув комнату. — Гарри? — Уизли сел к нему на кровать и неуверенно коснулся плеча. — Что случилось? — Мне конец, — ответил тот, перевернувшись на спину и поправив очки. — Спрячь меня… А лучше убей… — Ты чего? Давай по-порядку, — нервно усмехнулся парень. — Я… Я даже не знаю, как объяснить и с чего начать. — Начни как сможешь, а там само пойдет. — Ну… У меня есть… Знаком…мая. Знакомая, да. И, когда я с ней разговаривал, она вела себя нервно. Ну, ее что-то сильно беспокоило. А потом… Я заметил, что в районе ее груди… Течет что-то. — Друг, — Рон, казался выглядел смущенным и заинтересованным одновременно, — ты не говорил, что общаешься с девчонкой-коровой. Или она коза? Кто еще молоко без родов дает? Сейчас вроде нет никого беременных. — Она…корова, — Гарри сглотнул, рвано вздохнул и отвел взгляд. — Ну, и что ты сделал? Прижал к стене? Помог избавиться от проблемы? Насколько я знаю от Гермионы, такое бывает, если долго не доиться. Обычно коров каждый день доят или они это сами делают. Или у нее молоко быстро набирается. Так что ты сделал? — Я сбежал! — воскликнул тот. — Позорно сбежал, потому что испугался. Это было для меня шоком… Я не готов и… Мы не рассматривались, как пара, совсем нет. Не мне ей помогать. — Понимаю, друг. Я первое время тоже стеснялся трогать Гермиону, она стеснялась, мы долго шли к интимной жизни. Вдохни-выдохни, понаблюдай. Может, она и не против, чтобы ты ей помог, а ты зря волнуешься. Ты главное сильно не дави. Я слышал, что это больно. Кстати, так кто это? — Ну… Я не готов пока… — Ладно, друг, понимаю, дело деликатное, — Рон ободряюще хлопнул его по плечу. — Тебя оставить одного или побыть рядом? — Оставь, мне нужно подумать, — пробормотал Гарри. — Хорошо. Если что, помни, ты можешь обратиться к нам. Мы же твои друзья, — широко улыбнувшись, Рон ушел.        Гарри лег на бок, прижал хвост к ногам и закусил острый ноготь. Он банально возбудился — это еще одна причина побега. Этот запах горячего молока, вид мокрых пятен на сюртуке, что обтягивал мягкую грудь… Полную грудь. Тряхнув сильно головой, Гарри опять лег на спину и попытался очистить мысли. Снейп, наверное, его и на рог посадит, и рогаликом скрутит. Затопчет до смерти… Все, не думать… Максимально уменьшить контакт для безопасности своего же хвоста.

***

       Гарри едва ли не до крови кусал свою щеку, лишь бы не выдать своего волнения. За обеденным столом внезапно стало неудобно сидеть, особенно, когда тебя настырно сверлят взглядом. Глубоко вздохнув и вспомнив, что что-то очень личное Гарри видел на пятом курсе, он также вспомнил, что уже взрослый человек, совершеннолетний, да еще и хищный тигр. Снейп вряд ли физически проявит насилие, а к словесным перепалкам он уже привык. Рано или поздно что-то, да произойдёт, поэтому лучше разобраться с этим до того, как произойдет что-то страшное или непоправимое.        Но уверенность прошла так же быстро, как только он собрался поднять взгляд. Просто страшно и непонятно, чего ожидать. Гарри вышел первым и порадовался, что сегодня нет зелий. Минус одна проблема, которая вернется уже завтра.        Проблема настигла раньше ожидаемого, но опять около Большого Зала. Наступил ужин, а Гарри опаздывал к друзьям, которые его уже ждали за столом, потому что профессор МакГонагалл его задержала после вечерней пары.        Потянувшись к массивной створке двери, его руку перехватили. Ошарашенно подняв взгляд, Гарри конкретно сжался, увидев перед собой лицо Снейпа. Сжалось все и внутри, только в приятном трепете или ужасе — непонятно. — Неужели вы думали, что я оставлю все просто так? — злился Снейп, отпустив руку парня и медленно, машинально, наступая на него. — Я-я же сказал, что ничего не видел и никому не скажу, — поджал хвост Гарри, пятясь назад и выставив инстинктивно перед собой руки, согнутые в локтях. — И вы думаете, я вам поверю?        Гарри уперся спиной в стену и начал быстро размышлять, но ничего путного в голове не задерживалось. Когда Снейп навис над ним грозной тенью, он дальше выставил руки и опять инстинктивно уперся ему в грудь, чтобы отодвинуть и было больше расстояния. Что ж, кто-то впервые услышал такой стон Снейпа. — Ой, п-простите. Сильно больно? Я не специально, — залепетал Гарри, от страха отлипнув от стены и взволнованно приблизившись к нему.        Тот не успел поднять взгляд, когда сзади открылась дверь Большого Зала, и вышла небольшая кучка учеников. Вместе с этим Гарри опять заметил два влажных пятна на груди напротив. Нужно было что-то делать, причем быстро, иначе кто-то еще узнает об этой тайне, и Снейпу будет плохо уже морально.        Взяв на себя инициативу, Гарри быстро нашел руку мужчины, сжал ее и повел в коридор, идущий в подземелье. Он был обеспокоен и шокирован тем, что Снейп не вырывался, не гневался, ничего не делал, а просто шел за ним. Неприятные мурашки пробежались по позвоночнику, а шерсть на хвосте распушилась.        Гарри остановился напротив личных комнат Снейпа и отпустил его руку, после чего сделал шаг назад. — Зря вы мне не верите, профессор, — дрогнувшим голосом сказал он, сглотнув. — Я же сказал, что никому ничего не скажу. Это слишком личный секрет, я просто не могу… Ну, простите, что так вышло. Я пойду. — Что вас тогда так шокировало? — внезапно тихим, но не менее глубоким голосом спросил Снейп. — Что я оказался не тем, кем показываю себя? — Не совсем… — Гарри смутился и отвел взгляд. Ну не говорить же ему, что он возбудился. — В любом случае, я не думал ни о чем плохом. Зайдите в комнату, вам нужно… сделать свои дела. Я правда никому не скажу. — Я никому не верю на слово. Так почему должен поверить теперь? — Снейп поднял взгляд, в котором было столько горечи и разочарования, что Гарри затаил дыхание. — Я ничем не могу это доказать, но могу дать обет. — Готовы пожертвовать магией? — Я не собираюсь никому ничего говорить, поэтому и жертвовать ничем мне не придется, — Гарри опустил момент, что он многое рассказал Рону. Но ведь он не сказал, что это мужчина и именно Снейп. Так что не считается.        Тот посмотрел на протянутую ладонь и отвернулся, тихо назвал пароль и вошел в гостиную, не закрыв за собой дверь. Это что, приглашение? Или он решил заключить обет там, где их никто не увидит? Ну да, логично, кто-то может и подслушать.        Закрыв за собой дверь, Гарри прошел внутрь и остановился в ожидании, не решаясь куда-то сесть. Он наблюдал, как Снейп вешает чистую мантию на вешалку и убирает в шкаф, где висит еще несколько одинаковых, а затем он расстегивает пуговицы на сюртуке, небрежно бросая вещь на диван. — И часто… такое бывает? — Гарри заламывает пальцы за спиной, не зная, что делать. Заключать договор Снейп как-то не спешит. — Не очень, — внезапно отвечает тот, все еще стоя спиной к нему, в одной рубашке, штанах и ботинках. — А сейчас почему так произошло? — парень чуть-чуть успокаивается. — Сначала было много работы после этого сентиментального праздника, что у меня не было времени. А потом аппарат сломался. Я не артефактор, чтобы чинить его, — Северус расстегнул рубашку и медленно стянул ее. — И вы со вчерашнего дня мучаетесь? — Гарри сделал шаг вперед, а потом еще один, не решаясь коснуться бледной кожи. — Да. С аппаратом было лучше, а самому неудобно, не получается.        Гарри задумался, сколько же сил потратил мужчина, сказав это. И он бы вряд ли доверил свою тайну кому-то еще. Обливейт — самое малое, что он бы сделал. — Я видел ваш взгляд вчера. Там был не только шок, я ведь прав? — Северус развернулся к нему, явно смущаясь своего тела. — Да, правы, — Гарри опять почувствовал этот волнующий запах молока, только уже четче. Он заметил, как от розовых набухших сосков вниз бегут две белые капельки. — Наверное, вам сейчас очень больно. Я готов вам помочь. — Если вы это сделаете, то тогда точно от обета не уйдете, — предупредил Снейп, пристально смотря в его глаза. — Хорошо, я согласен, — Гарри подошел еще ближе и протянул руку, не зная, как лучше будет коснуться.        Такую грудь он видел в журнале с бодибилдерами, но у них были именно мышцы, грудь тверже, а у Снейпа иначе. — Но мы можем запачкать пол, — Гарри все же коснулся мягкой груди и чуть надавил на сосок, из которого потекла капля побольше. — Мерлин с ним, можно очистить, — зашипел Снейп, делая шаг к нему и положив руки на плечи. — Сжимайте сильнее, не бойтесь. — Но вам больно, — возразил Гарри. — Конечно, больно, грудь переполнена, что все наружу льется. Давите сильнее, я сказал, и быстрее покончим с этим, — Снейп, видно, немного разозлился. — Ну, можно немного иначе сделать. И пол придется меньше убирать.        Вся храбрость факультета собралась в Гарри, и он, наклонившись, взял в рот сосок и почувствовал приятный вкус молока на языке. — Что?! Поттер! — Северус сильнее впился в его плечи, напрягся и запрокинул голову. — Это не совсем то, что я имел в виду…        Гарри этого будто не услышал. Он присосался к правому соску, одновременно сжимая левую грудь. Он слышал тяжелое прерывистое дыхание, чувствовал, как по пальцам обильно льется горячее молоко и сходил с ума. Не было боли от неудобного положения тела. Гарри даже заурчал, стараясь не касаться чувствительного соска клыками.        Северус весь дрожал. Ему тоже было неудобно стоять, проще было бы лечь. В штанах стало очень тесно, а телу очень приятно. Было сложно сдерживать стоны, но они изредка все же прорывались. — Больше не льется, — сказал Гарри, ласково проведя по тяжело дышащей груди мокрыми пальцами. — Все? — переспросил Снейп, открыв глаза и опустив голову. — Как бы, да, но… Как бы нет, — парень знал, что еще в левой части груди есть, что выпить.        Он подтолкнул Северуса к дивану, помог лечь, а сам устроился сверху, снова присосавшись к соску. Со стороны это выглядело весьма странно, но никто об этом не думал. От урчания парня по телу Снейпа бегали щекочущие мурашки, и он все больше переставал сдерживать стоны. Его хвост с большой кисточкой на конце обвил ногу Гарри, пока тот занимался своим делом.        Через какое-то время он с громким чмоком отстранился, напоследок широко лизнув сосок. — Сколько баллов я за это получу? — спросил Гарри, облизав красные, припухшие, невероятно сладкие губы. — А сколько нужно? — усмехнулся Снейп, пытаясь восстановить дыхание. — А сколько не жалко? — руки парня гладили вздрагивающий мягкий живот, иногда касаясь ткани штанов. — Мне все жалко, — мужчина приподнял голову и вздохнул, коснувшись пальцами его щеки. — Очень жаль, — Гарри высунул язык и оставил мокрый след на его ладони. — Тогда, может, «Превосходно» за курс? — Я не сплю со студентами ради их оценок, — при данной формулировке Снейп выглядел весьма довольным, а не злым. — Что еще я могу предложить вам за оказанную помощь? — Валентинку, желательно, в виде сердца, — губы Гарри блуждали по предплечью Северуса. — И сколько вам их нужно? — тот вплел пальцы свободной руки в его волосы и стал ласково поглаживать ушки. — Одной хватит, — рука Гарри опустилась на грудь Снейпа в районе бешено бьющегося сердца. — Эту хочу. — Я же сказал, что держание чужого сердца считается преступлением, — Северус накрыл его ладонь своей. — Я же его не отбираю насильно. Конечно, мне хватит и простой бумажки, — парень провел своим носом по чужой щеке. — А мне нет, — Снейп повернул голову и поймал его губы своими.        Гарри с жадностью ответил на поцелуй, лаская рога и уши одной рукой. Северус пробрался пальцами под их телами и расстегнул ширинку на своих штанах.        Поняв, что тот хочет, Гарри отстранился, помог раздеться и сам скинул с себя вещи. Он поймал белый хвост с черными пятнышками и погладил его пальцами. — Так, чего там тебе было мало, — никто не заметил, что Гарри перешел на «ты».        Снейп сглотнул, понимая, куда уже окунулся. Назад дороги нет. Он и так позволил многое и сказал столько же, не время останавливаться. Да и вряд ли Поттер как-то негативно отреагирует. — Я тоже хочу валентинку, — он коснулся пальцами груди Гарри, около сердца. — Так возьми, — он перехватил руку и уткнулся губами в середину ладони.        Северус усмехнулся и резко подмял Гарри под себя, нависнув сверху. — Вечно я должен что-то брать сам, — это не звучало раздражительно, скорее с легкой горечью. — Если ты возьмешь сам, я буду уверен, что моя валентинка будет тебе нужна, — Гарри сжал его талию и провел руками вниз, по бедрам, а потом опять вверх. — И я хочу твою валентинку.        Северус томно застонал и запрокинул голову, когда пальцы парня сжали его ягодицы. — Мне нужно что-то маслянистое. Иначе мы не сможем продолжить, — Гарри прижал его голову к своей груди и поцеловал в макушку. — Мне лень вставать, — пробормотал Снейп, обняв его и сжав коленями его бедра. — Акцио? — Тогда другие флакончики упадут. — Я могу сам сходить. — Не найдешь, — разочарованно вздохнул Северус и поднялся. — Ладно, я схожу. — Я с тобой.        Гарри уверенно поднялся и паровозиком пошел за ним, держа за хвост. Северус зашел в спальню, подошел к шкафу и порылся на верхних полках. Он повернулся к Гарри, а тот уже стоял на коленях на кровати и пальцами мял подушку, как большой кот. — Согласен, останемся здесь, — кивнул Снейп и сел на кровать.        Его сжали в объятиях, и Гарри начал медленно тереться, пальцами сжимая плечи и массируя их. — Какие у тебя нежные уши, — прошептал он, слегка прикусив ухо зубами. — Такие мягкие… — Тебе правда нравится? — спросил Северус, гладя длинный черно-оранжевый хвост. — Правда. И эти уши, и большие рога, и длинный хвост, — Гарри повалил его на себя и коснулся хвостом вставшего члена. — И даже твой мрачный характер мне нравится. — Это гриффиндорское самопожертвование? — Северус застонал и прогнулся в пояснице. — Нет. Я сам не знаю, что это, — парень взял лежащий на простынях флакончик и пристально посмотрел на Снейпа. — Ты точно хочешь этого? Мы можем еще остановиться. — Я не разобьюсь под тобой, — Северус откинулся на спину и согнул одну ногу. — А ты сам хочешь? — Я снитч не хотел так поймать, как тебя, — с яростной страстью ответил Гарри, навалившись на него, жарко поцеловав в губы и войдя одним маслянистым пальцем.        Северус опять застонал и шире развел ноги, вцепившись в плечи Гарри. Тот ввел еще один палец, а через короткое время еще. — Ну же, войди, — простонал Снейп, не зная, куда девать руки. — Но будет больно, — запротестовал Гарри. — А ты входи медленно, а не влетай со всей силы, — пробурчал Северус и перевернулся на живот, приподнявшись на локтях.        Гарри зарычал сквозь зубы и аккуратно вошел в податливое тело, балдея от его тугости. Он поцеловал Снейпа в затылок, а руками сжал грудь, начав медленно двигаться. Гарри не мог остановиться, он целовал спину и плечи, лизал их языком. — Тебе удобно? — спросил он, поцеловав мягкое ухо. — Да, — на выдохе протянул Северус, запрокинув голову и чуть не ударив парня по голове рогом. — Можно я буду помогать тебе и дальше? — Нет. Иначе мы… Хаа… не сможем оторваться друг от друга, — Снейп выгнулся, облизав сухие губы. — Я куплю новый аппарат, и тогда мы будем заниматься сексом по собственному желанию. — Это раз десять в сутки? — усмехнулся Гарри, просунул руку под тело Северуса и сжал его твердый член.        Тот внезапно ласково улыбнулся, повернул голову и поцеловал парня в щеку. — О, Мерлин, я так скоро кончу, — сквозь зубы прорычал Гарри, и его толчки стали рваными и глубокими. — Я тоже, — выдохнул мужчина, поджав под себя ногу. — Но прошло-то всего немного времени… — Не страшно, родной. Мне тоже очень хорошо.        Гарри сильно смутился от такого обращения и смущенно улыбнулся, уткнувшись носом в плечо. Возможно, у Северуса от удовольствия мозг расплавился, но если он назовет его так еще раз, то… То это много чего стоит!        Гарри с трудом дождался, когда Северус кончил ему в руку, а потом и сам кончил на простынь. Сейчас был небольшой страх, что Снейп придет в себя и… произойдет что-то плохое, но Гарри решил попытать удачу. Он лег рядом и чистой рукой провел по его щеке. — Ну как? Сколько баллов я могу получить? — еще раз спросил Гарри. — Иди сюда, — Северус пропустил шутку мимо ушей и притянул его к себе, целуя в губы.        Позже они засыпали на чистых простынях, после мытья и еще нескольких поцелуев. Гарри уткнулся носом в грудь Северуса, а тот в его макушку.

***

       Гарри просто заставил себя встать рано. На часах пять часов утра, нужно собираться и уходить, чтобы потом не было слухов. Северус обнял его, как игрушечного мишку, да и сам Гарри забросил на него ноги и руку.        Аккуратно поднявшись, чтобы не разбудить Снейпа, он помылся, оделся и вернулся в спальню. Уходить не попрощавшись плохо, это может вызвать ненужное недопонимание. Оставлять записку банально и скучно. Подойдя ближе к кровати, Гарри сел за Северусом, наклонился к нему и мягко поцеловал в плечо. — Северус, — позвал тихо он, слегка потрепав за плечо. — Северус, проснись.        Тот замычал и с неохотой приоткрыл заспанные глаза. — Гарри? Что случилось? — спросил хриплым от сна голосом он. — Я ухожу, иначе сплетни пойдут. Закрой за мной дверь.        Северус вздохнул и встал. Он прошел с Гарри до двери, но не дал ему выйти. — Твое предложение о помощи все еще в силе? — спросил он. — Всегда, — с легкой улыбкой ответил Гарри и поцеловал Северуса. — Тогда приходи вечером. Еще не скоро я смогу купить новый аппарат.        Северус сонно потерся теплым носом о щеку Гарри и, казалось, начал стоя засыпать. — Я пошел. Закрывай за мной и ложись спать. Или ты все еще хочешь получить Непреложный обет? — А моя валентинка? — Я вчера отдал тебе душу и тело. Без сердца я умру. — Тогда обмен? — Обмен.        Поцеловавшись еще раз, Северус с трудом разжал пальцы и отпустил парня. Это первый человек, который не стал ничего говорить о его сущности. И это первый человек, который совершил преступление, держа его сердце в своих руках.