Переспать с альфой, когда сам альфа? Что??

      Лань не думал, что встретит в доме Цзян младшего брата парня его старшего брата. Не Хуайсан был омегой Цзян Чэна младшего названного брата Вэй Ина. Честно от его присутствия Ланю стало легче. Хоть один знакомый запах, не считая феромонов его альфы. Никто бы не мог сказать, но он нервничал, даже запах почти не выдавал. Кто его не знает, точно не поймет. Семья его любимого тут и сейчас, хочется понравится. — Здравствуйте, меня зовут Лань Ванцзы, я альфа вашего брата. — представился он, Цзян изогнул бровь, оглядев его.       Сначала альфе захотелось испортить его настроение поугрожать, ведь несмотря ни на что брат был для него важен, но стоило ему увидеть их замочек рук. Он знает, как больно сейчас брату, Не Хуайсан тоже в отчаянии держал его руку, сжимал, боясь отпустить. Именно в такие моменты Цзяна удивляло, то что А-Сан — омега, и напрашивался вопрос: «Откуда в нем столько силы?». Пальцы переплетены, руки вместе, стало спокойнее.       И взгляд этих двоих. Он поражает своей нежностью. Смотря на Ланя можно и не понять его эмоций, но сейчас в глубине глаз, Цзян видел всё, что нужно.       Это ещё не говоря про запах. Эти двое прекрасно сочетались, вот, что значит истинные. Не видел бы, подумал, что один человек. Запахи сплелись и оба были помечены запахом максимально. Ревнивые альфы, что с них взять, он тоже тот ещё ревнивец, хоть и не признает этого. — Я Цзян Чэн, а это наша шицзе — Цзян Яньли. Цзинь Цзысюань — её муж, сейчас уехал за детьми. Это… — он обнял омегу, но его прервали. — Милый, мы знакомы. — улыбнулся Хуайсан нежно. Цзян моргнул, нахмурившись. — Знакомы? — переспросил альфа. — Наши старшие братья встречаются больше десяти лет. Мой — Не Миндзюэ и его — Лань Сичень встречаются с семнадцати лет. Мы знакомы примерно столько же, даже несколько раз вместе, в четвером, отмечали зимние праздники и дни рождения. — объяснил своему ревнивцу А-Сан, продолжая ласково улыбаться. — Я рад встрече, давно не виделись. — подал он Ланю руку. — Мг… Слышал ты всё-таки поступил в этом году на тот факультет, который сам выбрал? Брат хвалил тебя. — Не покраснел. — Да, я поступил на художника, занятия начинаются через неделю. Брат выделил сумму на нужное, кажется, он смягчился. — Цзян не был знаком с братом своего парня, и не так много Хуайсан о нем говорил, поэтому и проблемах мало знал. Они встречаются полгода и А-Сан не спешит открываться ему полностью. — Честно, чувствую себя жалким, ведь ты уже года два, а то и три преподаешь, да? Не помню… — Это третий. — улыбнулся Лань. — О, так вы педагог? — вклинилась Яньли. Лань только сейчас понял, что женщина — бета, видимо, как и её муж, чей запах он тоже не ощущал. Ну, тут два варианта: либо тот — бета, либо он — альфа, а она из тех бет, которые по своей физиолгии не могут носить чужой запах. Выветривается на раз, и все. И не такие особенности в бетах бывают… — Да, преподаю в университе. — чуть успокоившись, после диалога с омегой. — Ванцзы, может чаю? — спросил Цзян. Ему хотелось узнать этого человека поближе. Любит его брата, так цепляется за него, такая нежность в глазах, знает его парня и о его проблемах… Интересненько. — Я бы не отказался, спасибо. — кивнул Лань.

***

— Мама! Дядя! — Папа! Дядя! — залетают под собственные крики дети. Дети обнимают своего дядю и бегут к родителям. Вместе с ними пришел и Цзинь старший. Альфа, подметил Лань, заметив потемневший, ревнивый взгляд своего парня. Поразительно. — Папочка, я скучал. — обняв сына Вэй Ин, погладил его по голове, тут же забывая обо всём. — Я тоже, малыш. — Лань поразился их искренностью в милых щебетаниях, и не заметил, как Вэй взял его за руку. — Это Лань Чжань, помнишь, я про него рассказывал? — Конечно! Рад знакомству, я — Вэй Юань, хожу на боевые искуства и занятия по рукопашному бою. Мне всего пять, но не смей обижать моего папочку. — с милой улыбкой произнес Сычжуй. Цзян гордо улыбнулся. За Вэй Ином в его отсутствие есть кому присмотреть. Хотя это и ребенок пяти лет. — Я и не собирался. Лань Чжань, двадцать четыре года, альфа. Люблю твоего папу, и хочу создать с вами двумя семью. Я очень был бы рад этому. — искренне ответил Лань. — Что и отцом разрешишь называть? — усмехнулся Цзян. — А почему нет? — уточнил Лань, повернувшись к своему альфе, чей запах излучал счастье. — Ты не против? — Нет. — замурчал он. Цзян Чэн был шокирован. Брат не мурчал и не рычал при людях, он многие годы не мог этого делать, после смерти родителей, он мог подмурчать под ночь у колыбели Сычжуя, а тут. — А ты, Сычжуй? — Я буду рад, отец?