В праздниках и буднях, болезни и здравии...

      Если не хотите проблем в своей уютной и ничем не омраченной жизни — никогда не ссорьтесь с милым и улыбчивым пареньком Питером, который носит потёртые джинсы, клетчатые рубашки и худи на два размера больше с дурацкими молодежными принтами, а с недавнего времени — ещё и фамилию «Старк». В древнем рюкзаке у которого костюм человека-паука за пару миллионов долларов, на пальце — кольцо из драгоценного вибраниума, а за плечом — готовая в любой момент прийти на помощь дружная команда Мстителей.       А ещё — тетя Мэй. И это, для человека владеющего ситуацией, — аргумент немалый.       При всей своей улыбчивости и дружелюбии — Питер очень упертый пацан, способный идти до конца к своей цели. И брать противника если не физической силой, то измором, талантливо сочетая в себе качества пай-мальчика с умоляющим взглядом и отпетого скандалиста.       За четыре года совместной жизни Тони успел, кажется, познакомиться со всеми сторонами его многогранной натуры, но маленькая, совершенно бытовая ситуация дала понять — в тихом омуте Питера Старка водятся доселе совершенно неизведанные черти.       А началось все с больного зуба.       При всем своем бесстрашии и отчаянной готовности умереть на благо человечества (от которых его частично излечил вышеупомянутый Питер), Тони страшно не любил дантистов. Да боже ты мой! Лучше три раза смотаться в открытый космос и обратно без подстраховки, чем сесть в обманчиво-удобное кресло в стерильном кабинете с весьма специфическим запахом.       Нет уж. Увольте.       Сладкое он не любил, гигиену ротовой полости прилежно соблюдал и наивно считал, что сия беда его благополучно минет.       Не вышло.       Сначала боль была едва ощутима и периодична. Но чем больше проходило времени, тем ситуация усугублялась, приводя и без того саркастичного Старка в совершенно антисоциальное состояние.       Первыми с базы улизнули Тор, Локи и Клинт, затем — Наташа, мрачно хлопнувшая Питера по плечу, а когда «в бессрочный отпуск» засобирался даже вечно невозмутимый Брюс, Питер, очевидно, осознал, что что-то идет не так.       И прицепился хуже Венома.       Сначала Тони отшучивался. Потом огрызался, а после очередного раунда — психанул и едва не вылетел из окна без брони, вспомнив, что ее нужно активировать уже в полете.       Впрочем, далеко улететь не получилось, потому что маленький засранец, смирившись с тотальной слежкой, скоро понял, что в эту игру можно играть вдвоем, и Тони с изумлением периодически находил в своей одежде настолько хитро запрятанные жучки, что спецслужбы могли обзавидоваться. Когда через двадцать минут его нагнала знакомая до каждой чёрточки красно-синяя фигурка, он только обречённо вздохнул и спланировал на ближайшую крышу.       Признаваться в такой до смешного банальной вещи было очень стыдно. Как и видеть недоверчиво-непонимающее лицо напротив.       — И все это… из-за больного зуба?       — Ну…как бы…       — Тони, когда я выходил за тебя, я знал, что ты малость эксцентричный, но не настолько же!       — Я, можно сказать, не…       — И не надо на меня так смотреть! Сейчас не каменный век, зубы лечат даже под наркозом!       — А я наркоза боюсь ещё больше, чем дантиста! — взревел доведенный до ручки Старк. Что было, кстати, правдой. Больше дантистов он ненавидел только потерю контроля над собственным телом.       — Да ты большую часть жизни провел под наркозом — то под алкогольным, то после нокаута!       — Не сравнивай эти вещи!       — Ну хочешь, я тебя вырублю?!       Они оба резко замолчали. Тони выдохнул и чуть ссутулился. Зуб немилосердно ныл, болела голова и, кажется, начинался небольшой жар. Питер был прав, следовало собрать волю в кулак и попытаться хотя бы выглядеть ответственным взрослым. Позора и так хватило выше крыши.       — Хорошо. Завтра сдамся докторам, ты доволен?       — Нет, — отчеканил Питер. Ну кто бы мог сомневался! — Сегодня. Сейчас.       — Сейчас половина второго ночи, шкет, — он все ещё сбивался иногда на привычные прозвища, особенно когда бывал не в духе.       — Тони, — обманчиво-ласково проговорил Питер, делая мягкий, кошачий шаг навстречу, — давай ты не будешь сопротивляться, пожалуйста?       И Тони, в очередной раз капитулируя перед Питером, двинулся в Башню.       Оказалось, что найти толкового дантиста в середине ночи было непросто даже для такой значимой фигуры, как мистер Старк, и тот было воспрянул, в надежде оттянуть неизбежное, но Питер знал, что железо надо ковать, пока оно горячо.       — Да, я совершенно уверен, что мне нужен номер первого адмирала Службы общественного здравоохранения, — как Питер умудрился дозвониться до его секретаря, Тони не знал, ошарашенно наблюдая за бурной деятельностью мужа. — Нет, мой вопрос никак не может подождать до утра, — тот замолчал, вежливо выслушивая возмущения оппонента, а после совершенно серьезным тоном поведал, что и как случится с карьерами собеседника и его ближайших родственников, если немедленно, сию секунду его не соединят с адмиралом. Тони на диване только втянул голову в плечи, в который раз убеждаясь, что с Питером лучше не ссориться. Такой изобретательной фантазии не было даже у Говарда Старка.       — Доброй ночи, адмирал, — спустя пару минут проговорил Питер. — Простите, что беспокою в столь неподходящее время, но нам срочно нужен самый лучший дантист Америки. Да, — он окинул взглядом Тони, — можете считать, что от этого зависит ее безопасность.       Уже спустя час они были в открытой специально для столь важных посетителей клинике на окраине Манхеттена.       Многочисленные дипломы на стенах свидетельствовали о высшей степени квалификации докторов, а фото в рамочках — о том, что здесь лечатся все самые известные звёзды Голливуда и маститые политики. Питер лично дотошно три раза убедился у заспанного доктора и двух медсестер, что проблем не возникнет, а после присел около Тони, ожидая, когда персонал завершит все приготовления.       — Не истери, — легко подтолкнул в плечо. — Все будет хорошо. Вот посмотри — тут даже сам Роберт Дауни Младший лечится, — он кивнул на одно из фото. — Вон какая улыбка во все тридцать два. Тебе же нравятся с ним фильмы?       — Угу, — невнятно промычал Тони. Фильмы ему и правда нравились, особенно учитывая, что Питер искренне считал их похожими внешне, но он бы сейчас с радостью поменялся с известным актером местами.       — Проходите, мистер Старк, — профессионально улыбнулась одна из медсестричек и пришлось подниматься, на неуверенно подкосившиеся ноги.       Питер решительно шагнул следом, не обращая ни малейшего внимания на то, что «так не положено». Он не бросил Тони даже на богом забытой планете, не говоря уж о какой-то клинике.       Все прошло даже лучше, чем хорошо.       Серьезно, когда все манипуляции были завершены, Тони ощутил укол острого стыда, что не разобрался с этим сам. Вылеченный зуб больше не болел, и, хотя он пока не чувствовал половины лица, все равно было понятно, что все позади.       — Чтобы снять воспаление вам следует выпить это лекарство — доктор протянул блистер, и одна из медсестер сунула в другую руку Тони стакан воды.       — Что это? — подозрительно уточнил он.       — Нестероидное противовоспалительное, — загадочно отозвался доктор. И, видя непонимание на лице сложного пациента и его не менее сложного супруга, добавил:       — А так же обезболивающее. После приема не употреблять алкоголь в течении суток.       На это Тони пойти был абсолютно не готов. Столько нервов сегодня потрачено! Да чтоб успокоится и подлечить изрядно примятую гордость понядобится не менее двух шотов!       — Обойдусь, — отрезал он       — Это важно, — настаивал доктор. — Следует сбить лихорадку.       — Тони, выпей, пожалуйста! — подключился Питер.       — Ни за что, я чувствую себя прекрасно.       — Это пока действует анестезия, — доктор всучил таблетки Питеру.       — Тони!       — Питер, только не начинай по-новой!       — Я ещё не закончил!       — Да оно мне все равно не поможет! Я три года реактор в груди протаскал, какое обезболивающее! И как я только с тобой живу?!       — Если оно тебе не поможет, я с тобой разведусь, чертов Старк! Ведёшь себя, как ребенок! — тоже уставший Питер ляпнул это не подумав, на эмоциях. Тони замер.       — Ну вот видите, — хлопнул в ладоши доктор, стягивая с себя больничный халат, под которым оказалась застегнутая впопыхах не на ту пуговицу рубашка. — Будете в любом случае в выигрыше. Либо лекарство вам поможет, либо он от вас уйдет. Рекомендую.       В стороне тихонько хрюкнула одна из медсестер, и Тони хмуро проглотил таблетку. Питер отвел взгляд. Распрощавшись с необычайно счастливым от окончания их визита доктором, они сели в машину и отправились домой.        Светало.       — Ты же это не всерьез? — Тони оторвал задумчивый взгляд от красивых видов просыпающегося Манхеттена.       — Ты о чем? — оторвался от дороги Питер.       — Ты действительно … когда-то допускал мысль о том, что… возможно, уйдешь от меня?       — Конечно нет, — Питер кинул на него смущённый взгляд. — Я ляпнул на эмоциях. Куда я от тебя денусь, упертое мое сокровище? — он ловко вошёл в крутой поворот на парковку. — А что насчёт тебя? Тебе действительно так тяжело живётся со мной?       — Не буду врать, ты не такой простой пай-мальчик, каким порой кажешься, — Тони отстегнул ремень безопасности и всем корпусом развернулся к Питеру. — Я не знаю, как я с тобой живу, но я так же знаю, что без тебя жить абсолютно точно не смогу. Никак. И я бы поцеловал тебя сейчас со всей страстью, нежностью и благодарностью за то, что ты есть в моей жизни, но у меня за щекой полкило ваты, и я все ещё не чувствую губ.       — Пошли уже домой, Казанова, — хихикнул Питер, ласково проведя по его немного опухшей щеке. — Раз уж алкоголя тебе нельзя, заварю ромашку и сделаю массаж головы. Нужно поспать, чтобы восстановление прошло хорошо.       Тони вышел из машины, на секунду замирая в любовании новым, только наступившим, утром. А после уютно прижавшись к боку Питера, двинулся внутрь Базы.       — Тони?       — М?       — А вот перед остальными придется извиниться. Ты же всех Мстителей распугал!       — Ну вот уж нет!       — Ну Тони!       — Нет.       — Массаж не только головы, но и шеи?       — Даже не мечтай.       — Америка в опасности, если команда не в сборе!       — Плевать на нее.       — Массаж спины?       — Ммм… заманчиво, но, пожалуй, все же откажусь.       — А если…       Питер склонился к его уху и зашептал такие восхитительно-пошлые вещи, что Тони моментально забыл и о зубе, и о бессонной ночи.       — Умеешь ты всё-таки убеждать, мистер Старк, — хмыкнул он, прижимая свое сокровище ближе к себе за талию. — В кого только такой?       — Учусь у лучших, мистер Старк, — мурлыкнул тот, и Тони понял, что извиняться всё-таки придется.       Но что не сделаешь ради семейного благополучия?