Игры воронов

Первый выстрел раздался словно гром в раю. Чон на него никак не отреагировал. Кровь стекала со лба и висков, заставляя защититься от неё закрытыми глазами. Второй хлопок Беретты заставил поднять взгляд. Синий бросился вперёд, но упал от выстрела в голову, брызги его мыслей разлетелись, испачкав лицо «JР», который попытался оббежать по дуге, но Ким быстро среагировать и на этот выпад. — Что ты творишь?! Какого хера? — спросил Тэхён — Предаю вас. Прости. Розоволосый посмотрел вверх, а затем затвор снова выбросил пулю, прямиком в сердце. — Стой, сука! — крикнул Юнги, парень со шрамом на лице успел спрятаться за креслом и приставил заточку к горлу Чона. - Брось пушку! — Чёрт! — выругался про себя Ким.  — Его нужно было бы убирать первым! Спрятался как крыса.  Он никогда мне не доверял. — Вижу, что вспомнил эту игрушку,  — усмехнулся ворон со сломанным крылом. — Брось! Я больше повторять не буду! Чон чувствовал железный пневмат со спрятанным внутри  жалом. Звуки остались в прошлом, он сидел и не падал, только благодаря креслу. Ким всё так же направлял берету в его сторону. "Игрушка" как выразился Юнги была двусторонней. С одной пневмат выдвигал и задвигал шило в виде небольшой иглы с ядом, а другая могла выплюнуть иглу как дикобраз. Если, бросить пистолет, то можно поймать не одну тонкую нить прямо в сердце. Единственная причина по которой "скорпион" взялся жалить Чона - это риск получить пулю в ответ. Яду нужно время, а пороху нет. —  Бросай! Дуло смотрящее на них, теперь созерцало пол под ногами, по которому растекалась кровь четверых мертвецов. — Вот! Молодец! Бросай, иначе, тебе некого будет трахать! В последний момент Ким поднял ствол и наклонив голову, рассчитал траекторию полёта смертоносного свинца. Три секунды понадобилось, чтобы «игрушка» выскользнула из мёртвых рук ворона. Пять выстрелов и пять трупов. Как ни крути, но шансы против наёмника у них не было и от этого ему становилось тяжело дышать. Парень с холодными волосами научился отличать бой от бойни, его навыки сами по себе казались оружием. Чон достал из кармана пиджака телефон и набрал сообщение с геолокацией Чона, закрывая губы береттой. Он не был готов даже после того, как всё было кончено поставить «итальянку» на холостой ход и снять скотч с губ заложника. Тело айдола отправившись от шока почувствовало болевое облегчение. Он будто бы ожил. Ожил и закричал: - Какого хрена? Какого хрена тут произошло? Холодные глаза не удостоили его ответа. Бывший телохранитель  бросил на пол телефон, достал сигарету и закурил. — Развяжи меня. — Нет. То, что я сейчас сделаю тебе не понравится. — Что ты задумал? Освободи меня. Не дури! Посмотри вокруг? Ты их убил! Всех их убил. — Их убил ты, Чон. — Что за чушь ты несёшь… — Убил, когда растоптал их мечты. — Да, я был тем ещё гавном, но… — Чон не успел закончить закончить фразу Ким схватил его за челюсть, как тогда в ванной и поцеловал. — Прости… я один из них… прощай. Ким вернул скотч на место вышел из ангара, где-то вдалеке через открывшуюся дверь можно было услышать сирены полицейских машин и последний выстрел.