Семь звёзд Лу Шан Вана

Перед моими глазами мгновенно возник туман, и я почувствовал, что не могу отвести взгляд. Но, несмотря на то, что я не мог даже повернуть голову и находился в чём-то наподобие транса, у меня не начались галлюцинации. Возможно, ясность разума была как-то связана с тем, что я проглотил медную чешуйку. В этот момент я услышал, как дядя и остальные спешат ко мне, и подумал: Это плохо! Они не испытывали на себе чары этого лиса и не знают, насколько он силён. Если они столь безрассудно кинутся ко мне, обязательно что-то случится. Я хотел предупредить их, но слова застряли у меня в горле. Я открыл рот и попытался закричать, но не смог издать ни звука, хотя старался так, что вены на шее вздулись. Тут вдруг я понял, что могу немного шевелить руками, и на меня снизошло озарение. Я немедленно сложил из пальцев пистолет и направил их на голову трупа в доспехах, про себя заклиная: Пань Цзы, на этот раз ты должен быть умнее! Если не сможешь понять этот жест, я тебя сам прикончу! Я повторил жест ещё пару раз, и наконец позади меня раздался выстрел и голову зеленоглазого трупа разнесло вдребезги. К сожалению, в ту секунду мой рот всё ещё был открыт, поэтому трупная жидкость, брызнувшая мне на лицо, попала и на язык. Меня сильно замутило – на вкус эта гадость была отвратительна. Отплевавшись, я оглянулся и увидел стоящего в отдалении Пань Цзы. Одной рукой он прикрывал рану, а второй салютовал мне. Я мысленно выругался в его адрес, вытирая трупную жидкость со своего лица рукавом. Саньшу стоял довольно далеко от жертвенного алтаря, а землю по-прежнему покрывали лианы, что делало ситуацию довольно опасной. Однако ему в голову пришла идея отвлечь лианы, кидая в сторону камни. Это действительно сработало, и вскоре все они взобрались на жертвенный алтарь. Дядя выглядел очень обеспокоенным и сразу же подошёл проверить, всё ли со мной в порядке, но нахмурился и поперхнулся, почувствовав исходящий от меня запах. Изначально я злился на него, но увидев, как он себя ведёт, бросился к нему и крепко обнял. От отвращения он чуть с алтаря не свалился. Убедившись, что все они относительно целы и невредимы, я вдруг вспомнил, что произошло раньше, и спросил: – Так почему вы, ребята, бросили меня в усыпальнице? Вы хоть знаете, как вы меня напугали?! Как так вышло, что я остался один в этом проклятом месте? Дядя, выслушав мои жалобы, треснул Здоровяка Куи по затылку: – Я говорил этому идиоту ничего не трогать, но он и слушать не захотел. Затем он объяснил всё произошедшее более подробно. Оказывается, они обнаружили углубление в стене соседней боковой камеры. Настенное углубление в древних усыпальницах чаще всего обозначало потайную дверь. Никто, конечно же, не предполагал, что абсолютно все потайные двери в этой гробнице будут открываться вниз, но Саньшу был проницательным человеком. Он довольно быстро нашёл механизм, но не успел понять, как именно тот работает: Здоровяк Куи уже привёл его в действие. Как и мы, они втроём провалились в гробницу династии Западная Чжоу, располагающуюся ниже. После этого рассказ начал обрастать всё более невероятными и причудливыми деталями. Чем больше дядя говорил, тем возмутительнее становилась история, и к концу я настолько запутался, что буквально умолял его остановиться. – Если не веришь, взгляни на это, – сказал дядя и вытащил из сумки небольшую чёрную коробочку. Раздался щелчок, и коробочка в мгновение ока приняла форму пистолета. Я был потрясён: раньше я изучал оружие, и экземпляр передо мной был довольно известен. Это был складной пистолет-пулемёт ARES. Он весил меньше трёх килограммов, поэтому был лёгок в использовании, однако небольшой размер отрицательно сказывался на точности выстрелов. Саньшу сказал, что в проходе между гробницами они обнаружили несколько трупов, оттуда же забрали оружие и немного взрывчатки. По его словам, то место было сплошь покрыто отверстиями от пуль, словно там произошла жестокая перестрелка. Я внимательно осмотрел пистолет, чувствуя растерянность. Похоже, расхитители, пришедшие сюда до нас, были превосходно экипированы, по крайней мере, гораздо лучше, чем мы. Так что же произошло? Раз никто из группы не вышел на поверхность, значит, они все мертвы? А если нет, то где они сейчас? Я прислонился к жертвенному алтарю, размышляя об этом, но на вид прочная каменная платформа неожиданно не выдержала моего веса. Прежде чем я успел навалиться на неё всем телом, алтарь вдруг наполовину погрузился в землю. Все мы были ошеломлены, но быстро пригнулись, полагая, что сработала очередная ловушка. Послышались звуки, похожие на работу какого-то механизма. Они начались прямо у нас под ногами и дошли до каменной платформы вдалеке, завершившись громким грохотом. Мы высунули головы и обнаружили, что в огромном дереве прямо за платформой зияет дыра. В дыре находился большой бронзовый гроб, несколько раз обмотанный вделанными в ствол цепями. Дядя ошеломлённо замер, прежде чем пробормотать: – А, так вот где настоящий гроб. – Боже мой, такой большой гроб наверняка стоит кучу денег, верно?! – радостно воскликнул Здоровяк Куи. – Похоже, наше путешествие не было напрасным! Дядя вновь треснул его по затылку: – Деньги, деньги, деньги! Перестань всё время думать о деньгах! Даже если он действительно ценный, ты не сможешь вынести его отсюда. И чему я тебя учил – подобное явление называется «внутренний и внешний гроб», это не какое-то там обычное захоронение! Прекрати меня позорить! Здоровяк Куи потёр затылок, но больше ничего не сказал. Я присмотрелся к гробу повнимательнее. Меня не покидало ощущение, что что-то не так, и я повернулся к дяде: – Всё это очень странно. Обычно гробы забивают гвоздями, так как они не предназначены для повторного вскрытия. Но взгляни на наш случай. Похоже, механизм каменной платформы был изначально разработан так, чтобы другие смогли обнаружить и внешний, и внутренний гроб. Неужели владелец могилы хотел, чтобы его гроб открыли? К тому же, видишь эти цепи? Обёрнуты очень плотно, как будто предназначены не для поддержки гроба, а для того, чтобы то, что находится внутри, не выбралось наружу. После того, как дядя осмотрел гроб и убедился, что мои выводы разумны, мы вопросительно уставились друг на друга. На своём пути мы уже успели столкнуться со множеством невероятных существ, так может ли и здесь скрываться какой-нибудь монстр? Как лучше поступить – открыть гроб или оставить его в покое? Дядя стиснул зубы и сказал: – Полагаю, если в этой гробнице и есть какие-то ценные сокровища, они должны быть во внутреннем гробу. Если мы не откроем его, не окажется ли вся наша поездка бесполезной? Ну и что, если внутри засел чёртов зомби? У нас есть оружие и взрывчатка. С чем бы нам не пришлось столкнуться, мы вполне сможем принять бой! Я кивнул, и дядя продолжил: – Кроме того, мы не сможем вернуться тем же путём, которым пришли. Почти каждое достаточно широкое отверстие в этой скале ведёт в лабиринт каменных проходов. Я не знаю, сколько времени потребуется, чтобы выбраться оттуда, так что лучший вариант – лезть наверх. Мы задрали головы: трещина в потолке находилась прямо над нами. Лунный свет струился сверху, и картина выходила мрачная и пустынная. Дядя указал на дерево: – Видите? Вершина этого дерева очень близка к потолку пещеры. К тому же, от него к выходу тянутся лианы, образуя естественную лестницу. У дерева много ветвей, забраться будет легко. – Что за чушь, Сан Е? – возмутился Пань Цзы. – Это дерево-людоед. Взобраться на него равносильно самоубийству! Дядя рассмеялся: – Это дерево – Кипарис Девятиглавой Змеи. Вы заметили, что лианы избегают касаться камня? Этот камень называется Тяньсинь, он известен тем, что Кипарис его терпеть не может. Если нанесём немного каменной пыли на тело, гарантирую, всё пройдёт гладко. – Это правда сработает? – обеспокоенно спросил Здоровяк Куи. Дядя сердито посмотрел на него. Я понял, что он снова собрался ругаться, поэтому поспешил вмешаться: – Да ладно, не попробуем – не узнаем. Мы молча принялись за дело. Здоровяк Куи поднял толстяка и взвалил себе на спину, дядя поддерживал Пань Цзы. Я собрал своё снаряжение и оглянулся, думая: Скоро мы выберемся отсюда, а от Молчуна по-прежнему нет никаких вестей. Дядя каким-то образом догадался, о чём я беспокоюсь,и сказал: – Он определённо сможет себя защитить. Тебе не о чем волноваться. Я кивнул. Честно говоря, я был последним человеком, которому стоило бы беспокоиться о Молчуне. Он не только намного превосходил меня в мастерстве, но и, судя по всему, обладал необычными способностями. Если уж на то пошло, это ему следовало бы волноваться обо мне. Я направился к каменной платформе, сжимая в руке пистолет. Остальные медленно следовали за мной. До этого я был сосредоточен на беге и не обращал внимания на окружающую обстановку, но теперь, осматриваясь, понял, что платформа была сложена из огромных плит тяньсиньского камня. Помимо этого я обнаружил, что на ступенях вырезаны журавли с оленьими рогами. Этот вид рельефной скульптуры был очень редок, и я невольно задался вопросом, насколько важным вассалом был Лу Шан Ван и почему эта гробница такая странная. Мы добрались до дыры в стволе, и стало ясно, что она не образовалась естественным путем, а была стянута изнутри десятком железных цепей. Прямо перед нами стоял большой бронзовый гроб, на вид около двух с половиной метров в длину, полностью покрытый надписями. Иероглифы, используемые в текстах периода Сражающихся царств, были достаточно сложными, однако иероглифы государства Ци и Лу широко использовались учёными того времени. После того, как государство Чу завоевало государство Лу, их культуры во многом перемешались, в том числе и письменность. Большинство текстов периода Сражающихся царств в моём магазине относились к тому времени, поэтому я примерно представлял, о чём говорят эти надписи. Некоторое время все молчали, как будто боялись разбудить владельца гробницы. Затем дядя достал лом и легонько постучал им по гробу. Изнутри донеслось глухое эхо, указывающее на то, что внутри полно всякой всячины. Дядя, зная о том, что я интересуюсь древними письменами, тихо спросил: – Ты понимаешь, что здесь написано? Я покачал головой: – Не полностью, но владельцем гроба определённо является Лу Шан Ван, которого мы искали. Надписи на гробу, вероятно, описывают его жизнь. Судя по всему, он умер, не дожив до пятидесяти, и у него не было детей. Описание смерти совпадает с тем, что я читал ранее – он внезапно скончался в сидячем положении на глазах у правителя царства Лу. Остальная часть текста, должно быть, содержит подробности о его жизни. Меня не интересовало состояние культуры государства Лу, поэтому я просто бегло просмотрел эту часть, не утруждая себя вдумчивым прочтением. – Что означают эти слова? – спросил меня Здоровяк Куи. Я посмотрел туда, куда он указывал, и увидел в середине гроба иероглиф «открыть». За ним следовали более крупные иероглифы, начинающиеся с первых четырех Земных ветвей [1] и определённо обозначающие дату. Но в период Сражающихся царств династия Чжоу пришла в упадок, и их вассалы разбрелись по всему Китаю. В результате календарные системы перемешались, и я не мог понять, о каком конкретно дне идёт речь. – Это, должно быть, дата, когда сюда поместили гроб, – ответил я ему, – однако точное число я назвать не смогу. Пока я изучал надписи, дядя пытался придумать, как открыть гроб. Он потряс цепи, каждая из которых была толщиной с большой палец. В то время в Китае только начинался железный век, и подобные вещи считались роскошью. Но по прошествии стольких лет цепи состарились до неузнаваемости и могли использоваться разве что для общего антуража. Я велел всем отойти, передёрнул затвор пистолета и несколько раз выстрелил. Цепи мгновенно оборвались, остались только те, которые удерживали гроб на месте. Дядя жестом велел мне подвинуться и сказал: – Хватит изучать писанину. Займёмся этим после того, как откроем гроб. Не успел он договорить, как гроб вдруг затрясся и изнутри донесся приглушенный шум. Поначалу я подумал, что ослышался, но стоило мне повернуться к остальным, чтобы убедиться, что мои уши меня не обманывают, как шум повторился, на этот раз отчётливее. Я похолодел и подумал: О нет! С этим чёртовым гробом действительно что-то не так!