Тима сумерцев

На всех парах залетев в уборную, Кавех резко остановился. Прижав руку с телефоном к груди, блондин склонил голову и прикрыл глаза, пытаясь отдышаться. -Что, правда бежал? — Знакомый насмешливый тон одноклассника прозвучал где-то слева от ученика. Простояв так ещё пару секунд, Кавех выпрямился и повернулся в сторону стоящего рядом человека. -Как видишь. И ты совсем не боишься, что нас тут могут заметить и обвинить в прогуле? Хайтам облокотился спиной о дверцу кабинки и скрестил руки на груди, тяжко вздыхая. — Именно поэтому я находился в кабинке всё это время, пока ждал тебя. И раз ты так боишься, то именно ТЕБЕ следует вести себя потише, чтобы не привлекать внимания. Выронив смиренный выдох, блондин согласно кивнул. Неловко почесав затылок, Кавех отвёл взгляд в пол. Не будь он занят другими мыслями, то наверняка бы обратил внимание на трещину в плитке. И вообще, лежит всё криво, за что только люди деньги платят? Но, увы и ах, речь идёт вообще не об этом. Словно решив что-то для себя, парень задрал нос и расправил плечи. Брови были сдвинуты чуть ближе к переносице. Очень решительный молодой человек. Блондин подошёл к своему седому другу/парню и, взяв того за руку, повёл во вторую кабинку (ОЧЕНЬ ВАЖНАЯ ДЕТАЛЬ). Не почувствовав никакого сопротивления, Кави закрыл дверь на держащийся на честном слове замок, который можно открыть даже с внешней стороны, если сильно постараться (P.S. авторка так делала). Повернувшись обратно к парню, тот наткнулся на внимательный взгляд зелёных глаз. Чуть подрастеряв свою уверенность, но не утратив еë окончательно, блондин засунул телефон в задний карман штанов и глубоко вздохнул, аккуратно беря руку Хайтама в свою и переплетая их пальцы. — Я чувствую некоторую вину за то, что не воспринял твои слова правильно, но и ты должен понимать моë положение. Мы часто друг над другом подшучиваем, подкалываем, дразнимся, называй как хочешь. Вот я и воспринял твои слова за очередную шутку… — Значит того, что я заступаюсь за тебя перед директором, отмазываю за разбитую стенку, и тому подобное, мало? — Да ну тебя, речь вообще не об этом. Вдруг ты там понаслушался шуточек Сайно или ещë чего-нибудь. Чëрт тебя знает. Вообще, в любви обычно признаются в романтической атмосфере, а не на физре, когда другой зацепился серьгой за футболку и пытается стянуть еë изо всех сил. — Значит, здесь тоже не место? — Ты опять перебил меня. — нахмурив брови, Кавех наклонил голову вбок. — Что это значит? — Ты ведь говоришь, что в любви признаются в романтичной атмосфере. Сомневаюсь, что туалет подходит под это определение. — Задумчиво опустив взгляд на унитаз рядом с ними, Хайтам вздохнул и крепче сжал руку возлюбленного. — Хм. Да, ты прав. Но уже поздно менять место. Так вот, ты прощаешь меня? — Я на тебя и не обижался. — А нахуй я тогда распинался тут перед тобой!? — Не знаю, ты сам захотел. — И всё же, нам есть что обсудить. — Скоро урок закончится. — Ну, тогда быстро: ты мне тоже нравишься, Аль Хайтам! — Вот как? — Да ты че, хуесос, это вся твоя реакция!? — Я бы хотел услышать речь получше, но раз уж у нас такие жëсткие временные рамки, так тоже неплохо. Итогом я доволен, а остальное мы можем обговорить дома. — Правильно…Так… Мы встречаемся? — Уже неделю как. — Только не говори что ты из тех, кто помнит «такие» даты. — Какие «Такие»? — Ну как у всяких слащавых парочек: первая встреча, первый поцелуй. Блевать тянет. — К твоему счастью, я запомнил эту дату только потому, что в этот же день была контрольная по химии. — Слава богу. Прозвенел звонок. Хайтам разочарованно выдохнул. Стремительно приблизившись к Кави, парень опустил ладонь на щеку второго и прижался своими губами к чужим. Замерев в таком положении на несколько секунд, Хайтам медленно отстранился и проследил за лицом возлюбленного, постепенно меняющимся с шокированного на осознанное, и, под конец, смущëнное. Хмыкнув от вида поджимающего губы Кавеха, чьи щëки постепенно заливала краска, седовласый отворил дверь и вывел Кави из туалета, направляясь к кабинету.