И я готов стать тьмой, которая спасет тебя от света

Кто придумал свет души? С чего все решили, что он хранится в Лайе? Как она вообще его получила? Неужели он появляется, когда человек делает хорошие поступки? Тогда почему он проявился только у Лайи? Все эти вопросы огромным ураганом крутились в голове девушки, сидевшей на крыльце замка в Лэствилле. Голова болела, заставляя Лайю морщится. Мигрень стала частым гостем, не спасали даже сильные обезболивающие. Рядом с девушкой стояла бутылка дешевого вина, а в руке была зажата сигарета. Каждый вздох, каждая затяжка отдавалась болью в груди, но это было даже приятно. Девушка так устала чувствовать эту тяжесть ответственности, поглощающее ее ощущение безысходности, что режущая боль казалась незначительной. Морально она уже лежала в могиле. Кто скинул на нее эту ответственность? Почему она должна была расплачиваться за грехи своего предка? Бёрнелл была готова взвыть от несправедливости. Сделав глоток вина, она опустила голову на коленки и заплакала. Как маленькая девочка, которую обидели мальчишки во дворе, и она держалась перед ними, не показывая обиду и боль, а как только зашла домой — заплакала. Она уже научилась делать это беззвучно. Ее выдавала только трясущаяся спина. Ей было некому пожаловаться. На протяжении месяца она с ребятами делала совместную работу, пыталась освободить Влада от тьмы. Сказать им обо всем, сказать о том, что устала казалось неправильным. Но никто не понимал, что главную работу делает она. Именно она борется с тьмой, именно она после каждого ритуала падает в обморок и засыпает на несколько дней. Все принимали это как данное, только выдумывая новые выходы из этой ситуации. Но никто не заботился о свете, который был внутри Лайи. С ним было что-то не так и Бёрнелл это чувствовала. Влад, конечно, тоже ощущал боль во время ритуалов, но его постепенно освобождали от проклятья, что высасывало из него тьму. А из Лайи потихоньку тянули силы. На улице становилось холодно. Ночь вступала в свои права, а луна спокойно освещала все вокруг. В детстве Лайя любила смотреть на луну, разговаривать с ней и загадывать желания. С возрастом привычка стала забываться, попросту не хватало времени сидеть у окна и о чем-то думать или говорить с неодушевленным объектом. Но сейчас она вдруг подумала, что может, все это время просто нужно было попросить и все бы изменилось. — Я правда не знаю с чего начать, — она грустно усмехнулась. — Раньше это было намного легче делать, но, я просто устала. Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста, сделай так, чтобы все поменялось. Я не хочу больше ощущать то, что ощущаю сейчас. Если возможно, передай кому-нибудь мой свет души, я хочу побыть немного в темноте, — девушка улыбнулась планете, утирая ладонями слезы. — Я просто хочу исчезнуть. Ну пожалуйста, — последние слова она прошептала, а после разрыдалась, утыкаясь в колени. — Душераздирающе. Я даже почти заплакал, — знакомый насмешливый голос позади заставил Лайю умолкнуть. Оборачиваться было страшно и стыдно. «Как много он слышал?» — пронеслось в голове, но думать об этом было некогда. Надо было срочно спровадить Локида. — Ноэ, у тебя больше нет дел? — не поворачиваясь спросила девушка. Голос хрипел, а горло неприятно резало при каждом слове. — Почему ты вечно появляешься в самые неподходящие моменты? — Талант с детства, что уж поделать, — смех, кажется, разрезал напополам эту давящую атмосферу, заставив девушку вздрогнуть. Но смех был не такой игривый, каким его привыкла слышать Бёрнелл. Он был наигранным и в его конце Ноэ резко замолк, понимая, что в этот раз его актерская игра не задалась. — Я все слышал, Лайя, — совершенно серьезно произнес он, и его голос вдруг показался таким тихим. — И что? Побежишь рассказывать Владу? — хрипло засмеялась девушка и наконец обернулась. Ее глаза встретились с его, и впервые она посмотрела на него как на собеседника. Ни как на шута, вечно всех веселившего, ни как на демона, который портил ей жизнь в Румынии, ни как на верного помощника Влада, моментами, слишком верного. Сейчас она как будто увидела его как личность, заметила его настоящего. Они так и замолчали, смотря друг другу в глаза. Первым ожил Ноэ, подходя ближе к девушке и садясь рядом на ступеньку. Взяв бутылку в руки, он придирчиво ее осмотрел и аккуратно понюхал, после сморщившись. — Могла бы и получше выбрать, — невзначай заметил он, отхлебнув вина. Лайя нахмурилась, шмыгнув носом и отвернулась от мужчины. — Не могла, — возразила она. — Я ехала сюда с комиссаром, пришлось попросить его заехать в первый попавшийся магазин и купить такую бутылку, чтобы уместилась в сумке. Я не хочу, чтобы у него возникли вопросы, — оправдывалась Бёрнелл, сама не понимая почему. Ноэ с легкой улыбкой следил за тем, как она, закончив свой монолог смотрела на него и ожидала хоть какого-то вердикта. Но, как будто назло девушке, Ноэ вдруг замолчал, оставив ее объяснения висеть в воздухе. Ощущение неловкости медленно проникало под кожу, заставляя чувствовать себя неловко. «Может уйти?» — мысль мелькнула где-то на задворках сознания, но рассмотреть и подумать о ней не дал Локид. — Лайя, это не дело, — начал он, вздыхая так тяжко, будто на груди у него лежали огромные камни, мешая ему дышать. — Если ты не хочешь больше помогать Владу или не хочешь с ним видеться, хотя бы какое-то время, скажи ему об этом. Я не думаю, что он насильно будет тебя держать. Ваше прошлое ему слишком дорого, — Ноэ говорил с ней таким тоном, будто она была ребенком, совсем не понимающим жизнь. Хотя по сравнению с его возрастом она и являлась ребенком. — Ноэ, ты не понимаешь, я должна… — Кому ты должна, Лайя? Кому? Владу? Лео? Лале? Кому из них ты должна? — отчего-то он злился, Бёрнелл это видела. — Вы, люди, такие утомительные, — демон наигранно закатил глаза, взмахивая руками. Потом, поняв, что девушка на такой разговор не настроена сел прямо и посмотрел на небо. — Пойми, что свет в твоей душе это еще не значит, что ты обязана стать спасателем. Если ритуалы приносят тебе боль не нужно терпеть. Никто из нас не знает, как они могут повлиять на тебя. Такое в истории нашего мира впервые. Кто знает, может в конце ты умрешь, — Лайя вздрогнула. Мысль о смерти казалась одновременно и привлекательной, и страшной. — Влад не замечает твоего состояния, он просто думает, что ты более закрытая, чем Лале. Он совсем не осознает, что ты всего лишь человек и твои жизненные силы могут когда-нибудь закончиться, и никакой свет тут не поможет… Они замолчали. Теперь тишина не казалась такой неуютной. Казалось, что Лайю обернули в материю из тихой и спокойной грусти, которая должна защитить ее от всего мира. Девушка вновь почувствовала на своей щеке слезы, сама не заметила, как заплакала. — Ноэ, ты не понимаешь, — начала она, но голос сел из-за слез и поэтому пришлось неловко прокашляться. — Я должна освободить Влада от тьмы. Кому должна? Я должна ему и Лале, их счастливому прошлому, которое у них отобрали. Я не могу просто жить с этим светом в душе, я не могу, он мне дан для того, чтобы его спасти, — на последней фразе она заплакала, зажимая рот рукой. Было ужасно ощущать эту всепоглощающую боль от того, что не можешь распоряжаться своей жизнью. — Ты же понимаешь, что Влад не совсем правильно оценивает ситуацию? Он думает, что ты такая же как Лале, что ты она и есть. Ты думаешь также просто потому, что он внушил тебе это, — теперь девушка начала понимать какой силой уговоров владели демоны. Не слушать Ноэ было невозможно. Его слова плотным слоем оседали в голове. Ответить что-то на это заявление Лайя не решалась. Она боялась возможной следующей реплики Ноэ, которая могла просто разрушить ее душу, стать причиной ее конца. — Уже поздно, — прошептала она, поднимаясь. — Я пойду спать, — она посмотрела на Ноэ сверху вниз, увидев быстро промелькнувшую у него на лице печаль. Почему-то она ощутила — он расстроен из-за ее состояния. — Если ты за меня переживаешь, — начала было она. — То не стоит, я… — Спи спокойно, Лайя, — только и произнес демон, отворачиваясь от нее. Девушка постояла еще немного, смотря в спину мужчине, а после отвернулась и медленно побрела в замок. *** Теперь Лайя понимала, что до этого были цветочки. Сейчас наступила пора ягод. Очередной ритуал, высасывающий из нее силы и спасавший Влада от тьмы. По окончанию все были без сил. Лео едва стоял на ногах, прислонившись к столбу. Сандра сидела на полу, тихо что-то бормоча. Влад вновь лежал без сознания. После таких ритуалов, он, как и Лайя спал по несколько дней. Только теперь Бёрнелл почему-то не впала в состояние сна. Она чувствовала себя так, будто ее переехали пару раз огромной машиной, но она осталась жива по каким-то причинам. Голова кружилась и болела, а в грудной клетке будто сломали пару ребер. Но такого нужного сейчас ощущения погружения в сон не было. Первым, то, что сейчас что-то идет не так, как обычно заметил Лео. — Лайя? Ты, — он приоткрыл рот в удивлении, издалека осматривая тело девушки. — Ты не спишь. — Сандра встрепенулась и только сейчас перевела взгляд на девушку. Они разглядывали ее так, как будто еще никогда не видели. — Если она больше не отключается, мы идем в правильном направлении, — заключила ведьма и радостно улыбнулась. — Или во Владе осталось совсем мало тьмы и Лайя теперь не тратит столько сил. Ребята начали что-то громко обсуждать о улучшении состояния Лайи, о том, что скоро Влад будет свободен. Они все говорили, пока Лайя едва терпела боль, она боялась открыть рот, потому что не знала, сможет ли говорить или сразу закричит. «Может сказать им?» — подумала она, но почти сразу отмела эту мысль. «Они так рады. Я не могу разрушить их надежду, они ведь тоже так стараются, » — девушка непрерывно следила за ними. За тем, как они обнимаются от радости и вместе идут к Владу и поднимают его, чтобы перенести его в комнату. — Лайя, если не сможешь идти, я приду за тобой, — только и бросил Лео, подхватывая Влада и морщась. Молча кивнув и посильнее сжав зубы, девушка проводила их взглядом. И только когда друзья вышли из комнаты она свернулась на полу и сильно сжала руками голову. Хотелось умереть. Она не запомнила сколько пролежала в часовне. Помнила только, что Лео за ней так и не вернулся. Подняться было тяжелее всего. В глазах темнело, руки и ноги отказывались слушаться. Хватаясь за маленький столик, который попросила притащить Сандра, чтобы поставить там всякие отвары, Лайя встала. Тело лихорадило, а кости ломило от боли. Какое-то время девушка простояла в одном положении, пытаясь почувствовать твердость в ногах чтобы дойти до замка. Никогда еще дорога от часовни не давалась ей так тяжело. Несколько раз девушка падала, сдирая кожу на ладонях о камни, которыми была вымощена дорожка. Когда перед ней предстала лестница и величественные двери, Лайя почти заплакала. Но упрямо закусила губу и шагнула на первую ступень. Знала ли она в первый день своего прибывания в замке, что через какое-то время она не будет восхищаться красотой архитектуры, а будет еле ползти по этим ступенькам и проклинать того, кто построил это здание. Двери открыть с первого раза также не получилось, сил почти не осталось. Подъем по еще одной лестнице. Длинный коридор. Поворот направо. Вновь усилия чтобы открыть дверь и наконец она в своей комнате. Упав на прохладную кровать, Бёрнелл уткнулась в подушку и закричала. Она не боялась, что ее услышат. Все давно спали, устав от ритуала. Сон никак не шел. Светлело. Снотворное не помогло. Боль была настолько сильная, что не давала заснуть. Девушку бросало то в жар, то в холод. Несколько раз закрывая глаза и пытаясь заснуть Лайя видела вдалеке что-то светлое, лазурного света, и если сначала этот свет казался приятным, то в конце он просто пожирал девушку, ослепляя и сжигая ее кожу. Она услышала, как тихо приоткрылась дверь. Кто-то пытался ее не разбудить. — Я не сплю, — только и сказала Лайя, не оборачиваясь. В спокойном положении тело будто лежало в костре боли, девушка боялась представить, что будет если она немного подвигается. — Это хорошо, — раздался сзади голос Сандры. — Значит скоро мы все исправим. Я отставлю отвар на тумбочке, выпей, когда встанешь, — сказала девушка и вышла. Лайя грустно усмехнулась. Что Сандра собиралась исправлять? Как можно было исправить то, что было изначально обречено на провал. Пугать Бёрнелл никого не хотела, но сегодня она наконец поняла, что, окончательно освободив Влада от тьмы и подарив ему новую жизнь — она умрет. *** Она не спала уже несколько дней. Боль постепенно утихла, но оставила после себя неприятные приступы. Без отдыха организм долго продержаться не мог, поэтому теперь Лайю сопровождала постоянная тошнота, затруднение дыхания, темнота в глазах и мигрень. Друзья радовались удачному ритуалу, не замечая огромных кругов под глазами девушку. А даже если и замечали расспрашивать об этом не спешили, а просто долго рассматривали ее, переглядываясь между собой. Лайя в принципе не вписывалась в картину всеобщего счастья. Возможно, из-за этого теперь Влад, Лео и Сандра чаще собирались куда-то втроем. Бёрнелл, как яд, тихо отравляла их радость своим непонятным состоянием. Очередной день, когда Лео позвал своих друзей посмотреть центр города. Они вновь оставили ее одну. Теперь этот мрачный замок полностью описывал внутреннее состояние Лайи. Она варила себе кофе, наблюдая, как жидкость закипает. К вечеру голова начинала болеть еще сильнее. Сегодня стукнуло ровно семь дней после ритуала. Бёрнелл не спала семь дней. — Паршиво выглядишь, — знакомый насмешливый голос вывел ее из состояния транса, заставив резко обернуться. Ноэ выглядел как всегда безупречно. Идеальная укладка, ни одного синяка и морщинки на лице, белоснежная рубашка и бежевые брюки. Он обворожительно улыбался, но глаза оставались серьёзными, осматривая девушку. — У тебя кофе сейчас выкипит полностью, — Локид быстро посмотрел девушке за спину. — Прости, я сварила только для себя, — проговорила она, переливая напиток в чашку и тайком рассматривая мужчину. Он крутил в руке яблоко, возвращая Лайю во времена отпуска в Румынии, когда она спешно покидала дом Влада. — Я пью чай, — невзначай заметил он. — Попьешь в гостиной? — это не было похоже на приглашение, но Лайя зачем-то кивнула, давая соглашения. Она была больше, чем уверенна, что, если бы она не согласилась, мужчина бы ее просто перенес. — Как ты себя чувствуешь? — Лучше всех, — усмехнулась девушка, свободной рукой показывая палец вверх. Фраза прозвучала сухо, а голос немного дрожал. Хотелось плакать. Сильно и громко. Но вместо этого она лишь крепче сжала ручку чашки, отпивая кофе. — А по тебе и не скажешь, — взгляд Ноэ был неприятно внимательным, заставляя Лайю чувствовать скованность в теле. Она неловко поправила волосы и посмотрела в окно. «Зачем он пришел?» — невзначай подумала девушка, поглядывая на мужчину, который опять все внимание переключил на красное яблоко в руках. — Влада в замке нет, они ушли, — зачем-то сказала Бёрнелл. Хотелось поговорить. Она так давно ни с кем не говорила, просто потому что боялась вывалить на друзей все переживания и всю ту боль, которую Лайя испытывала. — Ты не спишь, — его заявление заставило Лайю обернуться к демону. Она вопросительно приподняла бровь и прищурила глаза. — Кто-то же должен за тобой присматривать, — пожал плечами Локид и улыбнулся. Улыбка была широкая, даже можно сказать счастливая, но беспокойство в глазах демона выдавало ложь. — Ты за мной следишь? — непонятное чувство расползлось по груди. Это была смесь радости от того то она кому-то небезразлична, и возмущение от нарушения ее личного пространства. Уголки губ предательски поползли вверх. — Присматриваю, — поправил мужчина, тоже слегка улыбаясь. — Тебе сказали, что завтра они планируют провести еще один ритуал? — вопрос напрочь смел только чуть поднявшееся настроение девушки. Ее будто ударили молотком по голове. Дышать почему-то сразу стало трудно, а в голове возникли воспоминания о невыносимой боли в время ритуала. — Тебе бы выспаться, — кивнул он, поправляя рубашку. — Я не могу, — Бёрнелл разочарованно покачала головой, ловя вопросительный взгляд Локида. — Стоит мне закрыть глаза и попытаться расслабиться, я вижу легкий лазурный свет, сначала он такой…хороший? Издалека я чувствую прохладу, он успокаивает. Но стоит пройти немного времени и этот свет приближается. Чем ближе он ко мне, тем выше у него температура. — Она остановилась, выдыхая. — Он будто поглощает меня, понимаешь? После каждой такой попытки заснуть тело болит еще сильнее, будто меня избили, — Лайя закрыла глаза рукой, чтобы не видеть сочувственного взгляда Ноэ. Выдохнула, надо было успокоиться и не показывать при нем свою слабость. Того раза на лестнице было достаточно. — Это твой свет, — произнес он. Как же Лайе было ужасно это слышать. Свет сам убивает ее. Где-то в глубине души она знала, что это ослепляющее сияние всех тонов голубого принадлежит ей, но отказывалась в это верить. Ноэ похлопал по дивану, приглашая девушку сесть рядом. На негнущихся ногах Бёернелл подошла к мужчине и скорее упала на диван, чем села. Слезы застилали глаза. — Я завтра умру? Новый ритуал… Он вытянет из меня всю жизнь до конца, и я… — Успокойся, Лайя, ты не умрешь, — звучало не слишком убедительно, но взгляд Ноэ почему-то внушал доверие. Она криво усмехнулась, сильно сжимая руку в кулак, принося себе еще немного боли для того, чтобы остаться в своем уме и не впасть в истерику. — У меня есть одна идея, не факт что сработает, но можем попытаться. Позволишь? Терять было нечего. Ощущение скорой смерти будто нависло над девушкой, окутывая ее, как плед. Она кивнула, а Ноэ слегка улыбнулся. — Облокотись на меня, ты должна полулежать, но сразу предупреждаю лучше занять такое положение, в котором тебе будет удобно, — он сам немного съехал по дивану, и раскинул руки, приглашая Лайю в свои объятья. Немного помявшись, она осмотрела парня, а потом кивнула своей какой-то мысли и легла на демона. Ее голова лежала на его медленно поднимающейся и опускающейся груди, а руки обхватывали его пояс. Свою руку Ноэ положил ей на затылок, слегка поглаживая волосы. — А теперь попробуй заснуть, — произнес он так, словно это было самой просто задачей. — Ты меня слушал? Мой свет, — Лайя уже хотела вскочить, но рука Ноэ вдруг крепче прижала ее, не позволяя шевелиться. — Я побуду твоей тьмой, не беспокойся, — только и сказал он. Подумав, Лайя все же закрыла глаза, прислушиваясь к дыханию мужчины. Вновь вдалеке забрезжил свет. С такого расстояния он казался таким приятным, таким родным. Но Бёрнелл уже знала, что стоит ему приблизиться как он снимет с себя маску доброжелательности. Она не понимала: сама ли идет к нему или все же он приближается к ней. Да и какая была разница? Итог всегда был один. И вот свет опять на расстоянии десяти шагов. Он ослепляет, режет глаза, а кожу уже печет от жара, исходящего от этой лазурной стены. Сияние будто впитывается под кожу девушки, принося невыносимую боль. Но вдруг становится темнее. Между ней и светом появляется легкая черная дымка. Она выстраивается как стена, кирпичик за кирпичиком. С каждым новым миллиметром стена все больше темнеет. Это продолжается до тех пор, пока пространство полностью не заполняется тьмой. От нее веет прохладой, а запах хвои, который она распускает, успокаивает девушку. Только сейчас она поняла, что все это время от света пахло приторными персиками, запах, который Лайе никогда не нравился. В темноте так спокойно и уютно. Она ощущается как что-то родное, что всегда сможет тебя успокоить и понять. Она защищает девушку от внешних опасностей, чему Бёрнелл очень благодарна. Впервые за неделю она засыпает. *** Это утро кажется необычайно добрым. Лайя чувствует себя отдохнувшей. Впервые за долгое время ее не волнуют проблемы, до этого являющиеся ее постоянными спутниками. Она потягивается и с удивлением вспоминает, что сейчас спит на демоне, который вечно ее подкалывал и шутил над ней. И не всегда эти шутки были добрыми. Медленно приподняв голову, она сразу встретила глаза, которые насмешливо ее рассматривали. Ноэ склонил голову, чтобы получше увидеть лицо девушки. — Если бы я просыпался таким помятым по утрам у меня бы уже была депрессия, — голос Ноэ немного хрипел, выдавая что демон тоже спал. Он улыбнулся, когда увидел возмущенное лицо девушки. — Как спалось? — Спасибо, Ноэ, — она благодарно улыбнулась, вновь укладывая голову ему на грудь и обнимая его еще крепче. — Но, мне было мало, может я посплю еще немного? — робко спросила она, не поднимая головы. Она почувствовала, что Ноэ засмеялся и сама улыбнулась. — Лайя, извини, конечно, но твой свет ужасно сильный и я потратил слишком много сил, — она закусила губу, чтобы случайно не сорваться и не выдать что-то такое, что может обидеть демона. Но тот видимо почувствовал разочарование Бёрнелл и аккуратно погладил ее по голове. — Но у меня есть к тебе немного другое, но не менее соблазнительное предложение. Что-то подсказывало, что столь продолжительное времяпровождение с демоном могло чем-то аукнуться Лайе, но она давно не чувствовала себя так свободно. — Что за предложение? — Не хотите ли вы, прекрасная Лайя Бёрнелл, пропустить сегодня один из ритуалов и посетить Флоренцию конца 13 века? Лайя кивнула настолько быстро, будто боялась, что Ноэ заберет свое предложение обратно. И пусть она пропустит ритуал, а друзья будут на нее злиться. Она впервые ощутила, что может жить для себя. И она будет жить для себя. Ноэ поможет ей в этом. Почему-то она была в этом уверена.