какао-порошок

твои очертания затмили всё сознание, ещё в тот день, в котором было всё, кроме тебя, теперь, смотря на нас, никто не скажет "сочетание". как раньше уже не будет никогда..

***

в классе пыльно и темно, занавески убивают весь тот свет, что еле доходит до угла стола. в воздухе витает запах черничного мыла, листьев клевера, растущего на подоконнике, и извёстки. минхо стоит перед школьной доской, пачкает пальцы о белый мел, стирающийся в порошок, и втыкает в уравнение, накарябанное на чёрной гладкой поверхности. капилляры в глазах лопаются и растекаются красной вязью — минхо едва моргает. ему впервые спокойно. он просто дышит мелом и разлагается под солнцем. шею и затылок ощутимо сжигает. он ждёт приближение долгожданного лета, пахнущего подсолнухами и лесными орехами, чтобы наконец оставить рюкзак пылиться за шкафом и броситься с головой в бесконечное поле золота и цветной зелени, думает о пенных облаках и мосте до космоса, когда кто-то кидает в него маленький яркий магнит. тот врезается в кроссовки, исчерченные фломастерами и зелёными чернилами, и глухо ударяется о деревянный пол. плевать. плевать. нужно сосредоточиться. расщедриться на магию, отдать всех солнечных зайчиков, собравшихся на рубашке, засевших в волосах и скопившихся на обожжённых нитках. — можешь отойти, пожалуйста. мне не видно. понадобилось два года. две магические весны, пропитанные любимыми словами, чтобы догадаться, возненавидеть и примириться с призрачным мартовским мальчиком в его жизни. хан никогда не возвращался в землю внезапно. минхо вообще не в курсе, как он уходил и когда. возможно, он разлагался, или просто переставал существовать, или могила сама утягивала его обратно — тихо, беспощадно, несправедливо. — просто сделай вид, что я прозрачный. такой, как ты. словно сделанный из тонкой бесцветной ткани, до которой только дотронься — и она сразу растворится. — сработало только на 50%. теперь я вижу твои органы. пусть просто исчезнет. как сделал до этого. пусть просто развеется светящейся пылью и разлетится по углам комнаты. минхо не будет против. он ведь уже сделал это, так в чём смысл? в этом взгляде, прожигающем обугленное до краёв сердце? - что с тобой? минхо обернулся, ловя взглядом сидящего за партой джисона, старательно скатывающего с доски. дырявая ветровка с разноцветными карманами и капюшоном, чёрный маллет, торчащий во все стороны и неровно стриженный, пластыри с ягодами, приклеенные почти везде, где только можно. словно снимок, сделанный на пинхольную камеру. словно никогда и не исчезал. он поднял на него взгляд, обжигая горячим какао. встал из-за стола и медленно, шаг за шагом, начал приближаться. - что? он его слышит. значит, минхо всё-таки не сумасшедший? или это просто на какое-то время, а потом он окончательно сойдёт с ума? время покажет. джисон подошёл ближе, достаточно близко для того, чтобы минхо задохнулся. запах дождя и какао-порошка, которое хан ненавидел, но почему-то пах им, впечатался в лёгкие. теперь не избавишься. не очистишься. - ты ведь не выглядишь больным. нет, он, всё-таки, свихнулся. болезнь, прилипшая словно кленовый лист к колесу велосипеда в тёплый октябрьский день. не излечишься. не отклеишь. он воткнул взгляд в его грудь. минхо тут же почувствовал, как он там завозился, прокручиваясь, как разрезал органы, пачкаясь в крови. потом прикоснулся к сердцу. его рука, призрачная и невесомая, прошла сквозь рёбра, укололась, обрезалась, пуская рябь по воздуху. хотя на самом деле просто дотронулась до футболки. минхо отодвинулся, шагнув назад, и тут же уткнулся затылком в доску позади. не убежишь. не оставишь. - ты ведь исчез, верно? он не мог не спросить. кошмарные ночи и порезы, дождь, вой за окном, и даже запах какао, до сих пор продиравший оголённые внутренности, - всё указывало на его присутствие. самое настоящее сумасшествие. которое не забудешь. - это ты так думаешь, - ответил хан. содержательно. - на самом деле, я всё ещё существую. - ну конечно. я шизофреник, а ты - плод моего воображения, - нервно усмехнулся минхо. - нет. посмотри, оглянись вокруг. ты чувствуешь жизнь, видишь её, дышишь ей. это уже означает, что всё здесь реально, - джисон схватил его за плечи и слегка встряхнул. та самая реальность пошатнулась. перед глазами поплыло, рябь на воздухе стала сильнее. мартовский мальчик, который подарил ему шанс на жизнь, каким-то образом оказался мёртв. ему пора. - загадай желание, - шёпотом попросил хан, схватив минхо за руку и уткнувшись ему в плечо, - и не забудь его. - загадал. - в следующий раз я попытаюсь исполнить его. веришь? - верю, - ответил минхо, смеясь и рыдая, обнимая воздух пустой комнаты. - ведь это будет желание вновь встретиться с тобой. минхо лежит на кушетке, облеплённый всевозможными аппаратами и обвешанный трубками. от ночника исходит тусклый свет. пахнет лекарствами. экг-монитор издаёт раздражающие писки. его тошнит, его колотит железом, фонтаном выпрыскивая кровь, пачкая белую простыню. он смотрит в сердцевину ладони, совершенно не чувствуя, что секунду назад за неё кто-то держался. рядом стоит тумбочка, заваленная бесконечными пачками таблеток. половину не позволил съесть хан - он всегда был сильнее. и никогда бы не решился поиграть в самоубийство, если бы не минхо. сейчас же рядом никого нет. он прижимает ладонь ко рту и плачет. подросток из минхо никудышный. он не любитель какао, не фанат страшилок, не мастер по войнушкам. он остаётся один. а джисона физически никогда не существовало.