Лучший завтрак Бан Чана

Утреннее солнышко, только-только проснувшееся, раскидывает свои лучики в каждый дом, освещает спящие лица людей или лица и тела тех, кто уже проснулся в выходной день, ведь кому-то пора на работу. Например, Чан хочет на несколько часов сбежать в студию и продолжить работу над новой песней, разве что Минхо будет категорически против. Поэтому парень решает ещё немного полежать, а как уж Минхо проснется, предложить ему эту идейку. Чан плавно ведёт рукой по телу брюнета, обводит пальцем сосок, поднимает руку к ключицам, проводит по выпирающей кости и ведёт выше: по шее, к уху. Он помнит своё обещание не будить парня именно сегодня, в выходной, потому как Минхо потихоньку выдыхается из-за учёбы. Ему не хватает сна, он пашет на диплом, как заведённый, и даже не особо замечает долгого отсутствия своего парня. Напряжение небольшое поселяется между ними, но пока всё хорошо. Минхо обещал себе провести несколько дней только с Чаном после того, как защитит диплом. Он совсем не хочет обижать парня, который пытается любыми способами добиться внимания, но ему просто тяжело и он очень хочет, чтобы защита прошла на отлично. Чан мягко целует приоткрытые губы Минхо и с улыбкой остраняется, укладываясь поудобнее. Он располагает голову на своём локте, а свободной рукой продолжает выводить красивые узоры на бледной коже. Минхо спит крепко, как никогда; сжимает пальцами одеяло, смотрит розовые сны и совсем не знает, как сексуально выглядит с рестрепанными тёмными волосами и следом от подушки на щеке, который Чан обязательно целует. Кто бы вообще мог подумать, что это две совершенно противополжные личности станут самой обсуждаемой парой универа. Чан весёлый и душа любой компании, добрый. Он знает, когда нужно сказать слова поддержки и просто поднять настроение людям. А Минхо несколько отстранённый и холодный. Злой, как говорят некоторые. И ведь никто не знает его, не знает, какой он человек. Знает только Чан. Старший тихо вздыхает, слыша тихое сонное дыхание парня, и мычит. Он проводит языком по зубам и тихо усмехается своим странным (нет) мыслям. Он так соскучился по своему Хо, что ни одна здравая мысль не сможет остановить его от того, что он хочет сделать. Чан тихо выдыхает и на секунду останавливает себя, думая, что долгое воздержание плохо сказывается на нём. Но желание снова даёт о себе знать, пробиваясь сквозь эти мысли. Чан тихо усмехается и вылазит из под одеяла. Он удобно располагается на чужих ногах и снова тихо усмехается, думая, что сходит с ума. Его руки ловко расправляются со штанами и бельём Минхо, а губы расползаются в улыбке от созерцания аккуратного пениса, который лишь на мгновение дёрнулся от прохлады комнаты. Чан усмехается и располагается поудобнее. Он опускает голову и обхватывает губами головку. Минхо тихо вздыхает и чуть дёргает головой, но продолжает быть в сладкой неге, пускай уже и не так глубоко. Чан опускает голову ниже, заглатывая наполовину, и размеренно ей двигает. Он на секунду останавливается, услышав тихий стон, но ему подумалось, что показалось. Или всё же нет… — Чего остановился? Продолжай уж, дорогой — усмехается Минхо сонным голосом и чуть вскидывает бёдра вверх, толкаясь глубже в рот Чана. Старший лишь усмехается в ответ, пуская вибрацию, и насаживается дальше, расслабляет горло, чувствуя, как головка коснулась задней стенки горла. Минхо издаёт громкий и довольно пошлый стон и вздыхает, думая о том, что рот Чана это самое лучшее, что придумало человечество. А язык ещё лучше. Чан снова мычит только от того, что чужая рука довольно сильно сжала его кудрявые волосы. Минхо громко стонет и выдыхает, перестав чувствовать приятный жар в том месте, и чуть поднимается. — У тебя настолько чуткий сон? — усмехается Чан и нависает над Минхо хищником, наклоняется и целует мягко, чувствуя чужую горячую руку на своём животе, которая плавно опускается к резинке трусов и тянет их вниз. Он выдыхает в поцелуй и мычит, когда рука Минхо сжимает его дружка и массирует красноватую головку. — У меня не чуткий сон. У меня его вообще нет — ухмыляется нагло Ли и лишь посылает поцелуй парню, продолжая мять его член пальцами. Его губы грубо накрывают чужие пухлые, прикусывают, вызывая неожиданный писк. Глаза Минхо округляются, с губ прямо в поцелуй срывается стон от ощущения горячих пальцев на своём члене. Младший ëрзает, собирает пальцами простынь и отводит взгляд, думая, что с ума сойдёт, если эти горящие глаза будут так на него смотреть. Чан тихо цокает наигранно, убирает тёмные пряди волос с красивого лица и целует щеки, нос, лоб, подбородок, избегая губ. Минхо мычит обиженно и подаётся бёдрами наверх, выдыхает в чужую щеку и целует. Он кладёт руку на свой член и начинает размеренно ею двигать, тихо постанывая и закусывая губы. Чан тихо выдыхает в его шею горячим воздухом и оставляет много своих меток, протирается каменным стояком о бедро младшего и выдыхает, когда его в ответочку останавливают и чуть сжимают это место с наглой ухмылкой на губах. Чан чуть ли не рычит от переизбытка эмоций и стягивает до конца одежду с чужих ног. Минхо тихо вздыхает и что-то мычит о том, что не любит, когда пялятся. Ему немного некомфортно, особенно когда обдают таким похотливым и желающим только его взглядом. — Ты это говоришь даже тогда, когда мы почти не видимся? — выдыхает Чан и опускается чуть вниз, оставляя россыпь поцелуев и укусов на шикарных бёдрах. Минхо лишь закатывает глаза, убирает его голову от своих бёдер и тянет на себя, затягивая его в мокрый пошлый поцелуй, сразу же проталкивая свой язык в чужой рот. Чан усмехается и перехватывает инициативу, руками опускается ниже, проводит пальцами по колечку мышц, думая, что сегодня обязательно придётся утруждать себя и Минхо – чего тот очень не любит, – растяжкой ведь делать парню больно Чан совсем не хочет. Минхо вздрагивает, когда старший обводит колечко мышц пальцем по окружности и совсем немного надавливает. Ли чуть шире расставляет ноги и вздыхает, кидая взгляд на тумбочку. Его лицо кривится, губы поджимаются, а руки сжимают одеяло. Чан прекращает ласки и слезает с кровати, отходит к тумбочке, достаёт смазку и презерватив под недружелюбным взглядом Минхо. В его голове что-то будто бы взрывается, а на лице вырисовывается хитренькая улыбка. Минхо удивленно на него смотрит, ещё больше краснеет щеками, что очень несвойственно ему, и выдыхает, будто увидел самое пошло порно. Ой, какое только порно он не смотрел… Чан снова пристраивается между разведённых ножек, с хирым прищуром смотрит на Минхо и, как ни в чем не бывало, переворачивает его на живот. Снова писк срывается с искусанных губ и подушка оказывается сжата зубами, а тело содрогается от чего-то мокрого и горячего, которым Чан провёл по колечку мышц. Догадаться несложно, но Минхо даже думать не хочет об этом. Слишком смущает. Увидел бы его кто-нибудь сейчас не поверил бы, что Хо умеет смущаться и вообще быть таким тихим и зажатым, сходя с ума от одной только мысли о том, что сейчас происходит и произойдёт. С губ срывается приглушённый стон, Минхо выгибается чуть в спине, подаваясь назад, следом за языком старшего, и выдыхает, чувствуя себя просто прекрасно. Он процесс растягивания терпеть не может, но есть это происходит при помощи языка… то и потерпеть можно. Чан отстраняется под разочарованный стон Минхо и усмехается, покрывая поцелуями стройные бёдра, руками продолжает массировать колечко мышц, растягивать узкие стеночки, вылив щедрое количество смазки на пальцы, выбивая из парня вздохи и стоны и парочку громких вскриков. — Сделай так ещё раз — просит Минхо, оторвав раскрасневшееся лицо от подушки, и смотрит на Чана. — Ты думаешь, я отличаюсь выдержкой, Хо? — выдыхает с тихим шипением Чан и чуть сильнее сжимает бёдра парня в своих руках. Минхо на его слова лишь усмехается и мычит что-то, что поймёт только Чан. — Сучка, — усмехается в ответ старший и хлопает по бедру, оставляя красноватый след от руки. Минхо лишь сладко стонет и выгибается, но после конечно же усмехается. Бан Чаном легко управлять. В постели уж точно, несмотря на то, что Минхо нижний. Старший снова нажимает пальцем на колечко мышц и проникает пальцами внутрь. Он по-разному их сгибает и снова задевает чувствительную точку, из-за чего Минхо кажется, что весь кислород вышел из его лёгких с громким вскриком удовольствия. Младший тяжело вздыхает, смаргивает парочку слезинок и мычит, думая, что пальцев маловато. Он судорожно и нетерпеливо говорит, что готов и, что такой пытки больше не выдержит и приподнимается на локтях. Чан тихо вздыхает, раскатывая латекс по члену, обильно смазывает его и разводит чужие ягодицы в стороны. Он пристраивается между ними и плавно подаётся бёдрами вперёд, входя больше, чем на половину. Минхо под ним смазанно мычит и утыкается лицом в подушку, сжимается, сводя Чана с ума. Давно они этим не занимались. Старший нежно поглаживает его по пояснице, прося расслабиться. Минхо бы и рад, но ему просто очень нравится эта заполненность, а у Чана сейчас тормоза слетят, если он не начнёт двигаться. — Слушай, если хочешь вот так лежать, у нас есть пробка — выдыхает Чан и плавно начинает толкаться, поняв мычание парня без слов. Минхо всегда нетерпеливо мычит. И дело касается не только секса. Минхо в принципе постоянно нетерпеливо мычит и всё ему не нравится, кроме Чана конечно же. Чан ему нравится и Чана он любит, пускай и дуется иногда, обижается. Чан чуть усиливает хватку на чужих бёдрах и меняет угол проникновения, выбивая из Минхо куда более громкие стоны. Звуки шлепков кожи о кожу разлетаются по комнате, отбиваются от стен и, как будто бы, становятся только громче. Минхо протяжно стонет, когда чужая рука нагло сжимает его член у основания, а большой палец массирует алую головку. Младший сжимает и разжимает кулаки, хнычет и чуть ли не ëрзает, мечтая кончить. А Чан явно издевается. Он мучает Минхо без зазрения совести, хотя сам всё это начал. Бессовестный. — Котёнок научился наконец-то мурчать? — издевательски тянет Чан и толкается в очередной раз. Он всё так же сжимает чужой член в руке и делает с ним всё, что душе угодно: то сожмет до искр перед глазами, то даст Минхо ложную надежду на скорую разрядку. — Ча-ан, не издевайся — тянет Минхо и закусывает губу, думая, что либо его член взорвётся, либо он сам в обморок брякнется, если Чан сейчас же не прекратит. Он привстает на локтях и свешивает голову, продолжая ронять тихие стоны и то и дело стирать мокрые дорожки слез со щёк. — Это я издеваюсь? Не думаю, что ты захочешь узнать, как я на самом деле издеваюсь — вздыхает старший и усмехается, слыша в ответ протяжный стон и мычание. Он убирает руку от чужого члена и ускоряет темп толчков, доводя и себя и парня до пика. Оба протяжно стонут, изливаясь. Минхо даже не пришлось себя касаться, спасибо Чану. Ещё одного такого испытания Ли точно не выдержит, ну или в процессе просто упадёт в обморок, особенно после долгого воздержания. Чан медленно, будто нехотя, выходит из разгоряченного тела и укладывает Минхо на спину, снимает использованный презерватив, завязывает и кидает в мусорку под столом, не заботясь о том, попал ли или нет. Он падает на кровать рядом с парнем, обвивает его тело всеми конечностями и лишь слышит тихое хныканье и ничего больше. Минхо ведёт рукой по его бедру, ягодице пояснице, пока не доходит где-то до рёбер и плавно ведёт рукой обратно. — Хочешь побыть сверху? — усмехается Чан, кажется совсем не правильно распознав это действие. — Я же нижний, — чуть морщится Минхо, не представляя себя активом. — Я могу лишь оседлать твои бёдра — он сладко, даже приторно, улыбается и оставляет мягкий поцелуй на уголке чужих губ. — А ты выдержишь второй заход? — Чан играет бровями и осторожно касается костяшкой указательного пальца члена младшего и усмехается. — Ну нет. Ты слишком активный жеребец — морщится младший и кидает взгляд на часы, от чего его глаза в шоке округляются, а после этот самый взгляд, осуждающий и обиженный медленно переплывает на Чана, которой делает вид, что и не замечает его вовсе, найдя что-то интересное в шкафу или на нём. — И чего ты так рано проснулся? — всё ещё с укором в голосе спрашивает Минхо и складывает руки на груди, чувствуя, как мурашки пробегают по плечам от мимолетной прохлады. — Вообще-то сначала я хотел приготовить завтрак. Но ты меня привлёк куда больше — улыбается Чан и оставляет много-много поцелуев на бледной коже груди и шеи, оставляет засосы, вызывая лишь тяжёлый вздох со стороны парня. — Моя самая вкусная булочка с корицей — мурлычет старший и в подтверждение своих слов лижет и прикусывает место, где шея плавно переходит в плечо. — Любимый кенгуренок — улыбается Минхо и треплет его по волосам, обнимает за шею. — Знаешь, думаю всё же стоит позавтракать. Ты же сегодня опять в студию идешь, не хочу чтобы ты сходил с ума от голода — он поднимается с кровати, утаскивая с собой одеяло, которым прикрывается, будто Чану запрещено смотреть на него обнажённого. Хотя это просто из-за банального смущения, которое появляется постоянно, когда в поле зрения Минхо попадает Чан. — А второй заход будет? — Минхо на секунду давится воздухом, но всё же не может сдержаться, чтобы не показать свой характер, поэтому кидает строгий и даже злой взгляд на парня и хмыкает. Ишь, растащило. — Я понял, — смеётся Чан и тоже поднимается с кровати. — Котёнку надо отдохнуть — он по-доброму улыбается и кивает, приобнимая парня за плечи. — Поедешь со мной в студию, чтобы мне было не так одиноко? — Да куда я денусь — фыркает младший и тихо хихикает. — Только сначала ты нормально позавтракаешь. А то все деньги на одно только твоё кофе уходят, которым ты губишь своё сердечко. Нормально питаться надо — вздыхает он, открывая дверь в ванную комнату. — От твоей вкусной еды грех отказываться. Я буду не я, если не позавтракаю с любимым котёнком — слова Чана заставляют Минхо вновь смутиться. Парень комкает, как может, одеяло и кидает в парня. Чан от неожиданности покачивается, сжимая его в руках, и впечатывается спиной в дверь, громко смеётся и лишь выгибает бровь намечая ухмылку. О чем он там подумал Минхо может только догадываться, но щеки его предательски краснеют.